Глава 13. Голод

Кажется, Хантер даже мигом протрезвел от такого предложения.

А я отдернула юбку и отстранилась.

— Ты же не всерьез, Ксандер? Это какая-то проверка? Ты не веришь, что я могу быть счастлива только с тобой? Что буду хранить тебе верность, а начну скакать с члена на член, трахаясь как сумасшедшая? Или…

Ксай коснулся моих губ указательным пальцем, призывая к молчанию.

— Детка, верю, что ты успела придумать много версий, но я не слепой. И я давно заметил. Ты сама не своя с тех пор, как рядом появился Дэйв. С тех пор вы оба ведете себя очень странно. Вот только Хантер может признаться в своих желаниях, а тебе, конечно, сложнее.

— Ксай, я не хочу разрушить все то, что есть между нами. Пусть Хантер просто уедет и все вернется на круги своя.

— Согласен, — отозвался Хантер. — Так всем будет лучше.

— Раз ты не готова, то ладно, — пожал плечами Ксандер. — Может быть, я неправильно понял тебя, Нат. Может быть, твои желания с тех пор изменились, ведь прошел целый год и да, тогда ты выпила чуть больше обычного. А может быть, Дэвид Хантер не самый подходящий для этого парень. Тебе решать.

— Я просто хочу знать, что будет.

— Что будет? Например, мы оба. В тебе.

— Нет! Господи, Ксай. Я не об этом… Я хочу знать, что будет после. Между тобой и мной. Если… Просто представим, если я скажу «да». Что будет после?

— А что должно быть? Мы поженимся, Нат, а Дэвид уедет. Считай это моим подарком на свадьбу. Всего один раз, хочешь?

— Только один раз?

— Я не знаю. Может быть, это будет так отстойно, что и первого раза-то не будет. Мы не можем знать, каково это будет. Когда мы прыгали с тарзанки, разве тебе хватило описаний, чтобы представить, каково это «свободное падение»?

— Нет.

— Видишь, пока ты сама не прыгнула, ты не узнала, каким может быть ощущение полета. Так и тут. Я не могу рассказать тебе, каково это еще и потому, что сам тоже ни разу не пробовал делать это с кем-то еще… Просто Дэвид… — Ксай оглянулся на Хантера. — Мне кажется, он самый подходящий вариант. Прости, дружище, что приходится использовать твой член для этого.

— Да я не обижаюсь. Наверное. Просто это… необычно. Она ведь твоя невеста, Ксай.

— И я очень ее люблю и хочу сделать так, чтобы ей было хорошо. Ты трахался втроем? Ну же, Дэвид. Ведь у тебя наверняка было.

— Было, конечно. Только это… никогда не была чья-то невеста.

— Натали всегда была слишком раскованной для меня. Мне кажется, я не мог удовлетворить все твои аппетиты, детка, но это не отменяет того, что я по-прежнему очень сильно тебя люблю. И если это принесет тебе удовольствие, двойное удовольствие, я готов пойти на этот шаг. Я не стану менять своего отношения к тебе. Ты моя невеста и будущая жена. И так будет всегда.

— Мне… надо подумать.

— Ладно. Только много не думай, — Ксай улыбнулся и поцеловал меня в висок. — Есть только два ответа «да» или «нет», а если у тебя появятся вопросы, пожалуйста, не накручивай себя, а приходи с ними прямо ко мне. Так мы сможем все решить проще и быстрее. Ты поела?

Я кивнула. Неловко слезла со стула, оправив платье. На Хантера я старалась не смотреть, как и он на меня, судя по всему. К алкоголю он больше не прикасался.

Слишком поспешно я все-таки сбежала в спальню. Рухнула на кровать, пряча горящее лицо в скомканных простынях. Я недостойна этого мужчины. Точно. Он слишком хорошо меня знает, читает мои реакции и знает мои желания и потребности. Настолько, что готов решиться на невозможное.

Одно дело фантазировать об этом и совсем другое вот так, согласиться и сделать это наяву. А потом огрести последствий.

Надо же мне было разоткровенничаться с Ксаем в тот новый год, надо же было чтобы он еще и запомнил все те фантазии, о которых я рассказывала, пока он ласкал меня двумя руками. Но фантазии на то и оставались фантазиями, что допускали хоть тройное проникновение, если это могло усилить удовольствие в реальности. При этом я никогда не думала, что встану перед вопросом — пускать ли в постель третьего на самом деле.

Я очень дорожила отношениями с Ксаем, его доверием и любовью. А факта проверки все равно нельзя исключать. Если я соглашусь, а после он будет обвинять меня в извращениях? А если потом мне будет мало одного мужчины?

А если…

Дверь тихо скрипнула. Мое тело вытянулось струной, когда я услышала чьи-то шаги.

Я почувствовала, как Ксандер опустился на край кровати и погладил мою спину.

— Думаешь?

Я кивнула.

— Твои мысли слышно даже в другой комнате. Не надо.

Я перевернулась на спину и подползла к нему ближе. Обняла, прильнув в темноте всем телом.

— Ксай, я боюсь, что вот это все… Все то, что есть между нами, никогда не будет как раньше. Я не хочу все испортить. Ксандер, пожалуйста, будь честным со мной.

— Я как раз честен, Натали, — с укором произнес он. — Это вы с Хантером могли и дальше делать вид, что ничего не происходит, но я — нет.

— Прости… То есть, я уже все испортила?

Он улыбнулся в темноте.

