Глава 23
Дышать тяжело. Невозможно. Нечем...
Меня привезли к нему домой! Стою в холле и жду. Сказали ждать.
Тот бугай, что притащил меня сюда и вырубил парня, с которым познакомила меня Майка. Мы даже толком поговорить не успели. Когда пришла на праздник, веселье уже вовсю происходило. Слегка нетрезвые ректоры, студенты вообще еле на ногах держались. Не без труда нашла свою соседку по квартире.
- Ника? Ты что здесь делаешь? Ты же не собиралась! - округлила от удивления глаза землячка.
Она была похожа на звездочку. Синее короткое платье в стразах и блестки везде, на коже, волосах и даже на ногах, в виде таких же синих переливающихся туфель на высоком каблуке.
- Вот, скучно стало, - прокричала ей на ухо. В зале гремела музыка, все друг с другом разговаривали - гомон стоял невероятный.
Подруга ухватила меня за руку и потащила за собой. Туда, где стоял ее знакомый со своим другом. Не скажу ничего о внешности. С недавних пор, мне очень сложно оценивать мужскую красоту. Парни, как парни. Студенты. Оба худые, как и полагается, рослые. Тот, которого Майка подтолкнула ко мне, был в очках. Может быть... Может быть именно из-за этих очков, мне в последствии стало его особенно жаль.
Они предложили выйти на улицу покурить. Я пошла. А Майка нет. Сослалась, что ей надо носик припудрить. Мне не надо было...
Мы только завернули за угол здания, где уже давно у всех учащихся образовался уголок для курения. Парни, еще даже не прикурили, как к нашей небольшой компании подошли двое. Одного из них я уже знаю.
- Допрыгалась? - прогрохотал его громовой голос над моей головой. - Сигурд Авдеевич велел тебя привезти.
- А ты вообще кто? - Майкин поклонник на этот вечер лишь попытался проявить храбрость, и моментально был сокрушен одним точным ударом в челюсть. Мой сопровождающий и сказать не успел ничего, как последовал за другом.
- Пошли, - огрызнулся второй и, подхватив меня под локоть, поволок к подъехавшему джипу.
Допрыгалась...
Допрыгалась...
Допрыгалась...
Твердила себе это без остановки, пока ехали в машине. А еще, потратила уйму времени, чтобы унять свои трясущиеся колени. Допрыгалась...
Почему так темно? Меня привели в зал, по всей видимости, это одна из гостиных. Почему одна? Снаружи его дом огромный. Невероятно огромный. Не удивлюсь, если у него здесь всего по несколько. Несколько гостиных, несколько кабинетов, несколько пыточных... И эта комната - как две наши с Майкой квартиры. Минимум мебели и максимум пространства. В высоту одной из стен - настоящий водопад. Посередине рояль. Какие-то диваны, кресла, картины на стенах. Все безликое. И до жути дорогое.
Но меня обстановка мало волнует. Я переживаю не из-за нее. А из-за того, кто только что вошел в это помещение. И не спеша направляется в мою сторону...
Как и в предыдущие разы, сейчас он был в костюме. Приближаясь ко мне, Завьялов скинул пиджак со своих внушительных плеч и небрежно бросил его здесь же, на диване. Галстук последовал за ним. А когда хозяин дома был в каком-то метре от той, кого считал своей собственностью, уже расстегивал пуговицы на манжетах, после чего закатал рукава на белой рубашке, обнажив при этом свои огромные руки.
- Вы сорвали мне вечер, - было первое, и довольно грубое, что сказал человек со шрамом.
Если секунду назад я практически теряла сознание от страха, то теперь уже была готова задохнуться от возмущения!
- Это... это ваши люди притащили меня сюда!
- Они всего лишь выполнили ваше желание, не так ли? - резко оборвал меня человек со шрамом.
Промолчала. Нечего было сказать. Эта была правда. Ведь я именно этого и добивалась.
- Молчите? - Завьялов все еще стоял в каком-то метре от меня и, уперев руки в бока на пояснице, с интересом наблюдал за реакцией на свои слова. - Я рад, что у вас хватает ума, не отрицать это. Итак, Ника? - тон его голоса заледенел окончательно. - Зачем же вам понадобилась эта встреча?
Был ли смысл отрицать? Оправдываться? Или... Я решила пойти ва банк, и сказать все так, как есть!
- Я хочу, чтобы вы перестали меня преследовать, - приложила максимум усилий, чтобы мой голос звучал уверенно. - Чтобы убрали свою охрану и больше не вламывались в мою квартиру. Вы не имели и не имеете никакого права меня покупать или продавать. Мы с вами встретились один раз. Я выполнила условия и больше ничего вам не должна. Готова отдать вам ваши пятьдесят тысяч и кольцо в любой момент. Они лежат у меня дома нетронутые.
