Глава 20. Люди не меняются

Это было жестоко? Да, знаю, но я не могла иначе.

Меня разрывало от того, сколько всего я хотела сказать и о скольких вещах спросить, но заговори я, он бы сразу понял, что Ксандер рассказал мне о прошлом.

— Как ты? Прошла голова? — не слишком изящно перевела я тему.

Ксай лег в тень зонта, закинув руки под голову, и скривил губы.

— Да какое «прошла». Мне ведь звонили с работы. Теперь начала болеть только сильнее.

— Какие-то проблемы?

— Все будет в порядке. Когда-нибудь.

— Выпей таблетку, милый. В машине должны быть. Хочешь, я схожу? Чтобы ты не шел по солнцепеку до самой парковки.

— Не надо. Идем лучше в воду, вдруг поможет? Прошу тебя, Нат. Я буду держать тебя. И не отпущу. Мы не уйдем глубоко.

— Обещаешь?

— Да.

— Тогда ладно. Сегодня и правда очень жарко. Настолько, что даже я хочу окунуться.

Мы поднялись и за руку пробежали до линии прибоя. Темный крупный песок обжигал пятки, сухой воздух дрожал от полуденного жара. Тени неумолимо сокращались, а температура только росла.

Так как пляж был диким, а еще обычно привлекал серферов, сегодня, когда океан остался без волн, все серфингисты пили ледяные мохито где-нибудь под кондиционерами в ожидании бури. И мы были одни.

Я притормозила у линии воды, но Ксай не дал мне времени, чтобы сфокусироваться на собственных страхах. Потянул за собой по крупной гальке. Волна обожгла холодом голени и уже через мгновение ударила по бедрам.

У меня перехватило дыхание, паника сдавила горло, но Ксай обнял меня за талию. Я стояла всего лишь по пояс в спокойной прозрачной воде, в которой, опустив взгляд, видела даже свои искаженные короткие ноги.

— Здесь мелко. Спокойно, Нат. Я рядом и не отпущу. Окунешься?

Я кивнула, цепляясь за его мокрые предплечья. Присела, позволив воде охладить плечи, и быстро вскочила на ноги, дрожа от страха и контрастов. Кожа была горячая, а вода очень холодная. Потом повторила. Ксай, глядя на меня, жмурился из-за солнечных зайчиков и улыбался настолько открыто, что мне всегда хотелось улыбаться ему в ответ.

Только с ним я могла побороть страх перед водной стихией. С ним я готова была исполнять любые, даже самые сумасшедшие фантазии. Этот мужчина был надежнее всех, кого я знала в своей жизни. Остальные всегда предавали, бросали, уходили или лгали.

Меня распирало от радости, счастья и красоты вокруг. Тихая бухта, идеальный выходной, счастливая пара.

Я повисла на шее Ксая, целуя его и обнимая. И он несколько раз присел, окуная нас разом.

— Пойдем, поплаваем? — шепнул Ксай. — Океан очень спокойный сегодня. Смотри, до горизонта не шелохнется! Я буду держать тебя. Доберемся до тех скал, передохнем и вернемся. Что скажешь?

— Ты с ума сошел, они так далеко!

— Ну давай, Нат!

Он повел меня дальше, пока вода не настигла моей груди.

— Спокойно, Нат. Видишь дно? Оно рядом. Постой тут, я окунусь. Очень жарко. Не забывай, я рядом.

Ксай ушел с головой под воду, взъерошил волосы и, вцепившись в мои бедра, резко вынырнул возле меня. Я взвизгнула, откидывая с лица мокрые волосы и стирая с щек брызги.

— Готова? — Ксай перевернулся на живот, и я привычно легла ему на грудь, руками обхватив его плечи. — Тогда вперед!

Он мягко оттолкнулся, утягивая меня за собой, как будто был надувным матрасом. Я двигала ногами, помогая ему. Вода действительно была густой и гладкой, как бирюзовое желе из киви.

— Надо передохнуть.

