Глава 21

Андрей… Наверное, мало удивительного в том, что у нас ничего не вышло. Слишком долго я этого ждала. Вернее, как раз не ждала. Еще в школе, узнав, что он влюблен в Лику, поставила крест на своей любви и смирилась с этим. Не легко и не быстро, но смирилась.

Даже после гибели подруги никаких иллюзий и надежд я не испытывала. Скорее наоборот, теперь Андрей для меня навсегда был связан с Ликой. Как часть нашего прошлого, часть ее мира. То, что принадлежит ей. А я старалась строить свою жизнь.

Я говорила себе: "Смотри по сторонам, встречайся, у тебя все еще будет". И я старательно смотрела, даже завела один за другим два коротких романа. Но они довольно быстро закончились, оставив после расставания не грусть, а облегчение. Я смирилась и с этим, решив, что мне не дано.

Случайная встреча с Андреем через несколько лет после трагичных событий лишь всколыхнула во мне уже ставшую привычной горечь и грусть. Когда он сходу пригласил меня в кафе, я пошла, но ожидала, что это будет тяжелый вечер. Говорить о Лике нам обоим слишком больно, а других общих тем у нас нет.

Но я ошиблась. Встреча прошла на удивление легко. Про Лику мы вообще не вспоминали, зато Андрей очень много рассказывал о себе. Попутно мы обсудили кучу разных тем и с удовлетворением отметили, что наши взгляды во многом сходятся.

После кафе Андрей проводил меня до дома. Чмокнул в щеку. Уточнил, не поменяла ли я телефон, и пообещал звонить. Я находилась в смешанных чувствах и не сомневалась, что это лишь вежливость. Думала – мы больше не увидимся. Но опять ошиблась. Он позвонил уже на следующий день.

Примерно месяц мы регулярно встречались. Ходили в кино, в кафе или просто гуляли. Именно Андрей был инициатором этих встреч. На прогулках он часто брал меня за руку или обнимал за плечи. А я постоянно задавала себе вопрос: зачем ему это? И отвечала сама себе: таким образом мой спутник погружается в прошлое. Становится ближе к Лике.

Смущало только одно: Андрей ни разу о ней не упоминал. Вообще ни одного слова. В его взгляде никогда не мелькала печаль или боль, что подтвердило бы мне, как он тоскует о прошлом. Зато он живо интересовался мной и моими делами. С удовольствием позировал для моих съемок, помогал мне с выбором машины.

А однажды, когда мы сидели на последнем ряду кинотеатра, Андрей вдруг притянул меня к себе и поцеловал. Несколько секунд я не могла поверить в реальность происходящего, а потом горячо откликнулась. Мы, словно школьники, процеловались весь фильм. А дальше гуляли по городу до утра.

На следующий день Андрей предложил мне переехать к нему. Я знала, что его отец давно умер. А мать полгода назад встретила мужчину и жила у него. Так что квартира была в полном нашем распоряжении. Для влюбленной пары – просто мечта!

Казалось бы, ничто не мешало нашему счастью. Но почему-то именно с того времени все пошло не так, как должно было. Съехавшись с человеком, которого любила еще со школы, я ощутила не эйфорию, а странное гнетущее чувство. Во-первых, я постоянно вспоминала Лику. Она даже стала мне сниться по ночам. И это притом, что ее имя вообще не звучало в наших разговорах. Одно время я подумывала сама обсудить с Андреем прошлое. Но так и не решилась.

Во-вторых, я как-то поймала себя на мысли, что рядом со мной вовсе не тот человек, которого я помнила. Я уговаривала себя, что толком не знала его. Мы ведь общались в то время не слишком часто. Так что все эти годы я хранила в своей памяти картинку, которая, скорее всего, не имела ничего общего с реальным человеком. А сейчас у меня просто идет привыкание и осознавание.

При всем этом, самого Андрея мне не в чем было упрекнуть. Он был очень внимателен, часто дарил цветы и милые подарки, выполнял всю мужскую работу по дому. Ходил со мной по магазинам и ездил к моим родителям. Познакомил со своей мамой. А в спальне был страстен и нежен.

Шло время, а я так и не почувствовала себя счастливой. Мне все еще казалось, что я занимаю не свое место. Незримым призраком Лика присутствовала в моей жизни. И я даже иногда злилась на Андрея, что он так быстро ее забыл. Ловила себя на этом и сама ужасалась своим мыслям.

