ГЛАВА 3

Демьян

Яромир тянет меня за руку в раздевалку, ему не терпится скорее переодеться и, покинув сад, поехать в обещанное кафе есть мороженное. Он что-то без умолку рассказывает, делится впечатлениями. А я еще мысленно там, в актовом зале, провожаю взглядом мою Снегурочку за кулисы и хочу оказаться рядом с ней.

— Дема, Дем, ты меня вообще слушаешь? — настойчиво дергая за рукав моего свитера, интересуется малой, — я тебе говорю, давай Лялю с собой в кафе позовем.

Это сладкое имя и отличное решение брата выводят меня из ступора, заставляя принимать активные решения.

— А ты думаешь, она согласится? — серьезно интересуюсь у него, — может у неё другие планы, может её молодой человек встречает после работы? — произношу это, а ревность скручивается змеей внутри и холодит душу.

— Да нет, нет у неё этого самого молодого человека, — так уверенно говорит мне Ярик, что я и впрямь верю, что нет, — она сама мне сказала. Я же уже летом приглашал её с нами в кафе, правда тогда меня не ты забирал, а Ляля отказалась. Но обещала, когда я подрасту, обязательно сходит.

Так, у меня, похоже, растёт соперник?

Оделся он сам и довольно быстро, продолжая болтать и размышлять на тему, как нам Лялю не пропустить. Решено было сидеть в машине и просто ждать. Ярик был не против, я, тем более.

Не прошло и двадцати минут, как из ворот детского сада вышла наша Снегурочка. Действуя по старой схеме, девочки всегда на это велись, я вывожу на первый фланг малого.

— Ляля, Ляля, — кричит он радостно в приоткрытое окно машины, — поехали с нами в кафе, ты обещала.

Она останавливается неподалеку, смотрит сначала растерянно на Ярика, а потом переводит взгляд на меня. И тут я понимаю, что с ней такие методы не сработают, весь мой прежний арсенал подкатов здесь не пройдёт.

Смотрит на меня с гневом. Молча подходит ближе к окну и так ласково говорит ему, игнорируя полностью меня.

— Ярик, спасибо тебе большое за приглашение, но у меня неотложные дела, а вам с папой и без меня будет весело. Хорошо?

Папой?! Малышка решила, что я отец и поэтому так полыхали гневом её большие глаза? На душе полегчало… Да ты, моя хорошая, девочка со строгим принципами? Ещё один плюс в копилку её неповторимости.

— С папой? — удивленно переспрашивает брат, переводя взгляд с неё на меня и обратно. Догадывается и, расплываясь в улыбке, объясняет, — Дёма мне не папа, — делает большие и даже слегка испуганные глаза, — он мой брат.

— Ляля, это правда, могу паспорт показать или Яркино свидетельство о рождении, а лучше и то, и другое для пущей верности, — весело предлагаю ей.

— Для вас я не Ляля, а Марьяна, — сказала строго, как отрезала, — Лялей меня зовут только близкие люди.

А малому повезло оказаться в числе её близких, имеющих такое право, мне даже завидно немного. Ничего, это ненадолго.

— Ну, так что, Марьяна, украсите своим присутствием нашу мужскую компанию. Кафе неподалеку, выпьем кофе, съедим мороженное и мы вас обязательно доставим, куда скажете.

Не теряю надежды растопить льдинки недоверия и все же получить возможность ближе узнать её.

— Пожалуйста, — подключается брат. А его умоляющая гримаса неподражаема и всегда срабатывает.

Жду в напряжении решения и понимаю, что такое со мной впервые. Ещё ни разу мне не приходилось вот так вот уговаривать девушку на простой поход в кафе на чашку кофе.

— Хорошо, — отвечает она, моему юному сопернику, — но только обещай, что много мороженого есть не будешь?

Забота сквозит в каждом слове, а я выдыхаю, сердце восстанавливает ритм, и первый шажок сделан.

