Глава 51

Вновь затрубили фанфары, и Джамьянг встрепенулся – на его комм пришло уведомление.

– Дива, пора! – сказал он и потянул Орнеллу к выходу из кулисы.

Норбу держал в ладони свой комм и отслеживал изменения в электронике шатра, а Джамьянг наблюдал за правильной последовательностью всех действий, поэтому они держались позади.

Перед ними стояла Ора в плаще, у ее ног сидел волк, а уже их двоих прикрывали широкими спинами старшие мужья.

После фанфар зазвучала музыка, а через секунду открылся выход на подиум. Мужья Орнеллы синхронно шагнули вперед, и девушка двинулась за ними, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Она была даже рада тому, что в лицо бьют лучи рампы, скрывая от нее полный зал гостей и строгие лики членов жюри. Тайши и Шераб вышли вперед, под особо яркие лучи софитов, и единым плавным движением скинули плащи. Развернулись, показывая себя и свои украшения, а потом разошлись в стороны, давая дорогу жене и ее волку.

Ора было вздрогнула – откуда у мужчин такие навыки и модельные движения? Потом вспомнила, как они показывали себя в «Сладостях», и успокоилась. Теперь ее задачей было показать себя. Аккуратно, с левой ноги!

Выйдя в ту же точку, Ора сбросила плащ, перенесла вес с одной ноги на другую, погладила волка, поправила локон, демонстрируя сумочку, браслеты и кольца, а потом прошла вперед и застыла.

Сзади шли Норбу и Джамьянг. Оба не выпускали из рук коммов, поэтому до самой точки шли в плащах, а потом уронили их с великолепной небрежностью и застыли над своими коммами, бешено нажимая сенсорные панели.

Пока все стояли, специальные камеры передавали изображение украшений на огромные экраны. У членов жюри были индивидуальные камеры, способные показать даже чистоту камня или тончайшую гравировку на браслете.

Каждая презентация длилась пять минут, и за это время Норбу и Джамьянг успели взмокнуть. Один беспрестанно отражал атаки других хакеров, желающих взорвать софиты, заглушить музыку или принудительно открыть люк в подиуме. Второй же усиленно рассылал фотографии украшений, короткие видео прохода по подиуму и отбивался от попыток отменить банкет, урезать премию за уникальные фото и выяснить цену украшений на черном рынке.

На исходе пятой минуты Тайши и Шераб развернулись и медленно пошли назад. Орнелла стояла, пока они не подошли к ней. Тогда и она развернулась, беря своих мужчин под руки, а волк отступил ей за спину, чтобы прикрывать тыл. Младшие мужья с той же великолепной небрежностью двинулись к выходу с подиума, не отрываясь от своих коммов.

И все же Норбу не уследил – один из хакеров прорвался, и осветительная система вдруг взорвалась белыми искрами магния за спинами «моделей», осыпая сцену светящимся стеклянным «снегом». Эффект получился настолько потрясающий, что Норбу даже не стал тому хакеру грохать сервер – всего лишь прислал издевательскую картинку на весь экран и «завесил» комм на сутки!

Выйдя за кулисы, Орнелла слабым голосом сказала мужьям:

– К витрине! После показа публика хлынет изучать конкурсные работы в подробностях.

Орнеллу буквально донесли до просторной секции, уставленной витринами. Джамьянг собственноручно ввел коды, открывая один за другим шесть стеклянных ящиков.

– Простите, дива, – повинился он, – я совершенно не знал, что именно вы будете представлять, поэтому заказал стандартные витрины с крючками и подложками.

– Это, конечно, убавит эстетизма, – отмахнулась Ора, – зато членам жюри будет проще оценить технику обработки камней и металлов. Так, делайте, как я!

Стандартное наполнение ювелирной витрины включало в себя вертикальную стойку, которая раскрывалась крючками-распорками. Опытной рукой Орнелла раскрыла самый верхний ряд крючков и со стоном облегчения опустила на них диадему. Мужья повторили за ней. Следом повисли серьги, потом колье, наручи, пояс, само платье, сумочка, ножные браслеты.

