Глава 20

Храм настораживал своим внешним спокойствием. Я старалась не показывать свою нервозность, но невольно сжимала руку Дрэйка и внутренне готовилась к худшему. После двух дней, проведенных вместе с ним в том покинутом доме, самых счастливых и светлых на моей памяти, я вдруг поняла, что сама хочу поскорее покончить с этой историей. Да, будет сложно. Безусловно, мне придется проявить изворотливость и смекалку, положиться на свою силу, на саму природу, чтобы добиться желаемого. Но теперь мне было ради чего бороться. Ради кого! Муж поцеловал мою руку, первым направился в храм, повел за собой. Внутри оказалось многолюдно. Ведьмы оживленно разговаривали, стоя каждая возле своей ниши, а потом разом замолкли, едва появились мы. На лицах некоторых родились улыбки. Большинство посмотрело на нас с удивлением, немногие – с ужасом. Миссис Ройс так вообще не смогла сдержать своего изумления, но быстро справилась с эмоциями и приняла безмятежный вид. – Вивиан, а нам сообщили, что вас больше, кхм, нет с нами, – произнесла одна из них, которая во время совета показалась самой спокойной и рассудительной. – Как видите, моя жена вполне жива и здорова, – ответил Дрэйк. – На меня напали ведуны, – шагнула я вперед, не собираясь снова прятаться за чужой спиной и отмалчиваться. Настал час показать, что я не пустое место. – Одна из вас вознамерилась стать верховной, устранив претендентку грубым способом. Одна из вас готова на убийство. Одна из вас может в любой момент предать. Это миссис Ройс! – указала на нее пальцем. Женщина подобралась, сделала оскорбленный вид, сразу заявила, что это клевета. Ведьмы разом зашумели, начали повышать голоса, но в храме стало темнее – освещенной осталась лишь статуя. – Матерь недовольна, – прошептала я для себя. – Ей не нравятся споры и разногласия. Но почему больше никто этого не замечал? Женщины продолжали возмущаться, нападать на мать Лиара, в то время как она вовсю защищалась и обвиняла меня во лжи. Все громче. Яростнее. Темнее. – Тихо, – попросила я и посмотрела на Дрэйка, который широко улыбался. Ему определенно нравилось происходящее. – Тихо! Воцарилось молчание. Ведьмы отступили обратно к своим нишам, где в момент моего необычного бракосочетания сидели бритоголовые прислужницы и постоянно шептали. Я невольно задумалась, где же сейчас Лиар, но решила пока не думать о нем. Рано, разберусь со вторым избранным чуть позже. – Предлагаю обсудить данный вопрос не здесь. Храм – не место для препирательств. Муж положил ладонь мне на поясницу. Безмолвно подталкивал продолжать, говорить громче, увереннее, никого не стесняться. Он поддержит меня во всем, обязательно будет рядом. Тем более я могу, достойна. Я Грэйчерс! Я Грэйчерс. – Мы собрались, чтобы выявить сильнейшую из нас. Приступим? Юна одобрительно кивнула. Миссис Дженери состроила жуткую гримасу, давая понять, что не собирается слушать какую-то выскочку, которую следовало бы отправить на путь очищения. Вообще эмоции у всех были разные. Однако главным для меня был лишь Дрэйк и его полное согласие со мной. – Ведьмы, – произнесла в воцарившейся тишине храмовница, которая вышла из-за статуи. – Раз вы готовы, прошу занять свои ниши, чтобы Матерь могла благословить вас на предстоящие испытания. Я отошла к пустующей. Муж от меня не отставал. Нас моментально окутал мрак. В какой-то момент появилось дыхание природы, послышался шелест листвы, звон ручья. Я невольно улыбнулась, мысленно поздоровалась. Мне все больше нравилось быть ведьмой. Спустя несколько минут вновь стало светло. Храмовница предложила следовать за ней. Вскоре привела нас в большую теплицу, защищенную от холода и непогоды, в которой, правда, почти