Глава 45

Глава 45

Палата в больнице

Кира прекращает истерику сразу же, как только в палате появляется медсестра, которую позвал Заграднев. Поскольку у женщины много работы, она не задерживается и, убедившись, что всё в порядке, покидает палату.

- Ушёл? - спрашивает полноватая Люда, заглядывая в палату и обращаясь к девушке с разбитым лицом.

- Ушёл, - подтверждает та, слегка морщась.

Неизвестно почему, но ей хотелось достать бывшего жениха, сделать так, чтобы он вертелся, как уж на раскаленной сковороде. По поводу выкидыша Кира не переживала - ребенка она не хотела, это был запасной вариант на тот случай, если Заграднев начнет взбрыкивать. Да и если на чистоту, то, скорее всего, отцом не родившегося малыша был Артем, хотя девушка ни в чем не была уверена.

- Сфоткала? - деловито осведомляется Кира у соседки по палате.

- Ага.

- Перекидывай.

Но с виду лошковатая соседка оказывается не так проста.

- Деньги давай. К тебе вон какой мужик приходил, от него богатством за версту несет.

- Он меня бросил! - восклицает Кира зло. Рухнувшая обеспеченная жизнь заставляет её злиться на весь белый свет.

- А мне какое дело? Договаривались как? Я сфоткаю - ты мне деньги, а теперь начинается!

- Ладно, ладно, не вопи, - идет на попятную Кира.

А то вдруг еще эта Люда фотографию удалит. Девушка тянется за сумкой, достает тысячу рублей и протягивает соседке.

- Бери. И фотку скинь! - требует Кира тут же.

Люда с видимым удовольствием забирает у Киры деньги, кладёт их в карман затасканного халата и достаёт оттуда свой видавший виды телефон. А после перекидывает фото Кире. На нем видно, как Лев участливо наклоняется к Кире. Как раз то, что девушке нужно.

Кира какое-то время рассматривает фото, а затем решительно отправляет его абоненту, названному в ее телефоне как "Подлая тварь". До того, как эта девка стала виться вокруг Льва, Кира ни капли не сомневалась в том, что их с отцом план увенчается успехом. Её даже нудеж Артема не пугал. Она была уверена, что он её не бросит, что бы она ни делала. Правда, теперь эта уверенность меркнет с каждым часом. В больницу Артем к ней не пришел ни разу. Даже не позвонил. Вон Заграднев - и то заявился. Но какого-то толку от его визита все равно не было. Отец будет вынужден объявить себя банкротом, а магазины Киры едва держались на плаву, потому что она ими практически не занималась.

После отправки фото, она принимается строчить сообщения всё тому же абоненту. Одно, второе, третье… Правда после прочтения первых четырех абонент, на которого Кира тратит столько усилий, перестаёт их читать.

- Чтоб тебе с твоим Заградневым в аду гореть! - шепчет Кира.

Она не знает, зачем вообще это делает, потому что выгоды ей это никакой не принесет. Она всё же успела хорошо изучить бывшего жениха и прекрасно понимает, что свои шикарные рога он ей никогда не простит. И чтобы она не говорила, он ей всё равно не поверит.

Но находясь в том положении, когда её прекрасная жизнь рухнула со скоростью света, Кира мелочно хотела, чтобы другим было плохо. Так же, как было плохо ей.

Злата

Сотрудник полиции или не знаю, кто это есть, называет мне отдел полиции, куда мне нужно приехать, адрес, свою должность, фамилию-имя-отчество. Но из всего этого я запоминаю лишь отдел полиции, а вся остальная информация выветривается из моей памяти от сильного шока.

Когда вызов заканчивается, я смотрю в одну точку, не в силах поверить в происходящее. Кира ведь сама упала! Я её даже пальцем не тронула! И сейчас она нагло лжет. Да, у неё горе - она потеряла ребенка, но... Горе ли это для неё? Она же говорила Льву, что, если он на ней не женится, она избавится от ребенка... Моя рука инстинктивно ложится на мой уже округлившийся живот. И тут случается то, что переключает меня - у меня в животе я ощущаю легкий толчок. Вся замираю... Это ведь... Вдруг мне показалось? Но спустя минуту ощущения повторяются... Мой малыш... Теперь я его чувствую...

Это... Как чудо... Наш с Львом малыш...

Прислушиваясь к себе и своим ощущениям, забываю и о полиции, и о Кире. Но шевеления повторяются еще пару раз, а затем прекращаются.

Сажусь. И начинаю думать более-менее здраво. У произошедшего в квартире есть два свидетеля - мать Льва и тот риэлтор, так что повесить всех собак на меня у бывшей невесты Заграднева не получится.

А беременной мне нечего бегать по полициям. Пока чего-нибудь плохого не стряслось. Я ни в чем не виновата - а то, что утверждает Кира, еще нужно доказать. И потом - мне позвонил неизвестно кто, неизвестно откуда... И куда я помчусь? Зачем? Мало ли, что со мной захотят сделать?

Телефон из рук я так и не выпустила. И сейчас я звоню Льву. Пусть он сам разбирается. Если он разговаривал с Кирой, то это почему-то возымело совершенно странные последствия.

Он не берет. Но я продолжаю упорно дозваниваться. Если эта ненормальная написала на меня заявление, то совершенно очевидно, мне нужна помощь.

Не знаю, с какой попытки, но, наконец, я слышу усталое:

- Алло... - в исполнении Льва.

- Лев... Мне звонили из полиции, сказали, что нужно приехать, потому что меня Кира обвиняет в серьезном преступлении...

- Что?! - повышает Заграднев голос.

- Кира написала на меня заявление, что я... Подожди, дай вспомню... Причинила ей тяжкий вред здоровью. И меня просили, как можно скорее приехать в полицию...

- Надеюсь, ты никуда не едешь? - Лев сразу оживляется, а меня это наоборот успокаивает.

- Нет... Но мне страшно, - решаю не притворяться, - Я - куда с пузом в тюрьму?!

- Тьфу, Златка, что ты несешь-то? Какая тюрьма? Там ведь свидетели были, что она сама упала... - и через паузу добавляет, - Я сейчас приеду.

- Хорошо, - отзываюсь я, а на душе так тепло и хорошо становится. Так важно иметь того, кто за тебя вступится.

- Жди меня дома. Дверь никому не открывай. Поняла? Охрану я предупрежу...

- А если... - начинаю спрашивать я, но Лев меня перебивает.

- Просто никому не открывай дверь. Хорошо?

- Хорошо, - соглашаюсь я.

Оказаться снова в полиции мне не хочется. У них там плохо пахнет, полно странных личностей. И лавки неудобные, а у меня спина болит.

Поэтому я сижу дома, как мне велено. И жду Льва.

Но он как в воду глядел, потому что в дверь звонят.

Я крадусь в прихожую, выглядываю в глазок. А там - двое! В полицейской форме. И трезвонят так настойчиво… Но дверь я им не открываю. Форму-то каждый может нацепить, а я - в положении. Мне о себе и о ребенке думать нужно.

Вдруг из-за двери раздается голос... По-моему, это мой Лёвушка подоспел.

Тревога как-то сразу отпускает. Я уверена - он меня в обиду не даст.