Глава 7.

Полина

Рабочие будни пролетали незаметно. За время отпуска дел накопилось вагон и маленькая тележка. Выдохнула только когда все эти завалы разгребла. Возможно, будь отпуск спланирован заранее, всё было бы немного иначе. Но, не смотря на загруженность на рабочей неделе, в выходные я всё же нашла силы смотаться к родителям. Выполнила, так сказать, свой дочерний долг перед ними.

С Мишей за это время общались постольку – поскольку. Сухо, сдержанно и практически никак. Он позвонил и извинился за ночной визит. Я заверила, что ничего страшного. На вопрос всё ли у него в порядке ответил, что у него всё лучше всех. Как-то так. В общем, ни о чём. Но скучать мне было откровенно некогда.

Правда, когда рабочий напряг немного отпустил, легче мне не стало. Всё время хотелось спать и одолевала общая физическая слабость. Сначала я этому особого значения не предала. Но когда ко всему этому приплюсовалась тошнота, я, откровенно говоря, напряглась. И сейчас, вернувшись из уборной после того, как меня в очередной раз стошнило, мои опасения словно подтвердились. Будто красная лампочка загорелась.

Находясь как будто в коматозе, прислушивалась к своему телу. Легонько сжав грудь, ощутила ненавязчивую ноющую боль.

Я знала все эти ощущения. Проходила и не раз. От этого в момент осознания холодным потом покрылась. Сидела на работе перед компьютером и ничего перед собой не видела. Судорожно перебирала в голове свой цикл. Да, задержка была. И не маленькая. А я и значения особого этому не придала. Дура. Какая же я дура. Да этого даже не заметила. Закрутилась, забегалась и всё из вида упустила.

Эмоции переполняли. Эти же эмоции сменялись как по щелчку. От радости до сжирающего страха.

Дрожащей рукой нащупала телефон и набрала номер своего гинеколога. За все годы, что я у неё наблюдаюсь, мы из статуса врач-пациент переросли в очень хороших знакомых. Я даже о тесте думать не стала – сразу решила записаться к ней.

– Полиночка, привет.

– Привет, Свет. Ты сейчас работаешь, не в отпуске?

– Да какой сейчас отпуск. Наплыв бешеный. Так что, считай, день и ночь на работе.

– А можешь меня к себе записать?

– Так, подожди минуточку. – пока она отвлеклась, я, кажется, забыла, как дышать. – Ну смотри, через неделю окно есть. Четверг на девять двадцать. Записываю?

– Свет, а раньше никак нельзя? Это очень срочно. – я была на грани слёз. От понимания, что, возможно, придётся ждать неделю, становилось дурно. Тест я, естественно, могу сделать. Но тест при наличии положительного результата не покажет всё ли в порядке. А в том, что он будет положительным, я почему-то не сомневалась.

– Так, я тебя услышала. Тогда можешь сегодня под конец смены подъехать. Сразу ко мне в кабинет иди тогда. Я тебя ждать буду.

– Спасибо тебе огромное. – я была искренне ей благодарна за то, что вошла в положение.

Попрощавшись со Светой, отложила телефон в сторону. Хотелось расплакаться навзрыд. Сама не понимала из-за чего именно. Толи от радости, толи от страха и шока. Уткнувшись лицом в ладони, пыталась выровнять дыхание. Сердце трепыхалось так, будто на максималках стометровку пробежала.

Не знаю, как дотерпела до конца рабочего дня. Время будто остановилось, каждая минута казалась вечностью. Сам рабочий день прошёл впустую. Не сделала ничего из того, что запланировала. Всё из рук валилось. И мысли были слишком далеки от рабочих вопросов.

Только когда села в машину и завела мотор, смогла немного привести себя в чувство. Мой личный пунктик: в каком бы разбитом или потерянном состоянии я не была, за рулём я должна быть образцом собранности. Как ни странно, именно так и получалось. Полный контроль дороги и максимальная внимательность.

За время пути хоть чуть-чуть дала себе передышку от накрывающих с головой эмоций. Но стоило припарковаться у клиники и выйти из машины, как всё началось заново.

Приехала даже немного раньше. Так как Света ещё не закончила приём, я тихонечко сидела на диванчике возле её кабинета. Мимо меня проходили девушки с объёмными и круглыми животиками. И в такие моменты внутри меня что-то обрывалось. Не знала, чего хочу услышать на приёме.

