ГЛАВА 10

Они на самом деле сыграли.

Конечно, два игрока на поле — это мощно.

Айя смеялась и плакала в душе одновременно. От счастья. От непередаваемого кайфа, что снова посылает мяч, тот летит по зеленому полю, а игрок напротив отбивает его.

Виктор был великолепен.

Девушка растворилась в вечере, в свете фонарей. В прохладе, что опустилась на город и стадион в частности.

Играли недолго. Айя первой остановила игру.

— Спасибо, — прошептала негромко, не смотря на Виктора.

Если посмотрит ему в лицо, то снова расплачется. В её жизни уже было достаточно слез, поэтому хватит.

Потом они поехали в клуб. Потому что в ресторан взлохмаченными их вряд ли пустили бы. Айя кое-как привела себя в порядок, сбегав в туалет. Не помешало бы принять душ, но умудрилась обойтись раковиной. Виктор предлагал сходить в душ вместе, Айя отказалась.

Нет-нет, она хочет продолжения вечера.

В клубе было немноголюдно, середина недели, отдыхающие предпочитали больше сидеть за столиками, чем танцевать.

Виктор с Айей выбрали столик, удаленный от входа.

— Коктейль безалкогольный? — уточнил Юступов, наблюдая, как к ним направляется официант.

Айя не колебалась с ответом.

— Конечно.

— Хорошо.

На этот раз её выбор Виктор оставил без комментариев. Себе он заказал виски. Мужчина тоже переоделся, сменил рубашку на черную футболку, которая подчеркнула его смуглую кожу.

Как и в прошлый раз в ресторане, на Виктора сразу же обратили внимание девушки за соседним столиком. Айя сидела таким образом, что видела их. Молодые. Самоуверенные. На вид им столько, сколько было самой Айе, когда она познакомилась с Виктором.

Если девиц из ресторана Айя проигнорировала, даже немного поиронизировала, то сейчас нечто отдаленно напоминающее ревность зародилось в душе. У Виктора пришло сообщение, он начал отвечать на него, предварительно извинившись, что не может отключить телефон. Айя понимающе кивнула и более пристально посмотрела на шатенку, вскинув брови кверху, давая понять, что этот конкретный мужчина занят.

Девочки её поняли и отвернулись. Тут им ловить нечего.

Вот и славно.

В крови по-прежнему плескался адреналин, хотелось танцевать. Впервые со дня развода. А может, и больше.

Но Айя не пошла. Нет. Нельзя. Ни к чему. Она пришла с Виктором, и вряд ли он обрадуется, если она пойдет вилять задницей на танцпол.

Айя поставила локти на стол, сложила ладони чашкой и положила в них подбородок.

Виктор закончил переписку, убрал телефон и сделал глоток виски.

— Итак?

— Расскажи про себя. Про меня ты знаешь всё. Я про тебя — почти ничего.

— Даже не знаю, с чего и начать, — по интонации Айя поняла, что пересказывать свою биографию мужчина не собирается. Логично.

— Тогда какие у нас планы на будущее?

— Многообещающие.

Айя приглушенно засмеялась.

Многообещающие так многообещающие.

Она не против. От слова совсем.

Виктору постоянно кто-то звонил. Он несколько раз даже выругался в сердцах. Когда ему позвонили в очередной раз, она встала и направилась в сторону туалетов.

— Носик попудрю, — сообщила она, и походя мимо него поддалась порыву — наклонилась, приобняла за плечи и дотронулась губами до его виска.

Потому что захотела.

Виктор накрыл её руку ладонью и слегка сжал.

Без лишних уточнений…

Айе расхотелось веселиться. У неё появилась другая потребность, более важная — остаться с Виктором наедине. Без лишних глаз, голосов. Без окружающей их сейчас толпы.

Только он и она.

* * *

Виктор начинал злиться. Его постоянно дергали, хотя он и предупредил, что на сегодня всё, хорош! У него свидание. А что по итогу? Один звонок за другим. Млять, свет клином на нем что ли сошелся!

Впервые с того дня, как он пришел в прокуратуру, он хотел послать работу куда подальше. Вырубить телефон, уехать в другой город. Схватить Айю в охапку, запереть двери, выкинуть ключ и любить девочку сутки на пролет, пока у обоих всё не заболит.

Кстати, где Айя?

Он оглядел зал. Кто-то танцует, кто-то наблюдает. Пьет. Развлекается, как может. Айю он не наблюдал. Вроде бы в туалет ушла. Времени прошло достаточно.

— Та-ак…

Виктор уперся раскрытыми ладонями в ребро стола, оттолкнулся и встал, повел плечами, разминая мышцы.

И где носит его зазнобу?

Он кинул несколько купюр на столик, краем глаза заметив, как официант поспешил к нему. Сам же направился в сторону туалетов. Он шел, люди сторонились его, спеша уйти с дороги. Привычное дело. Один знакомый ещё по армии ему как-то сказал, что, когда он зол, лучше никому не попадаться ему на пути — снесет. Что, мол, люди чувствуют его флюиды. Юступов тогда посмеялся от души — какие, к черту, флюиды.

