Глава 13. Обдумайте всё и взвесьте…

Графиня Карри ночь перед балом спала дурно — от волнения, видимо. Пришлось даже принять лекарство, ибо зачем ей наутро синяки под глазами и головная боль? Ну конечно, она волновалась — это ведь не просто бал…

Это судьба королевства. И их семейства — в ещё большей степени.

Собственно, они задумали это с королевой Арианой, матерью Ильярда. Королева переживает, и неудивительно — король не женат, нет прямых наследников. Есть кузены? Пусть так, но неженатый и бездетный король — это же позор для Кандрии. Две помолвки с принцессами были разорваны, ещё несколько — остановились на стадии взаимных предложений. Но ведь на принцессах свет клином не сошёлся! Однако ж…

Королева желает представить выбор будущей невестки справедливым и непредвзятым. Сослаться на обычаи и обстоятельства. Чтобы некоторые высокие особы не чувствовали себя задетыми королевским выбором — во многих лучших домах подросли девицы, готовые примерить корону. Открытый отбор — нет, что вы! Её величество сразу отбросила эту мысль, а его величеству она и в голову не приходила. Королева Ариана желает оставить последнее слово за собой. Что ж, у неё свои соображения, и кому какое дело, что об этом думает графиня Карри?

У графини Карри тоже свои соображения. И она рассуждает так: кто вышивает, тот и выбирает нитки. И о плетении кружев, кстати, можно то же самое сказать. Осталось всё подготовить. Аккуратно, филигранно, чтобы воробышек точно попал в силки.

Воробышек! Ильярд посмеялся бы, узнав, с кем его сравнили. Он-то себя, конечно, орлом воображает. Самым умным, самым хитрым. Ну-ну…

И последнее слово будет сказано здесь, в Лиссе! Королеве Ариане останется принять всё и радоваться, в том числе и надежде на законных внуков. Невеста, назначенная местной феей?..

П-ф-ф! Шутить изволите?

Графиня Карри вообще была неприятно удивлена, что король сам вспомнил об этом курьёзе. Ну ладно, любопытно ему, конечно. Он молодой мужчина, его все, кто в юбке, должны как минимум немного интересовать. Что ж, сегодня он получит по носу, потому что незачем интересоваться неуместными вещами. Фея наградила добрую служанку королём в качестве зятя! Да такая чепуха и в бреду не должна приходить в голову его верным подданным!

Графиня ещё раз перечитала последнее письмо королевы Арианы, своей родственницы и старой подруги, закончила одеваться и отправилась в Малую столовую — завтракать.

Завтрак сегодня устроили не парадный, только для «своих». Утро перед балом — ну какая ещё парадность! Последние приготовления, волнения, всегда на что-то не хватает времени. А некоторым охота поспать до обеда. Так что гости могут спуститься в Большую столовую и вкусить завтрак без хозяев, а могут дождаться, пока его принесут прямо в покои.

«Свои» — это, конечно, и король, и пара человек из его ближних, и граф, и дети — дочери и племянницы. Ильярд сидит за столом рядом с графом, но не завтракает, а перебирает какие-то бумаги. Граф деликатно смотрит в свою тарелку. Моргана — умничка, надела темно-розовое платье, оно хоть не новое, но идет ей замечательно. Сидит свежая и красивая, как роза из сада. Если не ей быть королевой, то это высшая несправедливость. А Ильярд весь в своих бумагах. Что за зануда?

Ну что ж, мужчина и должен заниматься делами!

— Доброе утро, — нежно сказала графиня. — Ваше величество. Дорогой граф. Благородные господа.

Моргану она ласково потрепала по щеке.

— Ильярд, душа моя. Что у вас такого неотложного? — она успела заметить колдовской защитный шифр в верхнем углу каждого листа.

Король читает отчёт о каком-то колдовском расследовании?

— Да пустяки, тётя Мод. Вы ведь слышали о герцоге Фаджеро?

— Не в такой уж глухомани мы живём, чтобы рано или поздно не услышать о герцоге Фаджеро! Он наконец отыскал своего внука и наследника?

— Он — пока нет. Но колдун из Королевского сыска уже справился. Осталось порадовать старика, — король взял последний лист, перечитал его, нахмурился, потом хмыкнул, опять перечитал и положил вниз, под стопку листов, и подвинул к себе кусок пирога.

