Глава 17

Не подозревая о разговоре матери и дяди, Орнелла неплохо проводила время в саду. Мужчины не очень охотно, но все же рассказывали ей о себе.

Лучше всего получалось у Джамьянга. Музыкант рассказывал, словно пел песню или читал поэму. Прикрыв глаза, Ора могла представить себе излучину реки, на которой стоял родовой дом семьи Лосанг, и тянущиеся вокруг тутовые рощи. Оказывается, семья занималась шелком и всем, что с этим связано. Джамьянга учили не только музыке, пению, стрельбе из лука и прочим «девяти достоинствам мужчины». Он умел собирать и обрабатывать коконы, изготавливать шелковую ткань и шелковую бумагу, расписывать веера и плести пояса.

– Это красиво и сложно, – Орнелла задумалась и наконец сумела сформулировать комплимент, который был уместен на Лерае: – Твоя мать очень заботилась о тебе!

– Это так, – польщенно склонил голову Джамьянг, – обычно младшими сыновьями занимаются мало, торопятся пристроить в гарем подругам или родственницам, но матушка считала, что каждый ее сын достоин стать отцом дочери. Поэтому лично проверяла, как нас учат.

Норбу поделился байками из жизни студента-технаря. Ора долго хихикала и припомнила в ответ несколько баек из своих учебных будней.

Тайши рассказал о том, как нелегко красивому мужчине приходится в армии.

– Старшие офицеры – практически все младшие дивы хороших фамилий, а вот младшие офицеры – дамы из простых семей, желающих повысить свое благосостояние.

– Женщины служат в армии? – изумилась Ора. Она знала, что в армии Сорайи женщины служат медиками, секретарями, иногда поварами, завхозами или прачками, но офицерами?

– На Лерае дивы занимают все ответственные посты. Мужчин в армии не более десяти процентов, и то это технические работники, обслуживающий персонал или канцеляристы, – ответил Тайши. – Именно мужские подразделения встречаются редко, но мне повезло, я попал в мужской отряд быстрого реагирования. Для деликатных ситуаций с мужчинами.

Ора оторопела. Она слышала про спецподразделение для работы с женщинами – кажется, туда набирали психологов, социальных работников и некоторое количество крепких дам для улаживания конфликтов. А на Лерае все это делают для мужчин?

Тайши подтвердил ее предположение и заверил, что для женщин такие службы тоже существуют, но женщины редко к ним обращаются. Дивы выясняют отношения на дуэлях, а нервные переживания сбрасывают в тяжелой работе, на охоте или во время занятий спортом. Вот мужчинам сложно – они эмоциональные, трепетные натуры, поэтому всевозможные службы поддержки на Лерае существуют именно для них.

Орнелла так изумилась сообщением о дуэлях, что пропустила совсем короткий рассказ Шераба. Тот просто сказал, что занимался спортом и достиг в нем некоторых успехов, но потом получил травму и ушел в работу с детьми.

Ора задумалась, разговор угас, и вскоре по сигналу Тайши принесли десерт. Очаровательные креманки-шарики из разноцветного стекла, в которых «плавали» рыбки из фруктового мармелада в синем море голубичного мороженого. Многослойное фруктовое желе в хрустальных стаканчиках, наколотые на шпажки ягоды и кусочки фруктов в различных сочетаниях, и тут же напитки в узкогорлых кувшинах, и хризантемы из крохотного удлиненного печенья разных цветов.

Вот цветочками Орнелла и залюбовалась – она уже видела такую подачу, и ей очень захотелось отведать печенья. Но едва она протянула к угощению руку, как Норбу перехватил ее пальцы и отвлек, интимно целуя запястье. Тайши принюхался к десерту и растер один «лепесток» пальцами.

– Простите, дива, – слегка склонил он упрямую голову, – но это угощение испорчено.

– Испорчено? – Орнелла нахмурилась – блюдо выглядело свежим и очень красивым.

– Повар добавил для аромата настойку дикого миндаля, – безмятежно ответил брюнет, – забыв, должно быть, что ее нельзя сочетать с красителем из семян эверии.

Девушка прикусила губу, но спросила:

– И какие бывают последствия от такого неаккуратного сочетания?

– Паралич, – ответил мужчина, высыпая все красивые «цветы» на поднос и накрывая полотенцем.

Ора подозрительно посмотрела на другие десерты:

– И что, мне теперь следует питаться яйцами в скорлупе и целыми фруктами?

– Фрукт тоже можно отравить, – безмятежно подсказал Норбу, добираясь поцелуями до локтя. – Сделать укол в сочную мякоть или смазать ядом нож.

Девушка тоскливо вздохнула. Аппетит пропал.

Впрочем, заскучать ей не дали – Джамьянг взялся за музыкальный инструмент, похожий на гитару с длинным грифом, Шераб собственноручно почистил яблоко, а Тайши вылил сок из кувшина, промыл его в фонтане и принес воды, заверив, что вся вода в фонтанах питьевая.

– Гости «Сладостей» любят иногда купаться в фонтанах или устраивать в них праздники, – пояснил брюнет, – поэтому вода соответствует всем стандартам чистоты. Иначе нельзя.

Орнелла только головой покачала – в заведениях столь высокого класса она бывала только с родителями, но это были чопорные представительские отели или безумно дорогие арендованные виллы, которые снимали разово, для мероприятий. «Сладости» же имели много лиц, и все они были разными. Шумный ночной клуб и роскошный СПА, тихий парк, больше похожий на сад, и вечеринки в фонтанах. Уютная квартирка дяди и роскошные номера для гостей – и все это в одном месте!