Айю он увидел сразу. Его девочка стояла у большого зеркала в коридоре, отражаясь в множестве других и проделывала какие-то манипуляции с губами. То ли подкрашивала их, то ли, наоборот, убирала лишний блеск. В свете софитов Виктор не рассмотрел.

Он остановился, сразу успокоившись, и припал плечом к стене. Постоит, полюбуется ей. Главное — она в поле его зрения. Красивая. Яркая. Такая беззащитная. Как такую можно обидеть? Вот как?…

Пока Виктор не мог отпустить её из поля зрения. Неправильно это, конечно, но… Отношения должны строиться на доверии. Айе он доверял. Доверял же?

Не успел Виктор додумать, как дверь мужского туалета открылась и оттуда вышел молодой мужчина лет тридцати. Сделал два шага и остановился прямо за спиной Айи.

У Виктора в груди ревность выпустила шипы. Длинные, колючие. Причем, выпустила мгновенно. Он ещё не успел окольцевать девочку… Да что говорить! Айя еще не успела обжиться на территории РФ, а вокруг неё уже ухажеры вьются.

Помимо него…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Кулаки зачесались, и Виктор сделал шаг вперед.

Айя его не видела, зато он мог расслышать, о чем она говорит с будущим кандидатом в неотложку.

— Вы? Вот так встреча!

Айя обернулась и в её глазах Виктор счел узнавание.

Где-то она с этим мужиком уже пересекалась.

Виктор замер. Напрягся.

Он мог вмешаться. Прямо сейчас. Обозначить себя.

Но не стал.

Он чувствовал, как натягиваются внутри него невидимые нити. До максимума. До предела. Одно неверное слово, движение и они порвутся.

Виктор себя контролировал. Он не сорвется. Выдержка ещё ни разу в гражданской жизни не подводила его. Но отчего в горле встал ком и дышать невыносимо стало?

Он и раньше ревновал Айю, но не так. Тогда она не была с ним. Не улыбалась ему приветливо, не льнула доверчиво.

Не спала в его кровати.

Айя сдержанно, почти одними уголками губ улыбнулась нечаянному собеседнику:

— Добрый вечер… Кирилл, кажется.

— Да, а вы мне так своё имя и не назвали.

Айя едва заметно повела плечами.

— Без лишнего кокетства — ни к чему, Кирилл. Вы, я так понимаю, нацелены на близкое знакомство со мной. Зря. Я занята. Всерьез и надолго, — спокойно, не меняя интонации, проговорила она.

Возможно, она считала, что блефует. Что говорит необходимое, чтобы отвадить предполагаемого кавалера. Но Виктор четко знал — её последние слова истинная правда.

Парень развел руки в сторону, признавая быстрое поражение.

— Шах и мат. Ценно, когда женщина, пусть и не моя, говорит правду. Удачи вам, прекрасная незнакомка.

— И вам, Кирилл.

Мужчина направился дальше по коридору, окинув Виктора равнодушным взглядом.

А вот у Айи взгляд никак нельзя было назвать равнодушным. Она тоже повернулась в сторону Виктора, и на её лице отразилось сначала недоумение, потом пришла настороженность.

Они оба подумали об одном и том же.

В узком коридоре никого больше не было. Виктор сделал шаг в сторону Айи. Она — навстречу. Остановилась. Посмотрела на него из-под ресниц, тяжело дыша.

Во рту мужчины пересохло, в ушах зашумело. Он поднял руку и бесцеремонно положил её на женский затылок. Не менее бесцеремонно проник пальцами в волосы, растрепав их и потянул немного назад, запрокидывая голову девушки так, чтобы видеть её глаза.

— Ты со мной, Айя? — хрипло спросил он, не узнавая свой голос.

— С тобой. Только с тобой.

* * *

И на этот раз они тоже не дошли до кровати.

— Вить… В душ…

— К черту!

Он сдернул платье с её покатых плеч, не обращая внимание на треск швов. Шелк рвался легко. У Виктора же была одна цель, как можно быстрее добраться до нежной бархатистой кожи, остальное — похер.

Виктор прижал Айю к стене, сразу же закинув её стройную ногу себе на бедро, чтобы чувствовать жар её тела. Сам припал к шее в голодном поцелуе. Ещё. И ещё. Снова. И снова.

Ему необходимо было трогать её. Клеймить…

Виктор, как никогда ранее понимал самцов из дикой природы, что оставляли свой запах на теле партнерши, чтобы ни один другой не смел подойти к ней. Посмотреть даже не думал.

Наконец-то он её получил, и уже не отдаст.

Сначала Айя попыталась слабо протестовать, чем сильнее раззадорила мужчину. Он поймал обе её руки, свел их вместе, перехватил одной своей и завел над головой Айи, чтобы она от него уже никуда не делась. Чтобы полностью была в его власти.

Виктор не припомнил, чтобы им овладевала когда-либо столь дикая жажда обладания. И не просто телом понравившейся девушки. А ей самой. Полностью. Без остатка.

Чтобы только его.

