Глава 9

Ася

Выхожу из комнаты, сжимая в руках чашку. Кофе хороший, наслаждение в каждом глотке, не было у меня такого. Смелости не прибавилось, но я не собираюсь сидеть в комнате вечно. Проще прикинуться дурой и сделать вид, что между нами ничего не было.

Распахиваю глаза, когда вижу на кухонной тумбе новую кофемашину. Я о такой мечтала, как истинная кофеманка.

— Откуда она здесь?

— Из магазина, — невозмутимо отвечает Баро. — В пакетах завтрак, накрой на стол, — опять в приказном тоне. Барин себе не изменяет. Молчу. Мне неловко. Глаза сами собой опускаются на его губы, руки. Сглатываю. Открываю пакеты. Там снова контейнеры. Хороший дяденька, усвоил, что я не кухарка. Ладно. Раскладываю на тарелки омлет и блинчики с творогом, черникой, сгущёнкой. Пахнет замечательно.

Молча садимся за стол.

— Как вкусно, — уплетаю блинчик с черникой. — Спасибо.

Кивает. Едим молча. Пачкаю пальцы в сгущёнке и неосознанно их облизываю. Ловлю на себе горящий взгляд мужчины; опомнившись, вытираю пальцы салфеткой.

Усмехается.

— Это было сексуально, — комментирует он. А я сжимаю губы. Я не хочу сексуально, но выходит, что опять провоцирую. — Зачем ты сразу закрываешься? Было красиво, мне нравится смотреть. В этом нет ничего плохого.

— Может, и нет, но в нашем случае это неуместно, — вообще прекращаю есть. Пью кофе, отворачиваясь к окну.

— А какой у нас случай? — Весело ему? Не отвечаю. — У женщины либо есть сексуальность, либо ее нет. Она проявляется на уровне инстинктов. В тебе это есть, несмотря на инфантильность.

— Я инфантильна? — резко поворачиваюсь к мужчине. — Я?!

Нет, я не всегда адекватна, но чтобы до такой степени.

— Да. Что тебя возмущает? Это неплохо. Истинная женщина должна быть немного сексуальной, немного дикой кошкой и немного уязвимой девочкой. Покорной, покладистой, чувственной. В тебе все есть.

— Не уверена. С покорностью у меня проблемы, — ухмыляюсь.

— Все исправимо. Это качество прекрасно воспитывается, — самоуверенно заявляет Баро.

— Я уже большая девочка и, боюсь, не поддаюсь воспитанию.

Усмехается, так снисходительно смотря на меня, словно я сказала глупость.

— Никогда не поздно. Главное иметь стимул, сладкая, — отвечает он мне, поднимается с места и уходит в комнату, оставляя грязную посуду. Мне просто интересно, у него в доме за ним убирает прислуга? Нет, я не жила с мужчинами — может, так принято? Но я привыкла, что Денис всегда за собой убирает.

Денис…

Быстро скидываю посуду в раковину и бегу в гостиную.

— Мне брату нужно позвонить. Срочно! — требую, потому что, черт побери, этой мой телефон и моя квартира. Я сегодня вредная девочка.

— Купи у меня этот звонок, — нахально отвечает мужчина.

— Что?! — теряюсь.

— Ты слышала, — такой спокойный и уверенный в себе.

— Я не собираюсь ничего покупать, нет у меня денег! — повышаю голос, потому что это уже сверх моего терпения.

— Значит, не так и важен этот звонок, — демонстративно вынимает мой телефон и крутит его в руках. Он издевается надо мной? Решил поиграть?! Я не знаю, что на меня находит. Мне нужно услышать голос брата, а Денису нужно услышать меня и понять, что я не пропала, не бросила его.

Меня сносит от наглости и вседозволенности этого человека. Кидаюсь к нему, чтобы выхватить собственный телефон. Мужчина дёргает рукой, поднимая телефон выше, я забираюсь на журнальный столик и по инерции лечу на мужчину. Баро откидывает телефон в кресло и ловит меня в объятья, сжимает. Замираем. Я лежу сверху, прижата к сильному телу. Волосы падают на лицо, мешая, сердце колотится, дыхание рвётся, и это далеко не от возбуждения, это злость и отчаяние.

— Я, красивая моя, — протягивает руку, убирая с моего лица разметавшиеся волосы, намеренно проходясь костяшками пальцев по моим щекам, — денег с женщин не беру. Предложи мне что-нибудь поинтереснее, — проводит носом по скуле, вдыхает, подбирается к уху и прикусывает мочку.

— Что именно? — зачем-то спрашиваю я, поддаваясь его напору. Мурашки по коже от каждого его выдоха в мое ухо.

— Что-то очень вкусное, откровенное, медовая девочка.

— Отпустите! — дергаюсь, пытаясь подняться. — Я не продаюсь! — задыхаюсь от возмущения, поднимаясь на ноги. — Я не шлюха!

— Плохая девочка, — смеется, запрокидывая голову. — Я не имел в виду секс; по крайней мере, в прямом смысле этого слова. Я хочу чего-то большего, — его глаза загораются, бездна разрастается. Поглощает. Дьявол.

— Чего? Мою душу?

— Может быть… Давай так, я обещаю, что сексом выкуп не возьму. А что это будет, ты узнаешь вечером.

— Нет! — категорично отказываюсь я.

