Глава 14

Быстро приняв душ и переодевшись, я выхожу из ванной и тут же натыкаюсь на сидящего на диванчике Максима. От неожиданности застываю с мокрым полотенцем, которым вытирала волосы, в руках.

Парень лишь на мгновение поднимает вверх глаза и снова опускает. Перелистывает страницу журнала, который держит в руках. 

— Капуша. — Макс откладывает глянец, резко поднимается и, толкнув меня плечом, скрывается за дверью.

— Вот же...уф-ф-ф-ф, — выдыхаю сквозь стиснутые зубы.

— Ты что, все полотенца забрала, что ли? — Вздрагиваю от неожиданности, когда Максим рявкает за спиной.

— Ты достал меня пугать. — Разворачиваюсь, чтобы кинуть в парня мокрым полотенцем, и тут же оказываюсь в плену его рук. Прижатой к его груди.

— Что. Ты. Делаешь? — шепчу растерянно, поднимаю на него глаза, и сердце начинает хаотично биться в груди, когда вижу его взгляд: поддерный пеленой возбуждения, полный решимости, с лихорадочными, но в то же время страстными искорками. Меня притягивают, словно магнитом, пленяют его глаза. 

Мой взгляд медленно сползает на его губы. Его улыбка полна обещаний, а мне становится страшно. Макс что-то шепчет, но я не могу разобрать его слов. Он поднимает мое лицо за подбородок, и я тону в лавине желания, которое опаляет мое тело, мою кожу, душу. 

Руки парня на моем теле сводят с ума. Его губы на моих губах сводят с ума. Я чувствую, как что-то рвется в груди, я не хочу знать, что это. Я хочу его, очень сильно хочу, сильнее, чем кажется. Это невозможно. Ему же только восемнадцать!

— Хочу тебя, — с придыханием говорит Максим, почти касаясь моих губ своими, и тянет за край полотенца, в которое я завернута.

Оно падает мне под ноги, оставляя совершенно голой перед ним. 

Максим смотрит на меня голодным взглядом, в его глазах горит такой огонь, что просто не поддается описанию. Мое тело откликается мгновенно. Я делаю шаг к нему первой. Обнимаю его за шею и чувствую, как его руки зарываются в мои волосы. Разум вопит: ОСТАНОВИСЬ! 

Но… уже поздно. Я не контролирую ни свои эмоции, ни свое тело, а мозг отключается полностью в тот момент, когда инстинкты вырываются из-под контроля. 

Мои руки лихорадочно скользят по телу парня в попытке помочь ему быстрее избавиться от одежды. 

— Господи! — срывается с моих губ, когда Макс подхватывает меня под бедра и с легкостью отрывает от пола.

Я обнимаю его за шею, обвиваю ногами. Чувствую силу его рук на своем теле. Макс несет меня в спальню, кладет на кровать, придавливая сверху тяжестью своего тела. 

Задыхаюсь им. Хочу его до жути, безумно. Хочу в нем утонуть. Не могу им надышаться. Это все не поддается разуму. Мои эмоции запредельные, несвойственные мне. И это жутко нервирует. Потому что я потеряла контроль над собой и ситуацией.

Макс нависает надо мной, упираясь руками в кровать по обеим сторонам от меня. Его лицо находится в нескольких сантиметрах от моего. Он смотрит мне прямо в глаза, отчего по телу пробегают мурашки.

— Я же обещал, что ты пожалеешь о том, что назвала меня сопляком, — ухмыляется парень, а я из-за тумана в голове не сразу понимаю, о чем он…

Но в следующий миг мои мысли разлетаются в стороны, как снежинки, когда Максим толкается в меня, заполняя полностью собой и… болью. Она пронзает тело, заполняя низ живота раскаленным свинцом. Затягивает в воронку, словно в вакуум.

— Черт! — слышу возле уха растерянный голос парня. — Ты что, девственица? 

Глаза зажмуриваю сильно-сильно, чтобы не расплакаться. И все еще продолжаю сжимать его шею. Он еще находится во мне. Большой. Твердый. Причиняющий боль.

Она отрезвляет мозг, и осознание слов Максима медленно доходит до разума. Обида заполняет сердце мгновенно. Я поняла, что он все это сделал специально! На зло! 

— Пусти. — Максим грубо сдергивает мои руки со своей шеи.

Я тут же его отпускаю, и он, покидая мое тело, отталкивается от кровати, встает. А потом, даже не взглянув на меня, уходит, забирая мою душу с собой. Скомканную, измятую, словно ненужный, испачканный лист бумаги.

— Господи! — Зарываюсь лицом в ладонях. — Что же я наделала? Что? 