Первый секс с Айей больше смахивал на пробный. Они получили удовольствие. Разовое. Не полное. Он предлагал себя — она думала. Сейчас же он хотел получить её. И не разово.

Присвоить. Навсегда.

Айя пискнула, когда он накрыл её губы своими. Вот так. Пусти его внутрь… Ну же! Девочка, давай… Давай, милая. Он толкнулся языком ей между губ и послал сразу же бедра вперед, показывая насколько сильно он её хочет. Айя заерзала, попыталась высвободить руки, но он не позволил.

Напротив, сжал сильнее.

Айя ответила на поцелуй, и Виктор внезапно успокоился. Она с ним. Рядом. Отвечает. Дает себя. Он подался назад, и тонкая порванная ткань её платья соскользнула вниз, обнажая грудь, до которой он тоже обязательно доберется.

Сейчас же он пил сладость рта любимой девочки, наслаждаясь её близостью. Второй рукой он гладил обнаженное бедро Айи, сжимал его. После чего двинулся к трусикам и сразу же отвел их в сторону, чтобы удостовериться, что Айя его хочет.

Из груди мужчины вырвался протяжный стон, когда его пальцы коснулись влажного лона.

Чтобы последовать дальше, внутрь. Айя глухо вскрикнула ему в губы, дернула руками, снова пытаясь вырваться.

Он снова не позволил.

Лишь оторвался от её губ и глухо вытолкнул из себя:

— Не сопротивляйся.

Виктор не мог знать, что она прочла в его глазах. Он же тонул в её.

— Не сопротивляйся…, - повторил он и снова прижался к её губам, проникая пальцем между горячих складок.

Толчок и ещё один.

Айя подалась вперед, уже сама удобнее размещая ногу у него на бедре. Потерлась, как кошечка. Раскрылась.

Виктор вынул палец из неё и дернул ремень на брюках. Тот поддался. Дальше зиппер. Виктор спешил. Потом он насладиться Айей. Потом и себе, и ей даст медленный чувственный секс.

Не сейчас…

Глаза Айи по мере его действий распахивались. Она понимала, что он собирается сделать.

Он вошел в неё, и не дав привыкнуть, задвигался.

— Пусти… руки…

— Нет.

Виктор сам не осознавал почему в нем с каждой секундой возрастала потребность полностью контролировать Айю. Он жадно, остервенело целовал её, вбиваясь в её хрупкое тело.

Она застонала, подалась вперед. Поймала его губы и укусила. Немного игриво, немного так же остервенело. Если она рассчитывала, что подобным действием сможет затормозить его, она ошиблась. Виктор спустил тормоза и открыто наслаждался происходящем.

Шелковое платье Айи зависло на талии. Виктор накрыл небольшую упругую грудь, сдернув гипюровой бюстгальтер. Тоже в хлам…

— Да что же ты всеёёё…рвешь, — Айя закатила глаза, не скрывая наслаждения.

— Потому что так хочу!

Видимо, он в какой-то момент переборщил, потому что явственно ощутил, как Айя насторожилась. Не напряглась перед оргазмом, а именно тормознула себя.

Сердце бешено колотилось у мужчины в груди. Виктор, не выходя из девочки, ломая и притормаживая свой оргазм, уткнулся лбом в её лоб и негромко, через силу, потому что слова не складывались в звуки, выдохнул:

— Айя, я с тобой? Слышишь. С тобой. Я не причиню тебе вреда. Никогда.

Он шептал, крепче прижимая её. Успокаивая. Переборщил всё-таки, не сдержался.

Секунда утекала за секундой в вечность. Виктор не двигался, ждал. С его Айей не будет легко, но он пойдет на всё, чтобы сделать и её, и себя счастливым.

— Почему…, - она прикрыла глаза, а потом резко их распахнула, и Виктор с удивлением увидел в них слезы. — Почему ты не присвоил меня тогда?

Он тяжело задышал.

Хороший вопрос…

Правильный.

— Теперь присваиваю.

И задвигался уже более мягко, проникая в Айю и не разрывая зрительного контакта их глаз. Айя тоже смотрела. Её глаза заволокла поволока. Правильная. Актуальная.

Идеальная реакция на происходящее.

— Тебе нравится? Скажи…

Он подхватил её за бедра, освободив, наконец, руки. Айя сразу же вцепилась в его плечи, всхлипнула от эмоций, что невозможно было и дальше держать в себе и выдохнула.

— Ты охрененный…

* * *

Виктор всё-таки уложил голую Айю на черные покрывала. Её белые волосы рассыпались по подушке.

Она, довольная, счастливо засмеялась. Вытянула руки кверху, демонстрируя себя и лениво растягивая слова, игриво спросила:

— Товарищ военный прокурор, так ты мне подаришь дочку?

Виктор расставил руки по обе стороны от её головы. Навис сверху.

Всё, как он и представлял.

Айя, обнаженная, счастливая, под ним. На его кровати. В его доме.

Смотрит на него.

Глаз не отводит.

Его распирало от нежности, от любви к этой девочке.

— Малышка, я подарю тебе всё, что ты захочешь.