Глава 11

Это было удачной идеей прогуляться в городе в компании Джеймса. Потому что Лема сейчас мне меньше всего хотелось видеть. Перед глазами и так стояла бедная девушка, прижимающая руки к животу на пороге его замка, которую он выгнал. В ее руках был платочек и немой вопрос за что. Он же сам заделал ребенка, а теперь выгоняет мать.

Да фантазия работала на полную.

Чтоб к нему уборщица не заходила весь день.

Я посмотрела на Джеймса — молодой парень с тонкими чертами лица. На вид ему лет двадцати. Он не особо рад был ехать со мной, но ослушаться Лема не посмел. Зато в карете сидел с надменной рожей, будто лимон укусил.

— Это центр города? — спросила я.

— Да, — бросил он надменно.

— Все в порядке? — уточнила я, непривычная до подобного отношения.

— Все отлично. Я выполняю поручение господина Вернхина, но я не обязан вести себя так как вы захотите, — ответил он.

— То есть культурно ты себя не будешь вести?

Он пошамкал тонкими губами, а брови на переносице сошлись, образовав неровные складки. Красивое у него лицо, чуть подрастет, и от женщин отбоя не будет. Только, если характер будет таким же, то вряд ли. Или за ним уже бегают дамы? Стало даже интересно, что собой представляет помощник Лема.

— Вы пока не его жена, — он улыбнулся. — И не факт, что будете.

— С чего ты решил?

— Сама увидишь.

— Сами, — улыбнулась я.

— Что? — не понял он.

— Мы с тобой не пили на брудершафт, чтобы ты мне тыкал. Так что на вы, — я отвернулась к окну, а Джеймс фыркнул.

Мне аж неловко стало, что он со мной так. Было бы из-за чего, ведь мы видим друг друга впервые в жизни. Ладно, с его помощником каши не сваришь. Попробуем с другой стороны найти подход.

Карета остановилась от силы через десять минут с того моменты, как мы отъехали от суда.

— Здесь ателье, где вы можете выбрать свадебное платье, — сказал Джеймс, первым вышедшим из кареты.

На удивление парень подал мне руку. Я вложила свою в жесткую ладонь, ощутив как меня сжали. Не сравнить с Лемом, тот как берет, так вся рука утопает в его хватке, а у Джеймса так мягко.

Он завел меня в помещение сквозь стеклянные двери. Внутри помещения стояло множество манекенов в красивых платьях. Хотя здесь было довольно-таки просторно и пусто. Почти людей нет.

К нам встречу вышли молоденькие девочки.

— Добрый день. Добро пожаловать к нам. Что интересует господ? — к нам подошла одна девушка в длинном темно-синем платье с тугим корсетом.

— Нам нужно свадебное платье, — начал Джеймс. — Для дамы. Желательно ручной работы.

Девушка осмотрела меня с интересом и легкой профессиональной улыбкой на лице.

— Хорошо. Позволите снять мерки с дамы? — она показал мне рукой на шторку. — Кстати, а какой цвет платья.

— Голубой, — сказала я.

Джеймс посмотрел на меня как на врага народа.

— Белый цвет платья для непорочных невест, — начал он. — Зеленый цвет для вдов, красный для разведенок.

— И все? — спросила я.

— Да, — ответил он.

Ага, то есть тут замуж выходят или совсем нетронутыми, или после смерти мужа, или после развода.

— Как часто берут красный? — спросила я у девушки.

— Крайне редко. Белый цвет в ходу, — ответила она.

Да уж, все хотят непорочно выйти замуж.

— Я хочу голубой на свою свадьбу. Она же у меня будет особенная, — сказала я.

— В голубом нельзя. Господин Вернхин не позволит, — ответил Джеймс. — Заводите невесту.

— Господин Вернхин? Судья? — на секунду на безмятежном лице девушки появилось удивление.

— Да, это его невеста Кристина Эсти, — ответил Джеймс и уселся в кресло. — Можно чаю?

— Да, конечно, господин, — девушка кивнула другим, и те тут же засуетились.

Меня завели за шторку, где находилось зеркало и куча всяких измерительных приспособлений.

Пришлось полностью снять платье, меня замеряли со всех сторон — руки, грудь, талию, бедра. Стало даже немного прохладно, но радовало, что девушки работали быстро и слаженно. Почти. Потому что в один момент шторка случайно дернулась, а я тут же прижала руки к груди — Джеймс увидел меня, сидя на кресле и попивая чай. Он аж чуть не поперхнулся, хорошо, что девочки тут же закрыли занавеску. Не хватало, чтоб он меня рассматривал.

