Глава 39

Лисения

Время летело неумолимо. Войны постепенно стихали по всему миру. Наши дети росли и приближалось их совершеннолетие. На днях Радомиру будет восемнадцать, и он пройдет свое первое испытание.

Да, да. Именно испытание. Мой любимый муж Абер во время прохождения испытаний источника озадачился вопросом, как избежать ошибок прошлого. Несколько лет Тенебрис с Петросом, или как они любят сокращать свои имена – Брис и Петя, вплотную занимались данным вопросом. Решение нашлось.

Мы хоть и любили своих детей, но отлично понимали, что вседозволенность ни к чему хорошему не приведет. Именно поэтому мы решились на отчаянный шаг. После того как ребенку исполнялось десять, он брал ответственность за свои поступки. За каждый плохой поступок они несли наказание.

Их никто не бил, не запирал в комнате, не лишал сладкого. Их наказание было более суровым и происходило во сне. В зависимости от поступка, они проживали заново эту ситуацию и видели самые негативные последствия своих деяний. Или, наоборот попадали на место того, кто пострадал от их выходки.

Можно подумать: «Ну подумаешь! Во сне на тебя накричали и обозвали неприятными словами. Ну, или там ударили. Все нормально.» Это так кажется на первый взгляд. Только во сне, когда ты на месте пострадавшего, все чувства тоже обостряются. И чем существеннее проступок, тем больше страдаешь во сне. Плюс во сне могут пройти и годы, хотя на самом деле пройдет всего лишь ночь.

Жестоко? Возможно, только мы растим не простых детей. Мы растим будущего князя и хранительниц источников. Они должны понимать, что каждое их действие будет иметь последствия. И именно во снах они узнают какие именно они могут быть.

Но это не значит, что если мои дети за кого-то заступились и ударили обидчика, то ночью их мучали кошмары. Нет, во снах разбирались только плохие поступки. И знаете, это действительно помогало. Наутро дети приходили, и мы с ними долго обсуждали их сны. Они рассказывали свои выводы, задавали вопросы. А мы старались более детально на них отвечать и поддерживать в правильных решениях.

А в восемнадцать их ждало первое испытание. Его проводила Брис в своих созданных мирах. Там она смотрела не только на действия, но и на чувства, которые побуждали испытуемого поступать так или иначе. И вот мой сын, мой первенец, через три дня должен будет его пройти.

Переживаю ли я? Да! И еще раз да! Я очень переживаю за каждого своего ребенка. Ведь это испытание, по сути, итоговый экзамен нашего воспитания. Смогли ли мы вырастить достойных людей, которые будут первыми лицами наших княжеств? Удалось ли нам привить нашим детям все необходимые качества и правильные взгляды на решения смоделированных проблем?

Благодаря именно этим наказаниям наших детей, мы решили пойти дальше. Теперь все жители наших двух княжеств по достижении восемнадцати лет, наказывались во снах.

Преступность практически иссякла, а благополучие росло с каждым годом. Нет, бывали конечно случаи, что сны не помогали, тогда их ждало позорное наказание. Они появлялись на дворцовой площади в коконе магии. Все их злодеяния были написаны рядом на магической доске. И каждый мог подойти и увидеть их мучения.

Были открыты школы в каждом поселении. Только что бы избежать травли простых учеников аристократами, для каждого была своя школа. А вот институты были для всех. Но в них поступали после восемнадцати, а значит за каждый проступок все уже по полной получали наказание. Да и в академиях строго следили за этим.

Наши дети знали, что им предстоит в будущем, но принимать свои обязанности мы их не торопили. Они должны были найти себя в жизни, набраться житейского опыта, набить шишки. Да в конце концов найти свои половинки. Ведь поистине счастливый человек, будет стараться сделать счастливыми и окружающих.

Благодаря годам упорной работы, сейчас мы пожинали плоды. Нам с мужем не приходилось сутками сидеть в замках, корпя над бумагами. Теперь было достаточно появляться там три раза в неделю, с утра и до обеда. А остальное время мы спокойно посвящали нашим детям и друг другу.

