Глава 40.

ДАША.

Сегодня очень холодно.

Руки немеют, хотя мы с Даришей только недавно вышли на прогулку.

Носик у неё уже красный и щёчки тоже…

— Походим полчасика и домой, — ласково говорю своему ясноглазому чуду.

Малышка радостно агукает и весело смотрит на меня их коляски.

Моя кроха, моё чудо! Ей так идет новый комбинезончик, который подарила мама Максима!

Его мама — настоящее чудо. Мне так легко с ней, так приятно, что она любит мою девочку.

Хотя, конечно, мне немного тревожно. Не просто верить людям после того, как был единожды обманут. Во всем видишь подвох.

Правда, мне кажется, она понимает, что мне сложно. Старается не лезть мне в душу. Советов не дает, но говорит правильные вещи. Вроде того, что надо прислушиваться к самой себе и… делать так, как хочу именно я! Не Максим, не кто-то другой… А я! Сама! Дарья Колесникова.

И не пытаться сделать так, как будет лучше для дочери — по моему мнению. Потому что, как говорит Дина Дмитриевна — просто Дина, как она просит ее называть — потому что дети вырастают, и вдруг оказывается, что то, что ты думал для них лучше — вовсе не лучше.

Все сложно, да. Но, по мнению Дины надо жить для себя и стараться быть счастливой. А у счастливой матери и дети счастливые.

Иду по дорожке, вспоминаю, что звонил Валера, я не ответила. Надо бы написать ему сообщение, все объяснить.

Он не плохой парень, но…

Но, увы, я уже отравлена ядом по имени Максим, можно так сказать.

Наступаю на те же грабли? Возможно.

Стараюсь думать о хорошем.

Мы делаем круг почёта по скверику и направляемся к выходу, но тут позади раздаётся знакомый голос. Застываю как вкопанная. Неприятное дежа вю…

— Даша, доброе утро! — со мной ровняется Влад и с деланным доброжелательным видом заглядывает в коляску. — И тебе привет, девочка. Кто у нас тут такой миленький?

Этому мужчине совсем не идут сюсюкания. Передёргиваю плечами и продолжаю уверенное движение вперёд.

— Куда же ты, Даша? — не отстаёт он.

— Я вам ещё вчера сказала: нам больше говорить не о чем! — резко отвечаю ему я.

— Это потому, что у меня не было доказательств того, о чём я тебе говорил? — Влад расплывается в слащавой улыбке. — Новый день — новые возможности, Дарья! Сегодня я к тебе не с пустыми руками пришёл.

Хмурюсь, но не останавливаюсь. Несмотря на то, что его слова порождают в душе беспокойство, я твёрдо решила иметь с этим человеком никаких дел.

— Да стой же ты! — Влад обгоняет нас и ставит ногу перед колёсами коляски.

Чёрт. Приходится остановиться. Не идти же на таран!

— Всего полчаса назад у меня был интересный разговор с твоим… — он мнётся, подбирая нужное слово, при этом противно улыбается, так… приторно, слащаво, глазки у него такие масляные, фу… — С твоим, с позволения сказать, боссом. Чтобы не быть голословным, я решил его записать. Хочешь послушать?

Чувствую, как сердце уходит в пятки. По телу проходит неприятная дрожь.

— Не хочу! — с жаром отвечаю ему я и пытаюсь развернуть коляску. Даришка начинает кукситься, пытается тереть личико. Замёрзла уже.

— Дайте пройти! — сжимая губы в плотную линию, требую от него я.

— Кстати, ты молодец, что не сказала ему про нашу вчерашнюю встречу! Вижу, ты девица не промах, а? Слушай!

Вместо того, чтобы отступить в сторону, мужчина вынимает из кармана свой смартфон и быстро нажимает на что-то на экране.

Раздаётся голос Максима… он звучит на полной громкости — отлично слышно каждое слово…

Я отчаянно пытаюсь развернуть коляску, но Влад держит её мёртвой хваткой, заставляя меня оставаться на месте.

- Не вижу проблемы, Влад. Ты же уже договорился насчет свадьбы? Я готов.

От слов Максима внутри всё холодеет. Нет, это не может быть правдой… Неизвестно, когда это было записано… Может быть ещё до того, как мы с Даришкой вернулись в его жизнь?

- Да? А как же эта твоя… Маша, или Даша? — на записи слышится голос Влада. — У неё же ребенок от тебя, как я понимаю?

- Это не проблема, — голос Максима кажется чужим и насмешливым. Таким, как когда он пришёл ко мне в больницу. — Тебе нужно чтобы я женился на Марьяне? Я готов.

- Да, но я не готов чтобы ты моей сестре изменял в открытую!

- А кто говорит про измены? Я буду верным мужем, можешь мне поверить.

Руки слабеют… нет… нет… Только не это…

- То есть ты готов избавится от любовницы и от ее девчонки? — слышу довольный голос Влада.

- От дочери я не откажусь, об этом можешь не просить.

- Ладно, с ребенком ясно. А что с девицей?

- Нравится? Забирай, если жена разрешит.

К горлу подступает тошнота. Хочется заткнуть уши и больше ничего не слушать. Но конечности будто онемели…

- Кто бы ее спрашивал. Нет, твоя кукла не в моем вкусе, слишком невинная.

