Глава 9. А давай проверим?

Одно бунгало на троих, пусть и с двумя спальнями, но это крошечный дом с одной кухней и одной гостиной, в котором мы будем постоянно вместе.

Один бассейн, один пляж и одна общая терраса, где я планировала расхаживать полуголой, чтобы жить на полную катушку и ни в чем себе не отказывать. Но вместо этого долгожданный отпуск стал моим персональным адом.

Я не готова.

Я не могу находиться вместе с Хантером даже в одной машине, не говоря уже о том, чтобы жить под одной крышей. Спать в соседней спальне. Видеть его утром и вечером. А в одних плавках на пляже?!

Но Ксандер не слушал моего невнятного неудовольствия вчера вечером. Ни когда повел в холодный душ, чтобы я немного протрезвела, ни когда после уложил спать.

И вот так настало следующее утро, а наши планы не изменились. Не оказались кошмарным сном. Они стали моей кошмарной реальностью.

Я сижу рядом с Ксандером, на месте пассажира, а Дэвид на заднем сидении за моей спиной. Один раз он нагнулся вперед, передавая бутылку с водой Ксаю, и случайно задел мое голое плечо.

Меня словно током ударило.

Если я не обрету спокойствие, то за себя не ручаюсь. А мне меньше всего нужны проблемы из-за Хантера.

Мое тело не переставало реагировать на нежности Ксая. На прикосновения, поглаживания и легкие поцелуи на светофорах. Ксай всегда был нежным и заботливым, но только теперь мне приходилось давить всеми силами на тормоза, потому что рядом сидел Хантер.

А я не могла терять голову.

Но всю дорогу я едва могла усидеть на месте. Между ног так сильно ныло, что меня так и подмывало запустить пальчики в собственные трусики, лишь бы скинуть часть возбуждения.

Эта поездка могла стать самым романтичным событием в моей жизни, если бы не этот мрачный зритель на заднем сидении. Его тяжелый взгляд, который я ощущала даже затылком.

Пусть Хантер и делал вид, что его больше интересует только музыка в наушниках, иногда я ловила на себе странные взгляды в зеркале заднего вида, которым не находила объяснения.

Хантер явно не был в восторге от поездки, но почему-то не стал отказывать Ксаю. Почему?

С утра на трезвую голову отгонять фантазии было проще, чем вчера после алкоголя. К тому же я дала себе зарок больше не пить, пока эти двое рядом, но куда проще было бы вообще без Хантера.

А так он рядом.

Как запретный плод, один укус от которого приведет к изгнанию из Рая. И пусть я знаю это, но не могу справиться с крепнувшим желанием впиться в него зубами.

Моя грудь снова натянула топик так, что ткань вот-вот затрещит. Кожа горит, как от ожогов, а надевать короткие джинсовые шорты вместо юбки все-таки было ошибкой. По крайней мере, сидеть в юбке было бы куда удобнее, так как этот твердый шов между ног… Я пытаюсь не ерзать, но не могу усидеть на месте. И это только распаляет.

Двое мужчин в одной машине, и воздух очень скоро наполняется терпкими исконно мужскими ароматами, в которых я тону, как в штормовом море. Их слишком много для меня одной, они сливаются и так отлично сочетаются, что я теряю разум.

Вот почему первую половину путешествия я еду, высунувшись в окно, и дышу ртом, так что проезжающие мимо псы машут мне хвостами.

— Кажется, становится жарко? Закрой окно, Нат, я включу кондиционер.

К полудню жара действительно хлещет опаляющим ветром, так что приходится согласиться с Ксаем. Поток ледяного кондиционированного воздуха проходится по коже, как кубик льда, и я сильнее стискиваю бедра.

Мы выехали довольно рано, чтобы избежать привычных очередей на выходных, да и просто не терять лишний день в дороге. По натуре я сова, так что только ранний подъем поначалу гасил реакции моего организма, но солнце поднималось все выше, и при виде него я нервничала, как вампир, который не может контролировать голод с наступлением сумерек.

По вечерам я была активной, живой и очень голодной.

Ледяной воздух оседал на языке мятой и анисом. И я с трудом отгоняла мысли о том, кожа какого мужчины может быть на вкус именно такая.

К переправе мы добираемся точно по графику и, пока Ксай аккуратно въезжает на темную парковку и глушит мотор, вижу, что он не может сдержать улыбки.

Коснувшись моего голого колена и поглаживая пальцами внутреннюю сторону бедер, тихо спрашивает:

— Помнишь?

В ответ могу только кивнуть. Были бы мы в машине одни, я бы с удовольствием предалась ностальгии. Но не теперь, когда сзади сидит Хантер, а в моих трусиках самый настоящий потоп.