ничего не росло. Она попросила стать нас в большой круг. Показала молодое деревце. – Сейчас каждая из вас по очереди будет укреплять его, а остальные разрушать. Одержит верх та, что продержится дольше других. Миссис Ройс, вы первая. Было волнительно. С каждым новым выступлением я все больше понимала, что не готова. Мне сложно тягаться с ними. Ведьмы выращивали дерево, позволяли ему обзавестись листвой, укрепляли ствол, делали ветвистым. Оно преображалось на глазах. А потом вступали остальные. Направляли на бедное растение потоки магии, уничтожали самым грубым способом. Мне казалось кощунством такое обращение с живой природой. Претендентки на роль верховной сменяли друг друга. Каждая была уверена в себе. Храмовница не оглашала результатов, сколько кто продержался, просто записывала. Все повторялось. Я невольно пятилась, но возвращалась на место, потому что Дрэйк не давал уйти. Не справлюсь. Как они все это делали? Да я не представляла, как вообще вырастить дерево! Мой черед был последний. Муж поглаживал по спине, делился своей уверенностью. Волнение холодило руки. Правда, я не имела права показывать остальным своего состояния, держалась ровно, с высоко поднятой головой. Шла вперед плавно. Стояла уверенно. Взглянула на снова маленькое деревце, его тонкий ствол. Подумала, что настрадалось оно, мысленно обратилась к этому хрупкому созданию со словами сочувствия. – Приступайте, миссис Грэйчерс, – сказала храмовница. В него палили огнем, стреляли молниями, иссушали, вытягивали живительные соки. Обычно растение жило не более нескольких секунд. Что бы я ни сделала, оно все равно пострадает, каким бы огромным я его ни вырастила. Да, оставался еще вариант сотворить гиганта, но разве поможет? Ему не уцелеть. Тем более взгляды, которые бросали на меня другие ведьмы, говорили, что щадить они меня точно не станут, не посмотрят на мою неопытность и молодость. Я обернулась на Дрэйка, протянула к нему руку. Он моментально шагнул ко мне, взял мою ладонь в свою. Я обратилась к природе, поприветствовала ее, попросила помочь в столь нелегком деле. Собралась последовать примеру остальных и напитать несчастное творение своей силой, которой у меня было значительно больше. Вероятно, этого вполне хватило бы. Правда, вдруг поняла, что все это неестественно. Тем более у меня нет опыта. Куда направлять энергию, как преобразовывать, смогу ли таким образом вообще вырастить дерево? Практиковалась в последнее время, но разве этого достаточно, чтобы противостоять могущественным ведьмам? Зато… Усмехнулась внезапной идее. Подумала, что я сумасшедшая и точно долго не продержусь. Вот только не видела иного пути. Деревце осталось прежним. Я обратилась к ветру, попросила молчать, никому не отвечать. Тихо, сейчас нужно вести себя очень-очень тихо. Почувствовала силу, источаемую землей, мысленно прикоснулась к ней, попросила немного поспать, хотя бы подремать. Нащупала влагу в почве и в пространстве вокруг, попросила замедлиться, подождать. Развеяла тепло. Отогнала прочь любую живительную энергию. Даже скрыла за облаками солнце. По сути, я вообще ничего не сделала. Просто обратилась к природе. Предприняла то единственное, чему научилась. Теперь она молчала. Ведьмы призвали магию. Со всех сторон полилась сила, устремилась к дереву, набросилась на него сокрушительной мощью и… ничего не сделала с ним. Женщины переглянулись. Повторили свою попытку. Я видела, как хотели сотворить что-то сокрушительное. Собрались атаковать, как и перед этим много раз во время тянущегося уже несколько часов испытания. Вот только сейчас у них ничего не получалось. А я продолжала просить. Говорила тихо, мягко. Взывала к