Марина · Подарок под ёлкой · (Цикл: В нашем мире...)

Пушистый снег неспешно покрывал землю. Солнце, наконец-то выглянувшее из-за туч задорно отражалось от блестящих мостовых сотней бликов. Даже неприятная каша, что образовалась от смесь песка и соли, которой посыпают наши улицы от гололеда, не могла испортить радостного предвкушения Новогоднего чуда, которого все так ожидают.

Я брела по широкой мостовой, согревая озябшие руки о стаканчик с кофе. Улицы начали украшать к самому главному празднику года еще в ноябре, но только сейчас, когда народ самозабвенно бегает по магазинам скупая подарки родным и близким, а улицы наполнены запахом хвои, украшения наконец нашли путь к сердцам горожан, наполняя их еще больше праздничным настроением.

Я улыбалась своим мыслям, разглядывая нарядные елки и расписанные витрины магазинчиков, что вереницей тянулись вдоль широкого проспекта. Неожиданный шум, что выбивался из колеи всеобщего праздника, заставил меня удивленно заозираться.

Возле елки стояла маленькая девочка, где-то четырех лет, и тихонько всхлипывала. Именно этот звук и привлек мое внимания.

На девочку, будто никто не обращал внимания, проходя мимо, от чего она начинала плакать еще сильнее.

- Привет, солнышко. А ты чего плачешь? – Я присела на корточки рядом с девчушкой, у которой от долгого плача раскраснелся нос, а забавная шапочка с помпоном сползла практически на брови. Она не смело подняла на меня глаза и отступила на пару шагов назад. – Где твои родители? Почему ты тут одна?

Она пожала своими плечиками и начала плакать еще сильнее. Рядом стали собираться еще люди, причитая, что кто-то оставил такую маленькую без присмотра, хая непутевых родителей.

От такого большого количества людей, малышка растерялась еще больше и сделала шаг ко мне. Я инстинктивно раскрыла руки, а она шагнула в мои объятия. Чувство тепла и спокойствия разлилось по моей груди.

- Как тебя зовут? – Взрослые, что толпились вокруг притихли, вслушиваясь в ответ. Она посмотрела на людей за моей спиной, потом на меня, потом снова мне за спину и шепнула мне на ушко, будто доверяя страшную тайну:

- Варя. Варя Морозова.

- Какое красивое имя – от неудобного сидения у меня начало сводить ноги, но я понимала, что если я попытаюсь встать, то тот невидимый мост доверия, что удалось наладить между мной и этим маленьким чудом, может рухнуть. – Варя, а почему ты тут одна?

Она пожала плечами и ее глаза снова наполнились слезами. Я притянула ее еще ближе, от чего она уткнулась носом в мех на моей шубке.

- Ну, ну… Тише, моя хорошая. Сейчас все будет хорошо. Хочешь какао? – Ее руки, которые я взяла в свои, были как ледышки. Тогда я чуть отстранила ее от себя и прощупала ее руками. Она была ледяной. – Солнышко, пойдешь со мной в кафе? Я напою тебя вкусным чаем, а если захочешь, куплю пирожное. – Я не знала чем заманить маленького ребенка в теплое помещение, но Варечка неожиданно закивала головой.

- Ну и куда ты ее повела? А вдруг мать сейчас подойдет, а ребенка на месте нет. Вот уж эти сердобольные. – Я поднялась на ноги и грозно посмотрела на окружающих, показывая мое отношение к их советам. Бедный ребенок жался к моим ногам, а я приобняла ее за плечи, желая поддержать, и закрыть от окружающих, будто это они оставили маленького ребенка одного на улице.

- Я сама с этим разберусь. Пойдем малыш. – Я чуть подтолкнула Варю в сторону кафе, что находилось через дорогу от этой злосчастной елки.

В кафе я специально попросила, проводить нас к столику у окна, чтобы, если вернется кто-то из взрослых за Варечкой, мы смогли его увидеть. Варя выглядела так, словно бывала в кафе довольно часто. Она сняла с себя курточку, которая промерзла на сквозь, сняла шапочку, варежки и шарф и сложила это все вместе, стараясь засунуть в рукав. Я чуть-чуть ей помогла, за что была вознаграждена теплой улыбкой и робким: «Спасибо». Ее волосики оказались светлыми, собранными в аккуратные косички, переплетенные друг с дружкой, как корзинка, а одета она была в чистенький утепленный комбинезон известной Финской фирмы, и забавную кофточка с ярким принтом. Снимая с себя шубку, я краем глаза отметила, что рисунки у нас на кофтах практически идентичны.

Как не странно, но Варя отказалась от сладкого, попросив супа с фрикадельками и теплого чая.

Пока нам готовили поесть, а Варя смотрела в окно, я позвонила в полицию.

- Добрый день.

- Служба спасения, что у вас случилось. – Уставший женский голос явно не считала, что сегодняшний день добрый.

- Я на проспекте мира нашла девочку. Она стояла одна. Рядом никого небыло. Девочке на вид года 4…

- Пять. Мне пять лет. – Варя оторвалась от созерцания окна и поправила меня.

- Девочке пять лет. Говорит, что зовут Варя Морозова.

- Где вы сейчас?

- В кафе «Пирамида», напротив елки.

- Почему вы увели ребенка с того места, где ее нашли? – Теперь ее голос стал заинтересованный, только этот интерес был направлен явно против меня. Словно она нашла наконец козла отпущения на которого можно свалить все свои проблемы.

- Потому что ребенок замерз. Вы пришлете кого-нибудь? - Я решила не отвечать на агрессию.

- Ожидайте. – и звонок сбросился.

В это время как раз принесли горячее и Варя накинулась на суп, будто не ела несколько дней. Свой кофе я тянула, как могла, а вот Варя наоборот, запивала горячий суп, чаем, в который я положила два кубика рафинада.

Когда ребенок съел суп, пюре с котлетами, маленькое пирожное и выпила весь чай, я решилась задать интересующий меня вопрос.

- Варя, где твои родители?

- Не знаю. – Она пожала плечами – Мы с мамой пошли по магазинам, она попросила подождать ее у елки, сказала, что скоро вернется, а сама она ушла. Я замерзла.

Я кивнула головой.

- Здравствуйте. Капитан Александр Петрович Куциков. Это вы девочку нашли?

Я снова кивнула головой, а вот Варя наоборот испугалась еще сильнее, от чего ее лицо, которое только недавно приобрело не морозный румянец, а естественный, снова побледнело. Я пересела к ребенку и чуть приобняла ее, показывая свою поддержку. Она доверчиво прижалась ко мне, с любопытством поглядывая на капитана.

Он вполне миролюбиво улыбнулся, подозвал официантку, чтобы заказать себе кофе и посмотрел на нас.

- Ну-с, рассказывайте. Где нашли, кого видели, что узнали?

Мы дружно посмотрели на Варечку, которая снова испугалась.

- Я шла по проспекту…

- Променад по магазинам – он перебил меня и задорно улыбнулся Варечке. Я кивнула.

- Променад по магазинам. – Я повторила как болванчик – услышала плач, Варечка стояла у елки, плакала не громко, но я услышала. Я подошла к ней, а она замерзла, как цуцик. Позвала ее в кафе, чтобы согреться, а оказалось, что она помимо всего еще и голодная. Здесь она рассказала, что мама попросила подождать ее у елки, а сама отошла в магазин, но так и не вернулась. Зовут – Варя Морозова и ей 5 лет. Пока мы здесь сидели, специально смотрели в ту сторону, но никто ребенка не искал.

Капитан записал все в блокнот и с улыбкой посмотрел на Варю.

- Ну что, Варя Морозова, хочешь покататься на полицейской машине? С мигалками?

Но ребенок неожиданно вцепился в мою руку, с такой силой, будто готова была сломать ее, но не выпустит ни за что. Она отрицательно покачала головой, отчего лицо капитана вытянулось.

- Ну что ты, Варечка, все хотят покататься на полицейской машине. Только не говори, что ты уже каталась? – Вопрос был с двойным дном. Он хотел выяснить, может где-нибудь есть данные на Варечку.

- Нет. Но без тети я не поеду.

- А как тетю зовут?

- Не знаю. – И они оба уставились на меня.

- Инга. Я – Инга Сомохина.

- Как поступим, тетя Инга Сомохина? – Капитан Куциков выжидательное уставился на меня.

- Я не знаю. У вас же должны проводиться какие-то мероприятия в таком случае?

- Смотрите – теперь он обращался к нам обеим – первое – я сейчас силой забираю ребенка и мы едим в участок, распространяем ориентировки, фотографии и так далее, но для ребенка это шок и стресс, а вас она выбрала в качестве взрослого, которому может довериться. И второй вариант – вы едите вместе с нами и мы проводим все те же самые процедуры, только без вреда для Вари. – И снова он улыбнулся, от чего у него на щеках образовались очаровательные ямочки. Я вообще только обратила внимание, что передо мной сидит шикарный представитель сильной половины человечества. Светлые волосы небрежно зачесаны назад, но не так, как это бывает у модников, а естественно, видимо от привычки проводить по волосам руками. Карие глаза, аккуратный нос, пухлые губы и острые скулы. Он был хорош собой.

- Конечно я поеду с вами – я ответила после секундной задержки, которую потратила на разглядывания этого образца мужественности, еще и в форме.

- Ну тогда я предлагаю заканчивать наш обед и собираться. Прокатимся с ветерком. – Варечка улыбнулась ему, потому что невозможно не улыбаться, когда тебе так открыто улыбались, а капитан видимо был очень позитивным человеком, потому что вокруг его глаз можно было заметить маленькие лучики-морщинки, но не от возраста, а от улыбки, которая озаряет его лицо.

За наш обед мы заплатили сразу, так как боялись, что из-за минутной задержки, мы можем пропустить Варечкину маму, но около елки никто так и не появился. Я помогла малышке застегнуть курточку, отметив, что одежда на ней довольно дорогая, по крайней мере не всем по карману, завязала шапочку и стала одеваться сама. Мужчина помог мне одеть шубку, заплатил за свой кофе, оставив хорошие чаевые и повел нас к своему автомобилю. Патрульный автомобиль встретил нас прокуренным салоном смешанным с запахом морского бриза, как часто пахнут вонючки для автомобилей. Форд еще не успел остыть, поэтому в машине было еще довольно тепло.

До участка мы добрались за считаные минуты. Он оказался буквально в паре кварталов от места нашей встречи. Небольшой приемник был заполнен людьми.

- Сейчас самый сезон. Потеряшки, алкаши, и просто те, кто хорошо провел новогодние корпоративы сейчас здесь. Пойдемте. Юр, открой. – Молодой парень, что сидел за решетчатой дверью посмотрел на нашего сопровождающего и нажал на вожделенную кнопку.

- Аврал? – Тот кого Куциков назвал Юрой кивнул.

- И не говори. А у тебя чего? Хотя… Сань, я сам догадаюсь… Сегодня 29 декабря, значит рядом с тобой – потеряшка.

- Верно. Ладно, я пошел.

- Ну ты каждый год стабилен. – он хохотнул и хлопнул капитана по свойски по плечу.

Мы прошли в кабинет, в котором, так же как и в автомобиле, пахло сигаретами. Александр скривился, пододвинул мне стул, помог снять с Варечки куртку и направился открывать окно, чтобы выветрить запах табака.

- Простите. Ну что, приступим?

На все про все ушло чуть больше часа. Варечку сфотографировали со всех сторон, расспрашивали, как зовут родителей, выяснили, что мама и папа живут раздельно, а она живет с папой, а на этот Новый год папа вынужден был уехать в командировку, а мама захотела провести время с малышкой. Ни где, ни кем работает папа мы не узнали. Нам туманно объявили, что папа – начальник, а вот кто мама – она не знает, потому что с мамой они почти не общаются. Еще есть бабушка, которая живет с мамой, но вот где именно она не знает.

Когда с оформлением всех бумажек было покончено, мы с Варей сидели за столом у капитана и рисовали новый год. Она вполне неплохо держала в руках карандаш и твердо выводила линии. Она точно занималась в какой-то ИЗО-студии, как детский психолог я могла определить это довольно точно. Еще она везде рисовала себя одну. Когда я ее спрашивала, а где же ее родные, она пожимала плечами и говорила, что уехали. Стало обидно за маленькую девочку, вдруг, волею судьбы, оказавшейся совсем одинокой в свои пять лет.

- Инга – к нам подошел Александр – я могу с вами поговорить? Лично?

Я кивнула и пообещав малышке, что скоро подойду отошла вслед за сержантом.

- Мы разослали ориентировки по всем отделениям, по всем каналам крутят ее фотографию, но… прошло больше трех часов и ей никто не заинтересовался, ее никто не ищет. Мы должны отправить ее в приют. Там она будет ждать до тех пор, пока ее не заберут.

Мы как раз отошли к подоконнику и Александр привычно поправил свои волосы, убирая их назад и полез в карман вытаскивая сигареты, потом, словно только вспомнил одернулся и убрал сигареты обратно.

- Нет. Так нельзя. Ее нельзя в детский дом. Она этого не перенесет.

- Я понимаю, но увы… это регламент. Мы не можем ее оставить здесь. К тому же, она говорила, что папа улетел в командировку на все праздники… в общем ей точно не стоит видеть того, что будет здесь происходить в новогоднюю ночь.

- А если я заберу ее к себе? – Я понимала, что надежда мизерная, но почему бы и нет.

- Прости, но нет.

- Я могу забрать ее как соц. Работник, ну или просто опека. У меня подходящее образование. Давай, оформляй меня как опекуна. – Эта мысль родилась не сразу. Честно говоря, я уже больше часу размышляла над этим, как бы предложить свою кандидатуру в качестве опекунши.

- Ты уверена?

- Более чем. – Он кивнул головой и пошел за бумагами. У самого выхода он остановился, на его лице снова сияла умопомрачительная улыбка – я не капли в тебе не сомневался.

- Меня мама не заберет, да? – Варечка подошла ко мне. – Она снова ушла, не попрощавшись.

Я опять присела на корточки, становясь одного роста с ребенком.

- Ну у тебя же есть папа, который безгранично сильно тебя любит. Я уверена, он скоро тебя найдет.

Ко мне домой мы попали около 9 часов вечера. Варя беспрерывно зевала, а ее желудок издавал настолько устрашающие звуки, что не знай я точно, что у нее был довольно сытный обед, то сейчас бы точно решила, что бедную деточку морят голодом. Да и в участке ее угощали разнообразными печеньями, сушками и вафлями. Сердобольная старушка, оказавшаяся лучшим патологоанатомом города, отдала свои домашние пирожки с картошкой и капустой.