С одной стороны, я была бы рада, если беременность подтвердится. С другой … я жутко этого боялась. Боялась, что всё повторится, как в предыдущие разы. Слишком остро помню то состояние обречённости и потери. И так же хорошо помню, как тяжело было выкарабкиваться каждый раз. Искать проблески света в кромешной темноте.

Я настолько сильно ушла в себя, что не заметила, как из кабинета вышла девушка, а вслед за ней и Света.

– Привет. Ты уже здесь, оказывается? – выдернул меня на поверхность сознания голос Светы.

– Да, привет. – подскочив с диванчика и с силой сжав в руке ремешок сумочки, подошла к ней.

– Ну, пойдём. Расскажешь мне, что у тебя приключилось. – пропустив меня вперёд, закрыла за нами дверь кабинета.

– Существует большая вероятность беременности. Можешь меня проверить? – выпалила, как на духу.

– Тест не делала? – Света сразу подобралась и в момент вошла в профессиональную колею.

– Нет, к тебе сразу.

– Так. Что тебя натолкнуло на мысли о беременности? Задержка есть? – задавала мне вопросы, пока тщательно мыла руки.

– Задержка. Грудь болит, слабость периодами и тошнота уже несколько дней. Всё, как и раньше.

– Ясно. Раздевайся и ложись на кушетку. Сейчас всё посмотрим.

Пока я снимала с себя лишнюю одежду, Света надела перчатки и с готовностью ожидала меня.

На трясущихся ногах я подошла к кушетке и легла. Света взяла в руки датчик УЗИ и начала проводить необходимые манипуляции. Я же в это время, не моргая, смотрела в потолок. Терпеливо ждала, когда она закончит и вынесет свой вердикт.

– Ну что, Полиночка, можешь обрадовать мужа. – сказала, снимая перчатки и одарив меня добродушной улыбкой.

– Мы в разводе. – сама не знаю, зачем выпалила эту информацию, которая ей, по сути, нафиг не сдалась. Даже мимо ушей проскочили её слова о поздравлении.

– Ну, тогда поздравляю тебя. Беременность есть. Срок четыре недели. Пока никаких патологий не наблюдаю. Но всё более точно будет ясно на скрининге. На него во время одиннадцатой недели пойдёшь. Направление я дам, как и на все остальные процедуры.

– Беременна? – спросила еле шевеля языком и пытаясь сдержать дрожь в руках. Ведь предполагала это, а всё равно осталась не готова.

– В прямом. Я так понимаю, отец не бывший муж? – от услышанной новости сердце ухнуло в пятки. Даже немного бестактный вопрос Светы не смутил. Я ведь до последнего гнала от себя мысль о возможной беременности. Гнала и одновременно хотела.

– Нет.

– Ну, ничего. Главное, что для тебя беременность желанная. Желанная, ведь? – спросила, слегка прищурив глаза.

– Да, желанная. – в этом я не сомневалась, хоть и пребывала в глубоком шоке. – Но вдруг опять будет, как в те разы, Свет. Она хоть и желанная по сути, но случайная и не спланированная. Я ведь до этого уже и не думала пытаться. – озвучила ей свои опасения.

– Всё будет хорошо. Я давно тебе говорила, что дело скорее всего не в тебе, а в твоём муже. Ты здорова, как конь. Всё должно быть хорошо. Не накручивай себя заранее. Мысли позитивнее. – легко сказать: "мысли позитивнее"! Это было бы в разы проще сделать, не будь предыдущих беременностей, закончившихся морем слёз.

– Вряд ли в нём. У него новая женщина родить скоро должна. Так что всё с ним в порядке. – сказала немного обречённо, поправляя на себе одежду.

– Ну, значит у вас, скорее всего, была несовместимость. Такое тоже бывает. Но сейчас-то отец не он. Следовательно, и беременность будет протекать несколько иначе.

– Очень на это надеюсь. – сказала отводя глаза, в которых скопились предательские слёзы.

– Так, отставить сопли-слёзы. Лучше заполни пока вот эти документы. – положила передо мной несколько бланков. – И хватит киснуть. Всё будет хорошо! Плод прикрепился крепко, развивается согласно сроку. Мы ещё поборемся за твою кроху. Не проецируй старое на новое. – "мою кроху". Не ожидала, что эти слова разольются в груди таким приятным теплом. До сих пор не осознаю, что всё это правда и происходит со мной. Но как же всё равно страшно было.

Заполнив трясущейся рукой необходимые документы, решила задать вопрос, который меня беспокоил на протяжении всего времени нахождения здесь.