Я стояла на чердаке живого замка Даргалов и искала успокоения в таких теплых и нежных объятиях мужа. Именно сейчас наш Радомир проходил свое первое испытание. Второе и последнее испытание каждый из наших детей будет проходить перед принятием своих полномочий.

Аберу, в отличии от меня, было тяжелее. Он не только переживал за Радомира, но и всячески пытался успокоить меня. И у него это получалось. Только способ был немного неприличный. Он успокаивал меня не только объятиями, но и поцелуями.

Вот вроде мы с ним уже много лет вместе, но до сих пор я как в первый раз плавлюсь от его поцелуев. Плавлюсь и теряю разум, настолько сильно я возгораюсь от ласк своего мужа. Если бы не Петрос, мы бы наверно совсем головы бы потеряли. Его покашливание быстро привело нас в порядок. И сделано это было вовремя.

Только мы привели себя в порядок, как появился наш сын. Представляю какую бы картину он увидел. При этих мыслях у меня и Абера покраснели щеки. Только все наши стыдливые мысли развеялись, как только мы увидели глаза Радомира.

Если не смотреть в глаза, то перед нами стоял наш сын. Только вот глаза у него были не того юноши, что уходил пару часов назад на испытание. У сына глаза стали как у старца, повидавшего все жизненные перипетии. Мне стало страшно. Что же там ему пришлось пережить? Слова сорвались сами по себе.

- Что? Что там случилось?

- Ничего, мам. – Сын подошел и обнял меня. Хоть ему и было всего восемнадцать, только был он выше меня на две головы, да и плечи раза в полтора шире моих. Настоящий богатырь. – Просто я прожил там целую жизнь. И если раньше я порой не понимал вашего воспитания, то сейчас я вам с отцом очень благодарен за него. Именно благодаря ему я не потерял себя. Я люблю вас, мои родные.

Радомир протянул руку к Аберу, приглашая его к нашим объятиям. Мои любимые мужчины обнимали друг друга, а я стояла между ними, утопая в их любви и нежности. И именно сейчас меня начало отпускать то напряжение, что держало меня последние два часа. Значит мы справились. Мы смогли!

Я почувствовала, как мои ноги подгибаются и я теряю сознание. Видимо я слишком сильно переволновалась, даже не смотря на поддержку мужа. Кто из моих мужчин подхватил меня на руки, я уже не знала. Мое сознание полностью отключилось.

Пришла в себя от перешептывания Абера и замкового целителя. По всей видимости мой обморок был не долог, так как я застала практически начало разговора.

- Ну, что же князь. Спешу вас поздравить.

- С чем? С тем, что моей жене стало плохо?

- Светлейшая княгиня просто переволновалась, что не очень хорошо в ее состоянии.

- Миселиус, говори понятнее. Что с моей женой?

- Княгиня беременна. Срок очень маленький, но организм и магия уже сейчас охраняют плод. Именно поэтому она потеряла сознание. Ей нужен был отдых. Старайтесь теперь её не волновать.

Именно на этих словах я открыла глаза. Да… Лицо Абера этого стоило. После рождения дочек мы не предохранялись, ведь магия и боги этого мира все равно все сделают по-своему. За эти практически шестнадцать лет мы уже решили, что больше детей не будет. Абер смирился, хотя хотел их много. А я полностью отдалась в этом плане на высшую волю.

Он, как и первый раз, когда я ему сообщила о беременности, впал в ступор. И сколько это продлиться, никто не знал. Поэтому я села на кровати и притянула мужа к себе. Пришлось залезть ногами на кровать, чтобы сравняться с мужем по росту. А потом я его жарко поцеловала в губы. Лекарь быстро ретировался из нашей комнаты, побежал успокаивать остальных, что со мной все в порядке. Ну и рассказать о будущем пополнении нашего семейства.

Муж быстро откликнулся и уже сам активно целовал меня. Потом поцелуи перетекли в ласки, а итогом стала смятая постель с нашими обнаженными, вспотевшими телами. Я никогда не устану успокаиваться именно таким образом. Потом был душ. Постель в порядок мы привели при помощи магии. Пришлось одеться и идти к семье. Надо же принять волну любви и радости от семьи.