Я проводила ее в детскую, в которой стояла удобная детская кроватка, комод, детский стол и стул, разнообразные игрушки и книжки. Маленький детский рай, который я создавала сама, покупая каждую вещичку лично. Мне уже было не больно, когда я открывала эту комнату, я больше не рыдала сидя на полу, но сейчас, когда я увидела Варечку в комнате, которую никогда не занимал не один ребенок, мое сердце против воли скрутилось в тугой ком. Дольше я здесь находиться не смогла, я направилась на кухню, чтобы приготовить ужин для нас, однако, открыв холодильник, я испытала чувство разочарования. Мне вполне хватило бы и легкого салатика из овощей, которые в обилии лежали на полках, или йогурт, который стоял в одиночестве, ну на крайний случай я бы могла сварить себе гречку, только никакого мяса у меня не было. Я поставила воду на плиту и дождавшись когда она закипит засыпала гречку. Варечка прибежала как раз к тому моменту, когда выкипела жидкость.

-Иди в ванну, мой руки, сейчас будем кушать.

Она кивнула головой и стрелой помчалась в ванну.

- Инга, там такие игрушки. Там есть настоящий мягкий медведь, и набор доктора, и куклы. Там так много кукол. Я бы познакомила их со своими. Представляешь, у меня дома есть даже кукла мальчик. – Она тараторила про игрушки, пока я перекладывала гречку в глубокую тарелку и заливала молоком. Она схватила ложку и причмокивая начала есть.

После ужина я настояла на посещении душа и пока она плескалась, быстро достала чистую постиранную детскую пижаму и понесла ее в ванну. Смеясь и делая шутливые прически, мы только через пол часа вылезли из ванны.

- Посиди со мной. – Я взяла какую-то книжку и начала ее читать, но малышка была в своих мыслях, потому, после того как я закончила, она спросила. – Они найдут меня?

- Конечно, солнышко. Засыпай. – я чмокнула ее в светлую макушку и вышла из комнаты не плотно прикрыв дверь.

После того, как я вышла из комнаты и, наконец, дошла до своей, я сползла по стене и глухо зарыдала.

Три года назад моя жизнь сильно отличалась от нынешней.

У меня был прекрасный муж, чудесная работа и мечта.

Забеременеть я пыталась на протяжении трех лет, но все не удачно. Поликистоз яичников. Вероятность на оплодотворение практически ничтожна. Меньше 5 процентов. Но мы с мужем не расстраивались и не теряли надежды. Но Бог так и не послал нам малыша. Я тогда работала в реабилитационном центре для детей - помогала восстанавливаться после травм, пока в один день, моя коллега, которая часто посещала спортивные школы, не попросила меня съездить с ней в детский дом в области. Один из ее учеников, переживший страшную травму, но сумевший восстановиться не только физически, но и эмоционально, вдруг оказался круглой сиротой, родители которого погибли в автокатастрофе. Ребенка необходимо вытаскивать из повторной депрессии, пока не случилось непоправимое.

Пока моя коллега общалась со своим подопечным, я прогуливалась по внутреннему двору, когда наткнулась на плачущую девочку. Ей было три года, у нее были темные волосы и удивительные зеленые глаза, насыщенного, практически изумрудного цвета. Она, так же как и подопечный моей коллеги, попала в приют из-за того, что смерть унесла жизни всей ее семьи. Пожар в частном доме. Я смотрела на нее и вся моя женская сущность кричала о необходимости обнять, приласкать, и никогда не отпускать это дитя, которое так доверительно смотрело в мои глаза.

Дома, до прихода мужа, я не могла найти себе места. Я ходила из комнаты в комнату, собираясь с мыслями, прокручивая в голове варианты разговора. Вернулся он поздно, но застав меня в настолько взвинченном состоянии сразу спросил, что же случилось.

- Я хочу усыновить ребенка. Девочку. Ее зовут Наташа и она удивительная.

Сначала Роман опешил, потом сел, притянул меня к себя и сказал:

- Хорошо.

На следующий же день мы приехали в детдом, чтобы Рома познакомился с девочкой, которую я уже мысленно называла дочерью. Они нашли общий язык сразу, и пока я улаживала вопросы с заведующей, они шумно смеялись на заднем дворе. Сбор документов: справки, штампы, бумажки… Мы потратили больше двух месяцев, пока нам не сказали: «Вы можете забрать девочку на совсем». Конечно, мы приезжали так часто, как могли, но эти заветные слова стали отправной точкой для нас. Мы приехали в приют поздно вечером, чтобы забрать малышку, но странно мнущаяся заведующая не захотела нас пускать и все говорила, что уже поздно, что не время, а я всем сердцем ощущала, что случилось непоправимое. Я ворвалась в дом, где было непривычно шумно, пробежала в комнату, не обращая внимания на детей, что выскочили на наш крик. Моей Наташи в комнате не было.

- Где? – Я подбежала к девочке, что спала на соседних кроватях. – Где моя дочь?

Девочка была явно старше Наташи, поэтому ответила сразу.

- В мед блоке.

Я, как тигрица, бросилась в мед блок, спасать своего ребенка, а заведующая все кричала, что нам туда нельзя.

Моя дочь лежала все в синяках. Изо рта и из носа, у нее текла кровь Я трясущейся рукой вызвала скорую. Спасти ее не успели. Заведующая спася авторитет своего заведения, пожертвовала ребенком. Моим ребенком. Старшие дети позавидовав, что ее забирают, решили отомстить, в той манере, которую они знают. Самому старшему из задир было 8 лет. Они били трехлетнего ребенка, в том числе и ногами, не думая не о чем, кроме своей мести.

Этого я простить не смогла. Все кары, на которые я была способна, обрушались на это проклятое место, а я навсегда закрыла свое сердце. До сегодняшнего дня, мне казалось, что я больше не смогу испытывать такой трепет к детям, пока не повстречала Варечку. Рома, как и я, не смог перенести потерю. Сначала мы просто отдалились друг от друга, пока в один прекрасный день, я вернулась домой, а он собирает вещи. Мы спокойно все обсудили и решили, что так и правда будет лучше для всех, если мы расстанемся. Детей у нас нет, делить нечего. Развились спокойно и без криков.

Взяв себя в руки, я пошла в душ, наскоро ополоснулась, натянула пижаму и легла спать.

Правда поспать долго мне не дали. Настойчивый звонок попеременно, то в дверь, то на телефон разбудили меня. Молниеносно решив, что открыть дверь сейчас важнее, чем отвечать на телефон, я направилась в коридор. Как не странно, но из детской раздавалось вполне спокойное посапывание. Даже не посмотрев в глазок я распахнула дверь, за которой стоял мужчина. Я требовательно уставилась на него, дожидаясь его объяснения, что он забыл в такое время у меня дома, хотя, честно говоря, я прекрасно понимала, что передо мной стоит никто иной, как отец Вари.

- Добрый вечер. В 156 отделении полиции мне сказали, что моя дочь у вас. Я хочу ее забрать. Я ее отец – Максим Морозов.

- Да, Варя у меня, но я боюсь, сейчас это не самая лучшая идея. Она спит. Вы можете сами посмотреть – и я чуть посторонилась, чтобы он прошел в дом.

Он вошел в квартиру, разулся и пошел за мной в детскую. Варя спала смешно оттопырив попку, крепко прижимая к себе плюшевого медведя. Максим присел перед ней на корточки и стал нежно водить по ее лицу пальцами что-то нашёптывая.

Он встал и вышел из комнаты, правда в дверях обернулся, смотря как я поправляю его дочери одеяло и нежно глажу по голове. После того как я вышла и прикрыла дверь я пригласила его на кухню, но заметив его взгляд на своем, не совсем одетом теле, спохватилась и быстро сбежала в комнату накинуть халат.

- Вы не празднуете новый год?

- Я не совсем поняла вопрос. Праздную.

- Ваша квартира. Здесь нет ни украшений, ни елки, ни мандаринов.

- Верно. – я поставила перед ним чашку и включила чайник. – А у вас? Неужели всюду украшения и мишура?

- Нет. Но я же должен был как-то начать разговор, прежде чем задать кучу вопросов, хотя мне в полиции более чем подробно все объяснили. Вы нашли мою дочку у елки, где она стояла и плакала, вы ее пожалели, накормили обедом и отвели в полицию, но когда пришло время расставаться, попросили стать опекуном для нее. Верно?

- Верно. – я разливала кипяток, в тот момент, когда у мужчины за столом очень громко заурчало в животе. – Я не смогла допустить, чтобы такого чудесного ребенка отправили в детдом. Они бы сломали вашу девочку.

- Извините – мужчина за моим столом смутился, от чего на его скулах загорелся румянец. Я чуть хмыкнула, вспомнив трели желудка его дочери, поэтому в который раз полезла в холодильник, дабы убедиться, что там ничего, ну кроме гречки, не прибавилось. – И спасибо.

- Извините, но вам, точно так же как и вашей дочери, я могу предложить только гречку с молоком.

Он кивнул.

- Буду благодарен. Я был на конференции в Лондоне, когда мне позвонила бабушка Вари, сказала, что ни она, ни ее мать домой не возвращались, а трубку она не берет. Я попросил помощников без перерыва звонить на номер бывшей супруги, но она не отвечала, а в конце у нее телефон видимо вообще разрядился. Потом со мной связалась служба безопасности, сказали, что по описанию девочка похожая на мою дочь найдена, но не мамой, а посторонним человеком. Я сорвался, ближайшим рейсом вылетел, три часа полета, час на загрузку… В общем только в ночи я прибыл. И да, за все это время я перекусил только в самолете какой-то бутерброд. – Я поставила перед ним тарелку с гречкой, теплое молоко, и сахар, предлагая ему самостоятельно объединить такие привычные продукты. – Спасибо вам большое.

- Не за что. Главное больше не теряйтесь.

- Обещаю. – Его взгляд потяжелел и он посмотрел в мои глаза, от чего мне показалось, что говорит он не только про ребенка. – Как мы поступим? Меня внизу ждет машина, я могу забрать Варю и отвезти ее домой или она спит здесь, а утром я ее забираю.

- Конечно утром. Мы же уже это решили. – Я налила себе зеленого чая с жасмином, предлагая мужчине. – Я думаю стоит дать ей со мной попрощаться, дабы не травмировать детскую психику предательством еще одного взрослого. Простите. – Я поняла, что сказала не совсем уместные вещи, что своим заявлением я могла обидеть и отца, но он только кивнул головой, соглашаясь с моими словами.

- Я не смогу оставить ее здесь одну. – он доел гречку и разочарованно посмотрел на пустое дно.

- Еще? – я встала забирая тарелку, но он отрицательно покачал головой – Конечно, я понимаю. У меня есть диван. Вы можете прилечь там. Правда он в проходной комнате, но не думаю, что вас это может сильно смутить.

- Конечно нет, Инга, можно я еще чуть-чуть воспользуюсь вашим гостеприимством?

- Конечно.

- Мне очень нужно в душ.

- Пойдемте я вас провожу.

Он облокотился на дверной косяк и устало потер лицо.

- Спасибо вам за все.

Я только кивнула в ответ.

Я показала, где лежат чистые полотенца, из закромов достала халат, который когда-то собиралась дарить Роману, но так и не успела, оказала где шампунь, гель для душа и т.д.

Пока мой гость принимал душ, я достала чистое белье и застелила диван. Когда я разогнулась, поправляя подушку, то взглядом встретилась с Максимом. Он был явно шире моего бывшего мужа, от чего халат, который по идеи должен доходить до икр и без проблем запахиваться, оставил ноги голыми до колен, а на груди и вовсе не сошелся. Я гулко сглотнула. Не сильно высокий, но я доставала ему только до переносицы, поэтому, где-то 180-185 см, широкоплечий, но не перекаченный, а красиво развитая мускулатура, темные волосы острижены аккуратным полубоксом, а лицо идеально выбрито. Нос с небольшой горбинкой, а вот губы идеальные… они, даже на вид были мягкими, к которым так и хочется прикоснуться. Широкая грудь, с небольшой волосяной порослью. Мне безумно захотелось снять с него халат, дабы рассмотреть его во всех подробностях и везде ли он так идеален. Но я отвела взгляд и направилась в свою комнату, по пути заглядывая в комнату к Варе.

Остаток ночи мне снился Максим. Мне снилось, как он покрывает мое тело поцелуями спускаясь к сосредоточению моего желания. Я чувствовала, как его губы накрыли горошинку клитора и я взорвалась от оргазма, а он поднял голову и лукаво улыбнулся.

В тот момент, когда в моем сне, он начал спускать боксеры, дабы обнажиться полностью, я уже горела от возбуждения и, кажется, застонала в голоса от разочарования, когда услышала посторонний шум в своей комнате.

Варя стояла около моей кровати в обнимку с медвежонком.

- Инга. А там папа спит. Я его будила-будила, но он никак не отреагировал.

- Сейчас мы его разбудим, только подожди меня за дверью, пока я оденусь.

Она кивнула и, судя по звукам, пошла будить папу самостоятельно.

Я снова накинула на себя халат и вышла в зал, где папа и дочка уже вовсю устроили возню.

- Завтракать? – я спросила у мужчины, который кивнул мне в знак приветствия.

- Да, будет здорово. Спасибо Ну все стрекоза, беги на кухню, сейчас завтракать будем, да домой собираться.

- Ага. – И она выскочила из комнаты.

- Доброе утро. Давно я так крепко не спал.

Он стоял. И у него стоял. Я с трудом отвела взгляд от боксеров, кстати, именно такие были в моем сне, со стоящим по стойке смирно мужским достоинством. Поняв куда направлен мой взгляд, он быстро накинул выданный вчера халат и улыбнулся. А я покраснела. И самое верное, что я смогла сделать в этой ситуации, это, конечно, позорно сбежать не глядя на, теперь уже точно, объект моих сексуальных фантазий.

Пока я мысленно выдавала себе волшебных пендюлей за то, что так стояла и пялилась на незнакомого мужчину, не до конца закрытая дверь в ванну отворилась полностью и вошел объект моих фантазий.

- Извините. Я не хотел вас смущать.

Максим стоял уже в темно-синих брюках и не до конца застегнутой рубашке. Я опустила глаза, оправдываться не хотелось, но сказать что-то нужно, не стоять же истуканом и дальше. Поэтому я не смогла придумать ничего лучше, чем чуть подвинуться и пустить мужчину к умывальнику, протянув новую зубную щетку.

