Глава 8

Где-то вдалеке по-прежнему играла приглушенная музыка, и мерцали гирлянды. Мы лежали на кровати, разглядывая друг друга. Я разметалась, как морская звезда, а Роман приподнялся, опираясь на локоть.

— Страшно, Искорка? — легкая полуулыбка и веселье в васильковых глазах.

— Если расскажешь, чего бояться, испугаюсь!

Он убрал мне прядь волос за ухо.

— Меня?

Прыснула. После того, что произошло, бояться его было совершенно нелепо.

— Тебя-то чего?

А ведь боялась.

До того, как расплакалась ему в плечо, до того, как он танцевал для меня, до того, как мы...

Только этот страх остался словно в прошлой жизни.

На островах я по просьбе Кассиоры играла богиню-покровительницу одного диковатого, но очень гордого народа.

— Выручи меня, Искра. Пожалуйста. Только ты можешь мне помочь, — Кассиора настолько ослепительно красива, что больно смотреть на нее.

Все ее тело — свет. Длинные волосы — свет. Сияющая кожа — свет. Фиалковые глаза — свет. Каждый видит ее прекраснейшей женщиной, какую только может вообразить. Непостижимое чудо.

— Я не могу, Кассиора... Я же ничегошеньки о них не знаю!

— А я расскажу тебе. Расскажу и покажу. Кроме того, по легенде ты спала тысячу лет и вполне можешь ничего не помнить. Искра, дорогая... Очень прошу.

Я согласилась. Какой человек откажет неотразимой Кассиоре?

Тем более, если она подруга отца, который и дома-то не показывается годами, а Кассиора в каком-то роде заменяет мне мать.

Потому однажды каменная статуя в островном храме «ожила».

Простой народ безумно обрадовался, зато вожди, мягко говоря, обалдели. Однако, быстро пришли в себя: делиться властью с кем-то мифическим никто не собирался.

Выход нашелся быстро. Меня решили выдать замуж за сына главного вождя.

Парень желанием жениться на мне не горел: у него с детства была подружка, как и у всех соплеменников. Парочки складывались очень рано.

Мое появление стало для них хуже охапки снега за шиворот.

Впрочем, мягкотелый, но практичный юноша перечить властному отцу не стал. Несостоявшуюся невесту от греха подальше отослали в дальнюю деревню. А парень взялся за меня всерьез, начал ухаживать.

Я тогда мало что понимала в жизни. Была юная, азартная, верила всему. Поверила и в то, что жених разлюбил ту девушку и полюбил меня.

Зато чувства его отца старалась не замечать.

Кассиора обещала мне сказку, и в сказку никак не вписывались шашни с давно и счастливо женатым мужчиной.

Наверное, я стала для этого вождя личным роком и наваждением — жену он обожал, а меня... не мог выкинуть из головы. Проводил со мной чуть ли не больше времени, чем жених, вводя в курс обычаев.

Я ничем не провоцировала. Вела себя естественно и доброжелательно, а его страсть лишь разгоралась.

Правда, не будь этот мужчина женат... я бы, наверное, выбрала его. Уже потом, по здравому размышлению. Тогда я хотела красивую свадьбу, детей, свой дом и милого предупредительного мужа.

Когда свадьба, наконец, состоялась, встал вопрос, где нам жить. В деревню я не вписывалась от слова совсем.

Выросла в огромном ультрасовременном городе.

Сияющие здания с роскошными интерьерами. Воздушные «автомобили». Миллионы гаджетов. Телепорты на замену обычному транспорту. Таблетки от старости.

И все экологически чистое, повсюду зелень и чистейшие морские пляжи.

Конечно, я хотела, чтобы наши дети рождались и росли в столь комфортных условиях. Муж ни в чем не возражал и помогал мне, как мог.

Любил жить тихо, ненапряжно, без ссор... Мило, ровно, предсказуемо...

Со временем мне стало не хватать страсти, бури, натиска... но разве живая богиня-покровительница может искать впечатления на стороне? И я растворялась в детях.

В деревне почти не показывалась. Ну, так, на обязательных церемониях появлялась.

И чужое все, и свекор не сводит с меня горящих черных глаз, стоит нам только остаться наедине.