— Вовсе нет. Наши желания не делают нас хуже, Натали. Все мы разные, и у всех разные потребности. Совсем не то, чем мы занимаемся в постели, делает из нас монстров. Это только секс.

— Секс важная часть моей жизни.

— Знаю, и я никогда не буду попрекать тебя тем, что ты выберешь сегодня. Если твое решение зависит только от этого, можешь быть спокойна.

— Ты должен знать, что я никогда не фантазировала о ком-то конкретном. Никогда не предполагала измен тебе и даже никогда не хотела кого-то, кроме тебя.

— До встречи с Дэвидом.

— Проклятым Дэвидом, да. Я не знаю, почему он так на меня влияет, Ксай. Я не хочу этого. Я пыталась сдержаться, но не могу. Я думаю о нем каждую минуту, я… Боже. Я думала о нем каждый раз, когда мы занимались сексом. Ты должен это знать.

— Спасибо за твою честность. Я люблю тебя и всегда буду. Ты самая отзывчивая, самая страстная женщина из всех, кого я знал. Не перестаю благодарить небо за то, что встретил именно тебя на том совещании. И за то, что ты сказала мне «Да».

Он гладил меня по спине и волосам, а я чувствовала, как крепнет его желание. Ксай тоже не был железным.

Я приподнялась, чтобы снять с себя верх платья. Спустила лямки вдоль рук, оголяя грудь без лифчика. Все это принадлежало ему, он имел право брать и видеть.

— Я не могу, Ксай… Не могу решиться. Я слишком сильно тебя люблю, и буду ненавидеть себя, если все разрушится из-за моего нетерпения.

Он коснулся моей груди, мягко обводя пальцем соски.

— Я так напугал тебя своими словами?

Я всхлипнула, когда он втянул один сосок в рот.

— Да-а-а…

— Я никогда не буду попрекать тебя тем, о чем ты фантазируешь, Нат. Это всего лишь фантазии… Я вижу, как тяжело тебе сейчас, рядом с Дэвидом. Если для тебя это не выход, то и ладно. Я не буду любить тебя меньше.

— Ксай… Ты слишком хороший, чтобы быть настоящим.

— Просто я люблю тебя. И хочу доставить тебе такое удовольствие, какое ты еще никогда не получала в своей жизни…

Он уложил меня на спину, полностью оголяя грудь, а еще задирая мою юбку. Платье сбилось на талии, когда я приподняла бедра, позволяя Ксаю стянуть с меня трусики.

— Ты такая мокрая… Такая отзывчивая.

Он ввел в меня сразу два пальца, и я приподняла бедра, отвечая ему. Ксай нагнулся и поцеловал меня в губы, продолжая медленно двигать пальцами.

— Я запомнил это… Еще с тех дней, когда ты, такая красивая, дерзкая, рассказала мне, о чем мечтаешь… Каждый раз, когда я брал тебя, я думал, каково это будет, если я буду не одним мужчиной в нашей постели? Если будет кто-то еще?

— Боже, что ты говоришь… Я не могу больше…

— Ты столько раз дарила мне незабываемое удовольствие, и я мечтаю тебе подарить такое же. Но не могу сделать это самостоятельно… Только представь, как ты делаешь мне минет, пока кто-то еще целует тебя сюда…

Он согнул пальцы, касаясь чувствительнейшей точки внутри моего тела. Коснулся клитора большим пальцем так, как будто это действительно был чей-то язык.

— Боже…

— Я бы хотел увидеть это, Нат. Увидеть, как ты кончаешь снова и снова, как ты изнемогаешь от наших прикосновений, пока я буду трахать твой рот, а он… будет брать тебя по-настоящему.

Ксай приподнялся, не убирая руки, и я сама справилась с его шортами. Приспустила на бедрах, оголяя твердый, блестящий от смазки член. Он ждал меня. Хотел меня, а я — шире разводила бедра для него.

Я набросилась на него, смачивая слюной снизу до верху. Провела языком по головке, щекоча впадинки, пока его пальцы все быстрее двигались между моих ног.

— Одно слово, милая. Всего одно слово и все твои мечты могут исполнится… Я никогда не использую их против тебя, потому что и сам хочу этого также сильно.

Я обвела языком горячую плоть и позволила ему проникнуть глубже. Ксай убрал руку, собрал мои волосы на затылке и ударил бедрами, проникая в мой рот еще глубже. До брызнувших из глаз слез, до саднящего спазма в горле. Получая все то, что я с радостью могла дать ему.

Мои бедра сами вторили движениям его тела. Я была распалена до предела. Хотела, чтобы кто-то меня коснулся. Облизал. Втянул клитор в рот и поиграл им, немного царапая зубами.

Вытрахал все эти мысли, наконец, чтобы я могла дальше жить спокойно, как раньше.

— Я не могу тебя коснуться, любимая, — словно отвечая моим мыслям, произнес Ксай. — Мои руки заняты.

Я всхлипнула, до боли стискивая бедра, ощущая ужасающую пустоту внутри себя. Головокружительную потребность, которую могли удовлетворить только два мужчины в целом свете.

— Кого ты представляешь вместо моей руки? Кто вылизывает тебя, пока я трахаю твой рот?

— Дэвид…. — прошелестела я. — Это всегда был только он.

С каким-то садистским удовольствием я распахнула глаза, ожидая увидеть отвращение, ненависть или обиду в его взгляде. Но Ксай улыбнулся мне, а после посмотрел куда-то поверх моей головы. Я проследила за его взглядом, и буквально сгорела со стыда.

Дэвид стоял на пороге.