Заговорил граф Карри:

— Когда герцога Фаджеро подставили и оклеветали перед вашим отцом, ваше величество, он бежал в Руат, а оттуда, говорят, куда-то в Горные княжества. Его сын, маркиз Элтон, с молодой женой и маленькой дочерью тоже бежали, но остались в Кандрии. Сын был убит, его жена скрылась с ребенком, посланная за ней погоня принесла известие, что она погибла при переправе через реку. Всё правильно?

Король кивнул, жуя пирог.

— Теперь вы оправдали герцога, вернули его в Кандрию, возвратили земли и замки. Он женился на чужбине, но его новый брак был бездетный. И вот, по возвращении, он потребовал у вас своего наследника, о существовании которого ему спела гадалка с бубном на дороге. О том, что его внучка осталась жива и продолжила его род.

— Не потребовал, попросил о содействии, — поправил король. — Причем готов был на любые расходы. Я велел начать следствие, отправил колдунов из сыска. Надо сказать, они долго возились.

— Как интересно. И отчёт вы получили тут, в Лиссе, ваше величество! — воскликнула графиня. — Неужели где-то у нас скрывается некая важная персона?

По правде говоря, ей было так интересно, что она отвлеклась от собственной интриги, провернуть которую было совершенно необходимо.

— И титулованная персона, — добавил король, — я уже пообещал герцогу Фаджеро подтвердить за потомком его внучки титул маркиза Элтона, который когда-то носил сын герцога.

— Что-то я подозреваю, что родословная этого нового маркиза Элтона подпорчена? — нахмурился граф. — Туда затесались простолюдины, верно? Дочь Элтона росла без отца, её мать не сдалась на милость короля, не обращалась за помощью — видимо, они перенесли немало лишений. За кого вышла замуж эта юная леди, дочь маркиза Элтона?

— Леди Кора. Так её звали. Её выдали за возчика из торгового обоза. Маркиза умерла, девочку растили монахини, потом её откупил из монастыря муж и увез довольно далеко. Это осложнило поиски.

— Какой ужас! — закатила глаза графиня. — И вы подтвердите титул…

— Безусловно. Я ведь обещал. Герцог на этом настаивает, и я не собираюсь ему отказывать. Он и его семья пострадали отчасти по вине короля.

— Король не бывает виноват, — отрезал граф. — Он поступает как должно! В зависимости от обстоятельств. Говорят, Фаджеро вернулся в Кандрию не с пустыми руками. Привез немалые богатства. Так что наверняка он скоро породнится с каким-нибудь знатным семейством, которое как-нибудь смирится с испорченной родословной!

— Ах, отец! Но возчик из торгового обоза, какой ужас! — по примеру матери закатила глаза и леди Моргана.

Король загадочно улыбнулся и взял еще пирога.

Графиня тем временем собралась с мыслями и приступила:

— Мы должны кое-что обсудить, ваше величество. Я про кружевное состязание.

— А что обсуждать? — удивился король. — Я готов принять все ваши решения, тётя Мод.

— Но приз для лучшей кружевницы? Кольцо? Или?..

— Хм… Нет. Кольцо — это не то. Кольца ведь дарят невестам? — король усмехнулся. — Браслеты — жёнам в храме. Украшение для волос, может быть? Или лучше ожерелье?

— Ну… Хорошо, ожерелье так ожерелье. Рубины и изумруды брать не будем, это чересчур. Топазы, аметисты, немного некрупных алмазов, чтобы оттенить… да?

— Кажется, моя прабабка получила совсем простое украшение, — с усмешкой заметил король. — Цепь с подвеской, если не ошибаюсь. Она до сих пор хранится среди фамильных украшений Ауругов. Матушка говорила, что надевала её несколько раз в молодости.

— О, Ильярд, — графиня взглянула укоризненно. — Тогда ваш прадед вручил невесте лучшее, что мог себе позволить! Но если вы желаете, чтобы тоже была подвеска, то конечно, это даже интересно…

— Нет-нет, никаких тоже, — решительно возразил король. — Пусть будет колье. Не нужно алмазов. О, я придумал — янтарь! Пусть будет янтарь в серебре, ведь украшение предполагается для девицы. Прошу, тетушка Мод, подберите что-то этакое! Очень красивое.

— Хорошо, Ильярд, не стану возражать, — согласилась графиня без особого энтузиазма. — Будет очень красивое янтарное ожерелье.

