Глава 21

Внутреннее убранство храма было ничем не хуже, чем снаружи. Все та же резьба по камню шла не только по стенам, но и по массивным столбам, подпирающим свод храма. Толпа шумела и волновалась, но за спинами людей я ничего не видел. Пришлось лавировать среди них и продираться к алтарю.

Алтарь у всех храмов находился возле самой дальней стены от входа, туда я и стремился. А внутри натягивался канат, который так же тянул меня туда. На душе кроме уже привычного ожидания неизвестности, появилась тревога.

Когда я вышел в первый ряд толпы то просто обомлел. Возле алтаря, рядом с верховным служителем стояла тонкая женская фигурка. На ее фоне верховный служитель казался высоким и массивным мужчиной. Они о чем-то тихо разговаривали. На очередную реплику женщины служитель кивнул и поднял руки вверх. Толпа мигом замолчала в ожидании чего-то.

Когда невесомая женская фигурка повернулась лицом к толпе, меня просто ошеломило пониманием. Это же дочь светлого князя, она просто вылитая отец, только в женском варианте. Невероятно красивое лицо, огромные фиолетовые глаза, опушенные черными ресницами. Слегка изогнутые черные брови. Только цвет волос у князя был черным, её же волосы были, как и у матери – золотистыми.

А ведь она еще совсем ребенок, только глаза, которые смотрели с этого детского личика, никак не подходили девушке. Уж слишком они похожи на глаза старцев, проживших и испытавших многие невзгоды. В них отражались ум и мудрость.

Я смотрел и боялся вздохнуть. Смотрел и просто погружался в эти невероятные и мудрые глаза. Наверно я бы так и задохнулся, но меня больно толкнул в бок локтем кто-то в толпе. Воздух жадно ворвался в мои легкие, а чувство тревоги только нарастало. Зато чувство ожидания меня покинуло, я нашел его источник.

Под сводами храма раздался звонкий молодой девичий голос. Он не дрожал от переживаний. Девушка говорила твердо, зная, что за ней сила и магия.

- Уважаемые жители столицы. Сегодня я – Лисения, дочь светлого князя Каратиона Мудрого, пришла в храм заявить о своем праве наследования.

В это время, кто-то из толпы, стоящей за моей спиной, кинул в Лисению смертельное заклинание. Человека окружал водяной кокон и пока он не умирал, убрать его было невозможно. Жертва мучительно захлебывалась в водах, и никто не мог помочь. Уйти от такого заклинания было тоже невозможно.

У нашего рода была одна особенность, мы при помощи своей магии могли в секунду перемещаться на небольшие расстояния. И сейчас я даже не задумывался о последствиях. Я переместился перед Лисенией, защищая ее от кинутого заклинания, принимая его на себя.

Я видел, как Лисения кинулась к водяному кокону и била его своими маленькими кулачками. Она что-то говорила мне, а я просто любовался ее красотой и тонул в фиолетовых глазах. Единственное, о чем я сожалел, что так и не спас своего племянника. Расслабил свое тело и сделал смертельный судорожный вздох. Мир для меня померк и только в угасающем сознании фиолетовыми огнями горели глаза. Глаза единственной женщины, что затронула мое сердце…

*****

Лисения

Я со своей охраной отправилась в столицу после плотного обеда. Сын подрос, ему уже было четыре месяца, по совету знахарки я начала ему вводить в рацион овощи. Молока на кормление уходило меньше, поэтому удалось сделать его запас. Хранился он в стазисе сразу в бутылочках для хранения. Великая вещь – стазис, каким погружаешь в него блюдо, таким и достаешь. Горячее – горячим, холодное – холодным, даже если такие два блюда стоят рядом, их температура не меняется.

Наш путь не был долог, так что к вечеру мы были уже в столице. Хотелось посмотреть на нее пока меня никто не знает. Послушать, о чем судачат простые граждане. И то, что я слышала, мне очень не нравилось.

Богатые вообще чувствовали себя чуть ли не богами. Тех, кто беднее превращали в своих бесправных и бесплатных рабов. А у бедняков просто не было выбора, приходилось терпеть.

Что бы сильно не выделяться, охрана разошлась по домам бедняков поблизости, а я с пятеркой самых сильных заселилась в таверну. Хоть она была и из недорогих, но была чистой и с простыми, но сытными блюдами. Комнатки были маленькими, но в них было все необходимое. Кровати с чистым бельем, небольшая комнатка с туалетом и умывальником. Что бы полностью помыться, за гостиницей стояла баня, разделенная на женское и мужское отделения.

Поужинав, мы разошлись по комнатам. Сон быстро принял меня в свои объятия и к утру я чувствовала себя полностью отдохнувшей. С собой я не брала много вещей, да их у меня много и не было. Все платья были простыми, так что долго выбирать я не стала. Одела чистое белое платье, расчесала и убрала волосы. Собрала все свои вещи и спустилась в зал.

