Глава 26

Солнце клонилось к закату, обед они пропустили, поэтому отправились сразу на ужин. Лейли отправила слугу за Кайлом, пока Алинар проверял поданные им блюда. На этот раз добавок в еде не было совсем. Он уведомил об этом Лейли, и девушка озорно сверкнула глазами:

– Хотят отвадить меня от Кайла, чтобы подсунуть новеньких! Вот увидишь, сегодня обязательно придут музыканты и танцовщики!

Алинар не стал спорить – тоже был уверен, что в покое девушку не оставят. Зато тайно радовался, что можно поесть не паёк.

Кайла привели в столовую в очень странном виде. Волосы растрепаны, за ухом торчит кисточка, пальцы и одежда в краске. Сильный запах растворителя витал вокруг художника буквально облаком.

– Кто-то точно не хочет, чтобы мальчик остался в моем гареме, – прокомментировала Лейли.

Она усадила парня за стол и сама положила ему еду, следила, чтобы ел и много пил. Телохранитель наблюдал за этим с умеренным интересом, хотя задавался вопросом – чем этот растрепанный брюнет с короткой стрижкой мог привлечь такую девушку?

Когда в двери попытались сунуться танцовщики и музыканты, наследница выставила их вон, изображая поцелуй с Кайлом. На самом деле она шептала парню на ухо, как ей понравились его наброски, но со стороны казалось – парочка слилась в лобзании и вот-вот переместится в спальню.

После еды Лейли вызвала слуг и приказала им вымыть и переодеть художника. Сама же откинулась на диване и расслабилась, разглядывая роспись на потолке.

– Появились вопросы? – спросила она, когда Алинар, словно не владея собой, присел у ее ног и начал массировать стопы, с непривычки натертые местной открытой обувью.

Мужчина кивнул на планшет: «Почему с Кайлом так?»

– А, все просто, – Лейли улыбнулась и замурлыкала, подставляя под умелые пальцы лодыжку, – Мать одарила меня с рождения. У меня уникальная память, отличные мозги, и на мое образование не жалели денег. При этом я точно знаю, что никогда не смогу рисовать так, как Кайл. Мне это не дано. Я слишком рассудочна, холодна, не умею отключать мозг. В младшей школе я дружила с девочками только потому, что няня сказала мне, для чего это нужно. До этого я просто не понимала, зачем мне это надо. Мне было хорошо одной и с книгами. Кайл привлекает меня своим талантом и беззащитностью. Мне хочется его обнимать и тискать, и такого не было ни с одним мужчиной.

Алинар опустил глаза в пол. Если Лейли не обнималась с мужчинами и не хотела этого, неужели она…

– О, нет! – девушка закатила глаза. – Понимаю, о чем ты подумал, но нет. Глисса очень внимательная няня. Как только она поняла, что у меня проблемы с мужчинами, сразу записала к психотерапевту, потом к сексологу, так что свое тело я знаю, удовольствие получать умею и с мужчинами проводила время не раз. Просто это все было… рационально. А Кайл… он настолько не от мира сего, что выбивается из логики окружающих. Вот давай поспорим – из купальни он выйдет голым!

Алинар удивленно поднял брови – с художником ушли слуги. Да и в купальне есть халаты, полотенца…

Голый Кайл, рассеянно шагнувший на теплые плитки пола, выглядел как заблудившийся ребенок.

– Госпожа, простите! – вскинулся он, заметив, где очутился.

– Пустяки, Кайл, – улыбнулась ему Лейли, – иди сюда.

Парень подошел, смущаясь и прикрываясь ладошками, и наследница быстро закутала его в плед.

– Сейчас тебе принесут халат, и мы пойдем спать.

– Госпожа, я еще не закончил!

– Мы поспим до утра, и после завтрака ты вернешься в мастерскую. А сейчас отдыхать! – воркуя и улыбаясь, Лейли утянула художника в свою спальню, укутала одеялом и поцеловала в лоб: – Спи!

К удивлению Алинара, парень сразу уснул, а наследница прикрыла дверь в комнату и направилась к шкафу с одеждой:

– Иди к себе, переоденься в ночной камуфляж. Мы идем на дело!

Алинар удивился, но виду не подал – отправился к себе, натянул универсальный комбинезон-хамелеон, отыскал ноктовизор, пояс десантника с метательными ножами, парализующими стрелками и сюрикенами разной формы, прихватил парализатор и несколько привычных мелочей, а потом вернулся в гардеробную хозяйки.

Лейли стояла ровно в таком же универсальном комбинезоне. Лишь присмотревшись, Алинар понял разницу – наследница была одета в коммерческую модель «хамелеона», имеющую больше режимов и более емкий аккумулятор.

Вопросов у телохранителя стало еще больше, но Лейли не дала ему взяться за планшет:

– Идем к моей клинике! Подозреваю, там сейчас будет интересно!

Алинар нахмурился: монтаж оборудования – дело, требующее точности и стерильности. Даже если техники захотят гульнуть с местными красотками, маловероятно, что они будут это делать в будущих операционных. Им предоставили жилье на территории острова, да и катер никуда не делся. Однако возражать было бессмысленно – Лейли уже открыла окно и мягко, почти бесшумно спрыгнула на ракушечник. Телохранитель последовал за ней.

Светящиеся камушки очень мешали бегу в ноктовизоре, однако минут через десять легкого бега они все же выбрались к будущей клинике. Помещение стояло пустое и тихое. Где-то в стороне горел костёр, раздавались нетрезвые крики, порывы ветра доносили звуки музыки. Похоже, там была вечеринка медтехников.

Лейли, не останавливаясь, подобралась к зданию со стороны пальмовой рощи и аккуратно открыла окно, которое, оказывается, было не заперто изнутри:

– Подсади! – требовательно сказала она Алинару.

Телохранитель вмиг забросил легкое тело хозяйки на подоконник.

– Забирайся сам, только тихо! – скомандовала девчонка.

Ничего не понимая, мужчина залез через окно, и Лейли тотчас его закрыла. Потом пробежала к выходу и закрыла изнутри на засов входную дверь.

– За мной!

Безопасная лестница на второй этаж шла прямо из холла. Они поднялись и, миновав несколько закрытых дверей, очутились в блоке с уже установленной регенерирующей камерой.

– Раздевайся! – нетерпеливо притопнула ногой девчонка. – Да скорее же! Язык обратно хочешь?

Алинар молча разделся. Лейли одобрительно скользнула взглядом по его широким плечам и подтолкнула на маленькую платформу, встроенную в пол:

– Вставай сюда, настройки камеры пока в ручном режиме.

Телохранитель встал. Платформа оказалась сканер-весами. На стене загорелись данные, Лейли кивнула своим мыслям и опять заторопила:

– Ложись в капсулу!

Крышка бесшумно открылась, и бывший агент с долей облегчения скользнул в прозрачный гель. Подмигивая огоньками активации, капсула закрылась. Несколько сигналов, и темнота. Последней мыслью Алинара было: «Только бы никто не обидел Лейли, пока я тут».