12 глава

Мужчина сделал шлепок на автомате, не понимал, какого черта так получилось, но ведь шлепнул. Не узнавал себя. Стало душно в этой казалось бы немаленькой кухоньке. Сейчас стоял так близко с ней и старался сообразить, что логично извиниться и уйти прочь. Всё стало не таким смешным, как было минутой ранее.

Андрей понимал, что хватил лишнего, но всё тут же померкло, стоило ладошке Полины прикоснуться к его ширинке. Только потом он осознал, что в трусах не просто легкое возбуждение, там самое настоящее желание. Этого ему ещё не хватало. Меньше всего ему хотелось быть таким перед ней. Хватит, достаточно шуточек, которые окончательно испортили этот вечер. И слова «удивлена, что эта штука работает» совсем не радовали его слух.

Бежать, подальше, потому что дела обстоят хреново. Андрей не понимал, какого черта организм так реагирует. Неужели всему виной его долгое воздержание? Тут же вспомнились намеки женщин на работе, их явные подкаты. Всё вело к тому, что его организм взбунтовался.

Андрей как-то резко напрягся, на лице заиграли желваки, когда сверлил взглядом черных глаз наглое лицо Полины. А девчонка не знает меры в словах, этим его и выводила из себя. Уж лучше бы смолчала и свалила. Так нет же, за ней не убудет, ей обязательно нужно было кинуть ту фразу, ту чертову, гребаную фразу об импотенте.

Шепилов схватил рукой Полину за предплечье, впечатал девушку в стену и сам тут же прижался к ней, склонился губами к её уху и едва не прохрипел:

— Теперь убедилась в обратном? — Его ладонь коснулась шелковистой пряди, а дыхание опалило её шею, горячее и учащенное.

Полина выдохнула и едва не пискнула, когда мужчина оказался рядом. Его запаха, который нагонял на неё этот странный дурман, стало слишком много, он заполнил лёгкие, и девушке стало трудно дышать, а ещё стало невыносимо жарко и влажно.

Полина плотно сжала губы, чтоб с них не слетел предательский стон. Это было странно, вся эта ситуация была странной. Никогда её тело так бешено не реагировало на мужчину, который был совершенно ей непривлекателен. Всё было просто как дважды два — мурашки на коже либо есть, либо их нет с первого взгляда, а тут они вдруг пошли табунами, и, казалось бы, из-за кого?

Он тем временем плавил её как мог, опаляя своим горячим дыханием шею. Ей почти мучительно хотелось, чтобы он наконец заткнулся и впился в эту самую шею губами.

— Если убедилась, то тебе лучше бежать от меня, Полина, — его нос проехался по её щеке, а в трусах ещё сильнее запульсировал член.

Полина чувствовала всеми фибрами своей души, как рождаются новые мурашки на каждом крохотном миллиметре её кожи.

— Ты стоишь на моём пути, — хрипло ответил здравый смысл, но стоило девушке встретиться взглядом с мужчиной, как она потерялась в омуте черных глаз и приоткрыла губы.

В следующую секунду её губы слились с его губами в страстном, горячем и набирающем обороты поцелуе, от которого у девушки окончательно снесло крышу.

Ему бы довольствоваться тем, какую реакцию вызвал у неё, и свалить, так нет же, Андрей упрямо прижимался к девушке и, похоже, не собирался двигаться с места. И её слова не возымели ровным счетом никакого эффекта, зато их тут же накрыл с головой горячий, влажный и неудержимый поцелуй. Здравый смысл куда-то испарился, потому что в следующую минуту они уже целовались, как умалишенные, не осознавая того факта, что каких-то пять минут назад они терпеть друг друга не могли и спорили, как упертые ослы.

Губы Андрея сильнее вжались в рот Полины, а руки самовольно стали опускаться по плечам вниз, сжали несильно бёдра, стремительно умчались к животу и нащупали завязку, и полы халата медленно стали расползаться под трением их тел.

Полина оторвалась от мужчины, чтобы ртом схватить поток воздуха, который резко закончился в лёгких, и посмотрела на него шальным взглядом.

"Что, черт возьми, происходит?" — слабо пискнул голос рассудка, к которому тело не прислушалось, ибо она вновь прильнула к мужчине с ещё более настырным поцелуем, на сей раз навалившись так, что вжала Андрея в противоположную стену.