Ксай замер, повиснув на волнах, как астронавт в невесомости. Дно было далеко, хотя обманчиво казалось, что, если постараться, то я обязательно его коснусь. Держась за его плечо одной рукой, я вытянула носки, как балерина, и потянулась к огромному камню на дне…

Вода холодным шарфом скользнула по щеке, залила ухо. Я поняла, что чуть не ушла с головой, пытаясь коснуться недостижимого дна.

Сердце забилось быстрее. Дно было далеко. Как и берег. Как и те скалы над водой, к которым мы направлялись.

Проклятье.

— Натали, спокойно.

Я дернулась, сильно оцарапав плечо Ксая. Повисла на нем, обхватив талию ногами.

— Натали, спокойно! — он даже повысил голос.

Но спокойствия мне это не прибавило. Черт возьми, я не умела плавать, а моя паника могла потопить нас обоих.

— Не дергайся, детка, прошу тебя! Все хорошо!

— Держу!

Я хватала ртом воздух, фыркала и терла глаза, которые щипала соленая вода, и только после, как проморгалась, поняла, что меня держит не Ксай.

Теперь меня держал Хантер.

Мокрый, злой и запыхавшийся.

— Придурок, — процедил Хантер неожиданно резко. — Ксай, какой же ты такой придурок.

— Уймись, Хантер, — резко отозвался Ксай. — Все в порядке. Я просто не рассчитал силы.

— Да уж, — стиснул челюсть Хантер. — Натали, сейчас я отпущу тебя. Просто держись за мои плечи. Не сжимай руки на моей шее и не мешай мне двигаться, хорошо?

— Я…

— Я знаю, что ты не доверяешь мне! — рявкнул Хантер. — Но сейчас только я могу доставить тебя на берег. Просто отнесись ко мне, как к береговому спасателю и не усложняй!

Вцепилась в его мокрые плечи, как он сказал, и прошептала:

— Я просто хотела тебя отблагодарить, Хантер… Спасибо, что ты так быстро приплыл, вот, что я хотела сказать. Я даже не видела тебя рядом. Откуда ты взялся?

— Я как раз доплыл до той скалы, к которой вы направлялись. Поэтому сразу заметил, когда Ксай выдохся.

— Я просто перегрелся… — проворчал Ксай. — Сейчас мне станет легче.

Я кое-как обернулась, держась рукой за плечо Дэвида. Ксай лежал в позе морской звезды на спине, с закрытыми глазами, мерно покачиваясь на волнах. Недоступная мне способность. Я в воде никогда не могла настолько расслабиться.

— У него сильно болела голова, — тихо сказала я Хантеру. — А таблетку он пить отказался.

— Я все слышу! — отозвался Ксай.

Хантер снова проворчал «Придурок», покачал головой и посмотрел на меня.

— Устала?

— Нет.

— Я не кусаюсь, Натали. Можешь повиснуть на мне. Даже обнять руками и ногами, если тебе будет спокойнее. Вода соленая, а я выдержу обоих.

Мы оба знали, почему я никогда не выберу такую позу. Чувствовать его губы на своей щеке? Возле своего рта? Отчетливо слышать каждый вдох и выдох? Случайно коснуться губ? Нет уж.

— Тогда давай на спину, — вздохнул Хантер, словно читая мои мысли. — И поплыли к берегу.

Я крепче перехватила его плечо, а второй рукой случайно мазнула по голой груди под водой.

Поразительно, но мне до сих пор было очень страшно его касаться. Вот так, случайно. Даже после всего, что у нас была, он оставался для меня чужим и словно незнакомым. Секс в разных позах нас ни капли не сблизил, не сроднил. Я по-прежнему от случайных прикосновений чувствовала невероятное смущение.

В бликах света его глаза впервые не выглядели как две капли черного горького шоколада. Я была близко, на одном с ним уровне, а ведь он всегда был выше.

Сейчас его глаза были прозрачно-янтарными, с вкраплениями зеленых крапинок.

— Дэвид, стой.

— Что такое? Судорога? Плохо? Не молчи, Натали.