Но он ведь видел. Ладно, не буду на этом заморачиваться. Видел и видел. Он же молодой симпатичный парень, что женщину голой впервые увидел?

— И все же, госпожа Эсти, мы вам советуем взять белое платье. Согласно традициям, — передо мной появилась девушка.

— Голубое, — настояла я.

— Но господин Вернхин очень чтит традиции и законы. Он бы не захотел видеть голубое на празднике.

— Всмысле? — недоуменно спросила я.

Что-то меня напрягло знание, что там чтит мой будущий муж.

— В том, что невесте лучше в белом.

— Я думаю, он мне разрешит в голубом, — я подмигнула им.

— Есть какие-то пожелания к платью? Корсет, ткань.

— Чтоб не сильно жарко в нем было. И чтоб сверху еще плащ.

— Хорошо. У вас ткань такая необычная, — она кивнула на мое платье. — Если принесете рулон, то мы сможем попробовать пошить из него. Нам очень нравится с ней работать. Все костюмы господин Вернхин шьет у нас.

Я задумалась, если замок выдаст, то почему бы и нет.

И вообще Лем же сам сказал, чтоб я сама устраивала свадьбу, значит все будет как я захочу.

Хотя свадьба это совместное мероприятие, но если мужчина всецело доверяет женщине, то флаг ему в руки.

Девушки помогли мне надеть мое платье.

— Хорошо, тогда завтра передам через жениха ткань, или сама приеду, — ответила я.

— Когда получим ткань или извещение, что придется делать из наших тканей — платье будет готово через неделю. Ждем на первичной примерке, — сказала работница ателье. — Заходите.

— Отлично.

Мы с Джеймсом еще немного погуляли по городу, где он мне показал главный собор в готической стиле, в котором нас будут венчать с Лемом. Затем мы прошлись по нескольким достопримечательностям. Я уж было хотела спросить, а не будут ли нас здесь фотографировать, но вспомнила, что в этом мире нет фотоаппартатов. Я ощущала, что парню не особо нравилось мне все показывать. Казалось, что он так и хотел сбежать от меня.

— Джеймс, скажи, пожалуйста, тебе не нравится мое общество? — я чуть не уперла его в стену.

Парень испугался от моего напора, нахохлившись.

— Я не хочу с вами обсуждать данный вопрос, потому что вы близкий человек моего работодателя.

Я сощурилась. Так вот в чем дело, он не мог отказать Лему, потому что тот его уволить. И по правде говоря, парню лучше было бы сидеть на работе, а не бегать с незнакомой женщиной по городу. В общем, парень делает что угодно, лишь бы понравилось начальнику.

— Я хочу домой, я устала, — сказала я, отступив.

— Хорошо, — он вновь нахмурился.

Джеймс отправил меня на карете в замок, а сам пешком вернулся на работу.

А вот уже дома, ближе к вечеру домой вернулся Лем.

— Что значит голубое платье? — начал он.

Злой такой, что чуть ли огнем не пышет. В его руках была Буся. Ужас, он ее и здесь носит подмышкой.

Вот только его вид вот совсем не предвещал ничего хорошего. Несмотря на то, что он выглядел комически, мне стало страшно.

— А что? — недоуменно спросила я.

— Какое голубое платье на свадьбу? — спросил Лем, отпуская Бусю.

Малышка прошлась по моей комнате, принюхиваясь к полу.

— И что? Ты мне сам доверил организовывать свадьбу, вот я, как невеста захотела в голубом. Или тут у вас голубой траурный?

— Женщины выходят замуж только в белых платьях, — устало ответил он.

— Там еще было красное, но мне красный не нравится. И темно-зеленый, но я точно никого не хоронила, — ответила я, широко улыбнувшись. — В моем случае просто нет правильного цвета.

— Белый, — прорычал Лем.

— Было бы из-за чего ругаться, — я развела руками в стороны.

— Есть традиции в этом мире, и они подразумевают собой то, что невеста должна быть в платье определенных цветов, и голубого в нем нет, — пояснил он спокойно.

Вот только его взгляд был такой дикий, даже звериный.

Я нервно сглотнула, ощущая что у меня дрожит все тело от страха. Довел меня муженек новоиспеченный, но я четко должна довести свое до конца, нельзя поступаться. Я и так в его власти по полной, но это еще не значит, что не будет по-моему.

— А я хочу в голубом, — настояла я на своем.

Надоело, что он за меня решал.

