Глава 22

Больше месяца я нахожусь в настоящем аду. На работе, после последнего происшествия с приставанием Николая, отношение ко мне резко изменилось. Я стала игрушкой для битья, меня дрючат так, что домой я возвращаюсь без задних ног.

Еще на мне продолжает висеть огромный штраф. Я прямо чувствую, что меня вот-вот выгонят из модельного агентства.

Ещё и Ира, которая достает меня на учебе, докапывается до меня при каждой удобной возможности. Она не раз меня уже подставила и девчонки ей в этом тоже помогают.

От неё нет покоя как на работе, так и на учебе, я даже думаю уже о том, чтобы перейти в другую группу.

Каждый день я просыпаюсь и не хочу вставать с кровати. Из-за этого постоянно болит голова. Я не могу нормально есть, меня постоянно тошнит из-за данного стресса. Руки трясутся, а внутри непреходящая паника.

Я не знаю, как мне жить дальше. Хоть бери вещи и уезжай из этого города, только вот Марину я здесь оставить не могу, у неё жизнь как раз наладилась, она уже ходит на учебу, а ещё она сильно влюбилась в молодого парня и кажется, что тот настроен серьезно.

Я не могу с ней так поступить. Так же я ей ничего не рассказываю, хотя она прекрасно видит мое нервное состояние, я списываю это все на большую загруженность.

Еле отсиживаю занятия и под уже привычные перешёптывания выхожу из аудитории, где меня уже встречает Марина, к которой я кидаюсь в крепкие объятия.

Не знаю, что со мной происходит, но я начинаю плакать взахлёб.

— Тихо-тихо, — пытается она меня успокоить, поглаживая по спине. — Что с тобой, сестричка? Что с тобой вообще происходит? Это все из-за того парня, который тебе постоянно дарит цветы?

От ее слов на губах появляется грустная улыбка. Мне часто доставляют цветы от Эмиля прямо на учебу. Каждый букет лучше предыдущего.

Это даёт мне понять, что мужчина меня не забывает. А ещё там всегда есть приятные записки, которые я начала хранить.

По сути, это самое хорошее, что со мной происходит в последнее время. Только поэтому я могу засыпать. Мысли о мужчине меня, на удивление, успокаивают. И все ещё стоят его слова о том, что я всегда могу попросить у него помощи, хотя делать этого не буду.

Это так странно. Мужчина, который лишил меня невинности за деньги в тюрьме, иногда заставляет меня улыбаться, даже когда его нет рядом.

Мне, конечно же, льстит его внимание, пусть мы даже не общаемся уже получается, больше месяца.

— Нет. Я просто устала, — говорю частичную правду. — Ещё и здесь меня донимают девчонки.

— Снова эта идиотка Ира? — сразу догадывается, о ком я говорю. Все же что-то я ей рассказывала, просто не вдавалась в подробности. — Хочешь, я с ней поговорю. Или же пригрожу?

Сложно такое представить, что мой ангелочек может кому-то навредить, пусть даже словесно.

— Моя же ты золотая, — немного успокаиваюсь я и вытираю слёзы с щёк. — Таких сук, как она, ничем не запугать.

Как раз в этот момент в поле моего зрения появляется Ира, от которой меня сразу начинает всю трясти.

Боже, как же я ее ненавижу. Прямо всей своей душой.

— Ой, смотрите, у шлюхи есть чувства! — произносит она специально так громко, чтобы услышали все, кто находится рядом.

Я вижу шокированное лицо Марины, сразу ощущаю стыд, вперемешку с дикой яростью на ту, что пытается меня очернить.

Поворачиваюсь к этой дряни и не сдерживаюсь, цепляюсь в ее длинные белые волосы, желая ей их вырвать с корнями.

— Как ты меня достала! — кричу я, пребывая в ярости.

Девушка тоже хватает меня за волосы и ногтями царапает мою щеку, но я не чувствую никакой боли.

Не знаю, как так получается, но нас все же разъединяют.

— Ты чего, больная? — кричит Ира, которой я показываю клок ее же волос, за них она всегда трясётся. — Уберите от меня эту ненормальную!

Вот теперь она тоже плачет и мне доставляет это удовольствие. Я так долго терпела ее унижения, что мне не стыдно за мое агрессивное поведение.

Впервые я влезла в драку, но на самом деле ни о чем не жалею.

Может, это будет ей хорошим уроком, и она перестанет говорить обо мне гадости.

— Пойдём, Алис, — хватает меня за руку Марина, быстро уводя от Иры, которая бьется в истерике, желая, наверное, продолжить потасовку.

— Спасибо тебе, — говорю сестре, которая тоже нас разъединяла, и я заметила, что она царапала руки этой гадине.

— Я хочу, чтобы ты уволилась! — неожиданно горланит Марина, впервые за долгое время. — Ты не должна это все терпеть! Почему они называют тебя шлюхой?!

Я понимаю ее чувства. Если бы ее кто-нибудь так же бы обзывал, я бы возмущалась не меньше.

— Я… — заикаюсь. А что я могу сказать? Что я хоть и один раз, но все же приняла клиента? — Это все из-за работы. Неважно. Я хочу домой, мне нужно отдохнуть, завтра у меня самый важный показ.

Мы выходим на улицу, и я сразу успокаиваюсь. Даже как-то легче становится. Мне нужна была эта драка, которая все же может выйти мне боком, но мне уже на все наплевать.

— Я бы на твоём месте прямо сейчас уволилась. На твои плечи свалилось слишком много проблем. А все из-за меня…

Снова она думает о том, что во всем виновата! Моя глупышка.

— Нет. Прости, я что-то расклеилась.

— У тебя нервный срыв, надо это решать, — не отлипает она от меня.

Я резко останавливаюсь, когда вдали вижу знакомую машину.

Руслан.

О, нет. Мне сейчас точно не до него, тем более, когда рядом сестра. Мало ли что. Да и мне не хочется ей объяснять, откуда я знаю нашего политика.

— Пойдём отсюда быстрее… — говорю я, хватаю ее под руку и веду обходными путями, чтобы не встретиться с мужчиной.