- Спасибо.

Он взял щетку и быстро нанес на нее зубную пасту. Так мы и стояли, периодически улыбаясь друг другу в зеркале.

Быстрый завтрак из омлета и свежих овощей, крепкий кофе для Максима, какао для Варечки и зеленый чай для меня прошел в дружеской атмосфере. За столом мы с Максимом молчали, перекидываясь только взглядами, зато ребенка было не остановить. Она говорила, говорила, говорила, воспринимая вчерашнее происшествие как небольшое приключение, а вот меня она приняла, чуть ли не как лучшего друга. Зато по мере повествования, лицо Максима все больше каменело, а кулаки сжимались. Стало ясно, матери он это не простит.

- Варя, нам пора собираться, а ты все еще в пижамке. Иди переодевайся.

- Хорошо, а Инга поедет с нами? – Мы оба переглянулись.

- Нет, солнышко – я отрицательно покачала головой – Инга останется у себя дома. Зачем ей ехать с нами?

- А она с нам не останется? Мы ее с собой не заберем? – Максим глубоко вздохнул.

- Нет, малыш. Инга нам очень помогла, но мы больше не может злоупотреблять ее гостеприимством. К тому же она живая и мы не можем распоряжаться ее жизнью.

- Понятно – и она поплелась в комнату опустив носик.

- Разве я что-то не правильно сказал? – Он увидел мой осуждающий взгляд.

- Нет, все правильно, – теперь уже вздыхала я – но почему-то я ощущаю себя предателем.

Варя оделась за 10 минут. Она вышла полностью готовая. Осталось одеть только верхнюю одежду.

В коридоре, перед самым выходом, Максим протянул мне визитку.

- Если вам потребуется какая-либо помощь – звоните. Или просто так. Я безгранично сильно вам благодарен. Как я понимаю, вам деньги предлагать не стоит.

- Не стоит. – Я взяла визитку. «Генеральный директор холдинговой компании «Мороzи Ко» Морозов Максим Витальевич» - Ого. – Он лишь улыбнулся.

Я открыла дверь, за которой, неожиданно, оказался капитан Куциков.

- Александр?

- Добрый день, Инга.

- Ладно, мы пойдем, всего доброго, Инга. Спасибо за приют. – и Максим неожиданно склонился ко мне и поцеловал меня в щеку, от чего я смутилась.

- Всего доброго… - на автопилоте сказала я, глядя на мужчину. Потом отогнала от себя неподобающие видения и опустилась на корточки перед Варей. – Пока, солнышко. Береги себя. Была очень рада с тобой познакомиться. – Она неожиданно крепко меня обняла.

- Пока.

Они вышли, а мы остались вдвоем с капитаном.

- Снова добрый день. Я, если честно, не ожидал, что у вас гости.

- Да как то так получилось. Что-то случилось? – я чуть посторонилась, давая возможность войти в дом.

- Нет. Если честно, это не очень правильно, но я взял из документов ваш номер, но вы не ответили на мои сообщения, поэтому я решил испытать удачу и приехать к вам лично. Как на счет прогуляться?

Я на мгновение замерла, не до конца понимая о чем идет речь, а щеку жег поцелуй Максима. Я тряхнула головой, будто стараясь отогнать мысли, и когда молча стоять стало просто не прилично, кивнула головой в знак согласия.

- А вы знаете, Александр. Очень удачно, что вы зашли. Может вы мне сможете помочь?

Он улыбнулся своей неотразимой улыбкой, от чего по телу растеклось тепло.

- Конечно, только если мы перейдем на ты. Инга, я надеюсь ты поняла, что я пришел сюда, к тебе, не как страж порядка, а как мужчина, который очень бы хотел провести с тобой время.

- Да. – а сама чувствую, как лицо заливает румянец. Что не говори, но женщине всегда будет приятно, если ею интересуются такие мужчины, как капитан, или Максим – Ты можешь пройти на кухню, а я пока приведу себя в порядок и мы сможем пойти прогуляться, только если честно, мне нужна елка. И украшения. А то у меня ничего нет.

- Ты только недавно переехала? – Я уже скрылась в комнате, поэтому Александру приходилось повысить голос, чтобы я его услышала.

- Нет. Я здесь живу уже чуть больше трех лет. Мы с мужем, с бывшим мужем… в общем не важно, но обстоятельства сложились так, что я ни разу не отмечала здесь праздник.

Я быстро накинула на себя свитер и джинсы, подкрасила глаза и губы, брызнула капельку духов на запястья и ключицы. А свои волосы, которые после летнего солнцепека стали пшеничного цвета, я решила оставить распущенными. А когда взяла телефон, то увидела около 20 пропущенных и столько же сообщений. К капитану я выходила сортируя непринятые и читая сообщения. Один номер принадлежал Максиму, я сравнила номер с тем, что был на визитке, и зачем-то забила его в память телефона. Он звонил мне 13 раз и все разы в промежутке между 2мя и 3мя часами ночи. Еще три пропущенных от брата. Точно, он же хотел уточнить наши планы на новый год. Надо обязательно с ним связаться сегодня вечером, еще два от подруги. И два от неизвестного номера. В сообщениях все было проще. Брат ругался, что не беру трубку, правда, после часу ночи, он написал, что надеется, что я жива и занимаюсь бурным сексом, раз смею его игнорировать. Подруга просила перезвонить. Пара поздравлений с наступающим от коллег и старых знакомых и сообщения от Александра. Он писал, что хотел бы со мной встретиться в неформальной обстановке. Спрашивал как мы добрались. Ну и последнее сообщение, что если я не отвечу, то завтра утром он приедет проверить, как мы здесь, потому что очень переживает. Когда я вышла в прихожую, Александр улыбнулся, а вот взгляд его потяжелел, думаю, ему нравилось, что он видит перед собой. Он снова улыбнулся и помог одеть шубку.

Ну улице здорово похолодало за ночь. Люди уже не прогуливались как вчера неспешным шагом, а передвигались быстрыми перебежками от точки А до точки Б, стараясь как можно меньше времени проводить на улице.

Я добежала до первой палатки, которые сейчас, в преддверии праздника, стоят в изобилии по всему городу и пошла выбирать елку. Мой взгляд упал на самую дорогую, но в тоже время самую пушистую ель. Она была первой красавицей. Пока склочная баба торговалась с продавцом о ее стоимости, я подошла ко второму молодому человеку и попросила мне ее запакавать. Баба даже не сразу поняла, что перед ее носом утянули предмет спора. Нам в след еще долго сыпались проклятья, а мы смеясь потащили ее домой. Сначала я хотела помочь, поддерживая елку за макушку, но очень быстро поняла, что от меня больше вреда, чем пользы. Александр мужчина тактичный, но когда я все таки отцепилась, удовлетворенно вздохнул.

Домой, на мой 7 этаж ее пришлось тащить пешком, потому что лесная красавица не помещалась в лифт. Но Александр и взглядом не показал, что не доволен таким поворотом вещей.

Вообще, он начинал мне нравится с каждой минутой все больше и больше. Я после развода даже не думала о других мужчинах и целых три года хранила целибат, а теперь у меня со всех сторон такое искушение, которое я не испытывала за все свои 32 года. Что Максим, что Александр – оба были мужчинами девичьих грез. Особенно сейчас, когда мы наконец донесли елку домой, а Александр никак не высказал своего недовольства. Квартира сразу наполнилась запахом хвои, от чего появилось детское ощущение праздника.

Александр уселся на танкетку в коридоре, облокотив ель на противоположную стену, пальцами показывая, что через пять минут он будет готов. Наверное предпраздничное настроение, а может потому что мне нравился мужчина, я подошла к нему, чуть нагнулась, оказываясь на уровне его лица и поцеловала в губы. Он лениво открыл глаза, правда теперь у него появилась лукавая улыбка.

- Если это спасибо, то я ничего не распробовал. – И он подтянул меня к себе поближе, а так как я стояла не очень удобно, то упереться мне пришлось в его колени.

- Это был аванс. Этого пушистого монстра, надо еще установить…

-  Аванс… - а в голосе столько предвкушения, будто я пообещала ему не только поцелуй, а что-то намного… намного интереснее. – Ну что, монстр – теперь он обращался к елке – пошли устанавливаться, а то мне за тебя аванс выдали, а хотелось бы получить оплату полностью. – И он задорно подмигнул мне, от чего мои коленки задрожали в предвкушении.

Он разулся, снял куртку, оставаясь в свитере, потом недолго подумал и снял и его, оставаясь в футболке с забавным принтом. Пока он снимал свитер, я готова была его изнасиловать. Хорошо развитая мускулатура и кубики пресса, которые показались, когда футболка задралась вслед за кофтой. И дорожка темных волос, что тянулась от пупка вниз, за широкий ремень джинсов.

Он поймал мой взгляд, оправил футболку, но его жесты говорили о том, что ему явно хотелось бы сейчас точно не возиться с этим монстром, а, к примеру, прислонить меня к стене и долго-долго целовать.

- Где ведро, с песком – и так чтобы я не услышала – и ледяной водой.

- Так у меня еще советские распорки для елки. В них будет удобнее. – и подошла к нему близко-близко, чуть задирая голову.

Он сглотнул, но ничего предпринимать не стал. Поцеловал в нос, а я от неожиданности пошатнулась, но он ловко ухватил меня за талию.

- Показывай, где твои распорки. –При этом продолжая сжимать мою талию.

- Проходи в комнату. – я вывернулась из объятий и направилась в сторону балкона. – И монстра не забудь.

Устанавливал он ее довольно долго, все мучился с нижними ветками, которые каждый раз так и норовили хлестануть по лицу. Когда она уверено стояла, он позвал меня к себе, посмотреть надежность установки. Я все это время сидела на диване, на котором до этого спал Максим.

- Иди сюда. – И я подошла, правда меня коварно подмяли под себя распластав по мягкому ковру. – Теперь я требую полноценную оплату. Этот монстр чуть не победил, но я оказался сильнее, поэтому, как герой твоей квартиры, требую повышенной оплаты и, можно, медаль за смелость. И за терпение. – И он поцеловал меня, но не так как мне хотелось. Это был неторопливый поцелуй, изучающий. Сначала он неспешно исследовал мои губы своими, потом к губам добавился язык, почти лениво лаская сначала мои губы, а потом также лениво и мой рот. Однако эти поцелуи распыляли не хуже чем самые искусные ласки, что я сама и не заметила как возбуждение стало затмевать разум и вот уже мои руки бесцеремонно исследуют его тело, забираясь под футболку и под ремень штанов. Его руки оказались у меня на груди и сразу двумя пальцами сжали горошину соска, от чего я невольно застонала ему в рот. Он отпустил сосок и залез под кофту отодвигая тонкую ткань кружевного лифчика. – А если так? – и он погладил большим пальцем сосок, а потом сжал грудь, зажимая сосок между средним и безымянным пальцем, от чего меня подбросило вверх, а ноги разъехались в разные стороны давая возможность мужчине устроиться с удобством, и он несильно толкнулся бедрами, от чего я снова застонала, желая оказаться ближе.

Поцелуй уже перестал быть изучающим, но продолжал быть неторопливым, никак не выдавая сексуального напряжения между нами. Я стянула с него футболку и наконец провела руками по мышцам. Невольно в голове возник другой образ, заставляя сравнивать с Максом, обращая внимание на то, что Алекс явно был шире в плечах Максима, правда роста они были одного, да и тело у него явно было рельефнее, но перед глазами снова встал Макс в одних боксерах, от чего возбуждение накрыло еще сильнее. Я вздрогнула от своих мыслей, а Александр все воспринял на свой счет. Он отстранился от меня глядя в глаза.

- Если честно, то я не собирался набрасываться на тебя. Сегодня по крайней мере. Но ты просто потрясающая. Господи, как от тебя вкусно пахнет, - и он наклонился к моим ключицам нежно водя носом по ней, покрывая поцелуями, потом повел носом по шее, и чуть прикусил кожу за ухом. – Прошу тебя, останови меня, а то я сойду с ума.

- Сходи. – и чуть поддала вверх бедрами. Но снова он делал все не торопясь, давая мне возможность, если уж не отказаться, то сделать так, как хочется этого мне. Я наслаждалась его поцелуями, его ласками. Я сама стянула с него штаны, оставляя его в одних трусах. А вот он не торопился меня раздевать, лаская под одеждой. В ней мне стало душно и не комфортно. Я заерзала стараясь показать свое недовольство. Он так же неторопливо снял с меня кофту, лаская грудь сквозь сдерживающее их кружево, не спеша перешел к животику, проводя языком вокруг пупка, лаская ребра руками. Джинсы он расстегивал слишком медлительно. Я вскинула бедра помогая ему стянуть их как можно быстрее. Но он так же неспешно прошелся губами по треугольнику белья и переключился на бедра. Он выцеловывал внутреннюю часть бедер, переходя к коленям, целуя под коленками, каждый миллиметр освободившегося от сковывающей одежды тела.

Я лежала на ковре полностью открытая для этого мужчины, если не считать кружева на груди и в самом сокровенном. Я села перед ним, обнимая за плечи, привлекая к себе. Он стянул с меня трусики оставив лиф на груди, а я самостоятельно потянулась к его трусам.

- Ты уверена? – спросил он, но вперекор своим словам он медленно толкнулся в меня тягуче растягивая, что доставляло еще больше удовольствия. Я смогла только простонать: «Да».

Он двигался неспешно, аккуратно, боясь сделать больно, но при этом проходясь по всем особенно чувственным точкам внутри меня. Потом он перевернулся, давая мне возможность руководить. Я так привыкла к его ритму, что стала сама неспешно насаживаться на него, и только чувствуя скорый финал для себя, я стала инстинктивно двигаться быстрее, а Александр с силой сжал мои бедра начиная двигаться вместе со мной. Меня накрыл оргазм, такой же тягучий и медлительный как и наш секс, но от того не менее ошеломительный. Я упала на грудь своего любовника, чувствуя как он догоняет меня резкими толчками вбиваясь в мое тело.

Я медленно приходила в себя, чувствуя как он водит пальцами по моей спине, а его ослабевшее достоинство выходит из меня.

- Ты как?

Менять положение тела совсем не хотелось, но я перекатилась на бок.

- Хорошо. А ты?

