Глава 11

София Не зря я позвонила Косте. Он примчался тут же и привез с собой врача. Тот осмотрел Никиту и вынес вердикт – зубки. В целом ничего страшного, кроме того, что Никите было очень плохо. Когда доктор уехал, я как раз пыталась уложить мальчишку в кроватку, но он цеплялся за мою кофту кулачками и плакал навзрыд. – Капризничает? – спрашивает Костя, заходя в комнату. – Да… Не могу ничего сделать. – Виновато произношу я, глядя на мужчину. – Не вини себя, ты ни при чем! Я сейчас переоденусь и приду помогать тебе! – тихо говорит мужчина и разворачивается к выходу. – Но зачем? Ты же нанял меня няней! Разве это не моя обязанность? Мужчина смотрит на меня несколько секунд, а потом подходит ближе. Он дотрагивается до моего плеча и от этого движения у меня все внутри сжимается. – Соня, – нежно шепчет он. – Я не оставлю тебя один на один с проблемой. Ты давно должна понять, что я всегда рядом. Всегда подставлю плечо! – Но ты же не разговаривал со мной почти месяц! – вспыхиваю я с обидой в голосе. – Это ничего не меняет! Я всегда буду рядом! Ты в моем доме, а значит под моей защитой!  Я зря ты не позвонила мне сразу! – Я думала, ты рассердишься! Надеялась справиться сама! – шмыгаю носом я. – Соня, пообещай мне, чтобы ни случилось, с этого момента ты будешь сразу звонить мне! – Хорошо, обещаю! Если с твоим сыном хоть что-то… – Нет! – перебивает он меня. – Если с ними или с тобой что-то случится. Если у тебя лично возникнут хоть какие-то проблемы – звони! – Хорошо… – тяну я. – Обещаю. – Ты же понимаешь, что я всегда на твоей стороне? Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но слова застревают в горле. Неужели ему не все равно на меня? Мужчина кивает, не услышав от меня ничего и уходит, а я завороженно смотрю ему вслед. В душе рождается такое сильное чувство благодарности и нежности к мужчине, что я еле сдерживаю слезы. Никита начинает плакать еще громче и я решаю включить ему колыбельную на лампе-прожекторе. Комнату заполняют медленно плывущие по стенам облака и звезды. Малыш начинает отвлекаться и звук плача утихает. Я ношу Никиту по комнате, подпевая колыбельной, но чувствую, как становится все тяжелее и тяжелее. Уже не совсем легенький мальчик! – Устала? Давай его мне! – словно ниоткуда появляется Костя и забирает малыша. Никита с радостью идет к отцу и на время забывает о капризах, лепеча что-то мужчине. Я же присаживаюсь на кровать и рассматриваю Романова. Даже одетый в домашние штаны и простую черную футболку, которая облепляет его тело как вторая кожа, мужчина кажется невероятно красивым. Слегка влажные волосы убраны назад, а босые ноги мягко ступают по паркету, оставляя слегка заметные следы. Успел в душ сходить? Но вытереться не успел! Усмехаюсь про себя, не замечая, что Костя тоже сфокусировал взгляд на мне. – Что? – спрашивает он, а я густо краснею. Если бы не темнота, точно бы заметил мое смущение. – Ничего! Просто задумалась! – Ну ладно! – усмехается тот и снова начинает играть с Никитой. Он носит его по комнате, рассказывая что-то неразборчивое, а я снова принимаюсь любоваться мужчиной. Какой же он все-таки красивый. И, к моему удивлению, замечательный отец. Вон как Никита к нему привязался. И кто бы мог подумать, что этот вечно рычащий, серьезный мужик, будет вот так сюсюкаться с малышом? – Можешь пока сходить в душ или перекусить! Ночь у нас будет длинная! – шепчет Костя, а я снова заливаюсь краской. Так двояко звучит! – Ладно! Хватаю запасную футболку и бегу в душ. Все таки освежиться не мешало бы. И так весь день словно лошадь в мыле. Быстро смыв в себя пот, срыгивания Никиты и тому подобное, я переодеваюсь и заплетаю мокрые волосы в тугую косу. Чищу зубы и, сполоснув лицо, бегу обратно в комнату. Остановившись у двери, я не слышу голосов, поэтому захожу как можно тише. – Уснул? – с надеждой спрашиваю