В самое короткое время украшения очутились в витринах, как и ошейник волка. Правда, за последним комплектом пришлось вернуться к сейфу, но с этим старшие мужья прекрасно справились и без нее.

Покончив с делами, Ора выдохнула, поправила плащ на плечах и сказала:

– А теперь идемте сдаваться. Что-то мне подсказывает, что вы покинули Лерай, не уведомив дядю. Думаю, сейчас самое время неслышно появиться рядом и всех помирить!

Мужья поежились, но держались стойко.

Маленькая компания аккуратно обошла шатер по внешнему периметру и вошла в зрительный зал. О, здесь кипели страсти! Кто-то кричал слова поддержки очередному мастеру, кто-то рыдал – ведь показ сорвался из-за хлынувшей с потолка краски. Кто-то равнодушно листал биржевые сводки, прикидывая, стоит ли тратить деньги на драгоценности, которые некуда будет надеть.

Пользуясь подсказками Джамьянга, Орнелла быстро отыскала ложу своей семьи и вошла. Первой ее заметила мать. Дилара повернулась и обняла дочь, пряча блеснувшие на глазах слезы:

– Вот и ты, моя маленькая! – сказала она ласково. – Потрясающие украшения!

– Спасибо, ма! – Ора не сдержала парочки слезинок, вдохнув аромат знакомых с детских лет духов.

Отец приветствовал дочь суше – он как раз просматривал биржевые сводки. Зато братья щедро искупали сестру в объятиях и радостных восклицаниях:

– Ора!

– Ты здесь!

– Нашлась!

Последним из кресла поднялся дядюшка Рейс. Метнул на мужей племянницы мрачный предупреждающий взгляд, шагнул вперед и сгреб ее в объятия:

– Ох, девочка, что творишь? Ну неужели нельзя было просто поговорить?

– Дядя, – Орнелла слегка отстранилась и заглянула старому пройдохе в глаза, – ты знаешь, что я терпелива. Но если разговоры не помогают… – она повела плечом и добавила: – И не трогай моих мужей. Они мне очень помогли, встретив здесь. Будешь кусать – я тебя в ответ покусаю!

Грозный Рейс Тиррон хмыкнул:

– Заноза! Будешь чай с травами и рулет?

– Буду! – Орнелла приняла перемирие, села в кресло рядом с дядюшкой, и он тотчас налил ей из термоса любимого травяного чая и придвинул контейнер с десертом.

– Ешь, малышка! Осталось три презентации, и жюри отправится на совещание. Думаю, твою витрину уже облепили конкуренты. Никогда не видел чего-то настолько потрясающего!

Ора благожелательно слушала комплименты и восстанавливала силы сладким. Мужья тем временем подкреплялись кофе и бутербродами, принесенными по распоряжению предусмотрительного Тайши.

Как только завершилась последняя презентация, и жюри под громогласные завывания ведущего удалились в отель – обсуждать работы и раздавать награды, зрители толпой хлынули в зал показов.

Рейс Тиррон оказался прав – больше всего любопытных собралось возле витрин Орнеллы. Сама же виновница шумихи не спеша обходила прочие стеклянные ящики. Ей было интересно узнать, что привезли конкуренты. Мужья и родные шли вместе с ней. Полюбовавшись выставкой и сделав для себя кое-какие заметки, Орнелла пригласила семью пообедать в отеле и, если будет желание, – прогуляться по берегу Моря Слез.

– А как же результаты? – с удивлением протянул Рамден, старший брат Оры.

– Они будут спорить, пить виски и кидаться салфетками всю ночь, – отмахнулась девушка. – В любом случае объявление результатов завтра в полдень. Так что успеем и погулять, и выспаться.

– И даже послушать, как тебе пришла в голову такая идея – сбежать ото всех, – с легкой укоризной сказала Дилара.

– Мама, – строго остановила ее дочь, – сбегают из клетки, а я отправилась за вдохновением. Или ты считаешь Лерай тюрьмой?

Дилара смутилась, а Орнелла взяла под руку Тайши и неспешно направилась по берегу озера к отелю.