А потом произошло событие, которое я не могла не обсудить с Андреем. Оно касалось нашего прошлого. И вот тогда мы впервые поговорили обо всем. И то, что я услышала, меня сильно разочаровало. Мы поссорились, и через несколько дней я съехала от Андрея. Сняла квартиру и переехала.

Он пытался меня вернуть, и мы встретились еще раз. Но ничего хорошего из этого не вышло. Андрей, как мог, старался меня понять и задавал вопросы о причинах нашего разрыва. А мне даже нечего было ему ответить – не ссылаться же на мертвую Лику.

На этом наш короткий и не слишком удачный роман закончился. Теперь к моим тяжелым воспоминаниям о прошлом добавилось еще и чувство вины. Вины перед Андреем, за то, что не смогла сделать его счастливым. Дать то, чего он хотел.

А дальше случилась та роковая вечеринка у Максима Соколова, которая перевернула всю мою жизнь. Весь этот год все мои силы были направлены только на одно – справиться с ее последствиями. А еще я познакомилась с Вадимом. Андрея с тех пор я больше не видела.

***

Была у меня небольшая надежда, что к утру Вадим передумает. Но она не оправдалась. Намерения моего напарника не изменились, и азарта у него не убавилось. Пришлось собираться и ехать. Но сначала я потратила минут двадцать в поисках ключей от квартиры Андрея. Совсем забыла, куда их засунула год назад, все это время они мне были без надобности.

Не встретив никого из знакомых в подъезде и на лестничной клетке, мы зашли в квартиру. Вадим сразу отправился на осмотр, я же прошла в зал и остановилась посередине. Вокруг все было таким, как я помнила – ничего не изменилось. Пожалуй, помещению только требовалась генеральная уборка. Что неудивительно, раз его хозяин так долго отсутствовал.

Внимательно прислушавшись к себе, я не ощутила ни капли ностальгии, хотя прожила здесь полтора года. На самом деле стоило признать – это было не лучшее время. А самое главное: мне некого в этом винить. Андрей старался, как мог, это у меня ничего не получалось.

Я подошла ближе к полке, на которой стояли фотографии. Вообще в квартире их было немало. И наших с Андреем, и его одного. Мне нравилось его фотографировать. В то время он был моей любимой моделью. Я разглядывала снимок, где он стоял посредине пшеничного поля в лучах закатного солнца. В его волосах были соломинки, а в глазах отражалось тепло летнего дня.

И тут я с удивлением поняла, что мне больше не больно. Весь этот год после нашего расставания любое воспоминание об Андрее вызывало тоску и глухую боль. Потому что напоминало мне о том, что могло бы быть, но так и не случилось. И когда я еще жила с Андреем, тоже ощущала эту боль. Просто старалась не замечать, свыклась с ней.

А сейчас я не чувствовала ничего. Как будто все, что было вокруг, больше не имело ко мне отношения. Именно здесь, в этой квартире, глядя на старые фотографии, я вдруг отчетливо увидела, что моя школьная любовь закончилась еще тогда, со смертью Лики. Как же я не разглядела этого сразу? Зачем много лет тащила ее за собой? Придумывала то, чего уже давно не было. Жила в иллюзорном мире, мучилась сама и мучила Андрея.

И ведь в глубине души я сразу поняла, что мы сделали ошибку, начав жить вместе. Но тогда я связывала это с Ликой. Как обычно, почти все в своей жизни я связывала с ней. А дело было вовсе не в ней, а во мне. Просто прошлое стоило оставить в прошлом. Лучшее, что можно было сделать тогда – отпустить. Я этого не сделала. К сожалению, бывают такие ошибки, последствия которых останутся с тобой навсегда.

Примерно в этот момент моих запоздалых озарений в комнату заглянул Вадим. Подошел ближе и хмуро взглянул на фотографии.

– Твои снимки?

– Не все. Вот этот мой.

Мой спутник некоторое время изучал снимок, а потом поморщился и отвернулся.

– Ничего любопытного в этой квартире нет, – вынес он вердикт.

– Конечно, – пожала я плечами. – Не понимаю, что ты надеялся здесь найти.

– Сам не знаю.

Вадим наклонился и стал перебирать книги и буклеты на столе. Взял одну брошюру в руки, рассмотрел, а потом повернул ко мне.

– Это что такое? Здесь про охрану квартир. В доме есть сигнализация?

– Нет. Это с его работы, – ответила я, не подумав, и мгновенно напряглась. Теперь главное – не показать, что я испугалась.

– Он разве не археолог или геолог? Я так понял со слов его матери. Она говорила про какие-то экспедиции.

