Глава 11

Агата

Карга свернулась в клубочек под окном на скамье. Красивая вещь, с резной спинкой, сиденье закинуто мягким ковром с вытканным узором. Сквозь кухонное окно видна другая сторона дома, оказывается, телега меня привезла на задний двор. С парадной стороны в дом упирается тихая улица. Там зелень, сады, крыши чьих-то домов выглядывают из густого плена листвы. Все они покрыты красно-серой черепицей, что напоминает мне спилы деревьев. И в доме витает густой запах хвойной смолы, аромат чистого леса. Клетчатые шторы качаются в такт дуновению ветра, словно танцуют.

Талит хлопочет у плиты, он снял с полки медный чайник, тщательно его ополоснул. Мускулистое тело движется ловко, перетекает, даже его рога теперь уже не кажутся мне такими странными. Напротив, чем-то они даже красивы, как резная чаша или кубок. Ну ведь делают же посуду из резного рога, значит, есть в ней особая красота? Впрочем, резная посуда не торчит из головы, ее место все больше на столе. Как теперь отделаться от мысли о двух рогатых кубках, торчащих из чужой головы? И, главное, кубков красивых, такие бы отпилить да все же поставить на стол. Только боюсь, Талит этого не оценит.

Подпаленное полотенечко на красавце так и вовсе выглядит довольно соблазнительно. Одна черная бахрома, покачивающаяся в такт движениям, чего стоит. Если бы не копыта, Талита однозначно можно было бы назвать красавцем.

— Ведьма, не сопи так. Тебе сейчас нужно успокоиться, если хочешь вернуться домой. Иначе опять откроешь портал не туда. Или во все места сразу!

— Я стараюсь. И уже почти успокоилась.

— Черб меня ждет. Если его вовремя не покормить, он уничтожит весь южный город. Нападет на людей! — ловкое движение к полке, в руке рогатого переливается золотом чеканная джезва.

— Его прибьет котомкой первая же старушка.

— Не выводи меня из себя! Черб вселяет ужас своим видом в…

— Ладно-ладно. Ты прав! Я переборщила. Тебе и вправду нужно как можно скорее вернуться обратно, чтобы беды не случилось.

— Ведьма и извинилась?! Что с тобой не так?

— Котомкой старушка Черба, может, и не убьёт, то ли дело клюкой. Жаль пса, он такой милый.

Талит выразительно промолчал, щелкнул пальцами, на них загорелся крохотный огонек. Мужчина стряхнул его на горелку, тут же поднёс руку к губам, подул. На плите разгорелся крошечный костерок, вон из него даже торчат две головешки. Откуда он их успел отломать?

— Ты уверен, что плита работает именно так? — спросила я не с небольшим, а с огромным сомнением.

После встречи с Андреем меня до сих пор трясет прости всю. С одной стороны, хочется бывшего мужа придушить, ударить чем-то по голове, вывести этот кошмар из моей жизни. С другой — хочется опять бежать без оглядки и совсем не важно куда, только бы он нас с сыном никогда не нашел, только бы это все наконец-то закончилось. Ведь если найдёт, все опять повторится. Я вспомнила кошмар своей еще недавней жизни, вздохнула. Рогатый мгновенно обернулся, кажется, мой вздох он принял исключительно на свой счет.

— Это магическая плита. Костер не совсем настоящий. Поленьев нет.

— Кругом сплошной обман. Костер и тот не настоящий. Нельзя верить мужчинам. Мне так ещё мама говорила.

— Маму нужно слушаться, у мамы опыт. В смысле, я хотел сказать, не всегда!

— Разумеется.

Талит потянулся к полке и громко выругался на непонятном мне языке. Но в том, что это была именно брань я нисколько не сомневаюсь.

— Это ты мне?

— Это я о посуде. Какой сумасшедший рискнет высказаться так о ведьме? В ее присутствии. А ты что, понимаешь древний язык?

Передо мной возникла перевернутая шляпка поганки. Тонкая ножка прилепилась к краю, изогнулась и вывернулась наружу.

