Глава 10.

Полина

С того момента, как меня выписали из больницы, я категорически запретила себе думать о Мише. Переживать, нервничать и изводить себя всем, что с ним связано. Всё. У него своя жизнь, у меня своя. Врозь. Дружба просрана. Хоть мы и не ругались, но, как ни крути, как было уже не будет. Смысл рубить частями. Поэтому я отсекла сразу одним махом. И по сей день придерживаюсь этого правила. Не получается у меня спокойно реагировать на всё, что с ним связано. Слишком много эмоций. Поэтому так. Без него хреново, но с ним, видимо, ещё сложнее, как показала практика.

Каждый раз с ужасом вспоминаю те дни, которые провела в больнице. Это был мой персональный ад: я безумно сильно боялась потерять ребёнка. Снова.

Я запрещала себе плакать, нервничать и думать о плохом. Надумалась уже, довольно. Каждая эмоциональная встряска, слёзы и негатив, сказывались не только на мне. Поэтому, собрав всю волю в кулак, верила в лучшее. Боялась худшего до леденящего душу ужаса, но продолжала верить в лучшее. Каждую долбаную секунду, проведённую в стенах больничной палаты, я верила.

В первые дни моего пребывания в больнице мне неоднократно звонил Миша. Я включила игнор. А после и вовсе внесла номер в чёрный список. Уже тогда постаралась выкинуть его из головы. Потом только закрепила этот навык. Удивительно, что за всё время мы ни разу не встретились и даже вскользь нигде не пересеклись. Видимо, удача была на моей стороне.

У него своя жизнь. Своя семья. Дорожки разошлись. Может быть потом, спустя время, когда чувства и эмоции притупятся, мы сможем возобновить общение. Если, конечно, ему это ещё будет нужно. А тогда и сейчас первостепенно моё моральное и психологическое состояние. Которое напрямую касается ребёнка.

Даже описать не могу своё состояние, когда лечащий врач сказал, что угроза миновала. Мне кажется, настолько счастливой я не была ещё никогда: это чувство было несравнимо ни с чем, словно крылья выросли.

С того момента прошло уже достаточно много времени. Благо, сейчас я чувствую себя прекрасно. И это не смотря на то, что мне рожать недели через три. Видимо, душевная лёгкость отражалась на организме физической легкостью.

Первые недели после выписки я провела, как затворник. Сидела на больничном и набиралась сил. Плюнула на всё вокруг и наслаждалась беременностью.

Правда, скрывать долго своё положение у меня не вышло. Пришлось сразу после выхода озвучить всё начальнику. Мне было необходимо поменять рабочий процесс. Мотаться по всему городу, занимаясь организацией выставок, я больше не могла. И не хотела. И нужно отдать должное, начальник сразу же вошёл в моё положение. Поэтому всё оставшееся время до декрета я работала, сидя в офисе.

Но, естественно, после того разговора спустя время по офису поползли слухи о моей беременности. Приятно было, когда коллеги поздравляли и желали здоровья мне и малышке. Для нас это было особенно актуально.

Ну да, на плановом УЗИ, на двадцатой неделе мне сказали, что я жду девочку. Дочку. С тех пор я постоянно перебираю в голове женские имена и до сих пор не смогла остановить свой выбор на каком-то конкретном.

Вроде бы ложусь спать с чувством, что наконец-то определилась, а на утро забраковываю свой выбор. Думаю, что когда я увижу дочку вживую, имя придёт само. Поэтому сильно по этому поводу не переживаю. Всему своё время.

Помню, как обрадовала родителей новостью о том, что они скоро станут бабушкой и дедом. Мама долго плакала от радости. Да и у отца глаза блестели, хоть он и достаточно сдержан по жизни.

В целом, жизнь не стоит на месте. Стоило мне уйти в декрет, как я развела бурную деятельность. Я бы и раньше её развела, как только переступила максимальный для себя порог срока беременности, но времени не хватало. Зато в декрете я оторвалась по полной.

Начала с ремонта: переделала гостевую комнату под детскую. Я прекрасно понимала, что первое время ребёнок будет спать со мной в комнате, но мне так хотелось занять себя хоть чем-то уютным, что я не удержалась. Процесс затянул с головой. Такого морального удовлетворения я давно не получала.

Когда с дизайном комнаты и его воплощением в жизнь было покончено, я занялась подбором мебели в детскую. Глаза разбегались от разнообразия выбора, когда искала нужное. Но в итоге я осталась довольна.

