Глава 43

Никита

- Бляха, я просто счастлив, что это девчонка появилась в твоей жизни, - лыбится вовсю Смирнов, кто бы сомневался. – Твоя жизнь, Никита Сергеевич, определенно заиграла красками. Я в восхищении.

- Говори тише, она в соседней комнате, - шикаю я, закрывая дверь в кабинет.

Может это было глупо приехать к Ярославу, но он плотно занимается этими делами, вдруг поможет разложить все по полкам? Тем более, мне нужно было с кем-то это обсудить, а кроме него, ближе никого нет.

- Так а что? Она молодая, актриса, картежница, еще и на мордашку красивая. Как ты так долго держался, Резник? Я просто в шоке.

- Яр, угомонись, - сажусь в кресло, пытаясь понять, что с ней делать? – Прости, что завалился перед твоей свадьбой, просто, я не знаю, как на это реагировать. Кем она там была? Выяснил?

У меня столько вопросов в голове, я лично хотел расспросить Веру, чтобы подробно так, с чувством и с толком рассказала, что она там делала, и как это все на ней теперь отразится? Но пока мы добирались до квартиры Смирнова, подумал, что лучше пусть он допросит ее. Мне нужна ясная голова, а я сейчас настолько в раздрае, что боюсь, сорвусь.

- Ты хочешь понять, не привлекут ли ее? - Смирнов подходит к бару, наливает в оба стакана виски, и один протягивает мне.

- Я за рулем, - категорично произношу я. Боюсь, если выпью, то точно выскажу Вере все, что думаю о ее прошлом. Слишком на взводе. Слишком все слишком, в последнее время.

В моей жизни, раньше было все просто, пока не приехала она. Я понимаю, что у этой девочки столько скелетов в шкафу, что страшно. Но деваться уже некуда. Конкретно меня так на ней заклинило.

- Ну, а у меня мальчишник, и вместо того, чтобы бухать с мужиками, я сижу здесь, подрабатывая семейным психологом. На, - тычет мне этот бокал буквально в лицо, - ни в чем себе не отказывай.

Нехотя беру стакан в руки и делаю первый глоток. Фух, мне нужна целая бутылка, чтобы переварить все это.

- Лучшего мальчишника я и желать не смел, все равно все семейные отказались от вечеринки, а ты вообще зануда, так что, спасибо и на том, - Ярослав откидывается в своем кресле, и устало потирает глаза.

Куда ему еще мальчишник? Рабочая неделя по нам асфальтным катком проехалась.

Я рад, что мы с ним сдружились, он хоть и клоун, но на него всегда можно положиться, наверное, это самая главная причина, по которой я сюда приехал.

Когда я жил в столице, у меня было достаточно много друзей, в основном, это были ребята с университета, потом с работы. У нас была одна цель, одни и те же темы, увлечения. Когда ушел в Генеральную, многие отошли на другой план, нам просто в какой-то момент стало не интересно вместе, хоть со многими я и поддерживал связь, или они со мной, уже это не важно.

Но после смерти Ани, я четко проследил, как почти всем плевать. Немногие даже приехали на похороны, лишь позвонили с соболезнованиями, и с тех пор, я ничего о них не слышал.

Я и без того сам себе на уме, а когда переехал сюда, вообще ни о чем и ни о ком не думал, плевать. Друзья – не центр мира, можно обойтись и без них. Но потом, жизнь свела меня с Ярославом, и я понял, что одинок. Он странный, немного эксцентричный, чаще всего говорит, что думает, бесит жутко. Но он настоящий. С ним искать подвоха не нужно. Если что не так, скажет в лоб. Как есть.

- Твоя кукла там была девочкой на побегушках, - начинает рассказывать Ярослав, - типа знаешь, есть талант, и хитрожопые люди решили, что могут этот талант направить в нужное им русло, и пойдут бабки.

- Хозяин?

- Нет, - качает головой. – Она так и не призналась кто, но я думаю, кто-то из ее близкого окружения, ведь ей было тогда шестнадцать, кому-то своему доверилась.

Своему. Хороши же у нее друзья.

- Много зарабатывала?

- Ну, по нашим меркам не много, кто-то явно не хотел делиться.

Я знаю, что это маленький город, там работы-то особо нет. Да и все хотят легких денег. Это и послужило причиной видимо.

- Соскочила она летом, просто уехала. Говорит, никто даже не хватился ее, все забыли.

- А что она там вообще делала? – упираюсь локтями в колени, понять хочу и не могу. Ну как же так? Молодая девка совсем, и уже такая прожженная? Моя Вера?

- В покер играла, что непонятного?

- А учил кто?

- Говорит сосед, - Смирнов еще подливает себе, и мне заодно виски, и ухмыляется. – Он ей был как дедушка, пытался чему-то научить молодое поколение. Прикинь? Девчонки в куклы играют, а твоя сидела в картишки рубилась. Не девушка, а мечта, прям.

- И что, всегда ей прямо везло? Это как? – подозрительно кошусь на Ярослава.

- А хрен его знает как? Не везет в любви, повезет в картах, как-то так. Хочешь, можем проверить?

- Что проверить? На полиграф повезем?

Господи. Представляю, как это будет выглядеть со стороны.

- У тебя конкретные проблемы с доверием, Резник, завязывай, - смеется Ярослав. – Она говорит правду, я вижу это. Тем более, не пойми меня неправильно, а ты вообще заметил, как она на тебя смотрит? Просто в рот тебе заглядывает. Мне кажется, если именно ты попросишь, она все расскажет.