нашему окружению, успокаивала природу. Еще немного. Поспи. Не звучи. – Что происходит? – Это невозможно! – У меня ничего не выходит, шутка какая-то? Ведьмы негодовали. Я видела напряжение на их лицах, недоумение, злость. Самые старшие из них, правда, уже поглядывали на меня с интересом. Зато другие кричали и начали обвинять меня в запрещенных приемах, называли темной, настаивали на изгнании. Дрэйк поглаживал мою спину. Неторопливо, нежно. Вот только не улыбался, выглядел холодно, грозно. Казалось, в любой момент готов был атаковать, отбиваться, рвать на куски всех тех, кто посмел повышать голос и обвинять меня. – Пожалуйста, спокойнее, – сказала храмовница и подошла к дереву, которое впервые за все время не пострадало. – Миссис Грэйчерс единственная прошла испытание. – Это нечестно! У нее избранный. Без него она вообще ничего не сделала бы. – Верно! Пусть уйдет, а она сама справляется. – Мужчинам не место в совете. – Избранный – это часть ведьмы, – громко произнесла самая старшая из присутствующих, которая во время собрания упоминала, что дружила с моей бабушкой. Ох, а я ведь даже имен их не знала. – Мы не имеем права лишать ее силы. Считаю, испытания завершены. Миссис Грэйчерс выступила более чем достойно. – А как же остальные? Их несколько. Мы не успели себя проявить. Уверена, дальше она не сможет ничего подобного. – Да-да. Предлагаю продолжить! – Что вы сами сделаете без магии? – спросила она и поочередно остановила взгляд на каждой. – Как станете бороться дальше, если природа предпочитает слушать ее, а не вас? Не позорьтесь! Я увидела все, что мне было нужно, и уверена, что юная Грэйчерс еще проявит себя с лучшей стороны. Я буду рада видеть тебя в совете, Вивиан, – обратилась она ко мне. – Добро пожаловать. Ковену нужны такие дарования. Женщина подошла ко мне, взяла за руку, посмотрела в глаза, будто в саму душу проникла. С добротой, радушием. Словно увидела во мне близкого человека и готова с распростертыми объятиями принять в семью. – Спасибо. Она похлопала по моей ладони, предложила собраться через два часа для обсуждения насущных вопросов и направилась к храму. Ко мне подошла Юна, та самая, которая хотела обучить. Тоже подарила несколько теплых слов. Еще несколько ведьм высказали свои поздравления. Но большинство все-таки осталось недовольно. Правда, теперь они не посмели опускаться до грубости. Кто просто проходил мимо, кто что-то негромко говорил, однако в открытую говорить гадости уже не решились. Все-таки я будущая верховная, а со мной лучше дружить. Когда в теплице никого не осталось, я выдохнула. Повернулась к Дрэйку и, не сдержав порыв, бросилась его обнимать. – Ты молодец, кошечка, – погладил он меня по спине. – Лучшая! – Спасибо, – улыбнулась я и заглянула ему в глаза. – Мне было бы намного сложнее, если бы не твоя поддержка. – Привыкай. Теперь мы нераздельны. Никуда не отпущу свою ведьмочку одну. – Обещаешь? – Обещаю! – сказал он и наклонился, чтобы меня поцеловать. Правда, не успел коснуться губ, как мы услышали предупредительный кашель. Одновременно повернули головы. Миссис Ройс, стоявшая возле входа, ехидно улыбнулась, задержала взгляд на руке мужчины, лежавшей на моей ягодице, тем самым намекая на мою грязную суть. – Что-то хотели сказать? – даже не стала я тушеваться и убирать его ладонь. Наоборот, прильнула к своему мужу. – Может, собрались попросить прощения? – Потаскухам не место в совете, не место в нашем ковене, – с нескрываемым отвращением произнесла она. – Я не позволю тебе занять место верховной. Оно мое! Женщина бросила на землю черный горох. Дрэйк сразу подобрался, начал отступать, утягивая меня за собой. – Не смейте, ядовитый рокс