Люк

Люк не то чтобы не любил Новый год, скорее – не разделял плясок с бубнами вокруг праздника. Для него этот день отличался от остальных тем, что перед рейдом обычно в столовой было праздничное меню. Да в казарме поменьше народа – многие старались взять отгулы или отпуск и отправиться к родным. Им было куда ехать. А Люку… он был результатом эксперимента по созданию идеальных солдат. Боевых магов с высоким уровнем дара. Он и еще три дюжины пацанов. Вот только выбраковку двадцать пять лет назад Люк не прошел. Хотя помимо выдающегося уровня дара у него обнаружилась и способность менять личины. Именно дар метаморфа и заинтересовал в первую очередь комиссию по отбору.

Все же способность менять внешность – достаточно редка. И у Люка были все шансы стать агентом разведки, но… характер подкачал. Слишком прямолинейный и упрямый. И его «забраковали» – отправили не в шпионскую школу, а в кадетскую академию, где готовили защитников кантонов, которые патрулировали стену барьера, а случись прорыв – ценой собственных жизней защищали мирных жителей.

Спустя пятнадцать лет Люк вышел из стен академии и отправился на службу. За десять лет службы его помотало по гарнизонам. Он был и на барьере северного кантона, и в пустыне, а вот сейчас его занесло на западную равнину. Это был столичный кантон, самый большой и многочисленный. Несколько городов, дюжина округов и… самые частые прорывы.

В этом году Люку выпало новогоднее дежурство. Но рейда не случилось. За полторы недели до конца года отряд Люка напоролся на грызника. И как тот сумел проделать дыру в барьере? Мелкая, но верткая тварь тогда нацелилась на замыкающего, но Люк успел добраться до нее раньше, чем она – до его солдата. Вот только самого Люка зацепило. Зато никто в отряде, которым он командовал, не погиб. Так что пара переломов и полное магическое истощение – не слишком большая плата. Именно так считал Люк, пока лежал на больничной койке.

Срастили ему все быстро, а вот резерв… Он должен был восстановиться самостоятельно. И последнее Люка бесило больше всего. Потому что это означало: ему, временно отстраненному от службы по болезни, придется маяться дурью все это время. Нет, физические нагрузки врачи не то что не запрещали – даже рекомендовали, но… Врачи объясняли, что у Люка подозрение на полное выгорание. А это значит, что если он не восстановится, то придется уйти со службы. О таком варианте развития событий метаморф старался не думать.

Люк лежал на кровати в своей квартире и пялился в потолок, размышляя чем себя занять в праздничные дни. Он умел многое: знал, как в одиночку завалить дракона, как выжить за барьером без еды и воды, как самому себе зашить рану, но… все это было не для гражданской жизни. А Люк двадцать пять из тридцати двух лет провел в казармах. Он не представлял себя вне службы.

Подружки у него были. Разные. Много. Он мог завоевать любую, если хотел. В этом спасибо дару метаморфа: принимать любой облик. Ограничение только было по полу и массе. Поэтому стать хрупкой блондинкой – увы. А вот обернуться красавцем, на которого западет половина девиц в баре – это легко.

Люк невесело усмехнулся: для того, чтобы весело провести ночь без обязательств, – его способности были весьма кстати. Семья же для него, солдата из пробирки, была для него чем-то эфемерным, несбыточным. Люк считал себя абсолютным, убежденным и неисправимым холостяком. А лучшее место для холостяка, чтобы отдохнуть? Бар! Люк и решил позвонить Сэму и пропустить по кружке пива. Тем более сегодня должны были играть «Стокер» и «Зэйнт». Посмотрят игру, поболеют за бело-синих…

Но звонок, раздавшийся в тишине комнаты, вмешался в его планы.

– Да, – хрипло отозвался Люк и услышал:

– Привет, старина. Мне в части сказали, что ты пока отстранен от рейдов и дурью маешься. – Голос старого друга и сослуживца Минока был шутлив. Мин пару лет назад вышел в отставку и основал свою охранную фирму. Весьма успешную.