— Решил отравить? Мне кажется, тебе это не выгодно, Чербер ждёт хозяина на ужин.

— Не хозяина на ужин, сплюнь, а ждет ужин, который принесет хозяин, ты перепутала. Это фарфор. Просто выполнен с особенной точностью. Хороший был мастер. В шкафу полный сервиз. Уверен, он предназначен для гостей, чтобы много не выпили и не съели. Там нет клейма гильдии?

Я перевернула скромную чашку. И вправду фарфор. А то, что я изначально приняла за тонкую ножку поганки оказалось изящной ручкой. Вещь выполнена с изумительной точностью. Даже хвоинка сосны нарисована с самого краю и выглядит точь-в-точь как настоящая. Снизу, на обратной стороне чашки, ничего не нашлось. Просто гладкое дно и ничего больше.

— Клейма нет.

— Жаль, я бы себе купил точно такой сервиз. Само собой для приема гостей. Авторская работа, редкость, не стыдно подать даже и губернатору. И такая экономия на угощениях! Люблю современную моду! Ее точно придумали на моей Родине.

— Хм.

В мою чашку тонкой струйкой полилось содержимое джезвы. Запахло корицей, кардамоном, медом и ягодами. Талит разбавил содержимое моей чашки водой из чайника.

— Пей смело, ведьма. Дом не даст отравить хозяйку. И я не желаю отравить…

Я пригубила содержимое чашки, по языку прокатилось волшебное сплетение вкуса дикого меда, лесных цветов, переспелых ягод, словно взятое в огранку привычных специй. Восхитительное сочетание!

Талит вздохнул и выпалил быстро, — свою невесту.

Вот при этих словах я и подавилась.

— Что?!

— А чем я плох? Богат! Славен! Достоин! С моим Чербом ты и то ухитрилась поладить. Расход на меня небольшой. Станешь купаться в золоте и драгоценностях. Будешь словно в оправе из самоцветов, гордость моя. Сына твоего воспитаю, как своего собственного, в тех же традициях.

— На обуви, опять же, одна сплошная экономия.

— Вот тут ты ошиблась. На Земле сложно пошить обувь для моих м-мм ног. Приходится обращаться к мастеру. Это долго, сложно, словом, одна морока. Опять же, каблук. Почему-то у вас не принято мужчинам носить обувь на каблуках. Почему так? — с Талита попыталось сползти полотенце, но он ловко его подхватил, — А мне с копытом без каблука никак, к нему привыкаешь.

— Ходи босиком.

— Ты способна навести такой морок, чтобы копыт не было видно, невеста моя? Знаешь, рога тоже немного мешают. Меня чуть не выгнали из мэрии за неподходящий дресс код.

— Я замуж не собираюсь. Один раз сходила, мне не понравилось.

— За этого-то?

Я предпочла промолчать. Отпила еще один глоток из поганки. Необычно. Не чай, а что-то особенное, лесное, полное немыслимого вкуса, который не спешит до конца раскрыться на языке и как будто перецветает, меня свой аромат.

Талит нервно меряет ногами кухню, его подпаленное полотенце то и дело сползает. Мужчина успевает поправить его, подтягивает узел на талии, да только это не помогает. Наконец он встал перед резным буфетом, странно выгнулся, словно в припадке, откинул голову назад и почесал спину рогом.

— Хочу такие! — промелькнуло у меня в голове.

— Удобная штука.

— А? Это — да. Главное, не забыться. Один раз так чуть не почесал спину на важных переговорах. Кто же знал, что кругом такие нервные люди, лекаря хотели призвать. И это вместо того, чтобы заключать важный контракт. Так что, зачаруешь? Морок наведёшь?

— Я не умею.

Я пожала плечами и отпила еще один глоток из поганки. Спокойствие теплым шаром опустилось в желудок и там разгорелось искрами счастья.

— Ведьма, которая не умеет колдовать, что ж, это действительно проблема.

Талит перебрал по столешнице буфета пальцами. Внезапно от его рук повалил сизый дымок. Это что, задымился мой хорошенький буфет, тот, который я даже еще толком не рассмотрела?