– Археология – хобби Андрея. А работает он в фирме, устанавливающей охранное оборудование, – врать было бесполезно. Вадим все равно узнает.

– Понятно, – мой собеседник повертел в руках брошюру и бросил на стол. А потом начал выдвигать ящики и просматривать их содержимое. К сожалению, там его тоже ничего не порадовало. Он с досадой оглянулся по сторонам и недовольно проворчал:

– Вообще не за что зацепиться. Между прочим, странно. Ты говоришь, что у него было хобби. А я не вижу никаких этих археологических штучек, экспонатов или чего-нибудь похожего.

– Андрея не интересовали вещи, только сам процесс, – ответила я. Вот это он вряд ли сможет проверить. Так что останется верить мне на слово.

Теперь Вадим остановился у большой фотографии на стене, на которой мы с Андреем были вместе. Некоторое время разглядывал ее, а потом повернулся ко мне.

– Он знал про Соколова? Ты ему рассказала?

К этому вопросу я была готова.

– Нет. Не видела смысла. Мы с ним вообще про Лику не говорили. Сначала я думала – он не хочет бередить старые раны. А потом поняла, что ему уже все равно. Андрей давно о ней забыл.

– Ладно, поехали отсюда, – проигнорировал мою последнюю фразу Вадим и направился к выходу.

***

Когда мы сели в машину, Вадим не спешил заводить мотор и что-то напряженно обдумывал. А потом повернулся ко мне.

– Ты ведь знаешь, где находится контора, в которой работает Казанцев?

– Знаю, была там несколько раз, – неуверенно ответила я. Его вопрос мне очень не понравился.

– Не могу понять, но она меня чем-то беспокоит.

– Кто, она?

– Фирма. Название знакомое, а вспомнить не получается. Хочу заехать, взглянуть. Диктуй адрес.

– Точный адрес я не знаю. Поезжай вперед, покажу. Тут недалеко.

Минут через десять мы припарковались у невысокого старого здания, на котором красовалась нужная нам вывеска. Рядом находился еще лишь один автомобиль, остальная стоянка пустовала. Наплыва посетителей сегодня явно не наблюдалось. Вадим внимательно все осмотрел и решительно направился к дверям.

Внутри помещение выглядело неплохо. Большой светлый зал, уютные диванчики, кондиционер, и еще приятно пахло кофе. За столиком у окна скучал незнакомый мне парень в фирменной футболке. Увидел нас и расцвел улыбкой. Вадим пошел в ту сторону. В это время открылась дверь с надписью "Директор", и в зал выглянул мужчина. Вот его-то я как раз помнила. К сожалению, и он меня тоже.

– Лена! – воскликнул он. – Здравствуй! Ты к нам по делу или просто так? Заходи, – посторонился и кивнул на свой кабинет. Вадим, шедший к менеджеру, резко развернулся и вошел первым. Хозяин кабинета удивленно посмотрел ему вслед и перевел озадаченный взгляд на меня.

В кабинете я скромно опустилась на диванчик у стены, а Вадим сел в кресло рядом со столом. Я напрягла память и вспомнила имя начальника Андрея – Юрий Петрович. Мужчина некоторое время молчал и явно чувствовал себя не в своей тарелке. А потом неуверенно спросил, обращаясь ко мне:

– Вы к нам за консультацией или…

– Мы к вам по поводу вашего сотрудника Казанцева Андрея, – сразу взял быка за рога мой напарник.

– Андрея? – еще больше растерялся Юрий Петрович. – А в чем дело?

– Вы знаете, где он сейчас? – продолжал напирать Вадим, не давая собеседнику опомниться.

– Эээ… Вообще-то, нет. Он взял отпуск за свой счет и больше у нас не появлялся. Ну, ты в курсе, я же тебе звонил, – снова попытался втянуть меня в разговор мужчина.

– Она не в курсе, – строго ответил за меня Вадим. – А вот вы должны знать, где находятся ваши сотрудники.

– Честно говоря, Андрей больше у нас не работает, – Юрий Петрович виновато взглянул на меня и продолжил: – Ты же понимаешь. Связи с ним нет. Я тянул, сколько мог, но… Через три месяца пришлось его официально уволить.

– Расскажите мне, чем конкретно он у вас занимался непосредственно перед исчезновением.

– Лена, я не понимаю, что происходит? – взмолился Юрий Петрович. – Андрей что, действительно пропал? И вы его ищете? До меня доходили слухи, но я думал…

– Человек пропал, – снова ответил за меня Вадим. – А никому до этого нет дела. Так, чем он занимался?