– Да есть такое… – признался Люк.

– Слушай, тут такое дело: ко мне постоянная клиентка пристала. Ей для какой-то девки нужен телохранитель. Опытный. И обязательно, чтоб рожа смазливая. И еще зараза скидку выбивает…

Люк хмыкнул. По тому, как друг сказал «зараза», стало понятно: эта клиентка Минока зацепила. Качественно. До нутра. Иначе послал бы он ее. Вежливо, со всеми искренними заверениями, как Мин может, чтобы клиент ни в коем случае не обиделся, но послал. А тут… ищет телохранителя. Метаморф уже догадался, зачем он понадобился.

– Слушай, Мин. Ну какой из меня телохранитель? Я ведь не умею быть деликатным. Да и не в форме я сейчас, чтоб от наемников отбиваться.

– Да какие наёмники? – усмехнулся друг. – Там ей какой-то псих письмецо в ящик кинул и она испугалась. Так что у дамочки банальная истерика и недотрах.

Люк не смог удержать смешок:

– А о последнем откуда знаешь?

– А на кой ей тогда нужна смазливая морда у охранника? – резонно возразил Минок.

– Так я не понял, ты мне сейчас собрался предложить поработать телохранителем или проституткой?

– Другом, – устало вздохнул Минок, уже понимая: зря он это затеял, и придётся отказать знойной Талл, на чью задницу он пялится при каждой встрече, как пацан. Аж до стояка в штанах. Да и не только пялится… И она тоже… – Я хотел тебя попросить просто на праздники поохранять эту истеричку. А уж прыгать к ней в койку или нет – это как ты захочешь. Вдруг она ничего. Но, кажется, я зря позвонил.

– Зря, – согласился Люк и повесил трубку.

День, не задавшийся со звонка Минока, прошел паршиво. И под вечер Люк понял: он согласится на что угодно, лишь бы не сидеть в четырёх стенах, мечтая об одном – вернуться на службу.

Под вечер он набрал номер друга:

– Привет. Я согласен.

Ответом ему был выдох, полный облегчения.

А спустя час, глядя на фото заказчицы, Люк понял, отчего его старый друг подорвался искать нужного телохранителя.

– На свадьбу не забудь позвать, – хмыкнул метаморф. А вот когда он посмотрел на изображение той, кого ему предстоит охранять… Она была обычной: светлые волосы, стройная фигура, пухлые губы, очки, длинные ноги… но в ней не было того лоска, как у демонической брюнетки, на которую запал Мин. – Так значит ее нужно охранять?

– Да, побудь с ней рядом недельку. Наверняка паника на пустом месте, но пока клиент платит – он прав, – Мин постарался произнести фразу нейтрально. Но по его взгляду Люк понял: отставной страж думает о расплате отнюдь не в единицах, а в натуре. Желательно – упакованной в черное кружево.

– Хорошо, – хмыкнул метаморф.

– Отлично. Вот гонорар. – Минок передал пухлый конверт, в котором было жалованье стража за три месяца. – И смазливая морда, на которую желательно быть похожим.

Люк мельком глянул в конверт, мысленно присвистнул. Гораздо больше внимания он уделил изображению. Со снимка на него смотрел жгучий брюнет: в меру брутальный, в меру слащавый парень. Прямо герой боевика. У него наверняка на теле не было шрамов, как у Люка. Да и лицо было без отметин. У метаморфа же от виска до подбородка шла тонкая нитка – то, что осталось от жуткой раны, едва не лишившей его глаза. Вот только цвет глаз и у модели с фото, и у Люка был одинаковый – карий.

Он только и остался от прежнего русоволосого Люка спустя два часа, когда новая внешность окончательно «села» на метаморфа. Правда тело он менять не стал – слишком тяжело будет поддерживать форму всю неделю. Так, лишь добавил смуглости кожи на случай если задерется футболка, и все.