– Свет, а может как-то негативно сказаться тот факт, что ребёнок зачат в нетрезвом состоянии? – я действительно боялась последствий от того, что мы тогда оба были не трезвыми.

– Ну, это, конечно, не есть хорошо, но, думаю, не критично. В любом случае, как я уже говорила, всё понятнее будет на первом скрининге. Если будут какие-то пороки развития плода, мы это увидим. Но не накручивай себя сейчас и просто наслаждайся своим положением. Максимум позитивных эмоций, побольше отдыха, хорошее питание и свежий воздух. Вот это всё ты должна получать в максимальном объёме. Тяжести не поднимать, нервы исключить. Услышала меня?

– Да, услышала. Буду стараться всё соблюдать максимально точно.

– Вот и молодец. Приедешь потом натощак анализы сдашь. И да, я всегда на связи. Звони в любое время дня и ночи.

– Спасибо, Свет. – я не знала, как вместить всю благодарность, которую сейчас испытывала.

– Ещё раз поздравляю. – сказала мне напоследок, когда я уже выходила из кабинета. Я, не сдерживая улыбки, ещё раз её поблагодарила и, попрощавшись, вышла.

Домой приехала без сил. Настолько сильно меня вымотали волнения и переживания. Я уже давно перестала радоваться беременности без оглядки на страх. Это въелось в меня настолько сильно, что, наверное, не вытравить. Сейчас хоть и старалась держать себя на позитивном настрое, а всё равно прошлое давило.

Когда переступила порог квартиры, первыми порывом было желание позвонить Мише и огорошить его новостью. В том, что отец он, сомнений нет от слова совсем. С мужем у нас давно ничего не было. Ещё задолго до развода. И единственный, с кем у меня был секс, – это Миша. Но я быстро взяла себя в руки и притормозила со звонками. Не знаю, как бы он воспринял подобное положение вещей, но это не главное для меня сейчас. Мне не хотелось раньше времени говорить о беременности кому бы то ни было.

Для себя решила молчать. Пока ни родителям, ни Мише не скажу ни слова об этом. Хочу немного сама свыкнуться с этой мыслью. Как минимум, пройти первый скрининг и, если всё хорошо, то тогда и озвучить новость о своём положении.

Господи, поверить не могу, что беременна. Так и не укладывается в голове. Но тем не менее, то и дело ловлю себя на мысли, что постоянно кладу ладони на живот. Совсем плоский, ни о чём, по сути, ещё не говорящий живот. Но я ведь знаю, что внутри меня растёт и развивается новая маленькая жизнь.

Как так получилось, что я беременна от Миши? Видимо, у судьбы свои планы на нашу жизнь. Да и мы тоже хороши. Два взрослых лба и так забить на вопрос контрацепции. Беспечно и наплевательски. Задурманенные похотью и страстью, забыли обо всём на свете. Но если мне суждено родить от Миши, то я приму это, как дар.

Плевать, что у нас нет никаких отношений помимо дружбы. Плевать, что это неожиданность и случайность. Плевать, если он вдруг не обрадуется подобной новости. На всё плевать. Главное, чтоб всё получилось. Правильно сказала Света: "мы ещё поборемся за эту кроху".

Постепенно напряжение и страх стали рассеиваться. На смену им пришли какая-то неописуемая радость и надежда. Надежда на то, что сейчас всё будет иначе. Лежала в постели и думала о будущем. Я должна сделать всё от меня зависящее и не зависящее, чтоб дать жизнь своей малявочке.

Даже удивительно, что я так быстро справилась с эмоциями и смогла настоящее отгородить бетонной стеной от прошлого. Каким-то образом удалось подавить в себе старые страхи. Не до конца, конечно, но они уже не маячили передо мной с мигающей лампочкой "SOS".

Хорошо, наверное, что наше тесное общение с Мишей в данный момент немного ослабло. Иначе, как бы я ему в глаза смотрела и делала вид, что всё хорошо. Умалчивала то, что касается его напрямую. А говорить я пока не готова.

Чуть позже я обязательно озвучу ему всё. Пройду все более детальные обследования и скажу. У меня не было в планах хранить молчание и ни о чём не говорить. Это, как минимум, не правильно с моей стороны. Знать он должен. Примет ли он это или нет – другой вопрос.

Но мне почему-то казалось, что он сможет меня поддержать. Он никогда не говорил о детях. Я понятия не имею, хочет ли он их вообще, но, тем не менее, я знала, что он меня не обидит. Ни меня, ни будущего малыша.