- Прекрасно. Только я потерял совсем с тобой голову. Я забыл про защиту. Но на счет меня ты можешь не волноваться. Я каждые пол года прохожу проверку и абсолютно чист. Ну а на счет остальных последствий незащищенного секса…

- А об этом можешь не волноваться ты. Я не могу иметь детей. – этот разговор чуть подпортил романтический флер. Я встала и собиралась пойти в душ, когда меня поймали за лодыжку и стали покрывать поцелуями, успешно разогнав всех тараканов в голове.

В душ мы направились вместе. Было приятно лежать в ванной, чувствуя мужчину. Он массировал мои плечи и руки, проходился по груди, ласкал губами шею.

Выбрались мы только через пол часа счастливые и полностью удовлетворенные.

- Ну вот, - он с небольшой обидой уставился в окно, где уже начинало темнеть. – Я хотел с тобой прогуляться, пообедать и с надеждой на следующее свидание заглядывать в глаза, а ты… так бесцеремонно меня изнасиловала, что я удручен. – Он притянул меня к себе поближе. - Пошли погуляем, хотя, я не скрою, что с удовольствием проведу остаток вечера под твоей елкой. – А потом он задорно рассмеялся – Как странно, мы переспали, а я до сих пор видел только твой зал. А как же святая святых, где стоит большая кровать? Пустишь?

Я рассмеялась в ответ.

- Посмотрим на то, как ты будешь себя вести.

Мы не спешно собрались, ловя взгляды друг друга и, как бы, случайные прикосновения.

На улице основательно похолодало. Столбик термометра упорно показывал -25. Мы выскочили на улицу и нырнули в ледяной автомобиль, но не служебный Форд, а гражданский Митсубиши. Посмотрев расписание сеансов фильмов, было решено сходить на новогоднюю комедию, но добраться вовремя на сеанс мы так и не успели. Город встал. Люди глохли от мороза прям посередине улицы, перекрывая движение. Да и лед на дорогах не способствовал ускорению процесса.

- Ну что делать будем? – Он достал сигарету и прикурил. – На фильм мы все равно опоздали. Можно посмотреть, что если еще, на что мы еще успеваем сходить.

Однако в кинотеатре, что располагался в большом торговом центре, нас ждал неприятный сюрприз. Ближайший сеанс только через 2 часа, а бессмысленно шататься это время, не у меня, не у Александра небыло никакого желания.

- Я так и не купила новогодних мелочей, типа игрушек и гирлянд.

- Тогда пошли. – Он взял меня за руку, переплетая наши пальцы и мы шагнули в царство предновогоднего ажиотажа.

Магазины были переполнены. Люди сходили с ума скупая подарки своим близким. Я на миг задумалась, а нужно ли мне теперь дарить подарок мужчине, что шел рядом. Я решила, что куплю ничего не значащую мелочь и если будет возможность, то я подарю, если нет, то придумаю кому передарить. Кивнув своим мыслям я погрузилась в выбор украшений.

Мишура всевозможных цветов, гирлянды, шары… Все это летело в мою корзинку, а потом я увидела его. Маленького ангелочка, с невесомыми крылышками. Он мне так напомнил Варечку, что я не секунды не раздумывая схватила и его.

После похода по магазинам, мы сидели с тремя огромными баулами в кафе и пили кофе.

- Я вот думаю, как мне тебя называть. Александр, Алекс или Саша? – Он в это время жевал какой то бургер, удивленно посмотрел на меня.

- Ну смотри, Александр – это слишком официально; Саша – так меня мама в детстве называла и я, если честно, до сих пор терпеть не могу такое обращение; а Алекс – так меня называют друзья и близкие, кроме мамы. Я думаю, что тебе я смогу простить и Сашу, но все таки, наверное лучше будет если ты будешь звать меня Алекс. – он отложил свою еду и взял мою руку. – Я понимаю, что сейчас все произошло слишком быстро, но я уже не мальчишка, я хочу серьезных отношений. Мне, кстати, 35 лет, если тебе это интересно. Я был женат, правда женился я в 23, а развелся в 25, но это не важно. Я бы очень хотел, чтобы у нас что-то получилось.

Я лукаво улыбнулась.

- А про меня ты спросить ничего не хочешь?

Он замялся и отвел глаза:

- Конечно хочу.

Я засмеялась.

- То есть, в принципе ты все и так уже знаешь.

- Ну так то сводки. Я хочу, чтобы и сама что-то мне про себя рассказала.

- Хорошо. До этого, я надеюсь, мы дойдем.

И он снова вгрызся в бургер. Я вспомнила, что у меня так и остался пустой холодильник, и, если мы поедем ко мне, то есть нам будет нечего. Я только хотела предложить заскочить в магазин, как его мобильный завибрировал.

- Прости. – Он вытер руки и губы об салфетку – С работы. Алло. Да. Нет, у меня выходной. Серьезно – он даже привстал со стула, правда потом сел обратно, а в глазах и него засветился непонятный уголек – Я понял. Адрес смской скинь, конечно буду. Давай. – Он отключился. И смотрел на меня долгим взглядом, но как я понимаю, в голове у него была точно не я. – Прости. Я так не хочу этого делать, но мне придется тебя оставить здесь. Давай я вызову тебе такси, чтобы ты могла добраться до дома. Это по работе, очень важно. Правда. Прости.

- Инга. – я отвела взгляд от оправдывающегося мужчины. Ко мне со всех ног бежала Варечка. Улыбка сама расцвела на моем лице.

- Езжай. Я все понимаю. Я когда закончу, сама вызову машину. – Он кивнул.

- Спасибо. Я завтра позвоню. – Он заплатил по счету, и стал одеваться. В это время до нас как раз дошел отец Вари, которая уже сидела у меня на коленях, рассказывая как она провела день. – До завтра. – Он чмокнул меня в губы и убежал, обменявшись с Максимом рукопожатием и непонятными взглядами.

А я уже была увлечена Варей.

- Можно? – Максим отодвинул стул, на котором только что сидел Александр, и взглядом попросил официантку убрать со стола. Она шустро убрала остатки нашего ужина. – Кофе, а вы Инга, что-нибудь хотите?

- Нет, спасибо. Я уже заканчивала трапезу, когда вы подошли.

- А я хочу какао! Как Инга делает. – заявила эта маленькая принцесса и все трое уставились на меня.

- Это какое? – Я повернулась к девочке.

- Ну как ты утром делала, когда вы с папой из ванной вышли – официантка оценивающе посмотрела на меня, потом на Максима, а потом в направлении, котором только что ушел Алекс. Я спрятала лицо в руках и рассмеялась, Максим только улыбнулся, а официантка ничего не поняла.

- Просто какао. Несквик с молоком.

Официантка кивнула и удалилась прочь.

- Забавная ситуация. Это ваш молодой человек – без перехода спросил Максим.

- Этот дядя вчера возил меня на полицейской машине. – малышка сдала меня с потрохами.

- Так вы вчера только познакомились, а сегодня он ведет вас в кафе и целует? – видимо Максим решил окончательно добить мое душевное состояние.

- Ведь вы тоже поцеловали меня перед уходом.

Он кивнул головой.

- Верно. – и ушел в себя.

- А что вы тут делаете? – Я решила наконец соблюсти формальности.

- А мы выбираем мне платье. Завтра у папы на работе праздник, а у меня нету платья. Я должна быть снежинкой.

Мужчина посмотрел на гору пакетов рядом со столом и удрученно вздохнул.

- А мы так и не нашли платья. Вот скажите, Инга, вас с детства учат этим фразам: «Мне нечего одеть», «Оно меня полнит», «Оно мне не нравится»… Ей всего 5! А мы ходим по магазинам больше часу! Я думал в ее возрасте дети не способны столько времени провести в магазинах! – он устало откинулся на спинку кресла.

- А как вы раньше покупали одежду?

- Няня. С ней ходила няня или они заказывали через интернет. Но после вчерашнего происшествия… Если честно оставлять ее с кем-то, в том числе и с няней, которую мы знаем все пять лет страшно.

- Понимаю. Ну вы можете посидеть здесь, а я похожу с ней. – Его глаза загорелись, но он отрицательно покачал головой. – Нет, спасибо, но я думаю, что мы справимся сами. Не охота на вас скидывать еще и это.

- Давайте так. Вы сейчас отнесете эти пакеты в машину, ведь вы на машине – Максим кивнул – а дальше, вы просто будете следовать за нами, пока мы подбираем идеальное платье. Сейчас мы допиваем – я кивнула на их полупустые стаканы – и в путь.

Максим забрал и мои пакеты, и мы пошли. «Детский мир», «Акула», «1000 и одна туфелька». Мы с малышкой искренне наслаждались походом. Я тоже, до сегодняшнего дня, думала, что дети ненавидят магазины, но Варя разрушала стереотипы раз за разом.

Правда через пол часа она заметно выдохлась, но платье мечты мы подобрали еще в первом магазине.

- Черт.

- Все в порядке? – Максим отвлекся от аквариума, в который смотрел последние 5 минут, пока мы с Варей сидели вытянув ноги.

- Нет. Такси не заказать. Все машины заняты. Город стоит. Не представляю как добраться до дома. – Я начала крутить телефон, как я часто делаю, когда начинаю нервничать.

- Мы вас довезем. Не волнуйтесь. – и он взял мою руку, от чего мое тело прошибло током.

- Это точно удобно?

- Да, не волнуйтесь.

В машину мы загрузились быстро. Как выяснилось, за рулем сидел не Максим, а его водитель, по этому, мне досталось место рядом с бустером, а Макс сел спереди.

До моего дома мы доехали довольно быстро. Стрелки часов показывали только начало 8. Максим вышел вместе со мной, помогая забрать пакеты из багажника.

- Помочь вам донести?

- Не стоит. Я думаю, что сама прекрасно справлюсь. Это все мелочи к новому году, они не тяжелый, но очень объемные.

- Пока, солнце. – Я подошла к Вареной двери. – С наступающим новым годом. – Она в это время ловко отцепила ремень и выпрыгнула из машины на улицу. Я непонимающе уставилась на нее.

- Я хочу показать тебе то, что мы купили без тебя – и бодрой походкой направилась к моему подъезду.

Ее папа только хмыкнул, подхватил мои пакеты и достал из багажника Варены.

- Ты можешь быть свободен. Я позвоню, как нас надо будет забрать. – Мужчина с переднего сиденья кивнул и быстро уехал. – Надеюсь вы не против.

Честно говоря, я была против. Потому что я устала, потому что у меня в холодильнике все также пусто, потому что хотелось украсить квартиру к празднику, потому что рядом с этим мужчиной я начинаю сходить с ума, забывая обо всем на свете, но я только кивнула головой, в знак согласия.

Дома Варя уже самостоятельно разделась, помыла в ванной руки и пулей побежала в комнату.

Я же прошла на кухню и поняла, что за этот мучительно долгий день я безумно устала. Я стояла рядом с шкафом, который я гордо именовала бар, потому что именно там я храню все бутылки, что дарят мне благодарные посетители или после путешествий и обязательного посещения Дьюти Фри.

- Хорошая коллекция. – Максим подошел неслышно и встал прям за моей спиной так близко, что я ощущала жар его тела даже через несколько слоев одежды. – Рекомендую вот этот коньяк. Пусть он не самый дорогой из представленного на выбор разнообразия, зато один из самых лучших, что я пробовал. – И он потянулся к бутылке, задевая меня, от чего мое тело снова пронзило электрическим разрядом.

- Спасибо. – Я достала коньячные бокал, взглядом спрашивая у мужчины, составит ли он мне компанию. Он только кивнул головой.

Мы сидели на кухне и смотрели на дефиле. Я подготовила немного закусок из того, что нашла в холодильнике. В ход пошли огурчики, помидорчики, перчик, не смешивая, но красиво выложено на тарелке, небольшие бутербродики из красной рыбки, что непонятно как завалялась у меня в холодильнике, а потом я вспомнила, что пару дней назад заезжал брат, большой любитель морепродуктов и как раз к его приезду она была куплена. Варя одевала все новые и новые наряды, выходила к нам и демонстрировала во всей красе.

- Мда. Модница. Боюсь, что она меня разорит, когда станет постарше. – Макс отпил еще коньяка покатав его по языку и сглотнул, наслаждаясь вкусом. – Чудесный напиток.

Мне крепкий алкоголь обжигал горло, поэтому я привыкла его пить залпом, а уже потом наслаждаться послевкусием.

- Где ее мама? Вы ее нашли? – алкоголь сделал свое дело, стирая границы, и я задала вопрос, который интересовал меня весь сегодняшний день.

- Нет. И я думаю, ей же будет лучше, если я ее не найду. – Он снова отпил коньяка.

- Варя говорила, что они почти не общаются, почему?

Максим хмыкнул, отпил еще, но ответил:

- Первый раз она ушла оставив ребенка, когда Варе небыло и месяца. Я тогда только начинал развиваться и я часто не бывал дома. То командировки, то совещания… а она не выдержала, написала записку, что устала и в ночи, пока я отсыпался, сбежала. Утром я был в шоке, но делать нечего, ребенка в зубы и на работу. Так продолжалось почти месяц. За это время я сменил трех секретарш, потому что никто не хотел, чтобы помимо прочего, приходилось заниматься еще и ребенком. Денег было в обрез, но я нашел няню, которая полностью подходила нам. Нанял ее. Она до сих пор живет с нами и заботится о Варе воспринимая ее как родную. Потом Моя жена снова объявилась, хотя, не буду скрывать, я уже про нее забыл. Она пришла со справкой, что проходила курс лечения от послеродовой депрессии. Я поверил. Снова впустил ее в жизнь дочери. Все было идеально, она прожила с нами пол года. Я был счастлив. При мне она играла с дочерью, занималась с ней, но как выяснилось, все это только при мне. На самом деле, большую часть времени она уходила из дома. По магазинам, салонам, и тд. А я наивный верил, что она вернулась к дочери. – Он горестно вздохнул и прикончил свой бокал коньяка, наливая новый – Но нет. Ей нужны были деньги. В этот раз она ушла со скандалом, что мне дочь дороже чем она. Я подал на развод, оставив ей квартиру, но забрав все остальное. Там она и поселилась. В три года она изъявила снова желание общаться с дочерью. Там появилась ее мама на горизонте, которая тоже была не прочь познакомиться с внучкой. Сначала наши встречи проходили только под моим строгим наблюдением, потом с ними оставалась только няня, но и она отметила, что ее отношение к дочке сильно изменилось, поэтому я не увидел ничего предосудительного, если я оставлю с ней Варю на новый год, к тому же она так просила. И вот чем все это закончилось. – Он снова отпил и посмотрел на меня. – Теперь ты мне ответь, раз уж у нас вечер откровений. Детская комната, но нет ребенка. След от кольца есть, а мужа нет. Не вдова, ребенка никогда небыло - я это точно знаю.