– Всегда тебе в этом завидовал. – Зависти в голосе Минока не было вовсе. Скорее – восхищение.

– И не только в этом, – лукаво ответил Люк, на прощание махнул рукой и поехал по адресу.

Домик. Небольшой, но аккуратный. Невысокая живая изгородь, по зимнему времени заметенная снегом. Газон, парковочное место, ящик для писем. И в паре ярдов – очень похожее жилище. Светлое, с желтыми гирляндами огоньков на окнах, хвойным венком, увитым лентами и приковывающими взгляд с красными бусинами ягод.

Люк скривился. Таких домов он старался избегать. Как и серьезных отношений. Но он успокоил себя мыслью – это не личное. Это – всего лишь работа. Хорошо оплачиваемая. Вдавил кнопку звонка. Мелодичный перезвон за дверью, спустя несколько минут, сменился легкими шагами.

Створка нешироко открылась, ровно на длину цепочки, и в проеме показалась девушка. Она была моложе, чем на фото. И беззащитнее. Светлые, чуть волнистые волосы, разметавшиеся по плечам, зеленые глаза. Без оправы очков они казались глубже, выразительнее. Плотно запахнутый длинный халат, из-под которого выглядывали пижамные штаны. А на ногах – пушистые тапки с заячьими ушками.

– Простите? – озадаченно спросила она, глядя на Люка, словно и не ждала.

Девушка… метаморф не сразу вспомнил ее имя. «Эбигейл, идиот», – спустя несколько томительно долгих секунд подсказала память. Так вот Эбигейл была совсем другой. Люк как никто знал, насколько обманчива внешность, и ждал от клиентки большей… распущенности, пресыщенности. А она напоминала зимнее утро, звенящее морозом.

Но еще больше его удивило другое: его тут не ждали. Совершенно.

– Добрый де… вечер, – глянув на сгущающиеся сумерки, исправился Люк. – Агентство «Барс». Я ваш телохранитель. Прибыл по поручения Минока Вина. – И с этими словами протянул ей договор.

Теперь замялась уже его клиентка, впрочем, не торопясь отщелкивать дверную цепочку.

– Знаете… Это какая-то ошибка, я никого не нанимала.

– Но тем не менее моя работа оплачена на неделю вперед.

– Что? Да? – Она растерялась на миг. Окинула меня критическим взглядом, словно я был просроченным кефиром, и она раздумывала, можно ли еще из меня испечь блины или стоит сразу выкинуть. – Можно взглянуть на договор.

Люк протянул листы, которые мисс зимнее утро изучила весьма подробно. И лишь потом закрыла дверь, раздался лязг дверной цепочки, и створка широко распахнулась со словами:

– Проходите, мистер телохранитель.

– Люк, – подсказал новоявленный охранник.

– Проходите, Люк. У меня с подругой, судя по всему, возникло недоразумение… Мы не так друг друга поняли. Пожалуйста, подождите в гостиной. Я сейчас все выясню.

Люк воспользовался приглашением, про себя с неудовольствием отметив, что его клиентка беспечна. Будь он маньяком – уже бы дюжину раз успел скрутить ее так, чтобы эта Эбигейл даже и не пикнула. Эбигейл… Эби. Он прокатил ее имя по языку сверху вниз, словно пробуя его на вкус. Ему почудились пряные нотки корицы и зимняя захмелевшая вишня… Эби.

Меж тем его подопечная скрылась из гостиной и закрыла дверь. Видимо, наивно полагая, что так ее не услышат. Что же, может обычный человек и остался бы в неведении, но не страж барьера.

Люку не нужно было даже вставать, чтобы приблизиться к двери. Он откинулся в кресле и лишь прикрыл глаза. Воображение дорисовало остальное. Его клиентка оказалась весьма эмоциональной и щедрой на выражения.