– Ну… хорошо, – протянул хозяин кабинета. – Собственно, нам нечего скрывать. У нас все официально. Андрей устанавливал оборудование. Мы занимаемся системами видеонаблюдения и охраны коттеджей, квартир, вообще любых помещений. Вас интересует что-то конкретное? Я могу посмотреть по записям.

В это время Вадим вдруг изменился в лице, поднялся и быстро вышел из кабинета, бросив нам:

– Я вернусь через минуту.

Все время в его ожидании Юрий Петрович суетливо перебирал бумажки на столе. Я все так же сидела на диванчике и напряженно гадала, что происходит.

Открылась дверь, и к нам снова присоединился Вадим. Выражение его лица было таким мрачным и холодным, что я даже испугалась. Он сел в кресло и, прищурившись, посмотрел прямо на Юрия Петровича.

– Значит так, все гораздо хуже, чем я думал. У меня есть основания полагать, что именно Казанцев ставил оборудование в доме моего друга, в котором позже произошло убийство.

– Что?! – смешно вытаращил глаза Юрий Петрович. А вот мне удивляться было не с чего. Я догадывалась, что все к этому идет.

– Вы можете проверить по адресу, кто из сотрудников там работал?

– Конечно! Диктуйте, – мужчина быстро развернулся к монитору компьютера и застучал по клавишам. – Таак, нашел… Действительно, у них наша система стоит.

– Я знаю. Только что уточнил у хозяйки.

– Да, но… ставил ее не Казанцев. Вот тут указанно: Трофимов Николай.

– Это точно?

– Конечно! У нас все точно. Мы с очень состоятельными клиентами работаем. Да вы можете сами с Николаем поговорить, если хотите.

– Где его найти?

– Он сейчас на объекте. Но я вам дам его телефон. Созвонитесь и договоритесь.

– Давайте, – Вадим взял визитку, на которой Юрий Петрович подчеркнул нужный номер. – И вот еще что: я так понял, Казанцев сам вам звонил и брал отпуск. Когда это было? Мне нужна конкретная дата.

– Хорошо, сейчас посмотрю. Где же это?.. А, вот, – мужчина назвал цифры.

– На следующий день после убийства Максима, – констатировал Вадим, покачал головой и направился к выходу, забыв попрощаться с Юрием Петровичем. Я поднялась и пошла за ним, на ходу кивнув хозяину кабинета. Тот сидел с бледным лицом и нервно тер потный лоб носовым платком.

Мы сели в машину. Вадим, не глядя на меня, произнес:

– Ты столкнулась с ним на вечеринке? Поэтому и убежала? Это все-таки ты рассказала Казанцеву о Максиме или он сам его вычислил?

– Нет, Вадим! Ты все неправильно понял. Я не натыкалась на Андрея, потому что его там не было.

– Дура! – ответил он зло и стукнул кулаком по рулю. – Ты что не понимаешь, что выгораживаешь убийцу? Я, конечно, слышал, что любовь слепа, но всему же есть предел!

Я решила, что сейчас не время рассказывать о том, что сегодня поняла о своей любви. Как-нибудь потом. А пока надо постараться его убедить.

– Вадим, Андрей не убивал Соколова. Ему это было совсем не нужно.

– Не трать силы зря. Как видишь, я сам все узнал, остались лишь детали.

– Юрий Петрович же сказал, что Андрей не занимался домом Максима. Ну поговори с тем парнем.

– А в чем смысл? Они наверняка были друзьями, значит, правды я не добьюсь. Все же сходится один к одному, – мрачно продолжил мой спутник. – У Казанцева был мотив. Он знал, как проникнуть в коттедж. Исчез сразу после убийства. Скажи-ка мне вот что: твой бывший участвовал в официальных раскопках? – Я молчала. – Понятно, – усмехнулся Вадим, – значит, "черный" археолог. Вот откуда старый пистолет. Все так просто!

Похоже, шансов воздействовать на мнение Вадима у меня больше нет. Оставшуюся дорогу до дома я сидела в тишине. Притормозив у подъезда, мой спутник не стал выходить из машины. Повернулся и, презрительно глядя на меня, сказал:

– Не беспокойся, я не сдам твоего любовника Кручевскому. Не хочу заново поднимать всю эту грязь. Твоя история мне порядком надоела. Да и ты, признаться, тоже. Хватит с меня. Уходи!

Я выбралась из машины и медленно побрела к дому. Вот, наверное, и все. Только победой это вряд ли назовешь…