Глава 3. Привет, я Дэвид, давай потрахаемся?

— Ну… Знаешь, я бы хотел уехать, — протянул Дэвид, задумчиво ероша свои песочные волосы отчего они стали выглядеть еще более притягательно.

Еще более сексуально, отчего по залу стали раздаваться вздохи.

Господи, он ест десерты, сколько влезет, не парится о том, как выглядят его волосы, а стоит ему скорчить кислую мину, и половина женщин влюбляется в то, как он кривит губы.

Ну почему мужчинам достается все, а нам за каждую позицию в жизни нужно бороться?

— Хотел уехать! Вот и уезжай! — рявкнула я.

Прозвучало неожиданно громко.

На меня уставились оба. Ксандер на хмурился, мол, Нат, ты меня позоришь.

А вот Дэвид впервые перевел на меня свои серые, как сталь, глаза, и я снова ощутила это. Слабость в коленках. Успела забыть, каково это, когда он смотрит на тебя.

Отвернись, хватит. Не надо! Было лучше, когда ты меня не замечал.

— Погода, говорю, прекрасная! — затараторила я, чувствуя, как горят щеки. — Ты, наверное, в отпуск собрался, Дэвид? Лето ведь! Езжай, чего тебе в городе прозябать, ты ведь в офис не ходишь. А в крикет летом играют? Турниры у них, наверное?

Да, конечно, я несла чушь. Что еще мне оставалось? Человек приехал из Калифорнии, где ему, наверное, уже осточертело лето, а тут я.

По-прежнему не сводя с меня взгляда, Дэвид прищурился.

Черт. Я щурюсь точно также, когда пытаюсь вспомнить, в каком фильме уже видела этого актера.

Вот хорошо же было, Нат. И сидела бы, не разевая рта.

Зрачки Дэвида неожиданно расширились, и я перестала дышать.

Я прям чувствовала колебания Дэвида. Вот он откинулся на спинку стула и скользнул взглядом по залу в поисках официантки. Одно движение глаз, и она тут же примчится к нему со счетом, а нам останется только распрощаться, уж я-то с этим справлюсь.

Но официантки поблизости нет.

— Дэвид, а действительно, какие у тебя планы на лето? — вдруг спросил Ксандер, и Дэвид перестал искать официантку взглядом.

Выпрямился, пожал плечами и посмотрел снова на Ксандера.

— Да никаких особенно, я ведь только вернулся и пока не знал, чем заняться…

— Здорово, потому что у меня есть к тебе отличное предложение! — продолжал Ксандер. Он даже прервал собеседника, что для него совершенно нехарактерно. — Знаю, что мое предложение может показаться тебе совершенно неожиданным… Милая? Что с тобой?

Он обернулся ко мне как раз в тот момент, когда я разом запихнула в себя пирожное.

И начала задыхаться.

Или я. Или он.

— Подавилась! — прохрипела я. — Кхе-кхе!

— Постучать по спине?

Яростно закивала.

Боже, эта официантка останется без чаевых, если не появится в зале в эту секунду. Давай же, промелькни перед Дэвидом!

— Зачем ты запихнула в рот весь кусок, Нат. Сладкоежка ты моя. — Все нормально? — взволнованно спросил Ксандер.

Нет, все ужасно!

Господи.

Продолжай стучать меня по спине, а Дэвид пусть ищет свою официантку, вот она, кстати, идет, слава богу!

Но, черт возьми, почему она даже на него смотрит? Эй, тут клиент, хочет расплатиться! Я хотела крикнуть, но только вдохнула крошки шоколада. И снова раскашлялась.

А официантка благополучно ушла, прихватив пустую посуду с соседнего стола, а Дэвид так и сидел, ожидая, когда же Ксандер продолжит.

— Теперь все хорошо? — уточнил мой жених. — Прошло?

— Да, теперь да, спасибо.

Такое вкусное пирожное и так бездарно проглочено. Хорошая попытка, но нет. Враг все еще здесь и он по-прежнему имеет все шансы прогуляться в смокинге и бабочке на моей свадьбе, где его быть не должно!

Я не позволю, чтобы кто-нибудь обрабатывал его сладкую палочку прямо на моей свадьбе. А где Дэвид, там всегда минеты в неположенных местах, это вот просто изюминка отношений с ним.