запрещен. – Не вздумай указывать мне, щенок! – процедила Жианет. – Я достаточно терпела твои выходки. Лиа-ар! В теплицу вошел мой второй избранный. Выглядел холодно, важно. Без былого тепла посмотрел на меня, встал рядом со своей матерью. Я решила обратиться к природе, предотвратить ужасное, потому что уже видела, как к нам устремились колючие побеги, волнами появляясь над землей и снова погружаясь в нее. «Пожалуйста, родная, усни!» Движение рокса прекратилось. Миссис Ройс усмехнулась. – Прикажи ей не мешать. – Не сопротивляйся, Вивиан! – Твердый голос, неоспоримое указание. – Сопротивляйся из последних сил! – новый приказ на самое ухо, рука, до боли сжимающая мою. – Никогда не сдавайся! – Нужно устранить его, Дрэйк нам мешает. Действуй! – сказала Жианет, и Лиар двинулся к нам навстречу. Я попятилась, муж меня не отпустил, хотя явно был нацелен драться. Побеги снова начали появляться, размножаться, стремиться к нам, вот только я опять обратилась к природе, взмолилась, чтобы не отвечала никому. – У тебя ничего не выйдет, новая кровь, – заявила женщина. Второй муж приблизился, нацелился ударить первого. Я невольно пискнула, отскочила в сторону. Сосредоточилась на разговоре со стихиями, позвала, успокоила. Могла бы попробовать что-то предпринять, как было с ведунами, но боялась кого-нибудь покалечить и вообще проиграть из-за своей неопытности. Зажигание свечей – не самый выдающийся навык, хоть и оказался мощным. Дрэйк увернулся, ответил. Я наказала себе не смотреть на мужчин, потому что была уверена в лучшем исходе. Все-таки они боролись не раз, и Мальро выходил победителем. Здесь будет так же. Жианет достала из мешочка на поясе какой-то порошок, сыпанула его на землю. Он заискрился, но сразу потух. Женщина недовольно поджала губы, одарила меня недобрым взглядом. – Я слишком долго добивалась своего, чтобы отступать из-за какой-то выскочки. Сдайся сразу, и тогда никто не пострадает. – Да я с радостью, но уже не могу. Извините, вы зашли очень далеко, миссис Ройс. «Спи, моя родная, пожалуйста, спи!» – Да, далеко. И не остановлюсь, пока не достигну желаемого. – Чего именно? Вы уже не станете верховной после моего заявления. – Не страшно, ты скоро поменяешь свое слово, укажешь на другого виноватого, – ухмыльнулась она и снова сыпанула перед собой порошок. Лиар упал, Дрэйк наклонился, дернул его вверх за ворот, занес кулак для удара. Второй муж бросил в глаза первому землю. Сделал подсечку. Прижал к носу Мальро явно пропитанный чем-то платок. – Нет! Из почвы вдруг появились зеленые плети, обвили руки и ноги моего защитника. Я поняла, что потеряла концентрацию, вновь сосредоточилась на своей просьбе, но уже не получалось ничего. Бросилась к мужчинам, схватила Лиара за руку, попыталась оттянуть. Он оттолкнул меня. Я упала. Дикий ужас взвился в груди. Я испугалась, стоило понять, насколько сейчас все серьезно. И Лиар больше не на моей стороне. Он выбрал свою мать. Может приказывать, станет это делать. А если устранить Дрэйка, то им больше никто не помешает. Значит, ядовитый рокс направлен не на меня? Мужчина поднялся, отряхнул руки. Я видела, как движутся черные побеги, лихорадочно думала, что предпринять. А второй муж выпрямился, встал надо мной. Мальро неподвижно лежал. Я еще надеялась, ждала, молила, чтобы он пошевелился, дал отпор, сражался из последних сил. Убаюкивала природу, просила защитить моего избранного. Сжимала в кулаке землю, чувствовала течение энергии в ней. Смотрела на своего мужчину. – Лиар, – протянула к нему вымазанную руку. – Лиар, пожалуйста. Он схватил мою кисть, потянул вверх. Я оказалась на ногах, сразу приложила ладони к его груди. Знакомый