В зале уже сидела моя охрана, они заказали завтрак и на меня, так что через минуту мы уже все спокойно ели блины с разной начинкой и запивали наивкуснейшим ягодным компотом. К концу завтрака подтянулась вся моя охрана под видом простых жителей, не выдавая знакомство с нами.

До храма неспешным шагом мы дошли за двадцать минут. Он был открыт в любое время дня и ночи, поэтому там постоянно находился кто-то из служителей. Хоть я здесь и не первый день, много читала и разговаривала с Захарием, но как правильно заявить о себе, я так и не поняла. Значит надо поговорить со служителем, ведь он наверняка знает, как правильно все сделать.

Храм был пустым, поэтому я спокойно отправилась к служителю. Моя охрана рассредоточилась снаружи храма и только пятерка сильнейших зашла со мной в храм. Они не стояли над моей душой, а разошлись по храму, чтобы не привлекать внимания.

- Доброе утро, уважаемый. Не подскажете, как я могу к Вам обращаться.

- Светлого тебе утра дитя. Я верховный служитель всех храмов столицы, все обращаются ко мне Верховный Дит. Раньше меня звали Дитарион, но принимая сан служителя мы должны отринуть все мирское и сократить свое имя.

- Очень приятно, Верховный Дит. А я Лисения, дочь ныне покойного светлого князя Каратиона Мудрого. Когда прошла испытания источника, то он сказал мне, что для подтверждения вхождения во власть, я должна в главном храме столицы заявить свои права и сама магия коронует меня. Только я так и не поняла, как именно мне это надо делать.

После моих слов лицо Верховного Дита расплылось в радостной улыбке, а глаза засияли надеждой. В это время за своей спиной я почувствовала гомон толпы, но решила не оборачиваться пока не закончу наш диалог.

- Ох, дитя. Как же ты вовремя появилась! Ничего сложного делать тебе не надо. Просто повернись к народу и назови себя. Скажи, что предъявляешь свои права на власть в этих землях. Потом капни несколько капель крови на алтарь. Вон, магия уже собрала народ, они будут свидетелями. После всего этого, магия коронует тебя.

- Верховный Дит, я волнуюсь. Вдруг что пойдет не так как надо.

- Не волнуйся дитя. Раз ты уже стала хранительницей источника, то остались только последние штрихи. Ты и так уже княгиня. А это просто чтобы все своими глазами увидели твою коронацию магией и не могли потом распускать необоснованные слухи. Княжеский венец всегда будет появляться на твоей голове, как только будет возникать в нем необходимость.

Я улыбнулась верховному служителю, глубоко подышала. И взяв себя в руки произнесла:

- Я готова. – Верховный Дит кивнул в согласии головой и поднял руки. Шум толпы за спиной умолк. Я повернулась к людям лицом и стала их осматривать. Здесь были разные сословия, и богачи, и бедняки. Взгляд задержался на пожилом мужчине с молодыми и невероятными глазами. Все его лицо было покрыто шрамами, но это нисколько его не портило.

Я отвела взгляд, но его образ продолжал стоять перед глазами. Я поприветствовала народ и начала говорить свою речь, только закончить ее я не успела. Из толпы кто-то бросил в меня смертельное заклинание. Время для меня замедлило свой бег.

Вижу, что кинувший в меня заклинание пытается убежать, но его хватает один из моей охраны. Еще четверо охранников отчаянно пытаются добежать до меня и закрыть, но я понимаю, что не успеют. Заклинание все ближе и ближе. В минутной слабости я закрываю глаза, но взяв себя в руки распахиваю их. Смерть надо встречать с открытыми глазами и без страха.

Глаза то я открыла, только перед ними я увидела крепкую спину. По одежде и седым волосам я поняла, что это тот самый мужчина с необыкновенными глазами. А через секунду он погружается в водный кокон.

Я знаю, что помочь ничем не могу. Буквально на днях мы проходили это заклинание с Захарием, но все равно бью кулаками по нему. Не знаю, что я там говорила, о чем просила, единственное что я видела и осознавала – это уходящую жизнь из этих глаз.

Не знаю почему, но я твердо знала, что именно этот человек мне нужен. И я просто не могу дать ему умереть. Но только так же горько осознание, что я тут бессильна. Вижу, как он расслабляется и делает судорожный вдох. Его тело сжимается в предсмертных судорогах и затихает.

В себя прихожу от легкой пощечины. Это Верховный Дит старается вернуть мне разум и контроль. А я понимаю, что мне надо делать. Пока водный кокон держит тело мужчины, защитившего меня, я договариваю свою речь и без заминки прокалываю палец. Алтарь впитывает капли моей крови и затапливает весь зал светом.