Глава 1

Вера

Смотрю на мужчину, которого не видела уже больше восьми лет, а внутри все сжимается в сладком предвкушении. Сама не понимаю, чего именно я жду, то ли от проживания с ним в одной квартире, то ли, лично от него? Но внутри так хорошо, так спокойно и приятно, что не могу перестать улыбаться. Никиту судя по всему, моя реакция настораживает, он ведет себя немного отстраненно. Но ведь узнал! Сразу подошел и завел разговор, и его широкая улыбка пять минут назад, сыграла свою роль, а сейчас он будто воздухом давится. Даже побледнел немного.

Никита Резник – моя первая любовь, как принято говорить в обществе. У каждой девочки, есть такой мальчик или парень, в которого она втрескается по самое ничего, а потом страдает сама же от этого.  Как много примеров, неразделенной любви, как мало счастливых финалов. У меня, например, далеко не мальчик, и уже не парень, а взрослый мужчина, который до определенных моментов, даже не помнил о моем существовании.

Естественно, Никита никогда не обращал на меня внимания, я для него была ребенком, племянницей его жены, не более. Мы даже толком и не общались, чтобы сделать какие-то о нем выводы. Но я четко помню день, когда увидела его – самый лучший день в моей жизни. Он приехал в гости к бабушке и мне как ребенку, привез плюшевого медведя. Надо говорить, что этот медведь у меня до сих пор есть, и даже стоит на почетном месте? Тогда-то, я поняла, что хочу за него выйти замуж, хочу любить его, и чтобы он меня любил в ответ. В детстве, слабо себе это вообще представляла, конечно, но как говорится, мечтать не вредно, а вредно не мечтать.

Он изменился за эти годы. Нет, чисто внешне выглядит еще лучше: лучше одет, раздался в плечах, лицо более мужественное, чем я запомнила, но есть то, чего я абсолютно не помню – острый взгляд. Он словно прожженный временем и событиями человек. Опасный и непредсказуемый. Не знаю, может профессия оставляет свой отпечаток, или его горе изменило настолько сильно, но он будто другой человек.

В нашу последнюю встречу, Никита был немного не в себе, ну и понятно, все же жену похоронил, но все равно, я помню его лицо до мельчайших подробностей, хоть и надеялась, что моя детская влюбленность все-таки прошла.

Не прошла, увы. Моя реакция яркое тому подтверждение.

- Ладно… хм… Вероника, - говорит Никита, хватаясь за пластмассовую ручку моего чемодана. – Поехали домой.

Сладкий мед для моих ушей. Мы едем домой. Как мы. Как непонятно кто, разумеется, но домой. Разве не об этом мои грезы последние годы?

Он уходит вперед, а я настолько не верю своему счастью, что тяжело сделать первый шаг. Господи, я буду жить с ним в одной квартире, или доме, без понятия вообще, где он живет, но самое главное, что мы будем вместе. Еще месяц назад я бы просто не поверила в такую новость, а сейчас плетусь, как зачарованная.

- Ты голодна? Можем заехать в магазин, или в ресторан? Кстати да, заедем купим еды в ресторане, а потом домой, - он произносит слова четко, словно приказы раздает. Конечно, ведь ему по должности положено так со всеми разговаривать.

- А может купим продуктов, и я что-то приготовлю? – робко интересуюсь. - Я хорошо готовлю.

Никита одаривает меня оценивающим взглядом с ног до головы, и мотает головой туда-сюда.

- Даже не сомневаюсь, Вероника, - произносит таким тоном, будто я глупость сказала, не иначе.

Я ненавижу, когда меня называют Вероникой, хоть это и мое полное имя. Из его уст стерпеть это, не так уж и напряжно, но все равно резануло.

- Нет, серьезно, у нас дома, готовила только я, так что, преуспела в этом, - не знаю, зачем я перед ним оправдываюсь, будто хочу увидеть в его глазах одобрение. Ну, типа, хозяйственная девчонка, отрада очей моих. Путь к сердцу мужчины, лежит через его желудок, и все в таком духе. Согласна, я много общалась с бабушкой, но в чем-то она должна же быть права?

Резник еще несколько секунд смотрит прямо мне в лицо, а затем, хмыкает и открыв багажник, укладывает туда мой чемодан. На мой взгляд, несколько нервно.

Его поведение смущает. Не то, чтобы я не привыкла общаться с мужчинами, все же, место в котором я работала, предполагает много часов перед мужским полом, и не всегда адекватным, но при одном взгляде Никиты, я робею. Становлюсь именно двенадцатилетней девчонкой, встретившей своего кумира.

Усаживаемся в салон, прокурор заводит двигатель и тут я понимаю, что возможно погорячилась в своей радости, жить с ним вместе. Все же восемь лет, это большой срок и вполне естественно, что Никита совсем другой человек. Хотя, я была подростком, откуда мне вообще знать, что он за человек? За весь свой брак с моей тетей, он приезжал к нам в город всего два раза, и был как шпион, или спецагент, то есть, его вообще не было видно. Даже ходил по квартире бесшумно.

Взрослый мозг начинает анализировать, прокручивать варианты, предполагать ходы… но, что такое мозг, когда влюбленное сердце начинает устанавливать свои правила?

- Спасибо вам, Никита Сергеевич, - изрекаю я, как только мы выезжаем с парковки вокзала.

- За что? – хмурится он.

- Ну, зато, что приютили, встретили, вы же не обязаны…

- Все хорошо, Вероника, правда, - перебивает он меня. - Мне не сложно. И не называй меня Никита Сергеевич, пожалуйста, и уж тем более, не дядя Никита. Можно просто по имени. Ты кстати, так меня называла в детстве.

Мда, отличное начало. Слава Богу, он не относится к тем знакомым, которые видели меня в раннем детстве, без штанов. Было бы неловко.

- Все нормально, я понимаю, что такое приехать в новый город, где никого нет, и толком не знаешь, с чего начать, - продолжает Никита, и все это было сказано с тоской в голосе. Ну, я не то, чтобы, специалист, но работаю с людьми, у которых не просто все в жизни, далеко не просто, поэтому улавливаю эту нотку грусти.

Насколько мне вообще было известно, после похорон, Никита продал их квартиру с тетей Аней и уехал сюда. Совсем один. Как он жил все это время, сложно сказать, ведь мама никогда и не интересовалась, а бабушка и подавно. Негласно, они его винили в смерти Ани, даже во время похорон разразился скандал, что ему жить с этим страшным грузом на душе. Тогда, я многого не понимала, и не скажу, что сейчас сильно разбираюсь, но если не он убил ее, тогда в чем был виноват?