Глава 4

Кирилл – Вот это вот чудо, – приподнимаю на руках, словно нашкодившего котенка, Вику, – не ОНО? Имею в виду потерявшуюся дочку врачихи. – Угу, – быстро кивает девушка за стойкой. – Я не убегала. Просто погулять вышла, – угрюмо выдает блудная пропажа, отводя взгляд. И добавляет более эмоционально и возмущенно: – ЧО, я виновата, что меня не нашли? – Понятно, – заключаю я. И выхожу с девочкой на улицу. Нужно ее маму найти поскорее, пока ту удар не хватил. У женщин фантазия богатая. Помню, когда сам был в таком возрасте, как эта малышка, решил самостоятельно домой из садика дойти. «А что? – думал тогда. – «Я же дорогу помню. И, вообще-то, уже в старшей группе. Считай большой и умный, как взрослый». Время было к вечеру. Меня должны уже забирать, но мама задерживалась. Мы гуляем. А тут калитка открытая. Воспитательница болтает с другой, из соседней площадки. Отвлекать взрослых от разговора – невежливо. Потому не стал тревожить и отпрашиваться домой. Просто взял и спокойно пошел. Даже удивленному Сереге помахал на прощание. У того палочка от кустика, изображавшая сигару крутого ковбоя, изо рта выпала. В общем, ушел. И благополучно дошел до дома. Правда там никого не было. И дверь, соответственно, заперта. Пришлось ждать родителей в подъезде. Как потом мама мне рассказывала, она такого себе напридумывали, когда с воспитательницей меня не нашли… Сначала, конечно, мне влетело как следует. А потом уже пошли разъяснения и пояснениями как, почему и за что. Мда… Маму Вики нужно найти и успокоить. Только сразу мне это сделать не дают. Почти только выйдя из корпуса, натыкаюсь на спорящих мужчин. Директора моей горонолыжки и представителя строй фирмы. Они тут же вываливают на меня предмет спора. Вопрос проезда и размещения некоторой строительно техники на базе курорта. Просят помочь разрешить. Приходится на время отпустить Вику и вникнуть в суть, ознакомится с некоторой документацией. Не забываю поглядывать на девочку. Вдруг снова убежит. Ищи ее потом. Но она не убегает. Стоит, крутится вокруг. С любопытством рассматривает проходящих мимо или отдыхающих тут около детской площадки посетителей. В какой-то момент зацепляется языком с какими-то мальчиками. Один примерно ее возраста, другой чуть старше. – Мы девочек к себе в команду не берем! – заявляет один из пацанов, лопаткой накидывая в небольшую горку рыхлый, совсем не липкий, снег. – Ты нам крепость всю испортишь, – объявляет второй. И хлюпает носом, сморкая сопли обратно в себя. – Пф! – фыркает Вика. – Я и без вас крепость сделаю! И принимает такой вид, словно это мальчики умоляли ее помочь им, а не она только что их упрашивала поиграть вместе. – Ты не умеешь, – авторитетно заявляет мальчик постарше. – Умею! У меня крепость будет лучше вашей! – ехидничает Вика. – У нас будет лучше, – дополняет второй. – Во много раз! В сто! В тыщи! – А у меня в стопицот! – эмоционально возражает Вика. И, чуть помедлив, добавляет: – Миллионов! – Нет! – отрезает тот, что постарше. – Ты девчонка! – А вы мальчишки противные! Фу! – Или отсюда, козявка! – пытается прогнать девочку один из мальчиков. – Сам ты козявка! – огрызается Вика. – Ты козявка у козявки! И начинает тут же угорать над сказанным. – Уха-ха! Козявка у козявки! Причем, когда запал пропадает, делает это явно наигранно, выбешивая мальчиков. Девочки это умеют. Ребята краснеют. Не то от стыда, не то от злости на девочку. А вскоре всего и то и другое сразу. – Ща получишь! – поднимает лопатку мальчик помладше. – Дефка! Но по нему видно, что пускать в ход это грозное оружие не собирается, просто пугает. Так как слов для дальнейшего словесного поединка не находит. Еще и назад оборачивается. Наверное, где-то там его родители. – Дурак дурацкий! – отвечает ему Вика. – Ме-е! Показывает язык, и ножкой бьет по кучке снега. – Эй! Ты сломала нашу цитадель! – ревет старший. Тут я подхватываю малышку на руки. Как раз закончил с директором и представителем строй фирмы. – Пойдем, пока побоище не устроили, – хмыкаю я. Вот она шебутная. Хех! Кому-то «повезло» с дочкой. Нам в спину раздаются крики мальчиков. – Мы тебя еще поймаем! – Устроим! – Ме-е! – снова языком отвечает Вика, положив подбородок на мое плечо. На ее лице улыбка. Настоящая женщина. Причинила мальчикам душевную боль и рада. Но без этих милых и вредных созданий в этом мире никак. Эх… Проходя мимо корпуса со СПА, вижу в панорамных окнах холла Жанну в белом халате. Та заметила меня раньше и машет радостно рукой. Поворачиваюсь к ней в тот момент, когда она замечает на моих руках девочку. Даже с расстояния вижу, как ее брови ползут вверх. К ней подбегают удивленные подружки. И тоже смотрят. Интересно, о чем они сейчас думают? – Вика, помаши тетям, – прошу девочку. И сам с довольной лыбой показываю пример. Девочка не спорит. Повторяет. И спрашивает: – А кто они? – Уточки, – хмыкаю. – Уточки? – удивляется она. – Это как? – Увидишь поближе, поймешь. В кармане вибрирует телефон. Знаю, кто и для чего звонит. Но я не собираюсь сейчас ничего никому объяснять. – Ну… – протягивает Вика через некоторое время. – Вот и мама. Сейчас меня из-за кого-то ругать будут! Насуплено и с укором смотрит на меня. После чего и я нахожу взглядом ту, о ком говорит девочка. – А чего это она там такое делает? – с удивлением спрашивает малышка. Действительно. Чего она там на четвереньках стоит? Женщины, вы все время умудряетесь оставаться для нас той еще загадкой.