Я заметил. Всю дорогу Вера молчала, глаз с меня не сводила. Постоянно крутила в руках ремешок от своей сумки, нервничала. Я ее понимаю, сам нервничал, но мне вся эта правда, как снег на голову. Почему нельзя было сказать сразу? К чему эти секреты? А Соня так вообще, на что надеялись, не пойму?

- Слушай, давай эту лирику на потом оставим, - отмахиваюсь я. – Ты сказал, что она была девочкой на побегушках, что это значит? Завтра, к примеру, проведут обыск, закроют казино, начнут копать, допрашивать. На нее что-то будет?

Смирнов тяжело вздыхает.

- Бл*ть, где ты видел, чтобы в казино кого-то официально трудоустраивали? Максимум, что может быть, если кто-то, вот тот близкий и родной, не позовет снова. Не втянет. Раз она не говорит кто, значит там близкие отношения, и вполне возможно…

Друг все это говорит, а внутри моей грудной клетки горит пожар. Кто там близкий и родной? Ревность будто прожигает кожу, даже дышать трудно становится.

- У них уже какая-то заварушка была, но ты же понимаешь, что это за люди, Никит? Для них закон не писан, тем более, Сафронов. Это его территория, если захочет выйти из воды сухим, выйдет обязательно.

Сто лет не слышал эту фамилию, в какой-то момент, думаю, что может показалось?

- Сафронов? – слегка откашливаюсь.

- Да, ребята пару дней назад пробили все, это его клуб, - Яр достает какую-то папку из ящика стола и протягивает ее мне. – Там, ресторан, спа, сауна, ночной клуб и казино. Хорошее место. Орлов говорит, там природа красивая, вся столица едет туда отдыхать.

Обычно, я не верю в совпадение, но тут просто мистика какая-то.

Ладно. С этим разберусь позже.

- В любом случае, мой совет тебе и девочке твоей, - произносит Смирнов, - забудьте это. Да, ты связался с малолеткой, тебе не позавидуешь, но блин…у всех у нас есть прошлое, ты вон до недавнего времени траур носил, а сейчас вроде посвежел. Это она на тебя так влияет. Не руби с плеча, просто поговори по-человечески, все выясни, если надо, воспитательную беседу проведи, ну там, не знаю, если тебе легче станет. Поставь ты уже жирную точку на прошлом и иди дальше. Она просто в карты играла, уверен, никому не выгодно ее подставлять. Да и не интересно ей уже это. Влюблена по уши.

Снова все это говорит, и будто в душу смотрит.

- Я и не собирался рубить с плеча, - не собирался же? – Просто, все это неожиданно.

Поднимаюсь с кресла, начинаю ходить по комнате туда-сюда. Я по своей натуре человек не вспыльчивый, но сейчас банально не знаю куда себя деть?

- Я вообще завтра женюсь, на девушке, которая пришла ко мне на работу, чтобы раздобыть на меня компромат. Тоже неожиданно, да?

Как вспомню эту историю, так смешно становится. В этом весь Ярослав, у него вся жизнь такая: весело, задорно и с огоньком.

- Помнишь, мы с тобой все думали, почему Соня так настаивала, чтобы Вера жила со мной? - продолжаю собирать пазлы в голове.

Смирнов согласно кивает.

- Может из-за этого?

- Может, - пожимает плечами. – И тебе абсолютно точно, нужно взять на контроль это дело, прокурор Резник, и решать самому. Не беги к папочке каждый раз, когда прижмет.

- Иди ты, - толкаю ее в плечо, - папочка.

Мы громко смеемся, и пожав друг другу руки, выходим из кабинета. Не знаю, как у товарища это получается, но каждый раз, когда поговорю с ним, на душе становится немного лучше.

Вера сидит на диване в гостиной, вся такая расстроенная и поникшая, что у меня руки чешутся. Сейчас бы ее на руки подхватить, прижать к себе. Поцеловать. Пройтись ладонями по ее нежной коже, подмять по себя и любить долго и сладко. Но пока не поговорю с ней, пока не расставим все по местам и полочкам, не стоит. Тем более, не при Ярославе.

- Вера, почему ты ничего не ешь? – твердым голосом спрашиваю я, будто маленького ребенка. Самому это все противно.

- Я не хочу, спасибо, - опускает глаза, и правда выглядит нашкодившим ребенком. Маленькая и такая хрупкая. Бл*ять.

Смирнов за нами наблюдает, и видимо хочет уже что-то съязвить, но удивительным образом сдерживается.

- Вера, - окликает он ее, и я молю Бога, чтобы не ляпнул чего. – А давай с тобой сыграем? Покажи мне свои таланты?

- Сейчас? – она ошарашенно смотрит сначала на друга, а затем на меня. Страшно ей. Ну, естественно, в компании двух прокуроров.

- Ага, у меня, между прочим, последний холостяцкий вечер. Давай хоть как-то его проведем?

Смирнов уходит за набором для покера, а мы остаемся вдвоем. Странное ощущение появляется, когда смотрю на эту девочку.

Не знаю, как так получается, но Вера вызывает у меня противоречивые чувства: хочется прибить за выкрутасы, но еще больше, поцеловать.

Что, собственно, я и делаю. Хватаю ее за руку, придвигаю к себе и впиваюсь в этот сладкий рот. Вероника не ожидает от меня подобного и тихо ахает, а я воспользовавшись ее заминкой, углубляю наш поцелуй. Чтобы знала, что моя. Никуда не денется. Пусть не крутит себя, я остыну. Мне время просто нужно. Я обязательно разберусь в этой ситуации.

- Это прощальный поцелуй? – шепчет она в мои губы, и я вижу, как в уголках ее глаз, собираются слезы.

Картежница блин. Восемнадцатилетняя.

- Не дождешься, малыш, - отвечаю я, и снова ее целую.