- С мужем все просто, развелись три года назад, но кольцо сняла только недавно. Сняла почистить, но поняла, что не хочу больше его носить. – теперь был мой черед отпивать – С ребенком все сложнее. Я детей иметь не могу, поэтому с мужем решили удочерить. Стечение обстоятельств – я почувствовала, как слезы подступили к глазам – и девочка умерла до того, как мы пришли ее забрать, так что да, официально у меня детей нет. – Я вытерла руками слезы, проморгалась и посмотрела на Максима. – До того как встретить Варечку, я озлобилась на детей. Думала никогда не смогу смотреть на чужих, до тех пор, пока не увидела ее. Не знаю как я смогу ее отпустить. Кстати, что-то долго она в этот раз переодевается.

- Пошли посмотрим. – Мы встали и дружной гурьбой отправились в детскую. Варя спала. Она лежала в трусиках и маечке посреди разбросанных на кровати вещей. Пока я собирала вещи в один пакет, Максим удобнее ее переложил, накрывая одеялом.

В зале он чуть притормозил.

- Ты купила елку?

Я повернулась к нему.

- Да, ведь я тоже хочу праздника.

Он смотрел на меня, а я на него, чувствуя как вокруг нас начинает электризоваться воздух. Я даже начала чувствовать эту силу притяжения, которая толкала меня в объятия к этому мужчине. Последний и единственной разделяющий нас шаг мы сделали одновременно. Он начал целовать мои губы с таким остервенением, сразу проникая языком, а я дрожала от возбуждения в его объятиях. Он толкнул меня к стене, придавливая своим телом и просовывая ногу между моими ногами, раздвигая их. В меня сразу уперлось его внушительное достоинство, что я невольно застонала. Он рывком стянул с меня кофту с жадностью рассматривая новое кружевное белье. Он стал целовать мою шею, мои ключицы, отодвинул бюстгальтер и втянул в рот сосок, от чего я вскрикнула. Он оставлял засосы, словно помечая, но мне было наплевать. Хотелось, чтобы это сладкая пытка поскорее прекратилась и мы наконец перешли к главному. Хотелось как можно скорее почувствовать его внутри себя.

Я не на секунду не задумалась, о том, что это в принципе не правильно, что не прошло и 12 часов, как я была с другим мужчиной, а я уже мечтаю, чтобы там же оказался другой. Сейчас для меня было жизненно важно, чтобы именно этот мужчина оказался в моей постели и именно сейчас.

Не до конца понимая, что же я делаю, я силой поменяла нас местами, теперь прислонив Максима к стене. Я быстро взялась за его ремень – расстегивая и опустилась на колени, стягивая с него штаны вместе с трусами.

- Что ты делае… - но вопрос он не успел до конца озвучить, потому что я уже взяла его член в рот проводя рукой от основания вверх, вслед за движением губ. Он застонал, и скорее инстинктивно, чем намерено, схватил меня за голову и несильно толкнулся. Я не пыталась делать это правильно, Я просто посасывала, облизывала и целовала его член, и его стоны стали лучшей наградой. Минет, до этого, я делала пару раз. Мы с мужем были довольно консервативны в вопросах секса. У нас было около 5-6 любимых поз, которые мы постоянно использовали, как-то не задумываясь об экспериментах, поэтому сейчас, видя как наслаждается мужчина от такой незамысловатой ласки, стало непонятно, а почему я раньше так не делала. В это время Максим дернул меня наверх, жадно целуя в губы, и потащил к дивану. Однако он запнулся об ковер, и повалился на него, утягивая меня за собой. Видимо он решил, что и эта поверхность достаточно горизонтальная, он сдернул с меня джинсы вместе с трусиками сразу накрывая своими губами эпицентр моего желания. И как во сне, я практически сразу взорвалась от оргазма. Он сначала не особо понял, что произошло, но когда меня перестало трясти, он лукаво улыбнулся и начал подниматься ко мне.

- Тебе так мало надо… Но ты не расслабляйся, я еще не до конца насытился тобой. А так как ты начала… мы с тобой обязательно продолжим, но позже. Сейчас я так хочу оказаться внутри.

- Да заткнись ты уже – и я ногами ударила по крестцу. Он засмеялся и резко вошел в меня.

Это было ошеломительно. Я задохнулась от ощущений, теряясь в них без оглядки. Он двигался быстро, резко, входя до основания. По комнате разлетались только пошлые звуки ударов тела о тело и мои стоны, тогда он наклонился ко мне и прошептал в самое ухо:

- Безумно возбуждает как ты стонешь, но хочу напомнить, если ты будешь слишком громкой, проснется ребенок и нам придётся ей объяснять, что здесь происходит. – Он резко вышел из меня, я уже хотела разочарованно застонать, как он одной рукой перевернул меня на живот, просовывая под меня руку, поднимая мою попу, и снова резким толчком вошел в меня. Я застонала еще громче, потому что его член упирался именно туда, куда мне хотелось – Я же сказал, веди себя тише – и шлепнул меня по попе, от чего хотелось застонать еще сильнее. Я почувствовала приближающийся оргазм, тогда Максим сдавил мои бедра еще сильней и я взорвалась, чувствуя как мужчина кончает вместе со мной.

- Это было ошеломительно. – Он слез с меня, а я все также лежала на животе, приходя в себя. – Иди сюда. – Он подтянул меня к себе на грудь, где я с комфортом устроилась. Я обвела комнату взглядом. Вещи разбросаны, ковер смят, а я снова лежу после оргазма под елкой. Я нервно хихикнула, потом еще раз, пока это не переросло в полноценную истерику. Отсмеявшись я наконец посмотрела на мужчину рядом со мной. – Все в порядке? – Я снова только кивнула, поднимаясь.

- Да, пошли в душ.

- С тобой точно все в порядке? – Он обнял меня со спины, а я с наслаждением прислонилась к нему.

- Да. Просто для меня… это… как бы не типично. Я редко отдаюсь незнакомым мужчинам под елкой у себя дома. Честно говоря, до этого дня, у меня последний раз был еще с бывшим мужем, три года назад… Так что я вполне могу позволить себе небольшую истерику.

Я отошла от него, собирая разбросанную по полу одежду и направилась в душ.

- Приглашение с тобой все еще действует?

- Конечно.

Ложились спать глубоко за полночь. Мы еще долго сидели на кухне, общаясь по душам и наслаждаясь вкусом потрясающего напитка.

- Мне спать ложиться на диване или позовешь к себе?

- Пойдем со мной. Давно не засыпала с кем то в обнимку.

Мы нежно целовались в кровати. Теперь он действовал не так напористо изучая мое тело, которое с радостью отзывалось на его прикосновения.

- Ты действуешь на меня, как на подростка. Я все время хочу тебя. - Входил он неспешно, растягивая удовольствие, а я наслаждалась его неторопливыми ласками. Правда через минут 10 таких неспешных движений, он сорвался и снова стал вколачиваться в мое тело, а я с удовольствием подмахивала ему. Он снова повернул меня на живот, правда в этот раз я уже с удовольствием сама встала на четвереньки. – Господи, спасибо! Какой вид. - Вошел он снова одним резким толчком, заполняя меня до упора. Кончали мы снова одновременно.

- Мне лень пошевелиться. Я уже слишком стара для того, чтобы всю ночь без перерыва заниматься сексом. – я потерлась щекой о широкую мускулистую грудь.

- А я не против продолжить. – Он взял мою руку и положил на снова твердеющее достоинство. – Мне тебя мало. – и он прикусил мое ушко.

- Хватит. – я заерзала, стараясь отодвинуться от возбужденного мужчины. – Я не вынесу еще одного раунда. – хотя сама в противовес своим словам чувствовала как соски твердеют, а низ живота наполняется тянущим чувством возбуждения.

А после… заснула я до безобразия быстро. Физические нагрузки, вкупе с эмоциональными потрясением (а как это назвать, если не эмоциональное потрясение) вымотали меня досуха.

Утром я проснулась от того, что мне стало ужасно жарко. Максим притянул меня к себе, закидывая на меня руку и ногу. Пока я старалась пошевелиться, из зала раздались несмелые шаги и тихое: «папа».

Я толкнула Максима. Он открыл глаза и непонимающе уставился на меня.

- Прячься скорее за кровать. Сейчас сюда малышка придет. Ей не стоит видеть нас в таком виде вместе. – Он какое-то время пытался понять что я хочу, а потом услышал детские приближающиеся шаги и быстро скатился за кровать.

- Инга. – Малышка стояла в проходе, с глазами на мокром месте. – А где папа? Он тоже бросил меня? – я услышала как за кроватью завозился предмет нашего осуждения, уже собираясь вылезать. – Не думаю. – я не громко хлопнула по кровати с той стороны, где он до этого спал. – Мне кажется, он пошел в туалет. Давай я сейчас оденусь и мы вместе пойдем его искать. – Она кивнула и вышла из комнаты, а я прям на голое тело натянула шелковый халатик. – Мы на кухню, а ты подходи где-то через пол минуты. – Он кивнул, растирая заспанное лицо.

Малышка сидела на кухне и беззвучно плакала. Я сразу опустилась перед ней на коленки, притягивая к себе.

- Почему папа ушел? Он решил, что мама права и я плохая дочь. – От ее слов мне стало плохо. Я прижимала ее к себе, шепча, что она самая лучшая, самая хорошая лучшая, самая потрясающая. Через пол минуты подошел Максим садясь рядом со мной на корточки.

- Я был в туалете. Я тебя никогда не оставлю. – Она еще раз всхлипнула, прижимаясь к отцу.

- Правда-правда? Ты всегда будешь рядом?

- Я же твой папа, я никогда не оставлю тебя. А сейчас я хочу почистить зубы. Ты посидишь здесь? Или пойдешь посмотришь мультики?

- Посмотрю мультики. – Мы включили ей телевизор, что располагался в зале, а сами направились умываться.

В ванной Максим без лишних разговоров задрал мой халат, приспуская свои трусы.

- Я хочу тебя. – он обнял меня сзади, спуская свою руку к месту моего сексуального напряжения, накрывая его средним пальцем начиная неспешно двигать рукой. – Нет, не хочу так. – Он повернул меня к себе, поднимая мою ногу на бортик ванной, а сам опустился на колени. Он накрыл мой клитор своими губами. Ласка перестала быть просто возбуждающей, переходя в настоящее безумие. Я стонала, ругалась, кричала, хватая его за волосы стараясь одновременно и притянуть его ближе, и отпихнуть от себя. Кончала я с криком. Он подхватил меня на руки не давая ослабевшей ноге подвернуться. – Ты прекрасна.

- Теперь моя очередь доставлять тебе удовольствие. - Я взялась за его трусы, собираясь также как и он доставить оральное удовольствие, однако, он поставил меня на ноги чуть выгибая в пояснице и вошел в меня. Двигался он быстро сжимая мои бедра до синяков. Закончили мы одновременно. Я завалилась на него. Он поднял меня на руки и поставил в ванну включая теплую воду. Нежные прикосновения мочалки к моему телу успокаивали, после такого ошеломительного утра. С этим мужчиной я сходила с ума. Я капнула мыла себе на руки размазывая пену по его телу. Так мы простояли минут 10. Он нежно целовал меня в шею, собирая капельки влаги, проводил языком по жилке, бьющейся под кожей, а на меня накатывала такая нежность к этому мужчине. Он вытирал меня пушистым полотенцем так, будто я была самым большим сокровищем.

Потом мы неспешно, переглядываясь в зеркале, чистили зубы.

Варя сидела в зале на диване и смотрела мультки, подпевая незамысловатым песенкам.

Для меня это было маленькое счастье. Я отогнала от себя сентиментальные мысли и пошла на кухню готовить завтрак из того, что осталось от нашего вчерашнего пиршества.

Я готовила завтрак, попутно обсуждая с братом планы на новый год. Он только хмыкнул на мои путанные объяснения, что эти два дня я была безумно занята.

На прощание он сказал мне:

- Я в любом случае жду тебя сегодня на нашей даче. С наступающим.

В это время Максим с Варей пришли завтракать. Мы сидели каждый со своим напитком, наслаждаясь новым днем. Потом Максим неожиданно заозирался.

- Где часы? Сколько сейчас время?

Я взяла телефон, время показывало 11:30.

- Черт. - Максим подорвался. – Нам надо срочно собираться. Варя, мы на праздник опаздываем. – Залпом допил свой кофе подгоняя малышку. – Хорошо, что платье здесь.

Собрались они меньше чем за 5 минут.

- А ты не поедешь с нами? Я думал ты не захочешь этого пропустить. – Он застегивал часы и поправлял рубашку.

- Нет, простите, но я сейчас должна уже собираться и уезжать.

- Куда? – он подошел вплотную притягивая меня к себе.

- К брату. – я постаралась чуть отодвинуться, но проще было сдвинуть гору, чем этого настырного мужчину - Езжай, ты и так опаздываешь.

Он снова поцеловал меня нежно и тягуче.

- То есть ты новый год с нами отмечать не будешь?

- Нет. Я сейчас собираюсь и на своей машине еду за город.

- Я позвоню?

- Конечно. – Он поцеловал меня в губы и пошел к выходу.

С Варей мы очень тепло попрощались и пожелали друг другу приятного нового года.

За то время пока я собиралась, мне трижды позвонил Алекс. Честно говоря, я чувствовала себя не очень хорошо. Я одновременно обманывала обоих мужчин, хотя с другой стороны, я никому ничего не обещала. Трубку я взяла только после третьего звонка.

- Я знаю, что я козел, раз оставил тебя вчера одну. Прости. Как вчера добралась?

- Нормально. Без проблем. У тебя на работе все нормально? – я плечом зажала телефон не прерывая своего занятия.

- Да, правда я только доплелся до дома. Какие у тебя планы на сегодняшнюю ночь?

- Уезжаю к брату на дачу. Мы уже давно договорились. - почему то я начала оправдываться, хотя совершенно не собиралась.

- Понятно. Позовешь с собой? – Я слышала как он начал улыбаться.

- Поехали. Я заеду за тобой, так как я еду на машине. Ехать часа 4 в одну сторону. Деревня Новая Михайловка. – Я против воли начала улыбаться в ответ, правда в голове у меня то и дело возникал образ Максима, шепчущего мне на ухо, чтобы я стонала по-тише.