я и Костя кивает. – Хорошо… Сажусь в кресло, а мужчина пытается положить ребенка в кроватку так, чтобы тот не проснулся. Но как только головка Никиты касается одеялка, он тут же просыпается и начинает снова плакать. – Давай, теперь я! – говорю я шепотом и забираю малыша к себе на руки. Романов молча уходит, а я вздыхаю. Ну вот, похоже, длинная ночь ждет только меня. Не то, чтобы я этого не ожидала, но с Костей как-то не так страшно… Не успеваю я расстроиться, как вижу Костю, заходящего в комнату с подушкой. Вопросительно смотрю на него, а тот только пожимает плечами. – Ну, почему бы и нет? Не выгонишь? – Нет… – тяну я шокировано. Мужчина кидает на кровать подушку и подходит ко мне. – Возможно нужно сделать ему смесь? – заботливо спрашивает он, а я киваю. – Да, думаю пора! Правда он не ел целый день практически ничего. Но попробовать нужно! – Хорошо, давай его сюда! Я отдаю Никиту Косте, а сама бегу на кухню. Подождав пока вскипит чайник, я заливаю в бутылочку со смесью воду и опускаю ее под холодную струю крана. Быстрее же! Попробовав, что смесь достигла нормальной температуры, бегу обратно в комнату и застаю чудную картину: Костя лежит на моей кровати, и обнимает Никиту. Оба сладко спят, словно ничего их и не беспокоило. Подхожу ближе и чуть не прыскаю со смеха. В одинаковых позах, рты отрыты и правая рука под ухом. Никакие тесты ДНК не нужны. Ставлю бутылочку на прикроватную тумбочку и аккуратно ложусь рядом, с другой стороны от Никиты. Прикрываю глаза лишь на миг, а просыпаюсь спустя несколько часов от того, что проснулся Никита. – Что? Что случилось? – кидается Костя, а я кладу ему руку на плечо. – Спи, я сама! Беру малыша на руки и несу на кухню. Там быстренько кормлю и Никита засыпает снова, еще не дойдя со мной до спальни. Сон и него дерганный и нервный, но все же сон. Умаялся он сегодня совсем. Не рискнув положить его в холодную кроватку, я помещаю малыша снова посередине кровати, стараясь не разбудить сопящего Костю, и решаю накрыть Никиту тонким одеяльцем. Все же в комнате довольно прохладно. Тут же взгляд падает и на старшего Романова. Вздыхаю и достаю со шкафа второе одеяло. Накинув его на мужчину, я ложусь на свою сторону и замечаю, как Костя заворачивается плотнее. Тоже, видать, замерз. Закрываю глаза и сама не замечаю как засыпаю. Открываю глаза и тут же вскакиваю. Где Никита? Бросаюсь к кроватке, но там малыша тоже нет. Вспоминаю, что он сегодня спал рядом со мной и с… Костя! Смотрю на вторую половину кровати и вижу только смятое покрывало. Ни одеяла, ни подушки нет. Странно! Спускаюсь на кухню и выдыхаю с облегчением. Оба Романова уже там. Старший готовит завтрак, а младший лежит в шезлонге и играет подвесными звездочками. Ну прямо идиллия! – Ты уже проснулась? – поворачивается Костя с широкой улыбкой. – Извини, если разбудили! Мужичок просит кушать! – Не разбудили! – усмехаюсь я и подхожу поближе. – И ты собрался давать ему яичницу в качестве первого прикорма? – поднимаю я брови. – Ну да, а что? Яйца – это ж полезно! Смотрю на искренне удивленный вид и усмехаюсь. Нет, не шутит! Хорошо, что я вовремя проснулась! – Тем более нас можно поздравить! Никита все же вырастил первый зуб! Можно есть взрослую пищу! – добавляет Костя, а я уже откровенно смеюсь. – Что? Что-то не так? – Да! Вообще-то начинать нужно с каш, можно с овощных пюре, но никак с жареных яиц! – Да? Я ж не знал… – тянет Костя, а я дотрагиваюсь до его руки. – Я тоже не знала, не переживай! Просто недавно задалась этим вопросом! Это моя работа! – я подхожу ближе и отнимаю у мужчины деревянную лопатку. – А это мы съедим сами! Перекладываю готовую яичницу на тарелку и ставлю ее на стол. – Все, приятного аппетита! – А Никита? – удивляется Костя. – А он будет смесь! Не будем пока лишний раз нагружать его организм. И так всю ночь температурил! – отвечаю