Закутываюсь в лежащее на кровати покрывало с головой. Сжимаюсь в нем в комок. Такой униженной и оскорбленной я себя никогда не чувствовала. Совсем не так я планировала свой первый раз… Хотя, чего себе врать, я вообще его не планировала, но никак не ожидала того, что он принесет мне столько боли и разочарования. По щекам текут слезы бессилия. 

Громкий звук захлопнувшейся входной двери заставляет меня вздрогнуть. Слезы высыхают вмиг. Выглядываю из-под одеяла. Максим ушел?! Но куда? 

Тревога заставляет забиться сердце быстрее. Встаю с кровати. Подбираю полотенце с пола, заматываюсь в него обратно и спешно подхожу к окну, выглядываю. Как хорошо, что окна выходят на вход в гостиницу. Максим появляется через несколько минут. Накинув капюшон на голову, парень направляется вдоль улицы. И уже через пятнадцать секунд исчезает из виду. 

Блин! Если с ним что-то случится… меня Степан Геннадьевич убьет… Стоп. А если он вдруг узнает, что его сын был первым мужчиной в моей жизни, что он сделает тогда? 

От этих мыслей меня кидает в жар и даже тошнота к горлу подкатывает. Блин… Блин… Блин! Босс ничего не должен узнать. 

Я направляюсь в ванну, чтобы смыть с себя запах Максима. Я не должна себе больше позволять думать о нем как о мужчине моих мечт. Он для меня должен быть как… я на мгновение задумалась… как младший брат. Да. Тогда... тогда я больше не допущу ошибок. 

Душ освежает не только голову, но и немного приводит в порядок душевное состояние. Одевшись в пижаму, я прибираюсь в спальне, уничтожая все следы нашей с Максимом близости. 

Открываю окна, чтобы выветрить запах секса, и ложусь на тот самый диванчик, который стоял в коридоре. Конечно, он не совсем соответствует моему размеру, но ничего, одну ночь перетерпеть можно. Зато так правильно, так верно.

С такими мыслями я погружаюсь в сон. Сладкий сон. Мне снится Максим. 

Вдруг я просыпаюсь от того, что меня кто-то будит, коснувшись моих губ нежным, мимолетным дыханием.

Дыхание замирает в груди. Сердце останавливается. Я распахиваю глаза. 

— Максим?! — говорю на выдохе.

— А ты хотела увидеть кого-то другого? — вскидывает бровь вверх и поднимает уголок губ, отчего на его щеке появляется милая ямочка. 

У меня тут же сердце пускается в галоп. Ну почему он такой красивый?! Почему?

— Что ты делаешь? — смущаюсь, так как мне становится неуютно под его пристальным взглядом на чересчур близком расстоянии.

— Бужу тебя, — продолжает веселиться парень. Ага, занимает такую позицию, что мне сложно понять его и определиться, как вести себя. 

— Спасибо, я проснулась, — бубню недовольно, — дай встать.

Толкаю коленкой плечо парня, сидящего на корточках возле дивана. Макс чуть сдвигается в сторону, позволяя мне опустить только одну ногу на пол, и вдруг, словно из воздуха, перед моим носом появляются цветы. Большой. Букет. Роз. Он так стремительно и так внезапно оказывается передо мной, что я в полном шоке и изумлении застываю на месте. 

— Нравятся? — скупо спрашивает Максим. 

А я перевожу на него взгляд, всматриваясь в его прекрасные карие глаза, в которых сейчас ничего не отражается. Они просто пустые. Как будто я смотрю на статую. Сердце дергается в конвульсивном приступе. 

— Зачем? — спрашиваю шепотом.

— Хочу попросить прощение за… — Он замолкает. — … за то, что повел себя как кретин. 

Парень резко бросает букет к моим ногам, нетерпеливо вскакивает с места. Отходит к стене, облокачивается на нее спиной. Смотрит на меня.

— Я просто не ожидал, что ты …

— Замолчи! — Вскакиваю с дивана и тут же падаю назад, потому что неожиданная резкая боль сковывает мой живот. — Черт! — шиплю. Хватаюсь за низ живота.

— Майя, что с тобой? — Максим подскакивает ко мне и тянет ко мне руки, но я тут же выставляю вперед свою, останавливаю его.

— Нет! Не трогай! Стой на месте, — говорю сквозь зубы. — Сейчас все пройдет. 

— Тебе точно не нужна помощь? — с тревогой спрашивает Максим.

— Точно, — киваю. 

Вторую попытку подняться предпринимаю через несколько минут, и она проходит не так болезненно. 

— Нам нужно поговорить. — Захожу в спальню, где Максим лежит на кровати и пялится в телефон. Но, когда слышит меня, тут же его откладывает в сторону, а я невольно замечаю у него на экране девушек в откровенных купальниках.

— Давай. Я тоже хочу поговорить. — Парень стучит ладонью по кровати возле себя.