Он сильнее схватил её и вжал в себя, и, лишь почувствовав кожей его кожу, девушка поняла, что он успел развязать ремешок на её халате. Сильные руки оставляли жаркие следы на её пылающей коже, и Полина целовала его, отдаваясь порыву эмоций и не пытаясь даже задаться вопросом, что же пошло не так. Они едва разговаривали эти дни и не особо жаловали друг друга. Откуда у неё вдруг появилось желание, да ещё и такое пылкое?

Шепилов протяжно рыкнул и руками сильнее вжал её в свой живот, ладонями шаря по спине. Такая прелюдия быстро разогрела его аппетит, сам не понимал, что хочет вначале: приласкать её или завалить на кровать и наконец-то войти в неё и трахать, пока не услышит её протяжные стоны.

Пальцы правой руки наконец-то пробрались к обнаженному животу, напористо потерли горячую кожу, нырнули к лобку и надавили на клитор. Девушка протяжно охнула, что только стимулировало действия мужчины, который все так же продолжал целовать Полину. Его руки ловко бесчинствовали на возбуждённом теле. Одна рука нежно скользила по влажной промежности, а вторая стаскивала трусики.

Пока мысли пытались вернуть её в нормальное русло, Андрей делал всё, чтобы сбить её голову с пути истинного. Полина запрокинута голову и простонал, выгибаясь навстречу его пальцам, а он второй рукой притянул её голову за шею назад к своему рту, целуя и заставляя забыть обо всём. Как только губы девушки вновь оказались в его горячем плену, мужчина отпустил ее голову и резко дёрнул освободившейся рукой вниз трусики, которые слетели к лодыжкам и повисли на них. Все это было так странно, горячо и необузданно возбуждающе, что Полина уже с радостью готова была сдвинуться с места, запрыгнуть на кухонный стол и широко раздвинуть перед мужчиной ноги. Только сперва нужно освободить его от дурацкой одежды.

Кое-как, сквозь поцелуи и прикосновения, ей удалось стащить с него футболку. Андрей подхватил Полину, приподнимая над полом и впечатывая в свою грудь. Девушка ногами опоясала его бедра, снова нашла его губы и впилась в них поцелуем, от которых её собственные губы успели слегка припухнуть. Полина не следила за тем, куда они идут, она лишь целовала Андрея и скользила пальчиками по его мощным плечам и спине, зарывалась пальцами в его волосы и касалась его лица.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Андрей приподнял девушку, небольшой черный лоскуток так и остался валяться на полу, а вот девчонку поспешно уволок к себе в комнату. Всю дорогу к спальне не отпускал её губы ни на секунду, рычал, когда она сильнее вцепилась ему в тело и, как кошка, извивалась и терлась о его влажную кожу. Футболку она, кажется, тоже с него успела стащить и теперь тёрлась аппетитными формами о его горячую грудь.

За окном сгущались сумерки, но свет никто не собирался включать, даже не думали об этом. Только желание, похоть теперь царили в этой комнате, свалив два голодных тела поперёк огромной кровати.

Стоило Полине упасть на кровать, как глаза Андрея потемнели ещё сильнее. Её пышные груди тут же соблазнительно подскочили, заставив мужчину нетерпеливо прижаться губами к каждому соску, вновь вернуться к губам и неистово целовать стонущую девушку.

С губ девушки слетел почти утробный стон, когда её соски поочерёдно оказались в его губах, он провёл по ним языком, следом присасываясь с поцелуем. Внизу живота всё бешено пульсировало, и она не помнила, чтобы когда-либо была настолько возбуждена. Она уже текла и готова была умолять его, чтоб взял её, когда он, такой пылкий до этого, непонятно с чего вдруг решил потянуть резину. Его сильная ладонь вновь перехватила её запястье, скользнула ниже, обхватив её ладонь и вручив ей в руки трофей.

С губ Полины слетел стон, когда она обхватила его ствол, вздыбленный и налитый, и стон мужчины ей вторил, он сорвался с его губ, как только Полина обхватила член и провела с ним вверх-вниз. Она проделала эту манипуляцию ещё раз, слыша, как стонет Андрей, чувствуя, как он плавится в её руках, но черт, она не мать Тереза, и она тоже хотела плавиться, плавиться, чувствуя его внутри, а не играя в непонятные игры.