Зато муж вывозил туда детей постоянно, прививал им родную культуру и занимался какими-то управленческими делами с отцом.

Годы шли, и всем стало ясно, что мои дети там «свои», а я — «чужая».

Разумеется, почтение мне все равно оказывали — а ну как богиня рассердится? Но близко в дела не допускали. Была «статуей» — ей и оставайся.

Время шло, старший сын уже завел себе подружку, когда игнорировать слухи стало невозможно.

Старая любовь не ржавеет? Да она и не старела. Все годы нашего брака муженек по-тихому встречался со своей главной любовью — подругой детства. Детей они не нажили, все же боялись гнева богов и соплеменников, зато трахались вволю.

Свекор об этом не подозревал, иначе быстро разлучил бы голубков, но парочке помогали все, кому не лень. В целом супружескую неверность в народе презирали, но в нашем случае люди куда лучше понимали сына своего вождя и его верность клятвам детства, чем навязанные отношения с «чужачкой».

Стали ходить разговоры, что я вовсе не та, за кого себя выдаю. Никакая, мол, не богиня и к народу и его магии отношения вообще не имею.

Главный вождь тоже сомневался и ровно потому категорически запретил проводить любые экспертизы.

Ничто его чувство не брало.

На публике он громогласно объявлял, что я их — Королева.

Магическими способностями я действительно обладала. От отца достались.

Ножи научилась метать в совершенстве.

Так что, стоило мне лично приехать в деревню, разговоры стихали. А затем начинались по новой.

С годами у мужа прибавилось «хозяйственных дел». Отцу-то на покой пора, надо наследовать власть.

Знала я, как и какую власть он наследует.

Не собиралась засекать его на «горячем», позориться перед людьми — и так все магически видела.

Боль удушливо заполняла все мое существо, и однажды ее стало так много, что я поняла: хватит.

Для Кассиоры я сделала достаточно. Дети подросли, да и среди многочисленной деревенской родни не останутся без заботы.

Они мои дети, и я их очень люблю, но так дальше невозможно.

Однажды я попросила вождя приехать в парк поговорить наедине. Примчался сразу.

— Скажи народу, скажи моему мужу, что Королева уходит в свои чертоги, вождь. Я долго была с вами, а теперь пришло время покоя.

Он бросился на колени, обхватил меня за ноги, и я видела в черных глазах все, что он хотел сказать.

Про любовь, про желание хотя бы один раз заняться со мной сексом, про вечное обожание... а я понимала, что если поддамся, разрушу все.

Этот мужчина пожалеет. У него просто страсть. Неутоленная, многолетняя жажда. А он властный, он привык получать желаемое, и я уже не только любимая женщина, но и трудная цель.

Как только он добьется меня, то поймет, что разрушил свою собственную семью.

Ну а я не хочу быть неверной, даже если мой муж — слабохарактерный лжец и подлец.

Я исчезла прямо из рук вождя. Просто растворилась в воздухе.

А потом Кассиора подарила мне новое юное тело и новую жизнь. Здесь, в Городе.

И в первый же день новой жизни свела с этим непостижимым Романом, который не дал мне жить в боли. Пробудил и показал то, чего с мужем не позволяла себе ни разу.

Интересно... сколько Роману лет? Он действительно молодой или только таким кажется?

Вопрос неслучайный — при ближайшем рассмотрении батики показались мне очень... древними.

Тихо сказала:

— Не хочу тебя бояться, Ром. Ни тебя, ни твоего трудного характера. Будешь со мной добрым?

Он улыбнулся.

— При таком доверии постараюсь!

Все, что не сложилось в той семье... не случилось... Сейчас мне острейше хотелось опять поверить в сказку.

Я подняла руку и скользнула по обнаженному мужскому животу, как Роман внезапно перехватил запястье.

— А ты, ведьма? Разобьешь мое сердце?

Выдохнула:

— Нет. Очень надеюсь, что нет.

Столько тревоги в его голосе, столько боли... Я резко перевела тему:

— Давай, наконец, осмотрим квартиру?

Он изогнул бровь.

— Искра, реально о квартире думаешь?

— Только о тебе.

Где-то под потолком мигали лампочки, но я не видела их. Видела только Романа и заново училась говорить на языке тела, задавая вопросы и получая ответы.

Больше не осталось рамок и преград.