— Ну нет, так нет, — берет телефон пряча в карман. Открывает ноутбук, что-то просматривая, словно меня уже не существует. Разворачиваюсь, ухожу на кухню, включаю воду и мою посуду. Делаю это настолько громко, что, кажется, тарелки вот-вот разлетятся на осколки.

Мерзавец!

Ненавижу!

Бадди прибегает ко мне с ошейником в зубах, прыгает, поскуливая. Пора гулять. Собака не виновата, и его не волнуют мои страхи. Да, я теперь парадоксально боюсь выйти из дома. Хотя еще вчера мечтала сбежать.

Иду назад на поклон к Барону. Мужчина продолжает работать в ноутбуке, делая вид, что меня не существует.

— С Бадди нужно погулять, — сообщаю я, привлекая к себе внимание. Мужчина поднимает глаза, внимательно меня осматривая.

— Гуляй, ключи в дверях. — Киваю, сглатывая. Я трусиха. — Не бойся, там Саня. Он понаблюдает, — словно считывая все мои страхи, сообщает Баро. Киваю и иду одеваться. Хочется сказать спасибо. Но, нет! Сжимаю губы. Обойдётся.

Выхожу на улицу. Сегодня тепло. Снег идет. Мороза совсем нет. Дышится легко. Оглядываюсь по сторонам. Отпускаю Бадди с поводка, не отходя от подъезда. Выискиваю глазами машину с людьми Баро. Неприметная, старенькая иномарка стоит на стоянке между других машин, но я четко вижу за рулем того сбитого, круглолицего мужчину с сальным взглядом. Он, и правда, наблюдает за мной. Ловит мой взгляд, подмигивает, противно улыбаясь. Отворачиваюсь.

Во дворе тихо. Людей практически нет. На площадке с Бадди играет местный мальчишка. Пес довольно прыгает вокруг него. Засматриваюсь.

Вздрагиваю и неосознанно на инстинктах сжимаюсь, когда возле меня останавливается машина.

Выдыхаю.

Это Андрей.

Андрей?!

Блин.

Ну вот почему он такой заботливый и внимательный? Ведь на работе должен быть. Он же опять начнет напрашиваться в гости…

Андрей выходит из машины, а я краем глаза замечаю, как человек Барона уже идет в нашу сторону, подозрительно щурясь. Хорошая охрана. Но не вовремя. Как я это объясню Андрею?!

Качаю головой моему охраннику, чтобы не подходил, и демонстративно улыбаюсь Андрею. Человек Баро останавливается, прикуривая сигарету, наблюдая. Андрей разворачивается и следит за моим взглядом.

— Кто это? — подозрительно спрашивает он.

— Не знаю, — пожимаю плечами, строя из себя дурочку.

— Тебе уже лучше? — спрашивает меня, но постоянно косится в сторону охранника.

— Нет, плохо. Но с Бадди надо гулять.

— Ну вот зачем ты выходишь на холод? Давай поводок, я сам погуляю, иди ложись.

Началось! И вот как мне теперь выкрутиться?

— Это миф, что нельзя выходить на улицу больной. Полезно дышать свежим воздухом. Тем более я недолго.

— Ладно, хорошо. Я тут тебе кое-что привез, — ныряет в машину, вытаскивая пакет.

— Что там?

— Фрукты, вкусняшки. Все как ты любишь. Витамины. Морсы.

— Ого, спасибо, — тянусь за пакетом, но Андрей не отдаёт.

— Я сам занесу. Он тяжёлый.

Закусываю изнутри щеки. Вздыхаю. Мне приятно осознавать, что есть человек, которому я небезразлична. Но… черт! Как не вовремя все. Я не могу обидеть Андрея.

— Андрей, со мной все не так страшно. Но, знаешь, такой период… что хочется побыть одной. У меня ПМС. Поэтому прости, в квартиру не приглашаю.

Несу полную чушь. По глазам Андрея понимаю, что он не верит ни одному моему слову.

— Так я и не напрашиваюсь. Просто помогу и уйду, — тянет руку, убирая непослушную челку с моего лба. Трогает холодными ладонями щеки. — Температуры вроде нет…

— Я выпила жаропонижающее, — опять тяну пакет, но Андрей упрямо не отдаёт.

— Ась, ну что происходит-то? Ты как маленькая. Такое ощущение, что ты любовника в квартире прячешь, — усмехается Андрей. — Твой бардак и ПМС меня не напугают. Напои меня чаем, с утра не ел. Я не займу много твоего времени, — напрашивается Андрей. У меня не остается ни одной причины ему отказать, кроме как грубо выгнать. Хочется зажмурить глаза и потопать ногами.

Открываю рот, но закрываю, когда позади меня распахивается дверь подъезда.

— Ася! — раздается властный и низкий голос Барона. — Зайди домой, холодно.

В его голосе все: власть, приказные ноты, собственничество, словно я принадлежу этому мужчине.

— Кто это? — ошарашено спрашивает Андрей, рассматривая мужчину.

Баро становится возле меня и прикуривает сигарету, щелкая крышкой серебряной зажигалки.

— Ася… — кажется, Андрей теряет дар речи.

Да я сама в шоке.

— Иди, сладкая, ты болеешь. Я объясню, кто я, — внаглую подхватывает меня за талию, демонстративно целует в висок и разворачивает к подъезду. Открывает дверь и почти насильно вталкивает меня.