Сказала. Конечно, сказала все, как собиралась и как представляла себе до этого. Но теперь почему-то мне захотелось взять свои слова обратно. Из ниоткуда пришел страх... страх того, что он сейчас возьмет и согласится...
Си-гурд не сдвинулся с места. Даже не пошевелился.
- Разве же я преследую?
- Ваши люди... - возмущенно выдохнула в ответ, но тут же была остановлена.
- Всего лишь охраняют вас. Разве это может считаться преследованием?
Должна была что-то сильное сказать в ответ, но опоздала. Неожиданно, человек со шрамом сделал еще один шаг ко мне. Всего лишь шаг. Какой-то шаг. Но меня мгновенно отбросило обратно, в день нашей второй встречи в клубе. Когда он приковал меня и...
- Ника, - он говорил все также холодно, однако... пальцы его правой руки в этот же самый момент коснулись холмика моей груди. - Вы представления не имеете, - большой палец Си-гурда с легкостью обнаружил мой отвердевший сосок и сделал несколько головокружительных движений... по кругу... медленно, чуть надавливая... и отпуская... - во что ввязались, - завершил фразу он.
Я не могла ответить. Сердце... сердце стучало где-то в районе моего горла. Оно подскочило вверх и заблокировало мое дыхание. Согревающая волна пробежала от моей груди вниз, по всему телу, задевая и обволакивая все на своем пути, пока не добралась до самых пяток... А потом... мне стало очень жарко в моих туфлях...
Этот палец... бесстыже наигравшись с моим соском скользнул вверх, по моей груди... добрался до шеи... до подбородка... до губ... мягко прошелся по ним и дерзко скользнул в мой рот, заставив меня при этом разжать зубы.
Почему... почему я подчинилась ему? Почему не отдернула голову, не сжала челюсти и хотя бы не укусила его? Этот палец... прогулявшийся по моим зубам, чувственно поддевший мои губы, коснулся моего языка и будто бы потребовал ответить. Я смотрела в жесткие, черные глаза человека со шрамом и невольно заметила, как участилось его дыхание. Не понимая себя и своих необдуманных решений, отозвалась. Провела языком по незваному гостю в моем рту... И увидела, как кадык на изуродованной шее Завьялова дернулся вверх, а потом вниз и его губы приоткрылись, выпустив на волю горячее облако воздуха из его легких.
- Ты знаешь... - голос министра дрогнул, - что твои глаза меняют цвет, когда ты возбуждена?
После его замечания, мне показалось, что я даже почувствовала, как делаю это. Почувствовала, как мои глаза молниеносно изменили цвет, как температура в глазницах подскочила к самой высокой отметке, как вдруг выступили капельки пота в уголках под веками - настолько мне стало жарко.
- Хорошо... - медленно сказал Сигурд. - Я дам тебе то, зачем ты приехала на самом деле. Только... сначала ты пройдешь проверку.
Его палец пронырливой змеей выскользнул из моего рта, и сразу же его руки схватили меня за запястья, после чего заставили обе ладони гостьи лечь на грудь к своему хозяину.
- Расстегни мою рубашку, - последовал вновь ледяной, как кусок айсберга приказ.
Отстраненно наблюдала, как мои пальцы одну за другой освободили несколько пуговиц из петель. Моим глазам предстал его жуткий шрам. Следствие чего-то очень нехорошего, что случилось с этим человеком достаточно давно.
- А теперь дотронься до него, - голос Завьялова ухнул в пучину хрипоты. - Дотронься, Ни-ка.
Все же, какие у нее завораживающие глаза, даже в полутьме они провоцируют меня на необдуманные поступки. Мне вдруг очень захотелось, чтобы она почувствовала мой шрам. Не увидела, а именно почувствовала. Это увечье, нанесенное мне врагами отца двадцать два года назад. Интересно, хватит ли у нее смелости? Зрелище не для слабонервных, особенно, не для молоденькой, неподготовленной девушки.
Кожа... горячая. Я поднесла пальцы к его груди. Но не стала ими проводить по перепонками и мелким уродливым шрамам и рубцам, страшной паутиной сливающимся в одно большое увечье на его теле. Я положила сразу всю ладонь.
Бьется. Под шрамом бьется. Что-то большое... Обжигающее, дикое сердце неукрощенного зверя... Я чувствую, как моя ладонь начинает пульсировать вместе с его сердцем. Горячо...
Бьется. Отчетливо слышу каждый гулкий удар своего сердца под ее маленькой, прохладной ладошкой. Раз... два... три...
Что это? Меня били в детстве. Били жестоко. И на моем теле тоже есть шрамы, но они далеко не такие. Это... это было что-то очень страшное. Кипяток... Кислота? Что? Что могло настолько страшно изуродовать кожу? Что пережил этот человек? И не только пережил, но и...
Эти глаза. Два разноцветных глаза. Они смотрят на мое уродство и... что это? Что? Жалость?!!