— Чёрт, — выругалась она, разжав ладонь и выпуская член, — ты хочешь сделать всё вот так? — хриплым голосом спросила, тут же толкнув его на спину, забираясь сверху.

Запрокинула голову, смахнув копну белокурых волос за спину, и проехалась бедрами по его вздыбленному органу своей влажной промежностью.

Шепилов не понимал, как позволял ей творить с ним что-то немыслимое. Вот только что она сжимала кулачком его член, а в следующий момент, словно кошка, уже оттолкнула его и ловко оседлала его бедра. Глаза мужчины зацепились взглядом за два прекрасных полушария, а лицо вмиг озарилось желанием сжать эти формы. Руки потянулись вперед, ладони взяли в плен груди, большие пальцы моментально потерли торчащие соски.

— Меня это не устраивает, — рыкнула, сильнее скользнув клитором по его стволу и чувствуя пульсацию, такую же неистовую и бешеную, как у неё самой.

Рука Андрея оторвалась от груди, нырнула в ароматные белокурые волосы и склонила голову Полины вниз. Хотя по правде Полина больше хотела бы, чтоб эти руки оказались на попе и сжали её. Теперь девушка и сама забыла об уколах, из-за чего изначально и взорвалась. Теперь ей было все равно, ей хотелось ощущать его руки везде.

С губ Полины сорвался тихий хриплый рык, и она скользнула языком в его рот глубже, засосав его сильнее. Вторая рука тем временем приподняла её, и уже через секунду он был в ней, насадив её на свой толстый член.

— О-ох…

— И меня не устраивает, — прохрипел ей в рот и руками сильнее стиснул бедра Полины, чтобы та не вздумала сорваться, пощады он ей не обещал, как бы она не просила.

Он почти не дал ей время привыкнуть, сразу же заполнив её всю, растягивая стеночки и заставляя сразу принять обстоятельства. Полина слегка оробела перед его напором, беспомощно глядя в его глаза и ощущая его с каждым толчком всё глубже и сильнее.

Несколько резких толчков бедрами, несколько секунд на привыкание, а потом дикий секс, стоило ему перевернуть девчонку на спину и навалиться на неё всем телом, ворваться в её горячее влагалище и долбить его что было силы и желания. Губы не только сминали её губы, они присасывались к сосками, к нежной коже на шее. Язык играл с мочкой ушка, скользил по раковине, то нырял слегка внутрь, то, едва касаясь, очерчивал каждую впадинку.

— Ещё… — простонала девушка, даже в своей голове не сформировав просьбу, как он перекинул её на спину, продолжая это безумие.

Он словно был везде одновременно, целуя, лаская, подминая под себя, а она лишь стонала, стараясь отвечать на поцелуи и стараясь не слишком сильно впиваться пальцами в его спину.

— Андрей, — впервые за все время с её губ слетело его имя, и она закатила глаза, растворяясь в оргазме под ним. Он, безусловно, почувствовал это, потому что слегка дал ей паузу, замедляя проникающие движения.

На губах Андрей появился оскал победителя, который наконец-то поймал её оглушающий оргазм. Девчонка вся задрожала, дыхание сбилось, а тело слегка обмякло. Только он не думал её отпускать, разве что ослабил напор и неторопливо продолжал двигаться, собираясь выбить из её тела ещё как минимум пару-тройку оргазмов.

Её пальчики дразнили его волосы, скользнули по лицу, указательный палец он даже ловко поймал и засосал, нахально оскалившись в тот момент, когда Полина попросила ещё поцелуев.

— Поцелуй меня, — хрипло попросила она, притягивая его голову к себе.

Андрей лизнул в последний раз тонкий пальчик и только потом закинул её правую ножку себе на бедро, сильнее впечатался в лоно и неторопливо продолжил трахать, целуя припухшие губы девушки. Одной рукой обнимал её за голову и пальцами шарил в волосах, а второй скользил по животу, груди, изредка пробирался к клитору и намеренно его тёр, чтобы услышать очередной всхлип девушки. Только когда Полина в очередной раз конвульсивно дернулась и всхлипнула, Андрей сильнее стиснул её в своих объятьях и вдохнул аромат её влажной кожи.