Помимо обустройства дома, заранее подготовила сумку с нужными вещами для роддома. Да и просто маленьких детских вещичек накупила. Пока не так много, как хотелось бы, но буду уже после родов докупать, исходя из необходимости. Сейчас я всё же немного терялась в том, сколько конкретно чего-то нужно. В общем, подготовилась вроде по полной и предстоит ещё много всего.

Я очень ждала появления на свет своей малышки. Но и в беременности были свои прелести: эти пиночки изнутри (порой болезненные, но тем не менее до дрожи желанные), всё это вызывало трепет и безграничное счастье.

Наверное, практически для каждой женщины беременность – необычайное счастье. А когда этого ждёшь много лет, после стольких неудач – это счастье в квадрате. Вот и меня за всё время беременности распирает от этого самого счастья. Аж через край – того гляди расплескаю.

Поглаживая животик, лежала на диване в гостиной и читала статью по грудному вскармливанию. Для себя решила однозначно – кормить буду грудью. Поэтому все тонкости данного процесса мне были очень интересны. Но от моего занятия отвлёк звонок в дверь.

Нехотя поднялась и пошла открывать. Понятия не имею, кого принесло. Я точно никого не ждала сегодня. Но, открыв дверь, была не слабо удивлена.

– Денис? – бывший муж собственной персоной.

Последний раз мы виделись на бракоразводном процессе. А это было ещё до моей беременности. Так что времени прошло достаточно много. Я уже и подзабыла немного, как он выглядит.

– Здравствуй, Полина. Пустишь? – указал глазами на дверь, которую придерживала, слегка приоткрыв.

– Ну, проходи. – отступив в сторону, раскрыла дверь полностью.

Понятия не имею, что могло ему понадобиться, но раз пришёл – мне не жалко, послушаю. Поймала себя на мысли, что его присутствие не вызывает во мне вообще никаких эмоций. Просто ноль. Полный штиль. Ни волнения, ни обиды или злости. Ни-че-го. Интересно, а я вообще любила его когда-то? Раньше казалось, что да. Сейчас же кажется, что не любовь это была. Хотя, может его поступок и время сделали всё, чтоб к нему я испытывала только пустое равнодушие.

Сделав шаг, зашёл внутрь. Просканировал взглядом помещение и перевёл его на меня. Видимо, не сумев сдержать эмоций, удивлённо округлилась глаза.

– Ты беременна? – да уж. Удивление было не только во взгляде, но и в голосе.

Живот у меня был вполне компактный, но тем не менее в глаза всё равно бросался. А с учётом того, что я открыла дверь в домашних брюках и футболке по фигуре, то тут слепым надо быть, чтоб не заметить. Ну а Денис на слабое зрение никогда не жаловался.

– Да. Это вроде очевидно. – усмехнувшись, прошла в кухню. Разуется – догонит. Куда идти, думаю, помнит, не заблудится.

– Ремонт сделала? – спросил, зайдя на кухню.

– Как видишь. Я думаю ты приехал не мой ремонт обсудить. С какой целью визит? – решила его немного поторопить.

Хоть я и была равнодушна к нему, но особого желания общаться не испытывала. Не тот это человек, с которым тянет пообщаться и поговорить по душам.

– Ты меня только сразу за порог не выгоняй. Выслушай, ладно? – спросил, присаживаясь напротив.

– Ну, валяй. Внимательно слушаю. – даже интересно стало, что такого он хочет сказать, что опасается быть выставленным за дверь.

– Я понимаю, что поступил с тобой, как последняя скотина. С моей стороны это было низко и подло. Я клянусь, уже тысячу раз пожалел о своём поступке и решении. Полин, мы ведь хорошо жили.

Очень хорошо. До тех пор пока у меня с глаз пелена не сошла и я не поняла, что за человек рядом со мной. Такой скрытый тиран. Любящий гнобить исподтишка. Гаденько так и остро задевая. Ну а о дальнейшем я вообще молчу.

– Ты правильно заметил. Жили. В прошедшем времени. И знаешь, я рада, что всё так сложилось. И в какой-то степени даже тебе благодарна. – и не вру ведь. Если бы не наш развод, возможно, я так и не смогла бы познать радость материнства.

– Я понимаю, что ты на меня обижена. – сказал, покачав головой. Этакий знаток человеческих душ прям. Смешно.