- Прости, но я погорячился. Из-за работы я не могу так далеко уехать. Я должен быть все время в зоне доступа, чтобы если что иметь возможность сорваться на работу. - Его голос стал на самом деле расстроенным. – У нас же будет возможность встретиться на праздниках? Ты когда возвращаешься?

- Только к Рождеству.

- Ну тогда там и встретимся.

- Хорошо. Пока.

- Пока. Целую.

Я быстро загрузила машину своими вещами и подарками для родных, заехала в магазин и направила свои колеса к выезду из города.

Время в пути дало мне возможность для размышлений. Я думала про Алекса, про Максима, про Варечку. Мне нравились оба мужчины. Оба вызывали во мне трепет и желание, однако это совсем не правильно, такое отношения к обоим мужчинам.

До дачи я добралась немного быстрее чем рассчитывала. Небольшая пробка на выезде быстро рассосалась, оставив трассу пустой.

Брат вместе с невесткой встретили меня с распростертыми объятиями. У них уже собралась большая компания, которые вовсю отмечали Новый год. Молодежь нарядила елку во дворе и никого не смущаясь, смеясь и веселясь, водили хоровод. Кто-то нарядился в Снегурочку, кто-то в Деда Мороза. Ото всюду сыпались шутки и приколы.

- Привет, Жучка. – Брат обнял меня. – Мы уже думали тебя снегом замело. Ты же собиралась приехать еще вчера.

Мы подошли к багажнику моей малолитражки, выгружая пакеты и сумки.

- Ты как будто на месяц собралась…

- Там, только самое необходимое. – Мы с невесткой рассмеялись, а брат удрученно покачал головой.

Большой дом, построенный еще нашими бабушкой и дедушкой, мог вместить огромное количество гостей, так как был рассчитан на большую семью, но как-то не задалось. Я была старше брата на 4 года, но когда, 7 лет назад, родителей не стало, именно он оказался более ответственным, поддерживая меня, как старший брат, за что я ему и благодарна. Бабушка с дедушкой тоже в скором времени покинули эту землю, оставив нас с Антошкой вдвоем. Мы не ссорились и не ругались друг с другом, единогласно решив, что дом этот останется общим. Они, как и я, жили в городе, правда на все лето перебирались на дачу, а я стала все чаще приезжать сюда в гости, уже давно считая это место домом брата. Маришка, жена брата, была полненькой хохотушкой. У нее была настоящая русая коса до пояса и очаровательные ямочки на щеках. Она удивительно гармонично смотрелась рядом с моим широкоплечим братом, который был выше ее почти на пол головы.

Кто-то из гостей принес мне стопку, так сказать «Штрафную». Этот коньяк был на порядок хуже того, что мы пили вчера. Пока я жмурилась от огня растекающемуся по горлу и теплу, что согревало изнутри, у меня тренькнул телефон о приходе нового сообщения.

На меня из под елки смотрело маленькое чудо в костюме снежинки.

Подпись гласила: «Первый раз я самостоятельно отвел ребенка на елку, но вместо ожидаемой радости, весь день мысленно возвращался к тебе, а она весь день просила позвонить Инге, чтобы показать, что она самая красивая снежинка. Мы скучаем» А следом еще одна фотография, где они смотрят на меня вместе. Тепло от этой фотографии растеклось у меня в груди, сильней чем от коньяка.

- Это что за чудесная парочка? – Маришка подошла ко мне сзади с тулупом. Я в это время писала ответное сообщение: «Деревня Новая Михайловка, дом 46, находится на самом отшибе. Я тоже скучаю» – На, накинь. Холодина нереальная. – Я влезла в дедов тулуп, потом сбегала за его же валенками. Так и правда стало намного теплее. Народ уже начал потихоньку разводить костер в мангале для шашлыков. Я принесла нам с Маришей коньяка, но она лукаво улыбнулась и отрицательно покачала головой и накрыла рукой низ живота.

- Ты… беременна? – Она кивнула головой, соглашаясь.

- Так кто это? – она снова кивнула на телефон.

- Это… - я не сразу поняла о чем она. Она беременна! Это же такая радость. – Это мужчина и его дочка. И я не могу понять, кто мне больше нравится: он, его дочка, или полицейский, что нам помог. – И выложила все как на духу. Рассказывая как нашла Варю, как пришел Алекс, а потом встреча с ее отцом. Ну и про все остальное решила не умалчивать. С каждой минутой моего повествования, глаза собеседницы все расширялись и расширялись, а к концу рассказа я залпом опрокинула в себя оба стаканчика.

- Мда, мать… ну ты и учудила. Вроде всегда была такой недоступной, холодной, а тут оказывается рядом с тобой такие страсти кипят. – Мариша поправила шубку, которую раньше носила наша бабушка. – Что делать будешь?

- Я не знаю. – Мы подошли поближе к костру. – Думаю, пусть все идет своим чередом.

На том и порешили. К 12 часам народ уже успел протрезветь, и когда настало время провожать Старый год и все собрались вокруг стола, рядом с нашими воротами кто-то засигналил. Антон, как хозяин дома пошел отворять ворота. На территорию заехал черный внедорожник, из которого выскочило маленькое чудо.

- Инга. – Варя бросилась ко мне со всех ног. А я присела на корточки, уже привычно раскрывая объятия. – Я была снежинкой. Я была самой красивой. У меня было самое красивое платье и прическа. А потом, мы сидели дома и Таня накрывала на стол, а папа был грустным. Потом ты написала, мы сразу сели в машину и поехали к тебе, правда я в машине уснула, а сейчас проснулась. – она что-то еще тараторила, а я обнимала ее и по моим щекам текли слезы. Казалось, что мое сердце сейчас взорвется от нежности. Неподалеку стоял Максим с букетом роз и смотрел на меня с улыбкой.

- Сеструнь. – Антон подошел ко мне, помогая подняться. Он прекрасно знал о моих проблемах со здоровьем и о неудаче, что постигла нас с усыновлением, поэтому сейчас в его голосе была небольшая тревога. – Все в порядке? - Я кивнула. – Ну тогда пошлите за стол. – Он незаметно подтолкнул Варю к дверям в дом. Выразительно указывая на мужчину. Максим подошел ко мне и нежно обнял.

- Мы приехали. Ты не против? – Я улыбнулась и прижалась к нему сильнее.

- Я счастлива.

Помимо Вари, за столом было еще четверо детей и когда мы наконец зашли в дом, она уже во всю знакомилась с новыми друзьями.

Марина смотрела на меня с материнской любовью, а вот Антон напротив, насторожено, косясь на Максима, но я взглядом показала, что все хорошо.

Пока все перезнакомились, пока проводили старый год, куранты начали отбивать 12 ударов.

Я повернулась к Максиму.

- С Новым годом.

- С Новым счастьем.

Варя оказалась между нами попеременно чокаясь с нами лимонадом. На двенадцатом ударе мы дружно высыпались во двор, где уже вовсю запускались салюты.

Максим нежно поцеловал меня, вкладывая в поцелуй намного больше.

Варю отвели спать в начале второго, когда и она, и остальные дети устали настолько, что стали клевать носом прямо за столом. Я постелила ей в своей старой комнате. Большая кровать, сверху накрытая балдахином, но не для красоты, как это могло показаться изначально, а совершенно в тривиальных целях. Летом здесь нет покоя от комаров и только такие приспособления способны спасти от этой напасти.

Когда в начале четвертого мы решили тоже подниматься спать, то с удивлением обнаружили, что остальные комнаты уже заняты. Делать нечего, пришлось делить кровать с ребенком.

Максим страдальчески посмотрел на меня с другого края кровати, намекая на непреодолимые трудности. Я только посмеялась, обнимая малышку.

Правда утром мы наверстали упущенное, потому что довольный ребенок, вместе с остальными, и неугомонной Маришей, которая отправилась спать вместе с детьми, устроили настоящий балаган, распаковывая подарки, и водя хороводы, оставив родителей отсыпаться.

Три дня пролетели со скоростью света. Мы наслаждались обществом друг друга. Неспешные разговоры за чаем у камина, прогулки с детворой по зимнему лесу, ночные ласки и шепот. Я тысячу раз умерла и воскресла в его объятиях.

4 января Максим с кем-то долго разговаривал по телефону, пока мы с Варечкой вырезали снежинки.

- Прости, но мы должны ехать. На работе какое-то ЧП. Поедешь с нами? – Я отрицательно покачала головой. Мне хотелось побыть с семьей, раз уж все гости разъехались.

- Я вернусь шестого вечером.

- Тогда и встретимся.

Они быстро собрались и уехали. А я уже скучала.

- Как он на тебя смотрит.

Маришка подошла как всегда неожиданно, когда я закрывала ворота за Максимом.

- Как? – я лукавила. Я прекрасно видела все эти взгляды, которые на меня бросал Максим. Я купалась в них и той нежности, что приносили мне они.

- Как на самую большую ценность. – Маришка улыбнулась и положила свою голову мне на плечо. - А что со вторым делать будешь?

- Поговорю, объясню. Он поймет. – Я приобняла ее за талию и мы пошли в сторону дома.

- Ну и правильно.

Оставшиеся дни мы провели в тесном кругу. Периодически приезжали какие-то гости, но по большей степени к Антону. Они поздравляли, но на ночь не оставались, так что что это время мы потратили друг на друга. Антон носился с Мариной, не хуже чем курица с яйцом, зацеловывая свою жену. Ей не в коем случае нельзя было: переохлаждаться, перегреваться, голодать, есть неподобающие продукты и так далее, по списку, от чего Марина только хмурилась, но ей такая забота явно импонировала. Пятого вечером, мы втроем сидели перед камином и играли в карты.

- Вы то когда собираетесь в город? - Они переглянулись и потупив голову оба замолчали. - Ребят!

- Честно говоря, мы в город не хотим возвращаться, пока что. Мы думали перебраться сюда насовсем. Здесь здорово. Всех соседей мы знаем. Я здесь без проблем найду себе работу – Антон был столяром, создающим из древесины потрясающие, необычайной красоты резные вещи – Или, я думал, приспособить для работы дедов гараж. Разгрести его и перевезти сюда инструменты, открыть ИП и заниматься тем, что нравится, а Марина учитель, здесь ее с руками и ногами оторвут. Но если ты против, то мы не будем, поищем другие варианты. – И оба уставились на меня.

- Почему я буду против. – Я тоже отложила карты.

- Ведь это наш общий дом, мы поймем, если ты не согласишься, чтобы мы его занимали не на лето, а навсегда.

- Вы совсем обалдели? – я от возмущения аж подпрыгнула на стула. Внутри меня все заклокотало от обиды. – Я уже давно написала отказ в вашу пользу.

Они оба непонимающе уставились на меня.

- Ребят. Это ваш дом, а я сюда приезжаю, только к вам в гости.

Очень сильно ударило по самолюбию их недоверие, но видя, что они не собирались намеренно меня обижать, я решила не зацикливаться на этой ситуации.

Расставались мы тепло. Небольшое недоумение быстро забылось. Они шумно проводили меня, и долго махали вслед моему отъезжающему автомобилю. За эти дни Алекс написал мне всего три раза: поздравил с новым годом; пожаловался, что на работе, как всегда аврал; и спросил когда я приезжаю. На все сообщения я как можно нейтральнее отвечала.

Дома я написала и Максиму, и Алексу, что доехала. Алекса я попросила о встрече, но он коротко ответил, что в данный момент уехал в командировку, но когда вернется, он сразу свяжется со мной. А вот Максим молчал. Он молчал и седьмого. И даже восьмого.

Девятого утром, в первый рабочий день после праздников я уже начала нервничать, написала еще одно сообщение, а в ответ тишина.

А в обед я начала чувствовать себя плохо. Сильная тянущая боль внизу живота, пронизывала до костей. Я выпила обезболивающего, но ничего не помогала. Моя коллега, увидев мое состояние вызвала скорую. Узнав диагноз, они созвонились с моим лечащим врачом и с мигалками доставили меня в больницу. В приемном покое меня уже ждали.

- Быстро на УЗИ. Скорей всего опять приступ. Инга. Столько лет, неужели ты опять пустила все на самотек. – Алиса Сергеевна, заведующая гинекологическим отделением областной больницы, за столько лет ставшая мне если не подругой, то точно приятельницей, укоризненно посмотрела на меня. – Быстрее. - Она прикрикнула на фельдшеров, от чего те сжались и с удвоенным энтузиазмом покатили меня в кабинет УЗИ.

Я быстро сняла с себя нижнюю часть одежды, и легла на кушетку.

- Отлично. – Она быстро натянула на датчик презерватив и ввела в меня. Не самые чудесные ощущения, но когда я взглянула на ее лицо… она выглядела ошарашенной.

- Алис, все в порядке?

- Да. - Она смотрела на меня с такой нежностью – Я тебя поздравляю, дорогая моя. Случилось невозможное. – и она повернула ко мне монитор, на котором была заметна маленькая точка. – Срок около 12 дней. Но сейчас твой организм начал отторжение, поэтому, срочная госпитализация и делаем все возможное, чтобы поддержать беременность. Или абортируем? – она посмотрела на меня.

- Нет, не в коем случае.

- Отлично. – Она тепло мне улыбнулась, подала полотенца, чтобы я вытерлась. – Тогда пока что под капельницу и на месяц точно постельный режим, пока эмбрион не закрепится на стенке.

Я кивнула.

Я позвонила Марине, которая как раз сегодня вернулась в город, и попросила привезти мне вещи из моей квартиры. Она сначала безумно испугалась, услышав что я в больнице, но быстро взяла себя в руки узнав причину.

Время в больнице было ужасным. Сначала мне не разрешали даже вставать в туалет, заставляя пользоваться уткой, мои ноги все время были выше уровня тела, а вот через пару недель начался настоящий ад. Я почти не ела, потому что меня выворачивало от любого запаха еды и врачи были вынуждены поставить мне еще одну капельницу, возмещая недополученные витамины.

Марина и Антон приходили ко мне каждый день, но не один из них не спрашивал ничего про Максима, хотя спустя неделю после попадания в больницу он начал мне писать, но теперь я ему не отвечала. Во-первых, у меня появилась детская обида на него, за то, что он не писал, не звонил. Во-вторых, мне не хотелось, чтобы он видел меня в таком состоянии. В-третьих… я не знала кто отец. По всему выходило, что зачатие произошло именно 30 декабря, когда я переспала с ними обоими.