- Тебе жаль меня?! - услышал свой разъярённый голос.
В ее глазах, которые, наконец, осмелились заглянуть в мои - страх. Но он пришел только что и перекрыл жалость! Жалость все-таки была! Что она... Она. Осмелилась. Меня жалеть?! Меня?!!
- Раздвинь ноги! - прозвучало очень грубое от него. Мгновение назад... Мгновение назад мне почудилось, что в груди этого чудовища я слышала гулкий стук живого сердца. Но... Я, наверное, ошиблась.
Однако, я не бегу. Мне хочется. Мне очень хочется подчиниться ему. Я все равно безумно... до боли... хочу почувствовать и его прикосновение тоже...
- Не стоит тебе меня жалеть. Я не такой, каким ты меня себе выдумала! - прорычал и, подцепив пальцами ее короткую юбку, задрал ту до самой талии.
Она не сопротивляется. Не кричит. И даже не убрала ладонь с моей кожи. Что движет мной? Перекрывающее все желание или злоба? Раздражение, вызванное ее жалостью? Как она может меня жалеть? Как осмелилась на это?!
На ней чулки, не колготки. Готовилась? Знала? Хотела?
Грубо проник рукой под ее трусики. Горячо. Очень горячо. Это уже не похоже на жалость. Горячо и влажно... Сладко... Слишком сладко...
Она поддалась моим ласкам, расставила чуть шире свои длинные ноги и уже обеими ладонями уперлась в мою грудь. Доверяет? Потому что жалеет?! Сжал зубы. Ну, уж нет!
Шлепок! Еще шлепок! Его большая ладонь пришлась ровно туда, где мгновение назад ласкала меня. Но мне не больно...
Она не дернулась. Совсем. Наоборот. На каждый мой шлепок ее тело отреагировало с восхищением. Моя ладонь мокрая. С каждым следующим шлепком она становится еще более влажной, пока из ее маленькой женской груди не вырывается неуверенный стон. Еще! Еще! Еще один шлепок и стон. Глубокий стон настоящего звериного вожделения.
Не могу больше ждать. Резко подвел ее к дивану, и она покорно пошла. Заставил встать на колени спиной ко мне. Маленькие округлые бедра, положил на них свои ладони и с силой вошел в нее. Здесь... еще горячее...
Ее стон... Ее неподдельный, искренний стон вызвал настоящий пожар в моей голове. Толчок. Толчок... Она поддалась и ответила мне, выгнула спину, придвинувшись ближе, ее тело просило меня взять свою хозяйку. Толчок.
Ее стон... Толчок. Толчок! Толчок!!! Она вцепилась своими тонкими пальчиками в диванные подушки. Еще! Еще! Еще!!!
Ее хрупкое тело задрожало в моих руках, а меня обдала обжигающая волна ее женского удовольствия. Горячо... Очень... Горячо... Сжал ее бедра в своих руках и нанес еще несколько сокрушительных ударов. Не могу... Не удержусь... Это... Ее глаза...Влага...
Что-то произошло с моим телом. Я вся горю! В глазах темно, я цепляюсь за подушки и стону... Бесстыже стону от... от удовольствия... от наслаждения, которое только что получила в руках человека со шрамом. Только что услышала и его глухой хрип... Мои глаза все еще закрыты, я стою на коленях на диване в его гостиной и постоянно забываю дышать... Он все еще во мне, я чувствую отголоски движений его мощных мужских бедер. Не отпускает... Как будто не хочет... Но и я не хочу... Пусть... Еще... чуть-чуть... немного... еще секунду...
Не могу... не могу оторваться от нее... Не могу... не могу остановиться... Слишком горячо и соблазнительно влажно... Мои ладони сами собой отправились гулять по ее ягодицам. Она все еще отзывается. Горячая... вкусная... особенно вкусная, потому что знает только меня...
Почему мне так сильно это нравится? Настолько сильно... что я даже забыл про презервативы!
Ч-черт! Резко вышел из нее, но прекрасно понимаю, что уже поздно.
- Одевайся, - прозвучал еще один его ледяной приказ.
Опять перемены! Я не понимаю и мне внезапно стало очень стыдно. Си-гурд очень быстро отошел от меня, оставив стоять с задранной юбкой. Стыдно. Я поторопилась поправить одежду и вернуть все на место. Мне стыдно за себя. Зачем?
Я... я ничего не понимаю... Что произошло? Почему я себя так вела? Он... что...
- Тебя отвезет мой водитель, - его ледяной голос, кажется, никогда не потеплеет. - Подожди его здесь.
Сказал и вышел. Даже не посмотрел на меня. Ничего. Просто ушел!!! Я быстро собрала свои вещи и... думала броситься к двери, но куда? На улице темно, а его дом охраняется. Нет. Придется ждать. Его водителя.
Но я не могу... уже не могу, потому что по моим щекам без остановки огромными горошинами катятся слезы.