Вообще казалось, что он будет хорошим отцом. В нём слишком много заботы и доброты. Хоть на первый взгляд это и незаметно. Но я-то его знала не поверхностно. Может я, конечно, и ошибаюсь. Но верить хотелось именно в это. Ну а если я и ошибаюсь, значит мои выводы не достаточно правдивы. Но в любом случае, мне уже достаточно лет, я вполне самостоятельная, имею хороший доход. Поэтому, сомнений в том, что справлюсь в одиночку, у меня не было.

Уснула с каким-то чувством лёгкости и умиротворения. Мне кажется, я даже во сне не переставала улыбаться.

Утром собираясь на работу, я не ходила, а порхала. На работе и вовсе выпала из рабочего процесса. И нет, не по тому, что меня грызли страхи и сомнения, а потому, что я просто задвинула работу. Вместо дел сидела в компьютере и изучала различные сайты с детскими вещами. Настолько заранее я покупать ничего не собиралась. Я хоть и не суеверна, но успеется ещё.

Просто мне хотелось хотя бы посмотреть на маленькие бодики, шапочки, носочки. Все эти вещички были такими милыми и хорошенькими, что дух захватывало. А ещё, это настраивало на позитивное мышление. Представляла, как спустя время буду выбирать крошечные наряды для малыша или малышки.

Я не думала о том, кто будет: мальчик или девочка. Неважно. Важно другое – ребёнок уже во мне. И единственное, что имело значение, чтоб он был здоровым. Чтоб я смогла его выносить. И разве важен пол? Нет, совсем не важен.

Помимо вещичек рассматривала на сайтах с детскими товарами кроватки, коляски, пеленальные столики. В голове представляла, какой сделаю детскую. Как обои выберу, новые шторы, мягкий ворсистый ковёр. Как всё расставлю в комнате с особым трепетом подбирая для каждой вещи своё место.

Меня затянуто настолько, что не заметила, как наступил обед. Да я бы и о нём не в помнила, если бы не Арина, которая ураганом ворвалась ко мне в кабинет. Заметая следы, быстро закрыла все вкладки на экране и только после этого вышла из кабинета вслед за ней.

На обед мы ходили в кафе рядом с офисом. За столько лет мы это место так облюбовали, что у нас уже был свой любимый столик. Заняв места, сделали заказ. Не могу сказать, что была сильно голодна, но это уже не имело никакого значения. Себя я голодом морить могу сколько угодно, но я теперь должна думать не только о себе. Поэтому хочу не хочу, но хоть немного перекусить обязана.

– Какая-то ты загадочная сегодня. Улыбаешься постоянно, глазюки огнём горят. Колись давай. – пристала Арина, пока мы ждали наш заказ.

– Да не в чем колоться. Настроение просто хорошее. – пожав плечами, ответила с непринуждённым видом.

– Не, тут явно что-то не то. Точнее, скорее очень даже «то». Аж светишься вся.

– Ой, отстань, Шерлок. – отмахнулась от Арины, когда к нашему столику как раз подошел официант, расставляя тарелки.

Я и сама чувствовала в себе внешние изменения. И правда ведь, улыбаться хотелось всё время. Внутреннее счастье, готовое расплескаться через край, переполняло.

Но, стоило поднести вилку с кусочком еды ко рту, как меня в тот же миг замутило. Не критично, но ощутимо. Заказать рыбу, видимо, было плохой идеей. Всё же мне предстоит серьёзная корректировка привычек. В предыдущие разы токсикоз был более слабым или давал о себе знать немного позже.

Чтоб не сильно выдавать нежелание есть рыбу, слегка поковырялась в ней вилкой и чуть-чуть её поклевала. Больше в меня не влезло и этот минимум грозился вылезти обратно. А Арина бы из вида явно не упустила, если бы я понеслась в уборную, зажимая рот ладонью. Порой она меня своей дотошностью раздражает. Сама по себе она очень хороший человек, но бывает въедливой там, где не просили и где не стоило бы.

Благо, остальную часть обеда мы обсуждали нейтральные темы, а не мой довольный вид, и, закончив с приёмом пищи, пошли обратно на работу. Во вторую половину рабочего дня я всё же постаралась взять себя в руки и не отвлекаться. Удавалось с трудом. Особенно, когда снова, как и в предыдущие дни, начало клонить в сон. Неумолимо сильно. Хоть спички в глаза вставляй.

Да, чувствую мне придётся приложить максимум усилий, чтоб сохранять своё положение в секрете. Ну, ничего, прорвёмся.