— Э-э-э… Нет, — я тряхнула головой. — Все нормально. Просто… Я подумала, что еще никогда не заплывала так далеко и вряд ли решусь это повторить. Но, если ты здесь… И поможешь мне вернуться. Может, доведем начатое до конца?

— Натали, я думаю нам лучше вернуться, — начал Хантер, косо глядя на Ксая, но тот его перебил:

— Не нужно, Дэйв. Все окей. Поплыли. Натали, ты едешь верхом на Дэвиде. Обратно поменяемся.

Я вспыхнула и прикусила губу. С большим удовольствием, я бы окунулась с головой, чтобы охладить полыхающие щеки, но я еще не настолько полюбила купание.

— Уверен?

— Да, нормально. Я почти пришел в себя. Догоняйте!

Ксай перевернулся на живот со спины и стал от нас отдаляться. Как перегруженная баржа, Хантер двинулся за ним куда медленнее.

— Прекрати ерзать на мне, Нат, — проворчал Хантер так тихо, что его могла слышать только я. — Так мне еще сложнее плыть.

— Что, якорь тянет ко дну? — не удержалась я.

Я и так лежала на нем, вжимаясь грудью в спину. А животом скользила по его плавкам на ягодицах. Он двигался плавно, размеренно, мышцы перекатывались под кожей натянутыми канатами. Как только я намазала ему плечи, Хантер не вылезал из воды. И теперь его мышцы были напряжены до предела после стольких взмахов и движения.

— Уже не нервничаешь?

— Совсем чуть-чуть, — призналась я.

— Расскажешь, почему так боишься воды?

— Моя мама утонула, Хантер. Это не очень веселая история.

— Прости, я не знал, — глухо отозвался он. — Мои соболезнования.

Я кивнула, выводя на его плече узоры. Думала, этого объяснения вполне хватит, но неожиданно для самой себя продолжила, хотя он и не спрашивал:

— Спасибо, это случилось давно, на озере, в разгар воскресенья. Знаешь, катамараны в виде лебедей и уток? Вот мы с ней взяли один из таких, купили мороженое и сахарную вату, а потом в нас влетел другой катамаран. Нелепая случайность. Наш катамаран был не исправен и перевернулся. Мама, хоть и была в жилете, но ударилась головой. Меня вытащили живой, а ее — нет. С тех пор я ненавижу и боюсь воду.

— Я рад, что ты все-таки доверилась мне.

Я попыталась разрядить обстановку:

— Если я не буду доверять тебе, то не смогу расслабиться рядом, когда мы… сделаем это снова…

— Не передумала еще?

— Думаешь, глупая идея?

Хантер неловко пожал плечами, продолжая грести.

— У меня такого точно еще не было. Весь мой опыт группового секса достаточно примитивен. Обычно по пьяни, без предварительных условий и длинного списка правил, — Хантер хмыкнул. — Знаешь что? Сними верх от купальника.

Кажется, рано я ему доверилась.

— Что? Я хочу добраться до скалы, Хантер, а не утонуть по дороге!

— Да ладно, Нат. Раз уж ты все равно прижимаешься ко мне, то хотя бы делай это голой грудью. А то я что-то устал. — Он даже замедлился для убедительности. Фыркнул, как кит, обдавая меня брызгами. — Все, не могу больше… Очень нужна мотивация.

Мир снова заиграл жизнеутверждающими красками. Может быть, Хантер делал это специально, чтобы развеселить и отвлечь меня от тех тем, которых мы коснулись. И пусть я прекрасно это понимала, устоять было невозможно.

Я немного приподнялась, отодвигая в сторону мокрый верх купальника. Потом легла обратно, касаясь его спины обнаженными сосками.

— Дозаправка прошла успешно. Повторяю «Прошла успешно»!

Я засмеялась и с визгом вцепилась в его шею сильнее, когда Хантер вдруг интенсивнее заработал ногами, срываясь с места.

— Хватит! Медленнее! — закричала я сквозь хохот.

Впереди Ксандер уже добрался до двух темных камней. Приставив ладонь козырьком ко лбу, он следил за нашим приближением, но бившее мне в глаза солнце не давало разглядеть его лица.