- А ты любишь погорячее? Я тебя понял, — слова Максима такие циничные… злые… я не понимаю… не узнаю его…

- Не волнуйся. Девчонка уедет туда, откуда приехала, — продолжает он. — я об этом позабочусь. Или сядет, она ведь у меня кучу бабла украла, так что, придется ей выбирать, места не столь отдаленные, или нормальная жизнь.

- И она так просто отдаст ребенка? — уточняет Влад.

- Ты думаешь, её захочется отсидеть срок? Никому не охота в тюрьму. Так что… Решай вопрос со свадьбой. Я готов.

Я задыхаюсь… просто не могу сделать вздох… Боже. Как же больно…

Кажется, что меня без ножа режут. Как… как это возможно?

Он говорил… про тюрьму? Оцепенение сменяется паникой…

Хватаюсь руками за грудь. Голова начинает кружиться, а в глазах темнеет.

— Тебе плохо? — с притворным сочувствием спрашивает Влад, вглядываясь в моё лицо.

А я просто раскрываю рот, но ничего не могу произнести. Глаза застилают слёзы.

В сердце сковывает лютый холод. Будто мороз смог пробраться под пуховик и сковал тисками сердце. Ноги и руки становятся слабыми, не слушаются…

— Нам нужно действовать быстро, Даша, — начинает атаковать Влад. — Максим настроен решительно. Он хочет забрать твою дочь. Оставить её себе. Понимаешь?

— А вам… — не узнаю свой странный, осипший голос. — Вам-то какое до меня дело?

Несмотря на боль, что не даёт трезво мыслить, я, всё же, понимаю, что этому богатому и сытому человеку нет дела до моих страданий. Он тоже преследует свою выгоду… Но какую?

— Всё просто, Дарья, — спокойно отвечает он. — Я забочусь о благополучии сестры. И прочности нашего с Максимом договора. Чужой ребёнок… скажем так, может всё осложнить. Плюс, — загибает палец он. — Не думаю, что Максим и правда намерен прекратить вашу с ним связь после свадьбы. Он будет и дальше пудрить тебе мозги и изменять моей сестре. Черкасов — он как собака на сене. Ему всё мало. А Марьяна у меня девушка с характером. Если узнает про его измены — её никакие деньги не остановят. Уйдёт, разведётся… — Влад вздыхает. — В общем, сплошной геморрой.

Его слова доносятся до меня откуда-то издалека.

Геморрой… да уж.

Перед глазами всё кружится, плывёт. Господи… как я могла? Поверить снова тому, кто не единожды предавал… тому, кто на полтора года превратил меня в плачущую тряпку…

Мне хочется сесть. Расстегнуть пуховик, потому что внезапно становится нечем дышать.

— Как это не грустно признавать, — продолжает Влад. — Максим просто использовал твою доверчивость, чтобы выиграть время.

— Время…? — глупо переспрашиваю я. — Какое время?

— Даша, ну неужели ты не понимаешь? Сейчас ты обладаешь тем единственным, что этот человек не сможет купит ни за какие деньги.

— Чем? — пытаюсь сфокусироваться, но мысли всё время куда-то разбегаются.

— Его ребёнком, — подытоживает Влад. — Макс просто хотел, чтобы ты ничего не подозревала, пока он готовит документы для удочерения.

Документы?

Внутри всё почему-то протестует против такой теории. Нет. Он бы не отобрал Даришу… Макс… мой Максим! Такой нежный и пылкий, готовый на всё, чтобы искупить свою вину…

Знаю, что это глупо, но от внезапно проснувшихся воспоминаний о былой ночи внутри зарождается надежда.

— Мне надо с ним поговорить… — тихо шепчу я.

Даришка, крайне недовольная такой долгой задержкой начинает кряхтеть и хныкать. На морозе вредно плакать, и я беру дочку на руки.

— Ну, — Влад закатывает глаза. — Выбор твой, конечно. Но я бы не стал.

— Это почему?

— Потеряешь преимущество, — Влад берёт коляску и катит её к боковому выходу из сквера. Машинально иду следом, покачивая затихшую Даришку на руках. Боже… как всё сложно… Я не привыкла к подобным играм. Никогда в них не играла и даже начинать не хочу!

Но что если… всё это правда?

Когда-то я также безоговорочно верила Максу. Всему, что он говорил мне. Его признаниям… А потом его вдруг будто подменили. И тогда я поняла, что я совершенно не знала этого мужчину.

Ловлю себя на мысли, что мы останавливаемся перед каким-то внедорожником, припаркованным в ста метрах от выхода из сквера.

— Я хочу показать тебе кое-что, — загадочно говорит Влад, открывая дверь автомобиля. — У меня есть документы. Неопровержимые доказательства. Давай присядем в тепло и взглянем на них.

Отчего-то интуиция начинает кричать внутри меня о том, что садиться в машину к этому человеку мне совершенно не нужно!

— Нет, — тихо отвечаю, крепче прижимая к груди дочку. — Спасибо… нам действительно уже пора…

Делаю ещё один шаг назад, но тут Влад крепко хватает меня за локоть. Водительская дверь открывается, и к нам подходит устрашающего вида амбал в тёмных очках и костюме. Он преграждает мне путь к отступлению.

Во рту пересыхает от паники.

Господи…

— К сожалению, Даша, — говорит Влад мерзко ухмыляясь. — Я вынужден настаивать на продолжении общения.

Я не успеваю сказать ни слова, как в следующий момент нас с Даришкой запихивают на заднее сидение тёмного автомобиля.