Глава 41

Орнелла села на первый попавшийся рейс. Сошла на многолюдной станции, посетила несколько магазинов, отправила посылку в бутик на Сорайе и аккуратно связалась с младшим братом.

Райян сначала удивился звонку по космической стационарной связи, потом увидел сестру – и удивился еще больше:

– Ора? Ты где?

– А ты как думаешь? – задала встречный вопрос девушка, пытаясь угадать, что известно младшему.

– Мама сказала, ты принимаешь дела на Лерае, – дернул плечом братец.

– А ты не нашел времени позвонить сестренке, – ехидно напомнила Орнелла, радуясь тому, что Райян ничего не знает про ее особое замужество.

Братец потупился, а потом серьезно спросил:

– Тебе нужна помощь?

– Как ты догадался? – фыркнула Ора.

– Я ни разу не видел тебя в лиловой повязке при голубом свитере, – пожал плечами младший сын семьи Тамплир.

– Да, Рай, мне нужна карточка на твое имя. Моими счетами временно пользоваться нельзя. Вернее, так: я позвоню в бутик, прикажу перевести тебе дневную выручку, а ты дашь мне доступ к своей карте. Любой.

– Все так серьезно? – младший дураком не был.

– Объяснять долго, да и ты не поверишь, – вздохнула Ора, – но поверь, мои трудности временные. До конкурса. Закончу то, что задумала, и вернусь. А сейчас мне лучше побыть одной и подальше от всех.

– Маме и папе тоже не сообщать? – поднял брови братец.

– Им точно не сообщать! – заверила его Ора. – Приглашения на конкурс пришлю, как членам семьи, и хватит.

Рай укоризненно вздохнул, но взялся за комм, и через пять минут Орнелла стала обладательницей виртуальной карты на имя Райяна Тамплир.

– Это так называемая «женская карта», – пояснил брат, – я такие своим подружкам делаю, когда отпускаю их по магазинам прогуляться. Она безымянная и как бы кредитная. Счета потом мне придут. Отдашь, когда сможешь!

– Спасибо, Рай! Ты меня очень выручишь! Еще одна ма-а-аленькая просьба!

Орнелла старательно сделала «оленьи глазки», как называл их отец.

Райян преувеличено вздохнул:

– Веревки из меня вьешь, мелкая! Говори, что тебе надо!

– В ближайшее время можешь уехать куда-нибудь подальше? Туда, где коммы плохо берут, и куда ни один нормальный человек не сунется!

– Все так серьезно? – хмыкнул братец. Он покусал губу, почесал подбородок, залез в ежедневник и наконец объявил: – Есть у меня тут контракт на три недели в Черные горы. Связи нет, еды нет, но виды потрясающие!

– Вот и отлично, – улыбнулась Ора, – вернись дня за два до конкурса. И не забудь, я хочу видеть тебя на трибуне!

Прикоснувшись раскрытыми ладонями к экрану, брат и сестра попрощались, и связь прервалась.

Из кабинки космосвязи девушка вышла окрыленная – деньги есть, притом отследить их не получится. Кредитка с отсрочкой, счета придут братцу дня через два или три. Конечно, на карте есть лимит, но ей много не надо – снять жилье, закупить еды и закончить то, что начато. Ах да, еще нужен билет на рейс в самый консервативный и строгий город Сорайи… Остров монастырей!

Да-да, кто бы мог подумать, что беглянка будет прятаться в родном мире. Да еще в таком месте!

На Остров монастырей Ора попала во время учебы. Их возили туда, чтобы продемонстрировать сокровища ювелирного искусства, которые хранятся в монастырских ризницах или используются на службах в храмах.

Она тогда была совсем юной и не скрывала восхищения, а увидев лампаду с разорванной цепочкой, расплакалась – очень уж красивая была вещичка. Настоятельница, которая водила студентов по монастырскому музею, пожевала бледные губы, да и предложила студентке задержаться на острове на денек-другой – искупаться в целебном источнике, сделать эскизы для курсовой и вообще подышать монастырским воздухом. Причем умная дама обставила все так, что другие студенты и даже преподаватель решили, что Ору заманивают в монастырь. А что такого? Юная, невинная, не бедная…

В общем, оставили ее с трудом, а сами ушли ночевать в гостиницу для паломников. Вот тогда матушка Алевтина и попросила Ору починить лампадку.

Никаких особых инструментов в монастыре не было, но кое-что нашлось в каморке рядом с музеем, и девушка даже какое-то время гордилась своей пайкой, пока не увидела эту же лампадку в витрине и снова с порванной цепочкой. Орнелла, конечно, задала вопрос и получила честный ответ.

Оказалось, вещица уже много лет служит своеобразным испытанием для мастеров.

Монастырские сокровища нуждаются в чистке, правке, мелком ремонте, а иногда в замене камней или замков. Но работа с драгоценностями несет много искушений, и не все их выдерживают. А эту лампадку жалеют только те, кто видят в работе не золото и камни, а красоту.

Тогда Оре все это показалось надуманным, но от работы в монастыре девушка не отказалась. Провела срочный ремонт и чистку, написала курсовую работу по ювелирным окладам икон и вернулась домой.

Но келью-мастерскую на острове за ней сохранили. Раз в год Орнелла прилетала «в гости» и восполняла отсутствие постоянного мастера. Ей нравились тишина и уединение Острова. Нравилось прикасаться к старинным сокровищам и давать им вторую жизнь, очищая и укрепляя.

Попав в странную ситуацию со своими мужьями, Ора решила слетать на Остров. Пожить там оставшиеся до конкурса пару месяцев, доделать свою работу и обдумать сложившуюся ситуацию.

Все же побег от мужей – не выход. Нужно либо признать свое фиаско в деле воспитания пятерых великовозрастных мужчин, либо сменить тактику. Где-то она что-то сделала не так. Почему объятия красавцев стали для нее клеткой?

С этими мыслями девушка заглянула в ближайшую лавку, купила несколько простых безразмерных платьев с длинными рукавами, хлопковое белье, полдюжины платков, сумку на ремне, удобную для ношения на боку, крепкие ботинки, простые тапочки и перчатки. После чего приобрела билет на следующую станцию. Три дня в пути, и она весьма аккуратно вернется на Сорайю по запасному комплекту документов. А там… будет работать и думать, надо ли ей это все?