А король успел взглянуть на белокожую и светловолосую Моргану, которая в жизни, наверное, не надевала янтарь, даже самый драгоценный. Да чего там, при дворе он был не в моде последние тридцать лет, потому что не нравился матушке. Наверное, Моргане не очень подошёл бы этот камень. Хотя как знать. Но что она о нем не мечтает — точно. Интересно, а каковы её шансы выиграть это самое кружевное состязание?

Представить, что именно леди Моргана — лучшая кружевница, королю отчего-то было сложно.

— Воля ваша, Ильярд, дорогой, но этого всего как будто немного недостает… — задумчиво сказала графиня. — Нужно что-то ещё! Победительница получит прекрасное ожерелье из ваших рук, и помимо того…

— А нужно что-то помимо?

— Да. Какая-то мелочь. То, что будет сюрпризом. Приятным дополнением к подарку.

— Что, например?..

— Надо подумать. Может быть, танец с вашим величеством?..

— Да сколько угодно танцев с моим величеством. Но ведь состязание состоится уже после бала?

— Тогда придумаем другое, столь же приятное для девицы. Прокатиться с вами в санях? Нет, надо поразмыслить. Это может стать прекрасной традицией! Доверитесь мне, мой дорогой?

— Сколько угодно, графиня, — король вздохнул с облегчением.

Какое-нибудь мелкое дополнительное удовольствие для девицы-искусницы, которое развлечёт общество и, возможно, когда-нибудь превратится в традицию? Да пожалуйста. Только пусть графиня сама изобретает эту будущую традиционную приятность.

— Вы любите плести кружева, леди Моргана? — обратился король к нежной розе, которая как раз доедала булочку со взбитыми сливками.

— О… очень, ваше величество! Обожаю! — заверила та.

— Я приказала закупить лучшие ослепительно-белые нитки и одинаковые коклюшки для всех участниц, — сказала графиня. — Естественно, у них всё будет одинаковым. И каждая будет работать в одиночестве.

— Гм. А это важно?

— Поверьте мне! — погрозила пальцем графиня. — От заката до рассвета.

— Ночью?.. Я считал, что кружева плетут при ярком свете.

Не что чтобы короля волновали эти подробности, но разве не странно?

— У каждой девицы будет достаточно свечей, — пояснила графиня. — Это традиция, поверьте. Каждая девица получит благословение у Пламени, и свечу, зажженную в Храме. Ах, не смотрите так, в Лиссе к этому всегда относились серьезно! Во времена вашей бабушки победительнице иногда давали лучших овец или льняное поле!

— Хорошо, хорошо, — махнул рукой король.

— Разумеется, в этом состязании примут участие только знатные девицы, отцы которых имеют титул не ниже баронского.

Король кивнул, вспомнив бойкую Фалину Калани. Она дочь барона.

Вот ведь странно, он не вспоминал о ней эти дни перед балом. Нет, не забыл эту красотку, конечно. Просто не вспоминал. Было незачем, хотя она так понравилась ему при встрече. А вот другая…

Другая с утра до вечера не выходила из головы. Волновала, тревожила, заставляла иногда беспричинно улыбаться. Маленькая служанка из замка Калани. Синичка.

Он много ездил верхом. Граф устроил и охоту на лис. Король мчался среди охотников позади своры, и вспоминал, как она, Синичка, тогда скакала рядом. И ему казалось, что она опять тут, хотелось найти её среди охотников. Наваждение?

Хоть к колдуну обращайся, проси избавить. Впрочем, обращаться он не станет. Потому что это было приятно. Вот так, помешаться на Синичке — приятно!

Но он нарочно не стал уточнять, кто она такая. Запретил о ней упоминать. Он либо увидит её сегодня на балу, либо не увидит.

А что станет делать, когда увидит? Он не желал загадывать. Будет видно.

И это было немного странно для Ильярда, который любил все важные шаги обдумывать заранее.

— А не желаете ли вы, ваше величество, велеть колдунам беглецов поискать? — вдруг спросил граф.

— Уже велел, — отозвался Ильярд. — Там тоже не всё просто.

— Мы уже знаем, кто беглец, ваше величество. Это принц Найрин, — вдруг сказала одна из племянниц графа Карри. — А кто второй? Он тоже гретец?

— Это мы тоже уже знаем, любопытная леди, — ответил король. — Нет, он не гретец. Он мой подданный, который решил, что голова ему не нужна. И это было его добровольное решение, как я понимаю.

— Ах, и кто это? — воскликнула графиня. — Нам известно его имя?

— Пока секрет, — ответил король, вставая из-за стола.

Сколько можно завтракать?..