— Хорошо… — Ксандер улыбнулся и приобнял меня за плечи.

Господи, милый, ты бы знал, о чем я думаю. Хотелось плакать. Может, это поможет?

— Так вот, Дэвид, — Ксандер убрал руки и снова вернулся к другу. — Я рад, что ты вернулся и познакомился с моей Натали, но я позвал тебя сюда не только за этим…

— Можно взять твою воду? — снова прервала я Ксандера.

— Э-э-э, — отозвался сбитый с толку Ксандер. — Но у тебя ведь есть твоя?

— Моя уже нагрелась, а в твоей еще даже лед не растаял, — с нажимом ответила я. — И даже с лимоном, как я люблю.

— Ла-адно, — протянул Ксандер, подвигая мне свой стакан. — Так вот, Дэвид, у нас с Натали свадьба через два месяца и я…

— О, поздравляю! — горячо отозвался Дэвид.

Как-то подозрительно горячо и как-то подозрительно поспешно.

— Да, спасибо, — откашлялся теряющий терпение Ксандер, которого в очередной раз прервали. — Так вот, Дэвид! Так вышло, что я за это время так и не завел в Нью-Йорке настоящих друзей. Черт его знает, что со мной не так, я не анализировал, времени не было, но я…

— У тебя же есть Оливер! — громко напомнила я о подтяжках.

Ксандер стиснул зубы и посмотрел на меня.

Никогда не видела его настолько взбешенным, но сейчас он был близок к точке кипения. Прости, милый. Прости, прости, но я не могу иначе.

— Оливер очень хороший парень, — с нажимом проговорил Ксандер, — но он не мой друг. Знакомый.

— Правда? Но ты ведь собирался…

— Я помню, — отрезал Ксандер, ведь я собиралась испортить сюрприз, если бы рассказала. — Но кажется, ты говорила, как сильно тебе не нравятся его подтяжки, особенно с его усиками?

— О, я передумала, Ксай! Оказалось, что подтяжки это хит нынешнего сезона. А еще он твой друг, Ксай! Помнишь, ты говорил, что именно он доедал твои сэндвичи, которые ты забывал в офисе?

На самом деле, Ксандер говорил, что Оливер прятал эти сэндвичи в своем втором подбородке, и я тогда хохотала, как ненормальная в нашей постели, но сейчас нам обоим не до смеха.

Особенно Ксандеру.

Но на месте Дэвида я бы просто унесла ноги от такой сумасшедшей семейки. И уж совершенно точно не стала бы с ними связываться, позируя для их семейного альбома.

Давай, Хантер, руки в ноги и спасай свой чупа-чупс.

— Да, уверен, подтяжки не портят хорошего человека, — поддакнул Дэвид. — У меня даже были… Правда, в начальной школе.

Он меня поддерживает? Мне не показалось.

Вот, у человека все хорошо с инстинктом самосохранения. И официантка вернулась, давай, Дэвид, поверни голову, оторви свой взгляд от Ксандера.

И вали уже.

Но Ксандер вдруг внимательно посмотрел сначала на меня, а потом на Дэвида.

— Так, — протянул он. — Вы двое. Что здесь происходит?

— Ничего! — быстро отозвалась я. — Ой, с чего ты решил, что что-то происходит? Просто ты рассказываешь Дэвиду, что у тебя нет друзей, но это не так. Я хотела объяснить, что ты не какой-то там недружелюбный угрюмый парень, каким себя считаешь. Ты душа компании, Ксай!

— На моем дне рождении были ты и мои родители, Нат.

— Это ничего не значит, Ксай. Просто ты добился головокружительных успехов на работе, всегда много учился и работал…

— Хватит, — отрезал он тем железным тоном, от которого у меня мигом бежали мурашки.

Ох.

Я даже на стуле поерзала. Какой тон и голос. Надо запомнить, пусть командует мной в постели, раз он так может

Обожаю властных и суровых. А Ксандера люблю всем сердцем. Никакой мимолетный Дэвид не разрушит моих чувств. И как же жалко, что я вынуждена идти против любимого, который слишком хорошо относится к такому неподходящему и ненадежному другу.