– Ошибаешься, Денис. Я давно на тебя не обижена. Раньше была, не скрываю. Но для того, чтоб человек так долго держал обиду, нужно что-то испытывать к объекту этой самой обиды. А я, прости, но ничего, кроме равнодушия, к тебе не испытываю. – лишь пожала плечами. Не вижу смысла скрывать своих ощущений. Тешить его самолюбие и раздутое эго тоже не собираюсь.

– Пусть так. Хотя я считаю, что ты сейчас специально так говоришь. Задеть хочешь. Заслужил. Полин, но я правда осознал всё. Переоценил, взвесил. Может попробуем снова? – спросил, глядя щенячьим взглядом.

Если бы я не пребывала в шоке от его вопроса, засмеялась бы в голос. Вот честно, чего угодно ожидала от этого разговора, но точно не этого. Удивил, так удивил. Аплодирую стоя.

– Ты нормальный? Что попробуем снова? Если не ошибаюсь, тебя семья дома ждёт. – ответила, совладав с эмоциями. Прав он был, опасаясь, что могу выставить за дверь. Такое желание появилось.

– Не ждёт меня никто. Я ушёл от Веры. – признаться, не ожидала.

– А ребёнок? – не поверю, что он бросил ребёнка. Каким бы говном он не был, но с учётом того, как одержимо он хотел детей, не поверю, что так просто забил на своего.

– А ребёнок не мой, Полин. – просто припечатал меня к стулу своими словами. Вот так поворот. – Вера родила, сначала всё нормально было. А потом стал замечать, что ребёнок на меня не похож совсем. Да и мать тоже про это говорила. Потом по группе крови понял, что не может моим быть. Для окончательной уверенности тест ДНК сделал. Не мой. – было видно, что эта тема ему глубоко неприятна.

Не удивлена, что и тут без его мамы не обошлось. Она из тех женщин, которые, родив сына, уже тогда к будущей снохе относятся по принципу – я её не знаю, но уже не люблю. Плавали, знаем. Хотя, стоит отдать должное, тут она не прогадала.

– Даже не знаю, что тебе на это сказать. Мне, правда, жать. Но если ты не заметил, я тоже беременна. И думаю понимаешь, что отец не ты. Смысл тебе возвращаться? – задала резонный, как мне показалось, вопрос.

– Да, признаться честно, этого я не ожидал. – снова скосил взгляд на мой живот. – Но я ведь это изначально знаю. А там, немного окрепнешь после родов, родим общего. Получается ведь, ты можешь выносить. А этого я воспитаю, как своего.

– Знаешь, Денис. Твоё предложение очень заманчивое. – не смогла сдержать усмешки. – Но я, пожалуй, откажусь. Дважды в одну реку – я пас. Я думаю, ты ещё встретишь женщину и семьёй обзаведёшься, но наши дорожки разошлись. Окончательно и бесповоротно.

– У тебя ведь всё равно никого нет. – продолжал гнуть свою линию. Словно и не слышал меня вовсе.

– С чего ты взял? – вопросительно изогнула бровь.

– Ну, живешь ты тут явно одна. Мужских вещей в квартире нет. – вот значит чего он так пристально выискивал взглядом, как только зашёл в квартиру.

– И? Что из этого? В любом случае, Денис, то, что ты предложил, – полный абсурд. Поэтому считаю, что разговор на этом закончен и тебе пора. Не скажу, что была рада увидеться. – начинала терять терпение.

– Полин, не руби. – прилетело мне в спину, когда я, поднявшись, вышла из кухни.

– Нет, Денис. Извини, но мне некогда дальше беседовать. У меня ещё дела сегодня. – ответила, когда он, плетясь за мной следом, остановился в коридоре. Я стояла и ждала, пока он обуется и покинет мою квартиру.

– Тогда знай, что я буду тебя добиваться. – сказал напоследок, выходя из квартиры. Предпочла ничего не отвечать и молча закрыла за ним дверь.

Сколько пафоса. Добиваться он будет. В жопу такие оладушки. Это нужно быть настолько самоуверенным? Думал я ему на шею брошусь что ли? Да щас. Ага. Два раза. Интересно: сам до этого бреда додумался или подскакал кто? Уже ничему не удивлюсь.

Я ещё долго возмущалась предложением бывшего мужа. Всё же впечатление он произвёл неизгладимое, я бы сказала.

Чуть позже, когда первые эмоции после его визита улеглись, меня начало откровенно пробирать на смех. Абсурд от этой ситуации просто зашкаливал, находясь у отметки «критично».

Надеюсь, он пошутил, говоря о том, что будет добиваться. Не нужно мне такого счастья. Это всё смешно, конечно. Но предпочитаю больше его не видеть.