запах, успокаивающий, дарующий ощущение защиты, тепла. Не такой, как у Дрэйка. С Ройсом все было необычно, неправильно немного. Наверное, потому что мы не принимали нашу связь, не шли друг другу навстречу. Я была поглощена другим мужчиной, он действовал во благо своей матери. Но ведь он тоже избранный, тоже мой. Особенной, родной. Мне он очень нравился. Общение, забота, поддержка, внешность. С ним хорошо. И в постели. – Лиар, ты мне нужен, – прошептала, прижимаясь к нему. Да, предал. Собрался воспользоваться своим умением, чтобы избавиться от неугодного Дрэйка. Перешагнул через меня. Правильно было бы расстроиться, отвернуться, но ведь не смогу, как и в случае с Мальро. Стану чувствовать себя плохо, страдать, не найду в себе сил, чтобы закрыть между нами дверь. Избранный – часть ведьмы. Душа, дыхание, голос. – Лиар, мне без тебя не справиться. Помоги, прошу, – сказала открыто, решив довериться, сделать шаг навстречу. Кто-то ведь должен. Раздался злодейский смех. Я повернула голову и заметила, как над Дрэйком начали возвышаться черные побеги, переплетаться в толстый жгут, наверное, собираясь проткнуть его. Я вырвалась, резко села, чтобы прикоснуться к земле. «Нет, усни, сейчас же усни!» Опасное растение потеряло силу, опало. Жианет прорычала злобно, глянула на своего сына. – Держи ее. Прикажи. – Вивиан, перестань! Перестать что? Бояться? Хорошо, нет больше страха, я не стану пасовать. Ройс дернул меня вверх, обхватил запястья. Вопросительно глянул на свою мать, явно ожидая очередного приказа. – Лиар, – тихо, с надеждой, – посмотри на меня. Он повернул голову. Правда, не увидела я в глазах былого задора и тепла – неприятная отстраненность, будто преграда между нами какая. – Лиар, ты мне нравишься. – Глупо, да, но что еще сказать, чтобы растопить его сердце? – Лиар, я скучала. – Не ври, – криво усмехнулся он, не собираясь поддаваться. – Заткни ей рот! – произнесла Жианет, безрезультатно сыпанула на землю порошок и нахмурилась. – Да как она это делает?! – Лиар, – встала я на носочки, – мне без тебя плохо. Не хватает твоего тепла, наших разговоров. Я согласна на все, Лиар. Я твоя… твоя Вивиан. Говорила, а внутри расцветал цветок. Становилось проще, светлее. Тянулась к нему всей душой, будто отправляла беззвучный зов. Теперь смотрела на него и видела мужчину, который мне нужен. Улыбчивого, отзывчивого, умеющего шутить, ласкового, заботливого. Готового вымазывать руки, трудиться. Называющего меня приятными словами, которому очень нравилось доставлять мне удовольствие языком. Я отталкивала, не принимала его, а сейчас сделала это. Потому что тоже мой и тоже мне нужен. Без него плохо, без него я никогда не стану полноценной. – Лиар, ты ведь мой, знаешь? Мой… – потянулась я к его губам. – Только мой, Лиар. Самый улыбчивый, светлый, добрый. – Заткнись, шлюха! – завопила Жианет, и побеги снова вернули свою силу. Устремились уже ко мне. Набирали скорость, закручивались в плотный жгут. А мужчина держал. Смотрел мне в глаза. Не принимал. – Я, наверное, люблю тебя, – сказала с улыбкой, вдруг поняв, что не стоит ждать. Были чувства. Спали. И вот теперь только проснулись, потому что я приняла свою суть и то, что у меня избранных двое. С каждым мне хорошо, но по-своему. Ройс уже рядом. Я опустила веки, полностью вверив себя моему мужчине. Порой нужно поддаться, шагнуть вперед и упасть, иначе не подхватят. Резкий разворот. Муж вздрогнул, я распахнула глаза, увидела застывшую на его лице улыбку. По груди начала расползаться чернота. Он был неестественно выгнут, но смотрел только на меня, приняв на себя удар. – Борись до конца, моя Вивиан. – Не-е-ет! – завопила, когда он безжизненно рухнул на землю.