 Я в недоумении хлопаю глазами, не верю в то, что вижу.

— Кхе. Максим, ты меня извини. — Прохожу мимо, направляясь к столику, чтобы поставить букет. — Но ты все неправильно понимаешь. — Я повернута к парню спиной, потому что смотреть ему в глаза и говорить то, что задумала, выше моих сил.

— Ты уверена? — его жаркое дыхание опаляет мое ухо.

И в следующую секунду он обнимает меня за талию, притягивая к себе.

— Максим, — то ли возмущаюсь, то ли прошу. Мой голос совсем чужой.

— Я хочу все исправить, — хрипло говорит парень, от чего мою кожу покрывают взбудораженные мурашки.

Максим поворачивает меня к себе лицом и целует в губы, лаская их языком. Втягивая. Посасывая.

Мой разум отключается напрочь. Я перестаю думать о том, что происходит сейчас, а мне и не нужно больше. 

Закидываю руки на шею парню и отвечаю на его поцелуй со всей страстью, что у меня есть. Я не могу приказать своим чувствам остыть. Они мне в данный момент неподвластны. И сейчас я и тело жаждут, до зуда в костях, объятий. Его поцелуев. Его всего. Я хочу этого парня так же, как и вчера. До умопомрачения...

— Я хочу тебя, — выдыхаю я. В тот момент, когда Максим отрывается от моих губ, обвиваю его шею руками, прижимаюсь к нему ещё ближе, остро чувствуя все неровности его тела. Макс смотрит на меня с каким-то диким вожделением; мне одновременно и радостно, и страшно от того, что я не знаю, куда нас все это заведет. 

— Я сделаю так, что эти семь дней ты никогда не забудешь, — рычит мне в губы парень и накидывается на них, как дикий зверь.

И да, Максим выполнил свое обещание. Я влюбилась в него окончательно и бесповоротно на второй день нашего пребывания в Нью-Йорке.  

И эти семь дней я вряд ли когда-либо забуду, как, собственно, и самого Максима. Ведь он стал моим воздухом. Моей Вселенной. 

Покорив мое сердце, забрал его себе, не спрашивая. 

— Эй, сладкая! Пойдем. Чего ты застыла? — Максим хватает меня за руку и дергает с места. 

Монетка с загаданным желанием выскальзывает из пальцев и, стукнувшись о бортик, падает в фонтан. Растягиваю губы в улыбке.

— Макс! Прекрати. На нас люди смотрят, — деланно возмущаюсь, но губы для поцелуя все равно подставляю, когда парень обнимает меня за шею, прижимает к себе и целует в засос. 

— Плевать на людей. Я где хочу, там и буду обнимать тебя и целовать. Теперь ты моя, — улыбается. 

Я обнимаю его за талию, прижимаясь теснее.

— Хм, ну что сказать? Такой себе аргумент. А меня ты спросил? — вздергиваю бровь вверх.

— Зачем? — Парень склоняется к моему уху и, сцепив зубы на моей мочке, всасывает ее. У меня с губ срывается стон. Закатываю глаза. Тело пронзает волной желания, и оно, скручиваясь в тугой комочек, опускается вниз живота, пульсирует. — Я теперь знаю все о тебе, сладкая. Мне аргументы не нужны. Достаточно того, что ты любишь меня.

— Засранец. Так нечестно! — Обиженно закусываю нижнюю губу. 

— Сама же сказала, — невинно хлопает ресницами Максим. — Хочешь, я тоже тебе скажу? 

Я поднимаю на него взгляд.

— Нет, если это только не будет правдой, — отвечаю твердо, а у самой сердце в груди замирает.

— Я люблю тебя, сладкая. —  И снова этот умопомрачительный поцелуй, которым он подкрепляет свои признания. 

Пульсирующий комок внизу живота взрывается и выпускает наружу сотни бабочек. Они порхают у меня в животе, щекочут все внутри. Я даже чувствую их в горле и жмусь к Максиму. Я чувствую себя частью космоса, Вселенной, которой нет конца. Он любит меня! Любит. 

Мое сердце колотится быстро-быстро, что кажется, сейчас сорвется с места. И совсем не хочет думать о том, что будет с нами дальше. Думать о том, что нас ждет. Максим прерывает поцелуй, смотрит мне в глаза пристально. (3303c)

— И даже не надейся, что сможешь отделаться от меня просто. Не отпущу, — серьезно обещает парень.

— Эй! — Толкаю его попой в бок. — Ты переигрываешь. Давай лучше пойдем поедим мороженку, а то что-то в горле пересохло. 

Максим смотрит на меня еще пару секунд, а потом, улыбнувшись, чмокает в нос и, взяв меня за руку, тащит в Мак.