Глава 50

Маша

Я еду медленно, то и дело задумываясь на светофоре о том бедламе, что сама учинила в своих отношениях с мужем, чем вынуждаю стоящих позади водителей жать на кнопку клаксона. Я не вернусь сегодня домой. Ни после этой вспышки ярости, разгромленной мебели и читаемого в его взгляде недоверия.

— Вот так сюрприз, — ядовито и слишком предсказуемо, Светлана Викторовна обдает меня своим арктическим холодом. — Вспомнила про свои материнские обязанности?

— Где дети? — игнорирую вопрос, и слегка отодвинув ее в сторону, заглядываю в комнату. — Сема, собери Софийкины вещи. И одевайся.

— Ладно. Все нормально? — спрашивает слишком по-взрослому, но я лишь киваю, переводя взгляд на свекровь.

— Спасибо за вашу отзывчивость, но наши планы немного изменились.

— Где Сережа?

— Дома, — отрезаю я, полоснув ее скучающим взглядом. Ее ехидство меня утомляет.

— Так, вы домой? — сложив руки на груди, спрашивает, нервно теребя кулон на своей шее.

— Что за допрос? — изрядно устав от чрезмерного внимания со стороны близких и их вопрошающих взглядов, я резко разворачиваюсь к женщине, цепляясь глазами за огромную брошь на ее блузке.

— Поругались, — подводит итог, и я жду, когда же она торжественно улыбнется, но заметив, что Светлана Викторовна так и стоит истуканом, даже не поведя бровью, бросаю:

— Разве вы не об этом мечтали? Самое время для победного танца.

Дети высовывают головы из гостиной и с интересом поглядывают на нас: Семка хмурит свой лоб, а София смеется, пряча улыбку за маленьким кулачком.

— На выход, — киваю и устраиваюсь на пуфике, больше не поворачиваясь к Титовой.

Я молча обуваю дочь, завязываю шарфик на ее шеи и, натянув ей на голову вязаную шапку, поднимаю на руки, то и дело уклоняясь от тянущихся к моим серьгам ручонок.

— Спокойной ночи, — пропустив Семена вперед, бросаю свекрови, переступая порог квартиры. Мне не дано увидеть тревоги, поселившейся на дне ее глаз, и никогда не узнать, что эта неугомонная старушка весь вечер будет мерить шагами спальню, гадая, какая кошка пробежала между ее единственным чадом и его невзрачной женой. Все-таки жизнь слишком сложная штука — мы долго о чем-то мечтает, а стоя в нескольких шагах от исполнения самой смелой фантазии, с ужасом замираем, только в этот момент задумываясь о последствиях.

— Мы что, едем к деду? — сын удивленно отрывается от обозрения улицы в боковое окно, распахивая свою куртку. — Мам?

— Да. Давненько мы не навещали своих стариков. Бабушка наверняка напекла пирогов. Наедимся до отвала и будем рубиться в приставку, — стараюсь произнести как можно беззаботней. — Софи уже спит…

— Мам, что случилось? Что-то с дядей Сережей? — не в силах скрыть свою озабоченность, Сема поворачивается назад и, потянувшись, поправляет одежду на уснувшей малышке.

— С чего ты взял? С каких пор мое желание провести ночь в доме родителей выглядит подозрительным?

— Я знаю, что он приехал. Он мне звонил сегодня с утра, перед отлетом.

— И ты не предупредил меня?

— Он хотел устроить сюрприз…

— Да уж, — горько усмехаюсь, отмечая, что, похоже, я перещеголяла его по части неожиданностей: подвела, нарушив свое слово, и так и не потрудилась с ним объясниться.

— Мам?

— Все хорошо, Семен, — мотаю своей головой, даря ему свою не самую лучшую улыбку. — Купим мороженое? Я не отказалась бы от шоколадного пломбира.

* * *

Я знаю к чему приводит безоглядное растворение в другом человеке. Имею опыт по части покорения мужской воле и вполне способна предвидеть к чему мы в итоге придем, если вовремя не откроем друг другу свои мысли. Было бы правильным, вернуться домой и разобраться во всех проблемах? Возможно. Но сил вновь отстаивать свою точку зрения, терпеливо снося его горящий взгляд, я в себе так и не нахожу…

— Подписала? — бросив свою сумку на пустующий стул, Света принимается расстегивать многочисленные пуговки на своем пальто.

— Да, — киваю и улыбаюсь Иринке, уже вовсю изучающей меню. У нас вошло в привычку встречаться в небольшом ресторанчике в центре города, и порой, мне кажется, что снующие по залу официанты, уже успели изучить наши кулинарные предпочтения.

— Так, можно тебя поздравить? Твоя карьера идет в гору, — шутит Иванова, потирая раскрасневшиеся ладони. — Нужно было взять такси, сегодня ужасный ветер.

— Как твой салон?

— На стадии оформления. Кто придумал эту бумажную волокиту? Лавирую между различными инстанциями, тратя время на заполнение документов. А могла бы уже вовсю заниматься декором!

— Да, уж, — отрывается от телефона Ира, сочувственно глядя на подругу. — Вот скажите, зачем вы тратили пять лет на учебу в вузе, если реализуетесь совершенно в других областях?

— Для общего развития, — выдает Света, и вновь устремляет свой взгляд на меня. — Что будешь с ним делать? Начнешь продавать бургеры?

— Не знаю. Еще как-то не задумывалась…

— Когда Медведев отчаливает? — вклинивается вторая женщина, опираясь локтями о столешницу.

— Не думаю, что это произойдет на днях… Если верить Семену, сначала Андрей устроит отпуск для своего отца.

— Смотрите-ка, какой порядочный! — не удерживается от очередной шпильки Иванова.

— А Сережа?

— Тут я тоже не в курсе, — горько усмехаюсь, — за эти два дня мы так и не поговорили.

— Так, может, сама ему позвонишь? Возьмешь за грудки, прижмешь к стене и поцелуешь так, чтоб он растекся лужицей у твоих ног.

— Светка, в семьдесят ты тоже будешь советовать решать все вопросы в постели?

— Не знаю, — серьезно глянув на нас, начинает теребить салфетку. — Так далеко я не загадываю…

— Маш, нельзя ведь и дальше прятать голову в песок.

— А я и не прячу. Могу сотню раз извиниться за то, что встречалась с Медведевым, но это мало что изменит… Не хочу всю свою жизнь гадать, правильно ли поступаю, опасаясь его реакции на мой неосмотрительный шаг.

— Только не говори, что подумываешь о разводе! — восклицает Ирина, безмерно меня удивляя. Пожалуй, такой бурной реакции я скорее ждала от нашей деятельной блондинки…

— Нет, — качаю своей головой, прикрывая глаза, а через секунду добавляю. — Подожду, пока он обуздает свой пыл и, наконец, будет в состоянии меня выслушать.