Ксандер ведет пальцами ниже, к кромке коротких джинсовых шорт. И мое тело реагирует на прикосновения жениха раньше, чем я понимаю, что сейчас лучше держать себя в ежовых рукавицах, — я все-таки раздвигаю стиснутые до этого бедра.

— В тот раз ты была в платье, — также тихо говорит Ксай. — В том розовом.

— Ты так точно запомнил мое платье? Надо же!

Впрочем, я тоже очень хорошо помню нашу веселую поездку на пароме. Мы не стали покидать машину, а вокруг почти никого не было. В те дни я сгорала от страсти рядом с ним и отдавалась при каждом удобном случае. А Ксандер как раз вез меня к побережью, чтобы познакомить со своими родителями, которые жили неподалеку.

— Ты ведь выбрала то розовое платье, чтобы свести меня с ума, так? Конечно, я запомнил! Его невозможно было не запомнить. Дэвид, ты бы ее видел… Она напоминала розовую сахарную вату в этом платье, сдержаться было невозможно.

Чувствую, что краснею, а еще, что с заднего сидения не слышно музыки. Бросаю беглый взгляд в зеркало заднего вида — Хантер задумчиво смотрит куда-то вдаль. Как будто тоже погружен в воспоминания, вот только его желваки при этом крепко стиснуты.

Не нравятся разговоры о бабских тряпках? Наверняка.

— Я выбрала то платье, чтобы произвести впечатление на твоих родителей, Ксай, — отвечаю со мстительной улыбкой, рассчитанной на Хантера. — Я и представить не могла, что та юбка настолько сведет тебя с ума.

Я очень хотела произвести хорошее впечатление на родителей Ксая. — И поэтому ты решила выглядеть такой нежной, воздушной и невинной, что у меня аж руки чесались сорвать ту ленту из твоих волос.

— Что ты и сделал, негодник! Я потом так и не смогла вплести ее обратно в свою косу.

Да, под тон платью я даже вплела в волосы такую же розовую ленту, нанесла скромный розовый блеск на губы. Я выглядела выпускницей школы для благородных девиц, которой никогда не была.

А еще я и предположить не могла, что мой преувеличенно невинный вид настолько заведет Ксандера.

— За ленту прости, — рассмеялся Ксандер. — Чудом, что я ее вообще не разорвал, учитывая, что ты вытворяла на заднем сидении.

Всю дорогу до дома его родителей я приводила в порядок прическу и макияж, но оно того стоило. При взгляде на меня никто не догадался бы, что еще час назад я самозабвенно делала глубокий минет своему жениху на заднем сидении после того, как он первый стянул с меня трусики и дважды довел до оргазма пальцами.

Да, даже такому невинному платью нашлось порочное применение.

Отодвинув мое кресло, Ксай обошел машину и опустился на колени передо мной, а свободная широкая юбка сделала его почти незаметным. Пятками я упиралась в приборную панель, пока он трахал меня языком.

— Вот за это я тебя и полюбил, Нат… Ты делаешь мужчину счастливым. Мне очень повезло с тобой.

— Я тоже тебя очень люблю.

Нагнулась к нему, чтобы поцеловать, и в тот же миг услышала, как громко хлопнула задняя дверь машины.

Леди и джентльмены, Хантер покидает помещение. Надо же, какой нервный.

Все-таки я права, он на дух не переносит ваниль и отношения.

— Черт, кажется, мы перегнули палку, — сказал Ксай.

Я устроилась в кресле удобнее и спросила:

— Зачем ты вообще позвал его, Ксай? Я так хотела бегать с тобой голышом, купаться в море на рассвете…

— Какой рассвет, Нат? — рассмеялся он. — Тебя ведь рано утром даже из пушки не добудишься. Ты бы прокляла меня и разорвала помолвку, если бы я поднял тебя в пять утра встречать рассвет.

Этот мужчина слишком хорошо меня знает.

Ксай задумчиво выводил на моей коже восьмерки, выискивая взглядом смотрителя парковки, но его все не было.

— Ну… Тогда закат, — пожала я плечами. — Я сидела бы голая и потная, верхом на тебе, и мы бы по очереди пили ледяное вишневое вино и провожали очередной день, проведенный вместе.

— Никогда не думал, что так сильно захочу вишневое вино, — Ксай снова хохотнул и поцеловал меня в висок. — Мы прекрасно отдохнем и так, Нат, не волнуйся. Я позабочусь об этом. Просто Дэвид… Пойми, ему очень нужна эта поездка. Он глубоко несчастный мужчина, знаешь это? За маской безразличия и презрения скрывается совсем другой человек. Ему нужно развеяться.

— Ксай! — закатила я глаза. — Он только что выпрыгнул из машины так резво, как будто за ним дикие пчелы гнались, а ведь речь только зашла о романтике.

— Поверь мне, Нат, — продолжал Ксандер. — Дэвид был совсем другим человеком раньше. Открытым, веселым, верным.

