Глава 2

Я отключаюсь совсем ненадолго, а когда прихожу в себя, то слышу оглушительный вой сирен. В первое мгновение мне кажется, будто это в голове у меня воёт от удара, но прислушавшись, понимаю: нет. – Руки за голову! Отошёл от девчонки! – незнакомый мужской голос доносится со стороны дороги. Оглядываюсь и понимаю, что нахожусь у дверей фургона. Этот урод ударил меня и притащил сюда, чтобы затолкать в машину. – Поганый мусор! – выплёвывает ненавистно мой похититель, а дальше происходит что-то такое, что не подчиняется разуму. Это потом уже, оценив ситуацию, я примерно восстанавливаю картину событий и понимаю, что тот мужчина хотел достать пистолет и взять меня в заложницы, но не успел. Доблестный полицейский ранил его. – Иди сюда, скорее! – приказывает мужчина, и я как можно скорее отползаю от корчившегося на земле бандита. Незнакомец помогает мне подняться на ноги, а глаза между тем ищут моего спутника. После потери сознания я не могу понять, правда ли видела, как Рома вставал с земли, или мне это всё привиделось. – Я майор полиции Сергей Покровский, – на ходу представляется мужчина в форме. – Для твоей же безопасности тебе будет лучше поехать сейчас со мной, – кивает на припаркованную легковушку на другой стороне дороги. – Парни нас прикроют, у нас будет всего несколько секунд, чтобы не попасть под пули. Ты готова? Готова ли я? Да я в шоке! Меня чуть не похитили, оглушили, а теперь хотят то ли спасти, то ли снова похитить. Нееет! К такому жизнь меня точно не готовила. – Подождите, – мямлю, с трудом справляясь с головокружением. – Я не понимаю, что происходит… Там мужчина, он приехал со мной, – чувствую, как земля уходит из-под ног. Неожиданно со стороны фургона раздаются выстрелы. Без лишних раздумий Сергей подхватывает меня на руки и быстро перебегает дорогу. – В машину! Живо! – командует, поставив меня на землю и распахнув передо мной заднюю дверь. Спорить не решаюсь, послушно выполняю приказы офицера. Уже сидя в салоне затонированного автомобиля, я поворачиваю голову и вижу, как мужчины в форме надевают наручники на распластавшегося по земле амбала. Полицейские пытаются открыть двери машины, но фургон неожиданно с бешеной скоростью срывается с места и скрывается за поворотом. – Вот моё удостоверение, – Покровский протягивает мне «корочки», чтобы я окончательно убедилась: передо мной не бандит. Пристально рассматриваю содержимое документа, но перед глазами плывёт, поэтому я возвращаю удостоверение полицейскому. – Я отвезу тебя в безопасное место, – припечатывает тоном, не терпящим никаких возражений. – Там мужчина остался… – лепечу взволнованно. – Он приехал со мной, его ударили по голове, он потерял сознание, а потом… – Не волнуйся, мои парни во всём разберутся, но насколько я успел отметить, ты была единственной жертвой этих отморозков. Ничего не понимаю! Рома пришёл в себя и сбежал, оставив меня одну? Или его затолкали в фургон и похитили? Есть ещё одна мысль: Левашов с преступниками заодно, но её я быстро гоню прочь. Вряд ли возможно, чтобы такой интеллигентный мужчина имел что-то общее с теми бандитами. По дороге я отключаюсь, а в себя прихожу только, когда машина останавливается. – Где мы? – язык заплетается, а резкий приступ тошноты побуждает скорее открыть дверь и выскочить, а точнее, вывалиться на улицу. Меня выворачивает прямо возле машины, едва ли не под ноги Покровскому. – М-да, подруга, у тебя сотрясение, похоже, – задумчиво рассуждает мужчина. Вскидываю голову и смотрю в лицо своего спасителя, на котором нет ни единого намёка на брезгливость. Наверное, ему и не такое на службе видеть приходится. – Скажите, что произошло? Я ничего не поняла… – с отчаянием мотаю головой и чувствую, что на меня накатывает очередной приступ тошноты. – Давай-ка, тебя в порядок приведём, а потом уже поговорим, – присаживается передо мной на корточки, касается ладонью плеча. – И врачу тебя показать не помешает, – рассуждает вслух, моего мнения совершенно не спрашивая. – Скажите, где мы находимся? – повторяю мучающий меня вопрос. – Меня пытались похитить? – Ты у меня дома, за городом. А те люди, они пытались тебя похитить, чтобы продать в бордель. Мы давно за ними охотимся, одного ублюдка задержали, и очень скоро, я надеюсь, накроем всю банду. Давай, не трать силы, поднимайся, – помогает встать, снова подхватывает на руки и несёт к входу в дом. Чувствую, что меня клонит в сон, а ещё в области затылка какое-то странное ощущение. Касаюсь пальцами головы, чувствую подозрительную липкость. Подношу руку к лицу, в нос ударяет тошнотворный металлический запах. Боже… – У меня что, кровь? – паника накрывает меня с головой, словно огромная волна. Я чувствую себя странно и потерянно. – Как тебя зовут? – спрашивает мужчина вместо