Ляля, ой, простите, Марьяна, но в мыслях все равно уже называю её Лялей, обходит машину. Я, перегнувшись через переднее пассажирское сиденье, открываю ей дверцу. Не успеваю выпрямиться, как она с хлопком закрывается, а малышка с комфортом размещается сзади, рядом с братцем. Аккуратно наклоняется и пристегивает его ремнем безопасности.

Слежу за всеми её действиями в зеркало заднего вида, и все это кажется настолько естественным и привычным, как будто мы так каждый день ездим.

Наше любимое кафе «Плюшка» в двадцати минутах езды, с учётом пробок — чуть дольше. Выезжаю на основную трассу и, перестроившись во второй ряд, сам себе удивляюсь, глядя на спидометр. Люблю быструю езду, виртуозно лавирую в потоке машин. Но сейчас даже мысли не мелькает превысить скорость больше положенного или совершить рискованный маневр. Чувство ответственности за тех двух человек, что сидят сейчас на заднем сидении и о чем-то непринужденно беседуют, выходит на первый план, запихивая в дальний тёмный угол всю мою браваду и показушность.

— О, вот оно! Смотри, какое красивое! — восторженные вопли Ярика возвещают о нашем прибытии в такую желанную для него точку общепита.

Паркуюсь, и вот, мы уже в втроем стоим у входа и рассматриваем праздничное убранство. Венок из еловых веток, перетянутый красной лентой и с колокольчиками в середине, висит на входной двери. В больших окнах видны мириады гирлянд, а на подоконниках композиции все из тех же веток. Возле входа на чёрной меловой доске-мольберте, красивым каллиграфическим почерком выведено меню дня с милыми зарисовками некоторых блюд.

— Спагетти, — тычет пальчиком брат в красиво нарисованную тарелку, — а мы возьмём спагетти, те, что с колбасками?

— Отличный выбор! — соглашаюсь и подталкиваю его к двери.

Разворачиваюсь к Ляле и успеваю поймать её улыбку. Протягиваю руку в пригласительном жесте. Игнорирует… Проходит мимо, открывает дверь, пропуская вперёд Ярика, заходит следом.

В помещении не менее нарядно, в углу елка в убранстве. С потолка свисают красные шары вперемешку с ажурными ангелами. Все так уютно и по-домашнему тепло.

— Демины! Рада вас видеть, — слышим мы приветствие пожилой дамы что, раскинув руки, идёт нам навстречу.

Еще ничего не успев сказать в ответ, оказываемся все трое в её крепких объятьях.

— Я не Демина, — беззлобно сквозь зубы шепчет малышка.

— Еще нет? — удивленно спрашивает у неё, чуть ослабив захват, Мария Ивановна. — Ты поспеши, такую нельзя упускать, она на вес золота, — а это уже мне.

— Прозорливая ты моя, думаешь я против? Нет, очень даже за! — с улыбкой во весь рот делюсь планами и понимаю, что это не просто слова, я и правда этого хочу.

— Я Мария Ивановна, владелица этого кафе и бабушка лучшего друга этого оболтуса, — представляется она, взъерошив волосы на моей голове.

Ярик уже вырвался из плена и умчался занимать свой коронный столик, рядом с небольшой игровой, с видом из окна на залитую огнями, в вечерних сумерках, набережную.

— Ну, проходите мои хорошие, сейчас захвачу меню и подойду к вам!

Обнимаю за талию малышку и виду к выбранному месту. Помогаю раздеться и, отодвинув стул, предлагаю присесть. Сам располагаюсь напротив. Открываю меню и прячусь за ним. Даю ей возможность слегка расслабиться, осматривая интерьер. Слушаю, как она общается с братом, вернувшимся с разведки из детской игровой. Помогает ему раздеться, уводит в туалет мыть руки. Быстро делаю заказ на всех, чтобы не было повода отказаться, смущать её не хочу.

— Ярик остался поиграть, — сообщает Ляля, тихонько усаживаясь на своё место, отвлекая меня от проверки сообщений в мессенджерах.