— Кристина, нет. Не будь ребенком. Есть определенные правила, которым мы должны следовать, — ответил он, скрестив руки на груди, будто отгораживался от меня. — Они ткань просили замковую?

— И в чем детскость? В том, что твоя будущая жена хочет быть особенной? — не дрожать, не дрожать.

— Кристина, не знаю, как в твоем мире, но в этом есть определенные правила. Нельзя ходить в чем угодно.

— Иначе что? — задала я риторический вопрос. — Что за идиотское мышление, а что люди скажут?

При чем последнее я прошептала, вот мне совсем не нравился тот огонь в глазах Лема, вспыхнувший в один момент. Меня несет, а его возможно и не остановить потом. Зря провоцирую.

— При чем тут люди? Я — судья, я — закон. Если я нарушаю правила, то почему другие должны им следовать? — распалялся он, а золото в его глазах переливалось перламутром. — Свадьба в белом. Все точка.

— Тогда сам ее устраивай. Сам согласился с условием, а теперь мы ругаемся из-за цвета платья, когда ты даже не можешь сказать почему.

— Кристина, — он в один момент очутился возле меня.

Казалось, что вот-вот он меня схватит и сделает больно.

— Не пытайся мной манипулировать. Я свое слово держу, но есть неприемлемые вещи.

— Платье невесты? — уточнила я, немного уклонившись. — А можно весь список того, что мне нельзя делать для нашей свадьбы?

Его зрачки стали вертикальными. Я ощутила неистовый жар, исходящий от него, будто его действительно бомбануло как в известных мемах.

Я же его довожу. Нельзя испытывать границы его терпения. А если сорвется? Я же его не знаю совсем. Надо сыграть. Просто сыграть другую роль.

— Злить меня. Такой ответ тебя устроит? — ответил он, делая шаг назад и смотря на меня как… Даже не знаю, как. Сурово, жестко.

Где-то в глубине души меня это задевает, но я назойливо напоминаю себе, что он меня украл и поблажек для него не будет. Тем более он мне вообще многие вещи не хочет объяснять. А раз не хочет, то и пусть получит фашист гранату.

Напряженную атмосферу разрядила собака. Буся подбежала к нему и завиляла хвостиком. Лем погладил ее по голове, и почесал за ушком. Ага, вот что его расслабляет.

— Хорошо, — я отвела взгляд немного в сторону, и улыбнулась.

Как же это тяжело играть безмятежность, когда совсем не ощущаешь себя свободной. Я поднялась с кровати и положила руку на его плечо. Я не хотела его трогать. Он пытался смотреть мне в глаза, но я отвожу взгляд, медленно ведя пальцами по плечу.

— Никакого голубого платья. Я продолжу устраивать нашу свадьбу, — голос изменила, едва не пища. — Не нравится голубое, так и быть. Кстати, нас в гости звали. Мы же пойдем?

— Собакой кто будет заниматься? — он кивнул на Бусю. — Тем более я не хожу в гости к тем, у кого веду дела.

— Не вопрос, как скажешь, — ответила я, увидев, что он прищурился.

Не верит. Слишком резко сменила формат общения.

— Где можно собаку выгулять? — тут же спросила я, пытаясь увести разговор в другую сторону.

— Чуть позже покажу, — медленно ответил он. — Отдохну немного.

— Жду, — ответила я, чуть надув губы трубочкой.

Ну не поверит он, не поверит в такие кардинальные изменения.

— Кристина, все в порядке? — уточнил он. — Ты какая-то странная.

— Я такая, какая есть, — улыбнулась я искусственно. — Так что не беспокойся.

— Со мной не надо играть в женские игры, от них несет за версту

— Кто играет? Ты какую хотел невесту, такую и получаешь, — я пожала плечами.

— Ладно, — спокойно сказал он, а затем резко подтянул меня к себе и поцеловал в губы. Жестко, властно, сжимая руки на моей талии.

Я вцепилась в его плечи, отвечая на поцелуй, который тут же прекратился.

— Джеймс поможет тебе с организацией свадьбы, — прошептал Лем, прижимаясь лбом к моему лбу.

— А это он сказал про голубое платье? — спросила я, выравнивая дыхание.

Сердце бешено билось, а внизу живота появилась приятная тяжесть. Я хотела этого мужчину, хотела его, несмотря на нашу ругань. О боже! Меня заводят скандалы.

— Да, — ответил Лем.

Вот гаденыш. Хотя на что я рассчитывала с человеком своего мужа? Ну, ничего. Я еще отыграюсь на его нервах.