— Я поищу книгу заклинаний. Уверен, в мире теней такая найдётся. И даже, наверное, не одна.

— Буфет!

С моих пальцев слетело некое подобие разноцветного шара. Оно прокрутилось и влетело в Талита. Орогаченный охнул. Сфера затянула его в себя целиком. Теперь мужчина стоит в светящемся мыльном пузыре и так же нервно перебирает пальцами, только уже по воздуху.

— За что? — выкрикнул он.

— Буфет чуть не загорелся.

— А просто сказать ты не могла? Впрочем, о чем я! Ты — ведьма, это все объясняет!

Талит продрал рогом пузырь, тот разлетелся солнечными зайчиками по всей моей кухне.

— Что именно это объясняет?

— Все! Открывай портал куда нужно, если ты успокоилась. Потому что иначе я начинаю нервничать. А когда я нервничаю, это плохо заканчивается!

— Для кого? — я невольно изогнула бровь.

— Для других! Но в нашем случае, боюсь, это плохо закончится для меня лично, — поспешно добавил копытный и вновь почесал мускулистую спину рогом. Вот как это так интересно у него получается.

— Эта дверь подойдет?

Я с легким сожалением отставила чашку, будто на прощание посмотрела в окно. Улица, волшебный городок, загадочное солнце, сияющее между покатыми крышами. Как было бы здорово туда заглянуть хоть на час, быть может, встретить кого-то волшебного. Да только нельзя, меня на Земле ждет сын. Мой маленький, беззащитный ребенок.

Я подошла к двери кладовки, зажатой между двух резных шкафчиков. Привиделось озеро, ясный закат, почудился запах хвои и волшебства. На двери кладовки небольшая круглая ручка из латуни. Взяться за нее страшно, вдруг да я опять столкнусь с бывшим мужем, Андреем? И сердце вновь пропускает удар, все спокойствие словно сдул летний ветер, душу парализует ярость и страх. Сделаю с бывшим все, что хочу — отправлюсь прямиком за решётку. Оставлю все как есть — стану вечно жить в страхе и никакая полиция мне не поможет, потому что ничего не докажешь. Врач, отличная биография, хорошая репутация в его кругах. Разве он мог? Никто мне не поверит. Впрочем, уже не поверил, это я проходила. Даже мама моя и та сначала не верила, сказала, что я все выдумываю, а муж у меня хороший, очень сильно любит меня. Если бы так!

— Расслабься, успокойся и подумай, наконец, о том, куда хочешь попасть, ведьма! Как колдунья ты не очень, это я уже понял. Но постарайся же, меня между прочим, Черб ждет. Только думай не абстрактно о доме, а о чем-то конкретном! О двери, например, которая находится по ту сторону ручки. Ну? Или ты и это не можешь?! Так и будешь стоять сурком, которого выгнали из норы?!

— Сгинь! — рявкнула я зло и ухватилась за ручку двери. Пальцы холодом обожгла латунь

— А вот этого не надо.

— Моя комната, дверка одежного шкафа, — произношу я словно древнее заклинание и тяну дверь на себя.

В нос сразу саданул запах пластика, гари, машинного масла. Под окном раздались голоса стайки… подростков.

— Мама спит. Тише! Не буди лихо, пока оно тихо, — кажется, что я дома не была целую вечность. Оказалось, всего пару часов. Дети все так же шалят. Только чем это пахнет?

— Авось, не рванет.

— Порох и не рванет? — с сомнением говорит сын.

— С чего ты вообще взял, что это порох? Да и шнур длинный. Ты его хорошо скрутил? Откуда веревка?

— Из маминого комода потерялась сама. Совершенно случайно.

— Значит, точно взлетит.

Я остолбенела на миг.

— Весело у вас здесь. Чувствую, что и с пасынком-то мне повезло. Отправлю его к своим., чтоб никто не расслаблялся.

Я рванула во двор спасать всех и каждого по отдельности. Следом за мной побежал мужчина в одном полотенце, с копытами на ногах и рогами на голове.