Глава 33

Пирог и в самом деле получился восхитительный. От него исходил волшебный аромат. Корочка, покрывавшая эту вкуснятину, таяла во рту и соперничала с куриной начинкой. Рая умудрилась затейливо оформить край пирога, чем вызвала всеобщее восхищение ее кулинарными способностями.

Она купалась в овациях, скромно принимая комплименты. Это была другая Рая. Вернее, это была настоящая Рая. Такая, какой впервые ее увидели Кирилл и Антон.

Но главным событием вечера все-таки был не Раечкин пирог и не она сама. Все с интересом приглядывались к скромной и молчаливой гостье. А Маша, с трудом согласившаяся на уговоры Каверина съездить в гости к Антону, старалась не привлекать к себе внимание.

Она чувствовала себя неуютно в этой дружной компании. Ей сложно давались ответы на вопросы. Что может рассказать о себе человек, не помнящий ничего из своей прошлой жизни. А о настоящей впечатлений еще не было.

Рая никак не отреагировала на появление Маши.

— Ты не узнаешь эту женщину? — шепотом спросил Кирилл.

— А должна бы? — удивилась Раиса.

— Так это же та самая, которая упала чуть ли не под колеса моей машины.

Раиса внимательно всматривалась в лицо незнакомки, но отрицательно покачала головой.

— Я и разглядеть-то ее не успела.

— Ясно. Тогда присмотрись к ней, — тихо добавил Антон.

— Это еще зачем?

— Потом объясню.

Когда Каверин с Машей приехали, Антон представил ее в качестве своей знакомой. При этом он незаметно подал знак Насте, чтобы та пока молчала. О своих планах Лютаев решил пока не рассказывать. Поэтому каждый строил свои предположения относительно новой гостьи.

Для подруги или даже приятельницы Лютаева или Каверина она была слишком уж простовата. Старенькие джинсы с вытянутыми коленками были явно ей не по размеру. Из-за их неплотного облегания можно было предположить, что когда-то фигура девушки была несколько упитаннее.

На ее худеньких плечиках свитер смотрелся бесформенным балахоном, единственной целью которого было прикрыть наготу его хозяйки. Однако он только подчеркивал острые ключицы и тоненькую шейку.

Единственное, чем привлекал весь ее облик и на чем хотелось задержать взгляд, были глаза. Удивительные глаза человека, в которых сквозили боль и отчаяние. Боль не физическая, а душевная.

Мария Ивановна вообще пребывала в состоянии шока. Ее сердобольность боролась с недоумением: «И где это Антоша знакомится с такими несчастными девушками? И вообще непонятно: его знакомая, а живет у Кирилла? Ничего не понимаю. Но она приятная и скромная. Это уже хорошо. А там пусть сами разбираются…»

Настя присматривалась к Маше с особым вниманием. Зная о ее прошлом чуть больше остальных, она пыталась определить, насколько девушка здорова. И нет ли опасности для сестры, если она согласится ухаживать за незнакомкой.

Рая же наблюдала за девушкой чисто из любопытства, вызванного странными словами Лютаева. «Зачем мне надо присматриваться к этой Маше? Девушка как девушка. Худая очень и нездоровая какая-то. А так? Ну, всякие бывают. Жалко ее…»

После ужина Кирилл заторопился домой. Он не понимал, зачем это Антону вздумалось вытаскивать его из дому. Да еще и с этой чуднОй. Он и без того злился на Лютого за вынужденное опекунство. А тут еще переживать приходится, как бы она чего-нибудь не вытворила. Потом ведь босс отчет потребует.

Так уж получилось, что, несмотря на старания Раисы и ее мастерство, весь ужин присутствующие были заняты разгадыванием головоломки под кодовым названием «МАША». Сам Антон по их реакции пытался определить, какое впечатление произвела на всех его подопечная.

— И что это было? — не удержалась Раиса от вопроса, как только гости уехали — Почему я должны была присмотреться к Маше? Ну упала она на дороге чуть не под колеса Вашей машины. Я-то тут при чем?

— Батюшки! — всплеснула руками Мария Ивановна. — Это и есть та самая несчастная! Как же я сразу-то не догадалась! Бедная девочка. А уж худая какая!

— Сейчас я все объясню. Постарайтесь правильно меня понять.

