Глава 40

Про угрызения совести, что бросила бедного Тревора с пятью самцами одного забыла, едва увидела Свейлона, по-хозяйски рассматривающего строящиеся дома. Аоршцы при этом мялись, жались, работать не могли. Каждый был занят, скорее, тем, чтобы не попасться повелителю на глаза. Уверена, он не мог не понимать, что происходит и просто наслаждался разворачивающимся представлением.

Заметила и Барнаса, обнимающегося с Варсарой. Каравана с покупками не видно, видимо, вернулись только эти двое. Но Лисанны я тоже нигде не наблюдала. Приземлилась в центре поселка, поднимая тучу пыли, невольно вызывая на себя внимание всех, кто был неподалеку.

Поприветствовать светлейшего или сделать вид, что не заметила?

Размышляя, закусила губу, подошла к столу, на котором остался кувшин с прохладным травяным напитком. Пока пила, изо всех сил старалась не коситься в ту сторону, где был повелитель. Удавалось откровенно плохо. Меня словно магнитом тянуло к нему. В груди появилось жжение, словно поводок, за который меня волокло к Свейлону.

Рассердилась сама на себя, грохнула ни в чем не повинный стакан о стол и решительно отправилась в свой дом.

Первый шаг в полумрак и прохладу жилища, и сразу толчок в спину. Жаркие губы на шее, сильные руки на бедрах… хлопок закрывшейся двери.

Пока мозг не отключился окончательно, обвела комнату внимательным взглядом, с облегчением отмечая, что Ассиль ушла.

В том, кто за спиной сомнений не возникло и на миг.

Как и не было у меня ни вопросов, ни возражений, ни мыслей… ничего. Только желание. Только жар мужчины, грозящий спалить дотла.

Платье Свейлону понравилось явно больше штанов. Всего пара минут – и я прижата спиной к стене рядом с дверью. Единственный предмет одежды задран, а тишину дома разрезал наш синхронный стон.

Губы ожег поцелуй, только получив который поняла, насколько мне этого не хватало! Свейлон двигался жестко, ни капли нежности, только страсть. Его губы терзали мои, то и дело сползая на шею или грудь. Руки подхватывали бедра, сам он исступленно двигался в каком-то сумасшедшем, невероятном темпе. Моя спина наверняка теперь вся в занозах и царапинах, но я подумаю об этом потом…

На кровать мы тоже переместились… позже. Поздороваться повелитель так и не соизволил. Мы вообще не разговаривали, обходились как-то без слов. Уверена, в поселении скоро пойдут слухи. Как бы скрытно светлейший ни пробрался ко мне, кто-то да заметил, иначе не бывает.

Спустя… несколько раз заволновалась, как бы не вернулась Ассиль. Она, конечно, уже не маленькая, с Тревором приехала, но как-то свидетелей нашего сумасшествия мне не нужно. Так что остановила попытку Свейлона в очередной раз накрыть мои губы своими.

— Подожди, — попросила, тяжело дыша. – Сюда могут войти, белый день на дворе.

— Какой день? – возмутился Свейлон. – Ночь почти!

Перевела взгляд на окно, пусть и закрытое деревянными ставнями. Солнце совсем не пробивалось, неужели правда вечер уже?

Резко подскочила, сорвав с кровати одеяло, заворачиваясь в него. Подошла к окну, осторожно выглянула наружу. Так и есть, в центре поселка уже разожгли обычный вечерний костер, вокруг которого все привыкли собираться ежедневно. Просто так, посидеть, пообщаться.

О, Боже, Тревор! – только сейчас вспомнила я. – Он же остался в горах!

— Ты чего засуетилась? – лениво поинтересовался Свейлон, глядя на мои метания в попытках поскорее одеться.

— Твой главный дознаватель уже много часов один в горах! – в панике сообщила я. – И не один. А самка вчера на его спутницу напала, и причину агрессии так и не выяснили. И еще его спутница тут ночевала и может прийти в любой момент.

— Успокойся, — мужчина подошел со спины. Легко коснулся шеи губами. – За Тревором сам слетаю, где ты его оставила?

— У твоей пещеры, — повернулась, с надеждой глядя на Свейлона. – Нужно поторопиться, что-то мне тревожно.

— Скоро вернусь, — Свейлон и правда тут же стал одеваться. – Попроси принести ужин сюда. Слетаем на озеро? – замер он, глядя на меня с прищуром.

— Вместе? – в горле моментально пересохло.

— Ладно, решай, — повелитель направился к выходу.

Уф! – сползла на пол, кулем оседая на одеяле, что я так и прижимала к груди. Будто Свейлон что-то там не видел! – вырвался нервный смешок.

Все же оделась. Выйдя из домика, заметила нервно заламывающую руки Ойлю прямо под окном моего дома. Глаза заплаканы, лицо бледное.