Воспитает он, как своего. Нет, спасибо. Если уж на то пошло – у малышки есть отец. И не важно, что он о ней не знает. И не важно, что мы с ним не контактируем. Даже если я и встречу потом кого-то и начну строить отношения, это не значит, что буду проецировать чужое отцовство на своего ребёнка. И, уж тем более, не буду этого делать с бывшем мужем.

Конечно, мне бы хотелось, чтоб настало то время, когда малышка узнает родного отца, а он узнает о ней. Но тут, как сложится. Я не загадываю. Если этими знаниями я могу разрушить счастливый брак Миши, то, пожалуй, всё останется так, как есть. Я не настолько эгоистка. Хотя понимаю, что не правильно лишать ребёнка отца и от отца скрывать ребёнка. В общем, сложно всё. Или же, возможно, эти сложности я сама себе надумала. Ладно, время покажет.

Немного отдохнув, перекусила и начала собираться. Вчера звонила мама и просила встретиться с её двоюродной сестрой. Тётя сегодня приезжает из другого города и по плану должна была погостить недельку у родителей. Но так уж получилось, что родители вчера неожиданно сорвались по путёвке от профсоюза с папиной работы в какой-то тур по городам и сёлам. Я, если честно, не сильно вдавалась в подробности. И теперь мне нужно встретиться с тётей, чтоб передать ключи от дома родителей.

Так что заказала такси и поехала на вокзал. За руль я не сажусь сознательно. Опасаюсь: срок большой, не хочу рисковать. Сама могу быть аккуратной на дороге, но придурков-то хватает. А у меня уже живот в руль упирается. Так что катаюсь теперь только в роли пассажира.

До вокзала добралась быстро. К тому моменту тётя меня уже ожидала. До электрички в область, на которой она должна была ехать домой к родителям, было ещё порядка часа. Поэтому, передав ключи, мы ещё и по чашечке чая пропустили в кафе неподалёку. Домой я не особо торопилась, так что убила время в приятной компании.

Проводив тётю, вышла с вокзала и стала ждать такси. Странно: настроение хорошее, сама на позитиве, а внутри, непонятно откуда взявшееся чувство тревоги сидит. И прям не вытравить.

Гнала от себя негатив. Бывает у меня такое. Ни с того ни с сего начинаю переживать без причины. Как правило, все эти тревоги выходят напрасными. Но сейчас как-то очень уж сильно меня колбасило.

Поняла, что мне вдруг нестерпимо сильно захотелось домой. Словно спрятаться в стенах своей крепости. Я не паникёр и такое поведение мне несвойственно, от того я забеспокоилась ещё сильнее. Замкнутый круг: я не паникёр, но волнуюсь сильнее.

Сев в такси, достала телефон и полезла в интернет. Может хоть отвлекусь немного по дороге домой. Но расслабиться мне не удалось. До одури напрягал водитель – он весь путь, который мы уже успели проехать, разговаривал по телефону, постоянно отвлекаясь от дороги.

– Молодой человек, вы не могли бы поговорить по телефону чуть позже, а сейчас быть более внимательным на дороге? – не выдержала, когда он в очередной раз на светофоре затормозил в последний момент. Да так, что я чуть в спинку переднего сидения лбом не приложилась.

– Да, конечно. Одну минуту. – правда, заканчивать разговор он не торопился.

Я уже была готова попросить его остановиться и заказать другое такси. Помимо того, что меня кидало по заднему сидению, как мешок с картошкой, так ещё и укачало. С трудом сдерживала подступающую тошноту.

Проехав так ещё примерно километр, я всё же решила сменить такси. Этот камикадзе нас точно угробит. Да только не успела: режущий визг тормозов, скрежет железа, глухой удар и сильная боль.

Нас крутило на дороге в разные стороны. От столкновения водитель потерял управление. Боль в плече и пробирающий до костей ужас не давали закричать. Я словно голос потеряла. Молилась только про себя, чтоб мы остановились и всё обошлось. Всё это происходило в какие-то считанные секунды, которые мне казались вечностью.

Когда машина остановилась, я с облегчением выдохнула. Обошлось. Но стоило мне повернуть голову, как в окно я увидела машину, несущуюся на нас, словно таран. Единственное, что я успела сделать – это обхватить руками живот. А дальше пустота. Чёрная, жгучая, разъедающая пустота. Сначала слышала отдалённые голоса, вой сирен, крики, притупленную боль. Но после и этого не стало.