— Ну может быть. Конечно, ты знаешь Дэвида куда больше времени, чем я, но Ксай…

И это даже правда. Я знала Дэвида куда меньше, чем Ксандер, да и нельзя сказать, чтобы я его вообще узнала за это время.

Он оставался замкнутым и не торопился раскрывать своим мысли даже после крышесносного секса, когда у всех мужиков развязывались языки. У всех, только не у него.

— Ты назвал Дэвида верным? Ксай, он не создан для верности! Стой, не начинай канитель про многолетнюю дружбу. Говорю тебе это, как женщина. Я ведь угадала со стрип-клубом.

— У него было много женщин, в этом я согласен. Просто он потерял ту самую, которой не хочется изменять. Какой смысл придерживаться верности в таком случае, верно?

Сердце забилось вразнобой.

— Слушай, Хантера здесь нет. Может, все-таки расскажешь? По секрету.

— Нет, Натали. Это будет нечестно.

— А если я… Снова повторю то, что делала в прошлый раз своим ртом на заднем сидении? Может, это поможет тебе развязать язык?

Ксай рассмеялся и покачал головой.

— И все-таки с прискорбием хочу сообщить, но ты совсем не знаешь собственного друга.

— Почему же? Разве ты знаешь Дэвида лучше, чем я?

Упс!

А если я сейчас признаюсь в том, что Дэвид мой бывший, то он вышвырнет его за борт? Или меня вместе с ним, потому что врала столько времени?

Ксандер вдруг наклонился к моему креслу, поцеловал, а его рука легла на мои шорты. Он безошибочно надавил на твердый шов между моих ног, слегка потер пальцами, и я не сдержала стона.

— К черту Хантера… К черту всех. Давай просто сделаем это здесь в память о прошлом, Ксай… Ты со вчера держишь меня на коротком поводке.

Я почувствовала, как он улыбнулся, а потом расстегнул одну пуговичку, на моих шортах и погладил меня через трусики.

— Вчера ты была немного не в себе, Нат… Не лучшее время для секса. А сейчас здесь людей раз в пять больше, чем тогда, поэтому давай доберемся сначала до бунгало, — отозвался Ксандер, все-таки отодвигая в сторону мои трусики. — Какая же ты мокрая, боже. Как легко в тебя входят мои пальцы. Не могу дождаться, когда поставлю тебя на колени…

— Хватит, я не выдержу, — проскулила я. — Перестань дразниться.

— Так, моя горячая крошка… Вот идет парень с парковки. Сейчас мне все равно придется тебя оставить, чтобы заполнить кое-какие бумаги. Так что иди, найди Хантера и поднимись с ним на палубу.

В таком состоянии? Он хочет, чтобы я с мокрыми трусиками, едва перебирая ногами от возбуждения, отправилась искать чертового Хантера?!

— Зачем, Ксай? Дэвид не маленький, пусть погуляет и подышит воздухом, а я лучше дождусь тебя в машине и мы…

— Нет, сейчас тут слишком много машин вокруг. И потом… у нас целая неделя впереди, успеем.

Ксай вытащил пальцы и провел указательным по моему рту. Я почувствовала свой собственный вкус и прикусила его кожу.

— Ты сумасшедший.

— Из-за тебя и того, какая ты мокрая и горячая сейчас. Как блестят твои глаза и горят от моих поцелуев губы. Иди, я все равно буду думать только о тебе.

— Слушай, Ксай, неужели ты вообще не ревнуешь меня?

— Неожиданный вопрос, Натали. Не знаю. Вообще, ты никогда не давала мне весомых поводов, чтобы я злился.

— Но у тебя же были и другие отношения до меня, как обстояли дела с ревностью тогда?…

— Ничего серьезного, чтобы я переживал из-за тех случайных женщин. Такого, как с тобой, у меня ни с кем не было. Слушай, а это даже интересно! А давай проверим?

— Ты к чему клонишь?

Черт меня дернул за язык! Я просто хотела прощупать почву, чтобы заранее узнать, схватится ли этот ревнивец за топор или нет, если я разоткровенничаюсь.

— Мы на каникулах, почему бы нам не развлечься? Найди Хантера и попробуй сделать так, чтобы я приревновал. Вчера, когда ты сказала, что он приставал к тебе, я уже знал, что это не так, но вот сейчас… Когда я знаю, как ты хочешь секса…

— Стой, Ксандер. Подожди. Так дело не пойдет. А если ты ревнивый, о-очень ревнивый, а мы совершенно ничего не знаем об этом?… И я сделаю, как ты просишь, и потом ты его… — я провела большим пальцем по шее. — Что тогда? Кто будет виноват в этом?

Ксай засмеялся. Медленно очертил мою нижнюю губу, заворожено глядя, как я тяжело дышу приоткрытым ртом.

— Не волнуйся, Нат. Я полностью доверяю Дэвиду.