Я обязательно заглажу свою вину перед Ксандером, извинюсь, как следует за то, что приходится вот так себя вести. А еще, может быть, успею открыть ему глаза на то, какой он, этот плейбой Вилли Вонка*, его лучший друг.

Коснулась руки Ксая на столе и переплела наши с ним пальцы.

— Ладно, — отозвалась одними губами. — Прости, любимый, что прерываю.

Ксандер улыбнулся и бегло коснулся губами моего лба.

— Так вот, Дэвид! — с улыбкой начал он заново, но Дэвид Хантер не был бы самим собой, если бы не поступил именно так.

Он вдруг поднялся, шумно отодвинув стул в сторону, и сказал, протянув руку:

— Рад был увидеться, дружище, но мне скинули на телефон сообщение о важной встрече, когда я ходил за кофе, и теперь мне пора. Еще созвонимся?

Ксандер прищурился и спросил:

— Вы двое что, знакомы?

Над столиком сгустились тучи. Желудок сжался до размеров эм-энд-эмса, и пирожное мигом попросилось обратно.

— Нет! — воскликнула я.

И тут же услышала тихое безнадежное:

— Да.

Да что б тебе горячим воском интимную зону обрабатывали! Кто тебя за язык-то тянул?

Я уставилась на Дэвида. Ксандер медленно перевел глаза на меня.

— Милая? — произнес он. — Так «да» или «нет»?

Черт, и вода кончилась. Надо же было так не вовремя все сьесть и выпить. В горле пересохло.

— Ну… Возможно, — выдавила я.

— Возможно? — переспросил Ксандер.

— Возможно, мы виделись, Ксай, — кашлянул Дэвид. — Я тоже не уверен, ты же знаешь, у меня плохая память на лица. Но, кажется, я где-то видел твою невесту. «Лига Плюща», верно?

— Ага, — закивала я. — На одной из вечеринок в колледже, наверное? То-то мне лицо кажется знакомым!

Привет, прошептал он, низко наклоняясь ко мне, я Дэвид Хантер, а ты новенькая? Не замечал раньше такую красавицу.

Как наяву ощутила его мятное дыханием на своей шее, вспомнила, как нагло он вторгся в мое пространство. Тяжелый, высокий, он вжал меня в стену, нависнув надо мной. Наклонился и стал шептать прямо на ухо, чтобы заглушить музыку. Да, это была вечеринка. А он был самым горячим парнем на ней.

Поднимемся наверх?

Самое короткое знакомство из всех в моей жизни, которое можно сократить до четырех слов: «Привет я Дэвид, пойдем потрахаемся?».

Десять ступеней и столько же минут отделяли момент нашего знакомства от того, как мы поднимемся на второй этаж и займемся горячим сексом в чужой спальне на чужой кровати. Чертов Дэвид Хантер, с ним я нарушила главное правило тогдашних дней — никогда не спать с парнями на чужих вечеринках, где тебя в любой момент могут застукать.

Но он… Он не был пьян или не пьянел, или никогда не пил, не знаю. Мы никогда не разговаривали. Обычно его рот был заня. Так же, как и мой.

Это неправильно, сидеть вот здесь, рядом с Ксандером, и вспоминать тот, свой самый первый, разрушительно-силный оргазм, который я испытала в тот вечер рядом с Дэвидом. Он первый показал мне, каким действительно приятным может быть секс. И как многое зависит от мужских рук. Рта. И члена.

Но теперь-то его поезд ушел.

У меня есть Ксай, мужчина, который не только умеет трахаться. Еще он умеет то, чему вряд ли научился Дэвид Хантер, перетрахай он хоть половину земного шара.

Ксай умеет любить.

А чертов бабник с каменным сердцем пусть соблазняет одной фразой хоть всех оставшихся женщин на планете, а меня ему не видать, как собственных ушей!

А еще я сделаю так, чтобы путь ему на мою свадьбу был заказан.

— Ох, простите, что-то мне нехорошо, — выдавила я и пулей умчалась в туалет.

___

Вилли Вонка — директор шоколадной фабрики в сказочной повести и экранизациях «Чарли и шоколадная фабрика», «Вилли Вонка и шоколадная фабрика».