— Его любимое место, — с улыбкой делюсь познаниями о пристрастиях брата.

— Я поняла…

Разговор плавно перетекает в обсуждение разных случаев из жизни малого. Она делится тем, что он творит в саду, я — его домашними проделками. Смеемся, и атмосфера напряженности тает на глазах, уступая место доверию, хотя пока и робкому.

Приносят заказ: паста, салаты, фри, выпечка, зелёный чай в пузатом чайничке. Помогаю официанту расставить тарелки, согласно моему заказу. Перед Лялей оказывается тарелка ароматного тушеного картофеля с мясом и зеленью, салатный микс, а на десерт — вкуснейший чизкейк. Делает удивленные глаза, вот она, попытка отказаться. Нет, дорогая, не получится.

— Пожалуйста, не отказывайся, подай пример Яромиру, он сейчас, увидев сладкое, от ужина откажется. Так что вся надежда только на тебя, — лукавлю, но срабатывает.

— Запрещенные приёмы? — улыбается, но соглашается.

Вечер течет непринужденно и вот, уже два часа общаемся обо всем и не о чем.

— Ой, мне пора, — восклицает Ляля, кидая взгляд на большие настенные часы с кукушкой.

— Подожди, сейчас Ярика вытащу из детской, и мы тебя довезем. Мы же обещали, — поднимаясь с места, настаиваю я.

— Хорошо, только до метро, дальше я сама.

Хмурю брови, не хочу её отпускать добираться самостоятельно до дома в такое время. Пытаюсь настоять, но в ответ получаю лишь ультиматум: либо до метро, либо никак. Напрягает, но решаю не давить.

В машине она опять садится назад. Делятся с малым впечатлениями о красоте дизайнерских фантазий, что постарались к празднику украсить витрины магазинов и кафе.

Яр выкладывает, что заказал у Деда Мороза на этот раз, интересно мать в курсе, а то опять подарит то, что ему нафиг не надо, но она считает это лучшим подарком, ведь Прохоровы тоже такое дарят своему сыну. Прислушался, запомнил, надо бы завтра проехаться по магазинам и приобрести желаемое, я-то ещё не купил. И ёлку тоже надо. Вот завтра этим всем и займусь. За размышлениями упустил, что же хочет под елкой найти малышка?

Подъезжаем к нужной ей станции метро. Выхожу из машины, чтобы проводить до перрона и хотя бы знать направление её поездки.

— Дай мне свой телефон, пожалуйста, — прошу у нее.

— Зачем?

— Оставлю тебе свой номер, позвони мне, как только выйдешь из метро и потом, когда уже дома будешь. Я буду волноваться, пока не услышу твой голос и то, что ты в безопасности.

Немного раздумий и её старенький смартфон у меня в руках. Забиваю в телефонную книжку свой номер. По ходу успеваю сделать дозвон на свой. И закинуть программу слежения. Недаром я программист со стажем. Возвращаю раритет владелице. Открываю пассажирскую дверь и выпускаю брата.

— Мы тебя проводим, — отвечаю на её немой вопрос, промелькнувший во взгляде.

— Да-а-а, — радостно вопит он, ни разу не бывавший за свою пятилетнюю жизнь в подземке.

— Вот, устрой экскурсию, — беру за руку брата, второй он хватает ладонь Ляли и счастливый, тянет нас к входу.

— Но только до вагона, — укоризненно глядя на меня, ставит условие.

— Хорошо, хорошо, — соглашаюсь с ней.

Делаю все, так как она просит, сажаем с Яриком её в вагон метро. Поднимаемся наверх, и теперь уже я везу довольного брата домой. Хотя, когда он это узнает, веселье тает в его глазах. Начинает канючить, что дома скучно, и он хотел бы остаться со мной. Старая песнь. Каждый раз одна и та же и ответ, с увещеваниями, у меня один и тот же, выученный им наизусть, но все равно попыток он не бросает. Я его понимаю. Договариваемся, что на выходных опять увидимся и, так уж и быть, даже заберу его с ночевкой.