Только несколько минут дал ей, чтобы опомнилась, а потом оторвался от её тела, привстал, оскалился и губами прижался к животу, лизнул влажную кожу, поиграл пупком, а напоследок присосался к клитору. Руки сильнее сжали бедра Полины, чтобы она не вырвалась и получала больше удовольствия. Эти ласки окончательно завели Андрея, ствол пульсировал и требовал разрядки, поэтому он ловко поставил девушку на колени и с рыком ворвался в её лоно. В этот раз всё было просто безумно и жарко, особенно когда его член до упора заполнял её. Мужчина сильнее перехватил талию девушки и понял, что это уже конец.

Это было какое-то наваждение. Полина не была ханжой и секс любила, но такого секса у неё точно ещё ни разу в жизни не было. После первого оргазма ей казалось, что это был чертовски хороший секс, но Андрей не перестал её трахать, он продолжал и делал это так умело, что она лишь и могла отдаваться и всхлипывать от заполонивших все её естество чувств.

Она не верила, что такое бывает. Первый секс с новым партнером всегда был немного скованным и неловким, а тут ничего подобного — голова отключилась и унеслась душа в рай. Да и нужно было отдать должное — этот «импотент» знал толк в хорошем сексе, и черт бы его подрал, знал слишком хорошо. То, что он вытворял с ней своими руками, языком и толчками было неописуемо, а то, насколько времени его самого при этом хватило, было даже как-то немного нереально. Это, безусловно, был лучший секс в её жизни, каким бы сумасбродным он ни был. Она и сама не догадывалась, как была права тогда, когда заявила Антону, что тот мизинца Шепилова не стоит. О том, что Антон ходок больше на словах, чем на деле, она знала от Илоны. А о том, что Андрей владеет какой-то тайной магией, не знал никто, иначе этого мужика давно бы прибрали к рукам — хозяйственный, хороший, довольно симпатичный и в постели настоящий жеребец.

Когда Андрей поднял её, которая к тому моменту уже абсолютно стала пластилином в его руках, и поставил на колени, чтобы продолжить, Полина даже не сопротивлялась, хотя эту позу не особо жаловала и категорически отвергала впервые разы. С ним она лишь послушно оттопырила попку, по которой он шлепал своими мощными бедрами, и кусала губы, чтобы не всхлипывать слишком громко, когда толчки попадали по уколам, принося вместе с болью удовольствие. Он вжался своими бедрами в неё с последним толчком, и Полина растворилась в оргазме, мучительном и протяжном, как сквозь туман, чувствуя, как жидкость орошала спину и задок. Девушка свалилась на кровать, прикрыв глаза и сведя ноги, пытаясь сдержать это приятное чувство как можно дольше. Мужчина упал рядом и поцеловал ее в плечо. Полина лениво повернула голову и уткнулась носом в его плечо, пытаясь совладать с дыханием, которое никак не желало возвращаться в норму.

Ей хотелось сказать, что это было восхитительно, хотелось сказать, что поторопилась с выводами, когда обозвала его импотентом, хотелось много чего сказать. Но пока она боролась с прерывистым дыханием, не заметила, как, выравниваясь, её дыхание стало превращаться в сопение, и девушка уснула.

Когда она проснулась, все ещё было темно. Она слабо помнила, что происходило перед сном. Попа слегка саднила, значит, Андрей заходил сделать укол. Полина недовольно нахмурила брови, и мозг стал просыпаться и соображать. Какой укол? Он уже её не колет, курс прошёл. Ей осталось только допить таблетки и убраться восвояси.

Девушка повернулась на другой бок и вдруг влетела в чье-то тело.

Сон как рукой сняло. Полина моментально вспомнила всё, что произошло в этой комнате, и густо покраснела. Как они начали целоваться, зачем?

Тело до сих пор всё ломило, и оно находилось в непонятной неге, ведь давно не было таким удовлетворенным. А вот хозяйка тела была в полнейшей прострации и ступоре. Полина пыталась воззвать к памяти, к тому, как это произошло, но не могла, будто голова находилась в странном дурмане, от которого вдруг очнулась. Все эти мысли и осознание произошедшего настолько поглотили девушку, что она не нашла ничего умнее, как запаниковать, наскоро собрать вещи, вызвать такси и свалить, свалить прежде, чем рассвет прольет первые лучи на их прелюбодеяние.

Уже дома Полина стояла под душем, пытаясь избавиться не только от его запаха, но и от присохшей к коже спермы, которой было как-то чертовски много…