Под музыку разговор увял, да и Ора устала, так что вскоре она задремала, уютно свернувшись на толстом покрывале и положив голову на колени Тайши. Потому и не видела, как мужчины переглядываются и переговариваются одними губами.

А поговорить им было о чем.

Женихов Орнеллы трудно было назвать юношами – все они по разным причинам задержались дома и по меркам Лерая считались перестарками.

Дивы из хороших семей предпочитали брать в гаремы юных мальчиков, которых можно было обучить всему необходимому, или уже сложившихся взрослых специалистов, которым уделяли внимание по расписанию.

Отбор женихов для наследницы семьи Дейрен дал парням хороший шанс попасть в сильный клан, да еще в «ближний круг» наследницы. Известно же, что девушки привязываются к первым любовникам сильнее, чем к прочим.

Однако подводные камни у этого отбора оказались очень велики.

Покушение прямо во время отбора – редкость. Матери оберегали своих сыновей и вовсе не были равнодушными самками, как их порой представляли вербовщики, вывозившие с планеты мальчишек.

А тут Тайши сам видел, как во время подготовки женихов к выходу на сцену люди Рейса скрутили пару красавцев и увели без особых слов. Значит, были подозрения. Фальшивые женихи не вернулись – значит, подозрения подтвердились.

Сама наследница оказалась абсолютно не готова к своей новой роли – не жила на планете, не знала обычаев, традиций и особенностей воспитания мужчин. С одной стороны, женихам было проще – можно было объяснить все девушке так, как выгодно им. С другой – Ора могла подставить себя и свой гарем от незнания реалий.

Оставалась последняя возможность отказаться от этой сделки – официально отречся от покровительства семьи Дейрен, и тогда… Ничего хорошего не ждет, но можно обратиться в организацию, которая помогает одиноким и брошенным мужчинам. Можно попытаться вернуться в свою семью с существенным понижением статуса. Можно пойти в «комнатные собачки» престарелой капризной дамы за еду и постель. В общем, варианты были, но все они предполагали не жизнь, а существование.

Норбу сразу заявил, что отказываться от покровительства семьи Дейрен не станет.

– Я уже сделал выбор, – отрезал блондин, с нежностью глядя на спящую Орнеллу. Во сне девушка казалась особенно трогательной и хрупкой.

– Дива выглядит хрупким цветком, но дух ее силен, – задумчиво сказал Тайши, с трудом удерживая свои пальцы, чтобы не погрузить их в блестящие черные локоны. Ора вынула шпильку, и ее длинные волосы укрыли ее до самых бедер. – Я хочу, чтобы мои дочери имели такие же красивые кудри.

Джамьянг аккуратно перебирал струны ситара, создавая легкий фон для беседы, и казалось, не участвовал в обсуждении ситуации, однако после слов Норбу он поднял голову и четко проартикулировал губами:

– Я остаюсь с госпожой. Она плохо знает наши обычаи, но относится к ним с уважением. Дива будет беречь нас, а мы ее. Сборщиков шелка у моей семьи достаточно.

– Я никуда не уйду, – Шераб высказался последним. – Вы знаете, почему я пропустил отборы. Те, кто знает о моем прошлом, никогда не возьмут меня в гарем, а здесь у меня есть шанс стать мужем.

На том обсуждение закрыли. Если их дива пожелает узнать их прошлое, ей наверняка доложат. А пока… каждый сам строит свои отношения с женой.

Молчание разбил белый волк – осторожно, чтобы не подогнулись ослабевшие лапы, он шел к Оре, а за ним на некотором расстоянии шла пара медбратьев, наблюдая за зверем. Подобравшись к ногам девушки, волк с видимым облегчением упал на покрывало и нагло уткнулся мордой в колени дивы. Она не проснулась, только запустила пальцы в белую шерсть и сладко вздохнула во сне.

Медбратья подошли ближе и, увидев выразительный жест Тайши, как можно тише и деликатнее подключили волка к переносной системе – видимо, повреждения оказались слишком значительными, так как оборотень не мог восстановиться быстро и все еще нуждался в лекарствах.

– Долго ему еще лечиться? – одними губами спросил Тайши.

– Доктор ломала ему кости и сделала несколько разрезов, – шепотом ответил медбрат, – сказала, что он повредил себе во время оборота. Так что еще сутки на восстановление и полный комплекс витаминов и минералов внутривенно. Если обернется, дива Латифа обещала оторвать волку, хм, все лишнее!

Тайши кивнул, дернул прикорнувшего волка за ухо и показал ему кулак:

– Только попробуй обернуться и напугать госпожу! Порежу на кусочки!

Волк блеснул глазами, уткнулся в ладонь девушки носом и снова уснул.

Ора поерзала во сне, подтянула волка выше, кутаясь в его шерсть, и Джамьянг тут же снял верхнюю одежду, чтобы прикрыть госпожу. Шераб так же тихо собрал посуду, а Норбу сложил в корзину остатки трапезы, вручил медбратьям и властным жестом указал на здание развлекательного центра. Женихи не желали лишних глаз рядом.

Вскоре все посторонние ушли, оставляя этот уголок парка пустым. Особая, редкая тишина накрыла раскидистое дерево словно купол. Все звуки большого города и шумного пригорода доносились словно из неведомой дали.

Мужчины молча любовались спящей Орнеллой, чувствуя, как их начинает объединять нечто невидимое, неосязаемое, но ощущаемое если не душой, так сердцем. Именно сейчас они из разрозненных капель мироздания становились новой ячейкой – семьей. И объединяла их эта хрупкая девушка, неведомо как успевшая зацепить каждого.