- Алис – я спросила у врача, которая практически прописалась в моей палате. Это была молодая женщина, на вид, даже младше меня. Невысокого роста, но с очень хорошей фигурой. Когда я пришла к ней первый раз, мне было 23, а она уже успешно практиковала, а на вопросы о том, как ей удается поддерживать себя в таком прекрасном виде, она только лукаво улыбалась, и с нежностью поглядывала на заведующего нейрохирургии, своего мужа – А никак нельзя определить, кто отец? – она ошарашенно уставилась на меня.

- В смысле? – Я закрыла лица руками, чувствуя как оно горит от стыда.

- Я в тот день переспала сразу с двумя мужчинами. – Она иронично изогнула бровь, осматривая меня, будто увидела в первый раз. – Не одновременно. – она только засмеялась.

- Нет, прости. Это можно бы было сделать, если бы не было никаких трудностей, но ты можешь потерять ребенка даже от неправильного положения ног, не то что от введения иглы в полость матки, для взятия образца, поэтому мой ответ - нет. Но можешь подойти ко мне месяце на 5-6, я попробую сделать анализ крови и вычленить от туда ДНК. Только мне нужны будут образцы. – Я кивнула.

Выписали меня только через три месяца, когда практически прошел токсикоз и я смогла самостоятельно питаться. Через месяц я уже могла ходить, правда не долго, посещать душ и туалет, хорошо что сразу попросили меня поместить в одиночную палату.

Забирал меня Антон. Маришка сама была на обследовании, поэтому Антон отвез меня домой и уже выходя из машины крепко обнял и сказал:

- Не обижайся и не сердись на меня.

- Ты о чем? – но он лишь неопределенно повел плечами.

Но уже на своем этаже поняла, к чему это относилось. Прям перед дверью, с букетом, опираясь на дверь стоял Максим. Я посмотрела на Антона, а он отвел глаза.

- Привет. – Он подошел ко мне. – Я скучал.

- Я тоже. – хотелось прижаться к нему, но я понимала, что так поступить было неправильно, в первую очередь по отношению к нему. Решила не тянуть с новостями, боясь, что окончательно потеряю голову. – Но… я лежала в больнице.

- Я знаю, Антон сказал. Я звонил тебе, но ты не отвечала.

- Я тебе тоже. Максим, я беременна.

- Что?! – он пошатнулся, потом улыбнулся с такой непосредственной радостью и счастьем в глазах и сделал шаг ко мне. – Я рад. Почему ты не сказала сразу? – Он улыбался. Он протянул руку, чтобы дотронутся до моего живота, но я только сделала шаг назад.

- Максим. Я не уверена, что отец именно ты.

- А кто? – этот вопрос прозвучал сразу в два голоса. Я не видела, что на лестнице стоял Александр. Я почувствовала, как мои глаза наполняются слезами.

- Кто-то из вас. – Антон в это время справился с замком и вошел в дверь, пропуская меня. Я посмотрела на двух ошарашенных мужчин, которые не понимали, что делать дальше и сейчас смотрели попеременно, то на меня, то на друг друга.

Дома, за закрытой дверью, я разрыдалась, а Антон крепко прижал меня к себе. Я начала успокаиваться, представляя перед собой лицо Алисы, которая зашла ко мне прям перед выпиской: «Неважно что будет происходить в твоей жизни, проблемы с мужчинами, проблемы с работой, просто какие-то трудности, ты должна помнить, что сейчас ты отвечаешь за еще одну жизнь. Она очень маленькая и полностью зависит только от тебя, поэтому, повторяй себе как мантру, «Зато у меня будет ребенок» и я обещаю, мы дойдем до конца и мы вместе выйдем из роддома неся в руках сверток с малышом, главное помни, что теперь у тебя будет ребенок». Я вытерла слезы и улыбнулась Антону.

- Зато у меня будет ребенок.

- Мне точно не нужно с тобой остаться? Марина доедет сама, если что. Она все поймет.

- Нет, езжай за ней.

- Инг, а может ты переедешь к нам? Нам так будет спокойнее. Тебе сейчас нельзя много ходить, тебе нужно больше лежать, а я не смогу постоянно кататься к тебе.

- Пока что я хочу пожить дома. Спасибо за беспокойство. И спасибо, что позвал их. Сама бы я не решилась.

- Не за что. – Он снова притянул меня к себе. В этот момент раздался звонок в дверь. За дверью стоял один Александр. Я только печально усмехнулась, но без вопросов пропустила его в квартиру и села на танкетку, а Антон присел помочь расстегнуть сапоги, зная, что мне нельзя наклоняться. Алекс дотронулся до его плеча, прося уступить место. Антон встал, поцеловал меня в щеку и ушел, прикрыв за собой дверь.

- Ты говорила, что не можешь иметь детей. – Он снял один сапог и принялся за второй.

- Так и было. Моя врач называет этого ребенка чудом. Вероятность забеременеть была меньше процента. Но как бы там не было, я рада, что так получилось. Я никогда не откажусь от возможности быть матерью. Даже в такой ситуации. – Он помог мне подняться. Проводя в зал, где я устроилась на диване. Марина часто заходила ко мне домой, протирала пыль, выбросила елку, убрала украшения. Да и сейчас в квартире было чисто, а в холодильнике стоял суп и котлеты. Я попыталась усесться на диван, но было не удобно, поэтому я плюнула на условности и улеглась, а Алекс положил мои ноги к себе на коленки.

- Ты хотела со мной встретиться, тогда, в январе, после праздников… Ты хотела сказать, что встретила другого мужчину?

- Да. – я не собиралась врать и увиливать. – Я провела чудесные праздники с Максимом и Варей. – От мысли о малышке, мое сердце загудело, готовясь разорваться ото тоски. Я так скучала по ней, каждый день думала о ней, но так не разу не решилась позвонить Максиму, с просьбой поговорить с девочкой.

- Я так и подумал. А почему ты не можешь точно сказать, кто отец. По срокам…

- Я переспала с вами обоими в один день. Я не знаю, кто из вас отец. Я говорю серьезно.

Видя мой настрой он принялся разминать мои ноги.

- Я не осуждаю тебя. Не думай. Честно говоря, я пришел сюда не потому что воспылал к тебе внеземной любовью, нет, но ты, как и прежде мне нравишься. Я хочу семью. Я хочу детей. Даже если это не мой ребенок, я предлагаю тебе попробовать со мной, ведь я тебе нравился. – И он снова улыбнулся своей очаровательной улыбкой. Но мое сердце не ёкало, глядя на него, мне не хотелось притянуть его к себе, поэтому, я только покачала головой. – Но почему? Я буду хорошим мужем.

- Я не хочу портить тебе жизнь.

- Но ведь он ушел, даже не попробовав с тобой поговорить.

Я пожала плечами. Пусть так. Он откинулся на спинку дивана продолжая разминать мои ноги, а я млеть от удовольствия.

- А если отец я?

- Тогда я буду только рада, если ты будешь помогать мне с малышом, но создавать семью из-за ребенка… это неправильно.

- Когда ты сможешь узнать, ну… кто из нас.

- Не раньше чем через 2-3 месяца.

Он кивнул.

- Если что я рядом.

- Спасибо.

Мы еще некоторое время просидели молча, пока я не почувствовала, что начинаю проваливаться в сон.

Он приподнял мои ноги выбираясь. А я окончательно уснула, не услышав даже как он захлопнулась дверь.

Проснулась от вибрации телефона. У меня кстати на заставке так и стояла фотография Вари и Максима. За окном уже стемнело, а на экране светилось сообщения от Макса.

«Я у твоей двери. Откроешь?»

Я встала и поплелась к двери. Он стоял прислонившись к косяку. От него пахло алкоголем, но взгляд был трезвым.

- Знаешь, у вас здесь совершенно некуда сходить и напиться.

Я только улыбнулась, пропуская его в дом.

- Сейчас я приведу себя в порядок и мы поговорим. – Я прошла в ванну и поплескала в лицо водой. Я чистила зубы, когда почувствовала такие родные руки, по которым я так скучала, у себя на талии.

- Я скучал. Я сходил с ума. Но мне приходилось быть сильным, не показывая этого. Я должен был быть сильным ради дочери, которая до сих пор спрашивает о тебе. Именно по этому я никогда не знакомил ни с кем Варю, потому что не мог представить, как смогу объяснить ей, почему перестала появляться в ее жизни женщина, к которой она успела привыкнуть. Но сегодня… я чуть не сошел с ума. Я буду безумно счастлив, если это будет мой ребенок. Но если нет… Ты нужна нам. Ты, вся… и этот ребенок, которого я приму. Потому что ты мне нужна. – он говорил это все, а я чувствовала как слезы сами катятся из моих глаз. – За неделю, что я провел с тобой я сошел с ума. Ты идеальна для нас. Ты примешь нас? – Он повернул меня к себе, (хорошо хоть пасту успела выплюнуть) поднял мой подбородок и большими пальцами вытер мои слезы. – Ты примешь нас? – Я только кивнула, а он выдохнул так шумно, будто все это время не дышал. И припал к моим губам. Он целовал, как будто в первый раз. Изучая границы дозволенного, медленно подключая язык. – Я рад.

- Где моя Варя? – он удивленно уставился на меня. – Где моя дочка? – он гулко сглотнул, как будто готов был расплакаться сам.

- Дома. Она ждет тебя дома. Поедешь к ней? - Я кивнула.

Собрались мы быстро. Он складывал мои вещи в чемоданы, которые я вытряхивала из шкафов, так проворно, будто переживая, что я смогу передумать и только дойдя до нижнего белья он стал складывать аккуратно, рассматривая, прощупывая и прикладывая ко мне.

- Мне нельзя – мы увлеклись поцелуем и теперь лежали на кровати практически сплетенные в одно целое.

Он разочарованно застонал.

- И чего тогда я с тобой вожусь?! – но видя мое ошарашенное лицо, он притянул меня к себе и стал покрывать поцелуями, шепча что шутит. Я только толкнула его в бок. Кто бы мог подуть и этому мужчине 36 лет и он генеральный директор крупного холдинга, а шутки до сих пор как у подростка. На это мое заявление он только смеясь ответил, что мужчины всегда в душе дети.

Дом у Максима располагался в одном из частных секторов, где соседствуют старинные усадьбы и дома новых русских. Как раз к такому мы и подъехали. Уже притормозив у дома, он повернулся ко мне.

- Она обижена. Ей на прошлой неделе исполнилась 6 и она очень сильно тебя ждала, но ты так и не появилась.

Я кивнула и достала из сумки маленький подарочный пакет, в котором лежал маленький ангелочек которого я купила ей на новый год.

Варя выбежала встречать папу, но оступилась когда увидела меня. Я как и раньше присела на корточки раскрывая объятия, а она уже неслась ко мне. Максим хотел было мне что то сказать, но я не слышала ничего вокруг, смотря на свою девочку. Она села рядом со мной на пол, заливаясь слезами.

- Ты пришла. Ты снова пришла. Ты теперь не уйдешь?

- Нет, мое солнышко, я больше никогда никуда не уйду. Я буду рядом.

Мы с Максимом быстро нашли режим в котором нам было комфортно вместе сосуществовать, и даже получать удовольствия от времени проведенном вместе. Я все больше проводила времени с Варей. Она прикипела ко мне всей душой, как и я к ней. Я сама водила ее на занятия, мы вместе делали задания, которые ей задавали, ходили по магазинам, в детские театры и так далее.

Александр спокойно отнесся к моему переезду к Максу. Просил только об одном, сообщить честно, когда будут известны результаты теста ДНК. Часто звонил узнать, как наши дела, как мое самочувствие и не нужно ли мне чего-нибудь. Максим сначала негативно относился к таким звонкам, а потом сам сделал шаг налаживая отношения, говоря, что прекрасно его понимает, и тоже бы не бросил меня без поддержки, если бы я выбрала Алекса.

Не могу сказать, что моя беременность проходила без проблем, но по крайней мере, когда ощущаешь поддержку со стороны, становится намного проще переносить тягости.

Варе объяснили, что скоро у нее родится братик или сестричка, но мы все так же будем ее любить. Она все поняла и восприняла с энтузиазмом, пока не нашлись добровольцы, которые сказали моей малышке, что все изменится, как только у меня появится ребенок. Да и Максим все чаще стал закрываться от меня.

- Что-то случилось? – я в который раз задавала этот вопрос, но мой мужчина в очередной раз попытался отшутиться, говоря что все хорошо, но я приперла его к стенке, не давая уйти от ответа.

- Я боюсь, что твое отношение к Варе изменится, как только родится малыш.

- Почему? Я давала повод так думать? – он замялся, но все равно ответил.

- Нет, но это настолько желанный для тебя ребенок… а Варя… она тебе не родная. Я боюсь, ты не будешь любить ее так же, как сейчас. Она этого очень боится, да и я тоже.

Этим же вечером я пришла в комнату к Варе, которая спокойно играла в свои игрушки, но увидев меня напряглась.

-Солнышко, нам надо поговорить. – Она кивнула головой и отложила игрушки. - Я хочу, чтобы ты знала и для меня очень важно, чтобы ты это поняла. После рождения малыша ничего не изменится. Варя, я люблю тебя и ты мой ребенок. Не слушай никого. И этот малыш уже любит тебя. И ты будешь его старшей сестрой. И папу твоего я тоже люблю, и никуда я от вас не уйду, по крайней мере, пока вы об этом меня не попросите. – Варя смотрела на меня безотрывно.

- Юля в садике сказала, что все взрослые так говорят, а когда появляется маленький, они забывают про старших детей.

- Не слушай ты никого. – я притянула ее к себе. - Я – не Юля, и не Юлина мама. Я хочу быть только твоей мамой и мамой, для этого малыша. – И она, и я замерли. Я поняла, что сказала лишнее. Не стоило раскидываться такими словами, но что сказано, то сказано, поэтому молча ждем реакцию.

- Ты хочешь быть моей мамой? – Она доверчиво смотрела мне в глаза.

- Я знаю, что никогда не смогу ее тебе заменить, потому что мама – это мама, но я бы хотела попробовать. Ты мой ребенок. И он мой ребенок. И я никогда никому вас не отдам.

Мы просидели вместе до самой ночи, а когда я пришла в нашу комнату, Максим накинулся на меня как путник в пустыне на воду, покрывая мое тело поцелуями, потому что дальше нам все еще нельзя было заходить, но мы придумали как бороться с этой проблемой, шептал мне о том, что безмерно счастлив. Конечно он подслушивал наш разговор, поэтому, когда он навис надо мной целуя в губы, я посмотрела ему в глаза и сказала.