того, чтобы ответить на мой вопрос. – Марь-яна, – роняю, заикаясь. – А лет сколько? Восемнадцать есть? – Есть… Девятнадцать. На крыльце мужчина ставит меня на землю. – Проходи, – Сергей открывает ключом входную дверь и широко распахивает её передо мною. – Я вызову врача, а ты пока можешь пройти в ванную, сама справишься? Киваю в ответ. – Только не запирайся, чтобы в случае чего мне дверь вышибать не пришлось. Скрываюсь за дверью ванной комнаты, тщетно пытаюсь собраться с мыслями. Вот это я вляпалась! На дворе ночь, а я в чужом доме, дезориентированная, с пробитой головой. Присаживаюсь на край ванны, включаю воду. Споласкиваю руки, лицо и шею, поднимаюсь и по инерции начинаю снимать с себя одежду. Кажется, не ведаю, что творю. – Марьяна, – майор тактично стучит в дверь. – Я принёс аптечку, чтобы обработать раны, могу войти? – Да, – отвечаю на автомате. Мужчина открывает дверь, смотрит на меня широко распахнутыми глазами и после смачно выругивается. – Ты что творишь, мелочь? – пересекает ванную, хватает с крючка полотенце, которое находится за моей спиной, и закутывает меня в него. – Я? – уточняю растерянно. – Да, ты. Зачем сказала, что я могу войти, если голая? – Голая? – опускаю взгляд на своё тело, которое уже спрятано под полотенцем, и медленно начинаю понимать, что натворила. Рука взмывает вверх и опускается на раскрытый от удивления рот. – Простите, я не хотела, я… – говорю что-то ещё, но уже сама не слышу, что именно, потому что уши закладывает, в коленках возникает непреодолимая слабость, руки безвольными плетьми опускаются вдоль тела… В себя прихожу от звука посторонних голосов. – Я обработала рану, выписала лекарства, если станет хуже, отвезёшь её в стационар, а пока пусть соблюдает постельный режим. Покой и ещё раз покой, ясно? – взрослый женский голос раздаёт команды, на которые стоящий надо мной майор кивает задумчиво. – Спасибо, Катюш, я у тебя в долгу, – цедит понуро, не сводя с меня пристального взгляда. – Серёж, не смешно, – хмыкает женщина в ответ и, судя по звуку удаляющихся шагов, покидает комнату. Прикрываю глаза ненадолго, а когда открываю, то вижу, что мужчина уже сидит на стуле возле кровати или дивана, я даже не знаю, где и на чём именно лежу. – Что же делать теперь с тобой, Марьяна? – задумчиво произносит полицейский. А я, наконец, получаю возможность рассмотреть своего спасителя. На вид мужчине лет 35, не больше. Я не слишком разбираюсь во всех этих званиях, но, кажется, майора получить в таком возрасте можно только за особые заслуги. Наверное, Сергей очень трудолюбивый. А ещё он смелый и сильный – как под пули бросился со мной на руках! У мужчины тёмные волосы и очень красивые необычные глаза – синие. Они так идеально сочетаются с его тёмно-синей формой – загляденье. – Катя обработала твою рану, которая уже успела немного подсохнуть за время, пока мы ехали. Ещё назначила кое-какие таблетки, пить начнёшь завтра, – смотрит на часы на своём запястье. – Точнее, уже сегодня. – Хорошо, – послушно киваю в ответ. – Только меня соседка в квартиру уже не пустит, наверное, – размышляю вслух, зачем-то продолжая придерживаться легенды, которую придумала для Романа. – Квартира? – хмыкает мужчина, криво усмехнувшись. – Нет, Марьяна, ты останешься здесь, – бросает командным тоном, поднимается, измеряет шагами помещение. Возможно, он прав, и эту ночь мне стоит провести здесь. – Я доставила вам столько хлопот, простите меня, – прикусываю губу и исподлобья гляжу на своего спасителя. – Хорош выкать, мне не сто лет, – раздувает ноздри недовольно и седлает стоящий рядом с кроватью стул. – И не извиняйся, иначе устанешь это делать каждый день. – В смысле, каждый день? – не совсем понимаю, что майор имеет в виду. – В коромысле, – полицейский явно не собирается со мной церемониться. – Ты остаёшься здесь до тех пор, пока мы не поймаем людей, которые пытались посадить тебя в фургон. – П-подождите, – приподнимаюсь на локтях, чтобы сесть и почувствовать хоть какую-то опору. Мне не по себе от такого категоричного заявления, я себя будто заложницей чувствую. – Что вы хотите сказать? Почему останусь, то есть, – мысли путаются, я не могу собраться и задать вопрос нормально. – Как это, я здесь останусь? – Вот так, – мужчина, расставив широко ноги, упирается в них локтями и складывает руки в замок. – Легко и просто. Ты пока будешь жить здесь, в моём доме. Это нужно для твоей же безопасности. – Но я так не могу, у меня учёба… – Будешь заниматься дистанционно, – на всё-то у майора есть ответ. – Вы чужой, я не могу жить в одном доме с чужим человеком! – эмоционально взмахиваю руками. И откуда только силы берутся? – Ну, если так хочешь, мы можем стать ближе, – мужчина ухмыляется и посылает мне обезоруживающую улыбку. Он серьёзно?