— Что случилось? – подскочила я к ней. – Тарья? Что-то с ней?

Ойля только закивала, не в силах от рыданий вымолвить и слова.

— Ойля, что? – встряхнула женщину, хватая за руки. – Да говори же!

— Ддракконица… онна… ее… заббрала, — с трудом выдавила женщина, стуча зубами.

— Идем, — потянула не сопротивляющуюся Ойлю к столу, насильно заставила выпить стакан воды. – Успокоилась? Ну, давай еще раз. Кого забрали? Тарью? – Ойля кивнула. – Кто забрал? Когда?

— До оббеда еще. Пприлеттела огроммная таккая, ссерая. Зарыччала. Моя деввочка ввспыхнула и тут жже тожже ттакой сстала. И ппрямо зза ней. И ввсе! Ббольше не ввозвращщалась!

— Боже, Ойля, ну ты меня и напугала! Не вижу пока причин для паники совершенно! Успокаивайся давай, иди вон поужинай лучше. А я постараюсь поискать Тарью. Повелитель в поселке. Сама знаешь, он всех диаракхорнов чувствует. Если бы что-то случилось, он бы точно знал!

Женщина смотрела на меня с надеждой. Но вроде трястись и плакать перестала.

— А Пафел где?

— Нна оххоту уеххал, — еще дрожа от волнения за дочь, сообщила Ойля.

— Ойля, идите ужинать, — только сейчас вспомнила, что мы с ней вроде как на ты не переходили пока. – Как только что-то разузнаю – я вам сообщу.

Ойля ушла, а я быстренько попросила одну из служащих принести ужин в мой домик, страшно смущаясь уточнила, что на двоих, а после незамедлительно улетела в горы.

Свейлона не встретила, а вот Тарья нашлась. У той пещеры, где самки яйца откладывают. Пещера расположена в самом низу горной гряды, на самом нижнем уровне. Внутри всегда кто-нибудь есть. Приглядывает. Диаракхорны раньше к потомству относились довольно небрежно, но даже до появления Адали за яйцами присматривали. Не знаю почему я решила искать пропажу именно здесь, будто потянуло что-то.

Шаррити и Тарья – на данный момент самая молодая пара, прошедшая слияние, если судить по возрасту человека. К счастью, связь этих двоих вышла равноправной. Обе настолько похожи своевольным нравом, что понять, кто главный в этой паре не удалось даже Ойле с Пафлом. Тарья уже несколько дней как летала самостоятельно, только с условием не улетать далеко от поселения и всегда сообщать, куда направляется, поэтому такое ее поведение сегодня и взволновало Ойлю. Хотя я и считаю, что Ойля волнуется напрасно.

Эта пещера самая открытая. Вход довольно широк, внутри всегда достаточно света. Даже сейчас, в сгущающихся сумерках легко обнаружила Тарью и еще одну драконицу. Они с любопытством разглядывали крупное яйцо. Мое появления пока осталось незамеченным, и я могла спокойно понаблюдать, прислушаться.

Самку я узнала. Это она недавно следила за взволнованной Ойлей. Еще тогда мне показалось хорошей идеей попробовать свести этих двоих вместе. Возможно, она биологическая мать Шаррити, — размышляла, разглядывая драконицу. Потому интуитивно тянется к Ойле и Тарье.

Ступила намеренно громко, создавая шорох. Обе самки резко оглянулись. Тарья тут же подскочила ко мне и начала тереться головой о мою шею – приветствие, знак доверия. Ближе – только облизывание, но это как-то совсем уж по-родственному.

Самка глядела настороженно. Кивнула.

— Вернемся в поселок, — предложила Тарье, но взгляд при этом не сводила со взрослой самки. – Мама волнуется, — коротко взглянула на Тарью. – Кто это с тобой? Познакомишь?

— Сайшшес, — самостоятельно представилась самка.

— А я Шахти, — сообщила в ответ. – Давай с нами в поселок. Я видела, как ты смотрела на ту двуногую, мать Шаррити. – Самка мялась, что-то удерживало ее от согласия. — Адали в поселке, — выложила последний козырь и по глазам самки поняла, что победила. Она сдалась. Не стала упираться.

Так что вернулись втроем. Ойля, вопреки совету, не ушла к себе, нарезала круги неподалеку от костра. Пламя отбрасывало причудливые блики на ее распущенные волосы и платье. Женщина казалась какой-то ненастоящей, словно сотканной из пламени диаракхорнов, такой уязвимой, такой похожей на меня… И тут я поняла, что это не мои мысли. Оглянулась на Сайшшес. Заметила взгляд, которым она смотрела на Ойлю. Это ее мысли, — оторопело поняла я. Я как-то узнала, о чем думает Сайшшес.