я, подходя к бутылочкам. – И то верно! – кивает Костя и вдруг подходит сзади и кладет мне руки на плечи. Я вздрагиваю, но не оборачиваюсь. – Спасибо тебе, Соня! – Да мне то за что… – Много за что! – шепчет он в ответ и отходит. Чувствую холод на плечах, оставшийся после прикосновений мужчины и прерывисто вздыхаю. – И тебе спасибо, ты хороший отец! Другой бы спал себе спокойно, даже не подумав прийти, а ты… – Соня, вспомни мои вчерашние слова – я мужчина и я опора в этом доме. Если у тебя будут проблемы… – Да, я помню! – киваю я, закусив губу. До одури хочется его сейчас поцеловать. Особенно когда он так смотрит на меня, словно я единственная во всем мире. Костя тоже бросает взгляд на мои губы, которые я машинально облизываю, и в две секунды оказывается рядом. Запустив пальцы в мои волосы, он притягивает меня к себе и крепко целует. У меня словно весь мир плывет перед глазами. В головокружительном танце наших языков, я чувствую прилив жара к низу живота и крепче цепляюсь за плечи мужчины… Что со мной происходит… Боже, не могу остановиться. Мужчина будто заполнил меня всю собой. Не осталось ни одной клеточки мозга, чтобы прокричать мне о здравом смысле. К счастью или сожалению нас прерывает громкий вопль Никиты. – Извини… – шепчет Костя. – Ты не должен… – я замолкаю на полуслове, а мужчина зажмуривается, пытаясь прийти в себя. – Я должен идти. У меня сегодня очень важное совещание… – он замолкает и глубоко вздыхает. – До вечера. Быстро и без лишних слов, Романов покидает кухню и уже через несколько минут я слышу звук мотора машины, выезжающей со двора. Быстро он… А я еще даже не успела прийти в себя. Выдыхаю и начинаю быстро готовить смесь. Руки трясутся, а я до сих пор не могу понять что это было? Романов действительно меня поцеловал? Кормлю Никиту, уставившись в одну точку. Но мысли прерывает телефонный звонок. И сразу же догадываюсь, что телефон не мой. Ох, Костя забыл свой мобильный. Так убегал, что даже не вспомнил о нем… Докормив Никиту, я беру его на руки и несу наверх. Недолго покачав на руках, я перекладываю спящего малыша в кроватку и спускаюсь вниз. Нужно отдать телефон одному из охранников, пусть отвезет на работу к Романову. Наверняка ему он нужен. Прохожу мимо журнального столика в гостиной и взгляд цепляется за синюю папку. Это ж документы, которые принес Юрий! Что-то тянет меня к бумагам и я сажусь на диван, открывая папку. Перелистывая файлы один за другим я подмечаю неточности и даже без компьютера понимаю, что что-то не сходится. Перечитываю снова и снова и все больше понимаю, где именно Юра хочет обмануть Костю. Боже! Если Романов сейчас подпишешь договор, не получив этого дополнения, он потеряет практически все! Что же делать? Позвонить не могу, как назло телефон здесь. А что, если на работу? Ищу в телефонной книге номер работы Романова и набираю его секретаршу. – Добрый день, вас приветствует фирма… – Здравствуйте! – перебиваю я девушку. – мне нужно срочно связаться с Романовым! – А вы кто? У вас запись? – Нет, я по личному вопросу! – вздыхаю я. – Это срочно! – К сожалению, не могу вас соединить! Константин Миронович только что ушел на совещание! – Нельзя ему на совещание! – уже практически кричу я. – Девушка, успокойтесь! – строго вещает секретарша. – Я повторяю, ничем не могу помочь! Выключаю телефон и раздраженно бросаю его на диван! Решение приходит само собой! Я должна ехать! Я должна быть там и рассказать Косте то, что узнала от Юрия на свидании. В куче с этой папкой это даст неоспоримые доказательства, что он мошенник! Бегу в спальню и быстро надеваю на себя деловой костюм. Вряд ли меня даже на порог пустят в пижаме. Аккуратно вынимаю Никиту с кроватки и помещаю в эргорюкзак. Мальчишка от моих действий просыпается и недовольно трет кулачками глазки. – Прости малыш, но нам нужно спасать твоего папу!