Не испытывая дальше терпение женщин, Антон поведал им грустную историю несчастной женщины. Но когда его рассказ дошел до решения оставить Машу у Каверина, Мария Ивановна буквально взорвалась:

— Да как Вы могли, Антон Борисович! Это ж надо было такое удумать! Да он же!…

— Не переживайте, Кирилл не причинит ей зла. Я в нем уверен. Просто оставаться ей у него, действительно, невозможно. За ней нужен присмотр, а Кирилл целый день на работе.

Поэтому я и подумал: а что если Раиса будет присматривать за Машей?

— Я? — изумилась Раечка. — Да я побоюсь оставаться с ней. Кто знает, что у нее в голове.

— Но ведь вы убедились, что она вполне нормальная женщина. Просто у нее временная потеря памяти. Это, как утверждают врачи, со временем пройдем. В остальном же она не отличается от здоровых людей.

— Это что же получается? Вы хотите, чтобы и я поселилась у Каверина? — глаза Раечки округлились.

— Не совсем так. Я сниму квартиру недалеко от моего дома. И ты будешь проживать там вместе с Машей… Какое-то время… — уверенность Лютаева постепенно убывала.

Мария Ивановна подлила масла в огонь:

— Можно я выскажу свое мнение?

— Да, конечно, Марьвановна.

— Так вот. Я не хочу сказать, что Раечка не справится. Просто она сама еще не ориентируется в городе. А ведь ей придется и за продуктами сходить, и погулять с Машей. Ну и всякое такое.

Антон напрягся, тяжело вздохнул. Вот не ожидал он от Марьвановны подвоха.

Она же продолжала:

— Не знаю, понравится ли Вам мое предложение, но я все-таки скажу.

Все устремили взгляды на домоправительницу. От ее вердикта зависело многое. Настя, молчавшая до сих пор перебила ее:

— А может быть, Машу в пансион какой-то устроить? Всем было бы проще.

Антон угрюмо молчал.

— Нет, вы все-таки выслушайте, что я скажу, — настаивала Марьвановна. — Мне кажется, идея с пансионом, не понравится ни Маше, ни Антону Борисовичу.

Антон уже с некоторой долей надежды посмотрел на Марьвановну.

— И что же Вы предлагаете?

— Я возьму Машеньку к себе, и мы будем жить в моей квартире.

— А кто же здесь будет управляться? Сейчас Вы, как никогда нужны нам. — возразил Лютаев.

— Антон Борисович, а Вы Раису уговорите. Она вполне справится и по дому, и на кухне.

Теперь все посмотрели на вспыхнувшую румянцем Раечку.

— Я? Так ведь… я не…

— Молчи, девушка, у тебя все получится. Справишься. А я пока за Машенькой присмотрю. Тебе же Настя, если что, поможет, подскажет. — Тон у Марьвановны был настолько убедительным, что с ней согласились Антон и Настя.

Оставалось уговорить Раечку.

— Ну что, Рая, согласна? — прямо спросил Антон. Вот тебе и работа на первое время. А дальше что-нибудь придумаем. Я помню про твою мечту о собственном деле. Соглашайся. Ведь Марьванна права. Как это я сразу не додумался.

— Попробовать можно. Только Вы уж не слишком ругайте меня, если не справлюсь.

— Ну что ты! Ты ведь и с Марьванной всегда можешь посоветоваться, и Настя рядом. Договорились?

— Ладно, попробую, — Рая посмотрела на сестру, так ободряюще кивнула.

На семейном совете было принято решение прямо с утра отвезти Машу к Марьвановне.

Антон после бурных дебатов вздохнул с облегчением. Эти женщины, не так давно принимающие участие в решении всех его бытовых вопросов, стали ему роднее родных.

А уж Мария Ивановна поразила всех своей сообразительностью и решительностью.

Антон бросился ее благодарить, но она, глядя на него с хитринкой, добавила:

— Не делайте из меня самоотверженного героя. Я ведь, в первую очередь, о своей выгоде думаю. Надоело мне возвращаться в пустую квартиру. Одиночество по вечерам одолевает. А тут Машенька. Вот мне и собеседница. О лучшем и мечтать не приходится. Так что еще выяснить надо, кто за кем присматривать будет. Ах-ха-ха! — весело рассмеялась она.

В ответ на ее слова гостиная наполнилась весельем и шутками.

Все проблемы, казалось, были решены.