- Я тебя люблю. – Это было мое первое признание.

- А я люблю тебя.

В конце лета, оставив Варю с няней, мы решились сделать ДНК-тест. Алиса увидев нас втроем без разговоров пропустила в кабинет. Все дружно сдали кровь и теперь сидели перед кабинетом. Алиса вышла и непонимающе уставилась на нас.

- Товарищи, я все понимаю, но результатов сегодня вы можете не ждать. Я только запустила аппарат. Я думаю сегодня к ночи будет готово. Я скину Инге сообщение с результатами. Не волнуйтесь.

Мы уехали, но я все равно каждые 5 минут проверяла телефон, да и Максим ходил напряженный как струна. С Алексом мы расстались еще у больницы, тепло попрощавшись, и он даже решился обнять меня на прощание.

Сообщение прошло в 12. Мы уже лежали в кровати, когда раздался сигнал о приходе сообщения. Я трясущейся рукой разблокировала телефон. Алиса. «Результат готов. 99 процентное совпадение с образцом Александра.»

Максим сразу погрустнел. Было видно, что в нем борются самые противоречивые мысли.

- Я пойду пройдусь. – Я кивнула. Ему надо было подумать об этом всем. Если честно, я была готова к тому, что он вернется и попросит меня уйти.

Я переслал сообщение Алексу, получив от него в ответ: «Я рад. Честно. Как Макс?». Я не знала что ответить. Так и сидела молча смотря в экран, мысленно думая о том, как быть дальше.

- Я нормально. – Максим поцеловал меня в шею. - Я правда нормально. Просто не спорю, что я хотел бы, чтобы это был мой ребенок… но сейчас я понял, мне без разницы. Это в любом случае будет мой ребенок, не важно, чье ДНК в нем.

Я поцеловала его. Его поцелуи настолько вскружили мне голову, что я не заметила, что уже лежу голая, как и Максим. В эту ночь мы решили немного пренебречь советами врачей, занимаясь любовью с нежностью, наслаждаясь друг другом.

К счастью, этот эксперимент не привел не к каким отрицательным последствиям, но мы решили, что на этом закончим, и следуя первоначальному плану, будем воздерживаться до родов.

В конце сентября, у меня отошли воды. Алиса направила меня в роддом, пообещав подъехать сразу как освободится. Через три часа меня выкручивало от боли, но никаких подвижек небыло. Еще через два часа я почувствовала, что от боли начинаю отключаться. Я была против присутствия Макса на рода, но он настоял, сказав, что присутствовать не будет, но он хочет убедиться что все будет хорошо. Сквозь туманную пелену я слышала как он ругается с врачами, а они ему говорят, что все рожают и я рожу, я слышала как он звонит Алисе и что-то ей быстро объясняет, я слышала как в палату влетела фурия и сразу начала орать на акушерку и на дежурного врача, чувствовала как меня перекладывают на каталку и куда-то везут, слышала как одна медсестра говорит другой: «Ну слава богу, Василевская здесь, значит все в порядке будет», ну и последнее воспоминание, Алиса наклоняется ко мне и шепчет: «Мы сейчас поспим чуть-чуть, а когда проснешься, у нас будет ребенок». А дальше темнота.

Проснулась я от ноющей боли внизу живота и от сухости во рту. За окном было темно, но я видела мужчину в тусклом свете. Максим держал на руках моего ребенка.

- У нас мальчик.

Я только улыбнулась.

- Он здоров? С ним все хорошо?

- Да. 8 - 9 по Апгар. Алиса приехала вовремя. Она успела вас спасти. Посмотри на него. - Он подошел ко мне неся нашего ребенка. - Я уже даже успел его помыть и переодеть. Руки то помнят как делается. - Я только улыбнулась протягивая руки к сыну.

- Надо Алексу написать. И Варе. С кем она?

- Она с няней, а Алексу я уже сам ему позвонил и даже послал фотографию. Они завтра вместе приедут сюда, если ты не против. Тебе еще рано поднимать тяжести. Тебе провели экстренное кесарево, так что двигайся, я положу его. – Я чуть подвинулась, благо кровать позволяла, а Макс положил сына рядом. Он заворочался и начал смешно водить носом и причмокивать. Я почувствовала как у меня тяжелеет грудь.

- Отвернись, пожалуйста.

- Зачем? – он напоминающие уставился на меня.

- Я хочу его покормить. Мне кажется это не то, что ты хочешь видеть.

- Ты прекрасна, и я бы хотел видеть, как ты кормишь нашего ребенка.

На следующий день в больницу приехал Алекс с Варей. Они удивительно быстро нашли общий язык. Алекс с восхищением смотрел на ребенка, а Варя напротив, стояла вдалеке, поглядывая то на меня, то на малыша.

- Иди сюда. – Организм до отвала накаченный гормонами для поддержания беременности не хоте отдавать то, что столь бережно хранил в течении 9 месяцев, поэтому кесарево было единственным верным решением в моей ситуации, а так как из-за шва мне нельзя было садиться, на окружающих я глядела из положения полулежа. Варя нехотя подошла ко мне, насупившись, как мышь на крупу. – Варечка, знакомься, это твой братик. У него еще нет имени и мы бы хотели, чтобы его придумала ты. Как мы его назовём. – Она сначала не поняла о чем я говорю, а потом с восторгом смотрела на меня и на малыша.

- У меня на занятиях есть мальчик Елисей и мне очень нравится его имя. Давайте назовём его Елисей.

- Мне нравится. Елисей Александрович. Звучит. – Я посмотрела на Алекса. – Тебе нравится.

- Безумно. – Он улыбался, но в глазах у него была грусть.

- Алекс, все в порядке? – Малыш заворочался в люльке и недовольно захныкал.

- Я боюсь за него. Он такой маленький и беззащитный.

- Он же вырастет. – Максим подошел к люльке и нежно погладил малыша, от такой незамысловатой ласки маленький Елисей успокоился.

- Я не об этом. Меня переводят в уголовный розыск. Я боюсь, что в случае чего, он будет отличной мишенью для шантажа. Я не скрою, что сейчас эти слова даются мне с болью, но Макс – он повернулся к моему мужчине – ты не мог бы дать ему свою фамилию и отчество? Я буду рядом и он будет знать правду, о том, что я его отец, но я не готов так рисковать.

Мы с Максом только переглядывались.

- Конечно. – Они пожали друг другу руки и дружески обнялись.

- У меня родился сын. – Теперь Алекс смотрел на малыша с прежним восторгом, только в глубине глаз видна была грусть. Не легко отказываться от такого долгожданного ребенка.

Выписали нас только через две недели. Алиса, как и обещала приехала проводить нас. Встречала меня вся наша шумная семья: Максим с Варей, Алекс, Антон с Мариной, няня Таня, с которой за время проживания в доме мы успели подружиться. Мужчины подарили мне цветы, а Алиса передала ребенка отцу, Александру. Пока мужчины вдвоем сюсюкались с крошкой, я обнимала Варю. Сейчас она отнеслась к ребенку спокойнее чем в первую встречу.

Александр стал крестным папой Елисею, стараясь проводить с ним, а часто с ним и Варей, каждую свободную минуту.

Через три года, прям под Новый год, Варя пришла домой в слезах. Дети очень жестоки, особенно если это касается того, чего они не понимают, а взрослые активно обсуждают и обучение в элитной школе не гарантирует хоть какой-то конфиденциальности. Естественно в небольшом поселке обратили внимание на трепетное отношение Алекса к нашему сыну. И пошли разговоры, а когда Елисей при большом количестве народа назвал его папой, так и вообще пошли пересуды. В школе дети стали говорить, что у Вариного брата два папа и мама, а у нее самой один отец. Ее мать лишили родительских прав сразу после рождения Елисея, поэтому, официально, у нее на самом деле был только отец. Она по началу не обращала на это внимания, пока Максим не уехал в столицу в командировку, а мне пришлось бегать с доверенностями на право опеки ребенка, чтобы подписать разрешение на экскурсию.

Мы с Максимом давно уже обсуждали, что мне надо удочерить Варю, чтобы официально стать ей мамой, но все время находились дела поважней, но увидев рыдающего ребенка, мы плюнули на все и побежали в ЗАГС, подавать заявление, чтобы наконец расписаться, потому что все эти годы мы жили, как говориться, в «Гражданском браке», но для того, чтобы удочерить Варю, нам необходимо было стать супругами по закону.

Девушка-регистратор сказала что ближайшие дни все заняты, но есть одно свободное место 31 декабря. Мы, конечно, согласились.

И вот. Я стою в свадебном платье, которое принесла Маришка, потому что она этого дня 4 года ждала, и не дело это, что я в брючном костюме собираюсь идти на свою свадьбу. Максимова мама прилетела из Краснодара и категорично заявила, что это не по-людски, просто расписаться. Надо жизнь молодую обмыть, по-этому пришлось заказать ресторан. Большое количество гостей, которых, опять же, пригласила его мама, до ресторана надо было как-то довезти, поэтому был нанят автобус. Чтобы гостям не скучно было, нанята тамада. И не гоже это, что фотографий не будет, поэтому проплачены 8 часов работы фотографа. Я сумела отвоевать себе брючный костюм (который успешно с меня сняли и заменили платьем, хорошо хоть такое, в котором можно ходить, а не трехслойные торты) и отсутствие выкупа, правда и за это пришлось воевать.

Маришка заколола мои волосы заколкой, оставив волосы спадать легкими волнами по спине и подкрасила мне глаза.

С Максимом мы встретились уже внизу, у лестницы. Он стоял с небольшим букетиком и во все глаза смотрел на меня, а я, как и 4 года назад, плавилась под его взглядом. Варя стояла рядом с отцом и была, как и я, в белом платье. А Елисей сидел на руках у Алекса, чуть за его спиной. На малыше была смешная беленькая рубашечка

- Ты прекрасна. – Он нежно поцеловал меня в губы, наслаждаясь прикосновениями. До тех пор, пока не пришла его неугомонная мама. Она практически насильно оторвала нас друг от друга, говоря, что гости уже собрались и нам надо поторопиться. Даже Варя посмотрела на меня с сочувствием. Я забрала у Максима букет и не дожидаясь пока он возьмет меня под руку пошла в автомобиль, на что свекровь крикнула, что мы с мужем должны идти рука об руку, а в ЗАГС ехать на разных автомобилях. Уже в машине максим сказал мне:

- Не злись на нее. В первый раз я просто расписался, а мама у меня верит в приметы и она до сих пор считает, что у нас не сложилось с женой именно потому что мы не соблюли свадебные ритуалы.

В ЗАГСе я думала только о том, что скоро стану женой этого прекрасного мужчины и, наконец, смогу удочерить свою девочку. Расписали нас быстро, пожелав счастья в новом году и семейной жизни.

А потом нас заставляли позировать, целоваться, обниматься и задорно смеяться.

Когда нас наконец оставили в покое, я забрала Елисея у Алекса, позвала Варю и за руку утащила своего мужчину в машину. На улице нас обкидали монетами, рисом и лепестками роз, но у меня был план, поэтому я лишь мило улыбалась.

- Инга, а зачем ты детей схватила? Вы же сейчас по городу с фотографом кататься едешь. – Мне дорогу перегородила моя свекровь.

- Я не хочу фотографироваться без детей. Они часть нашей жизни, они уже есть, пусть и на фотографиях будут.

Она вполне удовлетворилась таким моим ответом, кивнула головой и отошла в сторону:

- А теперь пожелаем молодым приятной дороги. – И на нас снова посыпался рис, мелочь и лепестки. Мы помахали всем рукой и сели в машину. Фотограф подошла к нам и с ухмылкой спросила:

- Я правильно понимаю, что мои услуги больше не понадобятся и могу ехать готовиться к Новому году?

- Да. Спасибо. С наступающим. – Она кивнула.

- Удачно отдохнуть.

Максим смотрел на меня не понимающе.

- Мы сбегаем?

- Да.

- И куда мы едем?

- Ко мне домой.

Моя квартира сейчас пустовала. Там осталось все так же, как и было 4 года назад. Антон с Маришкой продали свою квартиру, чтобы выкупить соседний участок и сделать там мастерскую для Антона, где он не боясь мог заниматься творчеством, а в моей квартире они останавливались, когда приезжали в город. Отпустив водителя, мы заехали в супермаркет, купили бутылку вина и готовые салаты. Около дома, в той же палатке, что и 4 года назад, купили самую пушистую елку. Среди оставленной одежды, были найдены домашняя одежда для меня, а среди забытых Антоном вещей – для Максима. Детскую сменку я всегда вожу в машине, так что с переодеванием младших Морозовых проблем не возникло. Пушистая красавица никак не хотела устанавливаться в распорки, а неугомонные дети уже крутились рядом с деревом, чтобы скорее начать ее украшать. Я же крутилась на кухне готовя горячее.

- Елка готова и оставлена на растерзание детям. – Максим подкрался сзади обнимая за талию. – Ты наконец сдалась на милость победителю. Морозова.

- Давно сдалась.

- Я люблю тебя. – он нежно поцеловал меня в губы. – Как ты думаешь, может все таки стоит позвонить и предупредить гостей?

- Я уже отправила сообщение Антону и Марине. Они ответили, что народ уже отмечает Новый год, откровенно говоря забыв о первопричине сбора.

Максим засмеялся притягивая меня к себе еще ближе.

Новый год мы встречали втроем, установив стол рядом с елкой в зале. Елисей уснул еще часов в 10. Варя вся светилась, постоянно спрашивая меня, правда ли что теперь я ее удочерю. Она начала клевать носом в половину первого, сразу отправившись спать, пообещав, что утром поиграет с Елисеем, чтобы мы могла подольше поспать.

Мы убрали со стола, да и сам стол отнесли на положенное ему место на кухне и теперь целовались на диване, правда страсть накрыла нас с головой и мы упали на пол.

В этот раз Максим был одновременно и нежным, и грубым одновременно. Я снова плавилась в его руках.

Уже после мы лежали под елкой и смотрели на мигающие огоньки.

- В прошлый раз на елке не было украшений, зато сейчас просто красота. – Он поцеловал меня в плечо переплетая наши пальцы. – Ты и правда стала моей женой.

- Стала… Я счастлива с тобой.

- А я с тобой.

   Конец.

2018 год