Глава 31

Первой ласточкой стали все те же торговцы. Они быстро посчитали свою выгоду и решили, что им нравится.

— Замок не обещаю, — честно произнес мужчина. В этот момент он сидел в кабинете Ашера. Аня, как примерная жена, сидела на диване и… вязала. Почему-то в последнее время у нее появилась к этому склонность. — Небольшой дом, надел…

— Я дам вам землю, — согласился Ашер. И добавил, чуть подумав: — И титул.

Мужчина встрепенулся. Он и мечтать не мог когда-либо стать благородным.

В Даркглумме аристократию составляли потомки первых магов и владык. Остальные считались людьми без каких-либо титулов и привилегий. Вопреки мнению Ани, им все-таки приходилось работать, чтобы получать что-то кроме еды, которой их обеспечивал король.

После первого торговца к Блэквеллу с Аней потянулась целая цепочка.

Очнувшиеся аристократы возмутились, что не им достались лучшие куски земли, но Ашер лишь пожал плечами и сказал, что винить во всем они могут лишь свою медлительность.

Не прошло и пары дней, а Гиблые земли были четко разделены. Они по-прежнему оставались в собственности владыки, люди просто брали их в аренду на разные сроки. Первые десять лет за аренду не нужно было платить. Потом? Естественно!

Глядя вслед очередному уезжающему аристократу, Аня радостно потирала руки.

Кругом польза!

И королевство обживется, и казна перестанет стремительно худеть из-за большого количества прожорливых ртов, а потом и вовсе пополнится. Красота!

Были, конечно, те, кто так и не соблазнился, но Аня не беспокоилась. Как только появятся первые результаты, Ашер издаст закон, что аристократом отныне будет считаться исключительно человек, который арендует имущество в виде дома и земельного надела.

Нет земли и дома? Простите, но вы никакой не аристократ, поэтому отныне никаких привилегий. Вот ваш гороховый суп. Мясо? А на мясо заработать надо!

Конечно, оставшиеся будут возмущены и недовольны, но их было не так много, поэтому Ашер не опасался бунта. Правда, на всякий случай к нему готовился.

А потом вернулся Эревард.

Вместе с ним оказался и Вимарк.

— Узнал? — спросил Ашер, глядя на потрепанного главу разведки. Тот выглядел так, будто не спал месяцами.

В принципе, это было недалеко от правды. Мужчина действительно стремился как можно скорее выполнить приказ короля, поэтому торопился. Он все еще переживал из-за неудачи, которая привела его в камеру.

— Нет, — покачал головой Эревард.

Ашер потемнел лицом, а Аня, сидящая неподалеку, нахмурилась.

— К сожалению, — продолжил мужчина, — у этой печати нет контрзаклинания. Оно ставится на всю жизнь, и снять его может только смерть.

— Плохо, — сказал Ашер. — Мы не можем убивать людей для того, чтобы поднять и взять показания.

— Но что-то ведь можно сделать? — спросила Аня. — Должна быть лазейка! Как с вами! Вы ведь смогли получить информацию от человека с печатью.

— Да, — Эревард кивнул.

Лазейка действительно была, но он не сразу о ней подумал. Кроме того, он не был до конца уверен, что это сработает.

— Выход есть, — обнадежил Эревард. — Но нужны эксперименты и двое людей с печатями, один из которых обязательно должен быть полностью верным вам, ваше величество.

Ашер задумчиво перебрал всех людей в темнице, а затем покачал головой. Он не был уверен в полной преданности ни одного из них.

— Я так и подумал, — произнес Эревард и добавил: — Поэтому я предлагаю поставить печать мне.

Сказать, что Ашер с Аней удивились, значит ничего не сказать.

— Зачем? — спросил Блэквелл.

— Идея такая, — заговорил Эревард. — Человек с печатью не может рассказать что-либо тем, у кого нет печати, но он может обсуждать дела с теми, у кого стоит такая же печать.

— Но вы не сможете рассказать уже нам! — предупредила Аня.

— Да, поэтому весь процесс допроса будет записывать Бродир. Он мертв. А значит, по идее, магия не должна воспринимать его как угрозу разоблачения тайны печати.

— Почему тогда нельзя просто попросить Бродира провести допрос? — спросила Аня.

— В таком случае он становится активным участником, и магия на него реагирует, — пояснил Эревард. — Мы уже пробовали этот вариант. Поэтому я предлагаю максимально уменьшить его присутствие. В идеале нужно сделать так, чтобы второй собеседник его не видел и не слышал, чтобы у печати сложилось полное впечатление, что никакого раскрытия не происходит.

— Все еще нет гарантии, что получится, — Ашер покачал головой. — Прежде чем ставить печать, нужно полностью убедиться, что это будет работать.

Так они и сделали.

Для эксперимента посадили в одной камере двух людей с печатью. Рядом разместили Бродира с пером и бумагой. Он должен был подслушивать и записывать все, что могло относиться к делу свержения Ашера и уничтожения замка.

К их радости, это действительно работало. Видимо, для того чтобы магия в печати молчания активировалась, сам носитель печати должен был понимать, что секрет раскрывается.

По идее, записывать мог любой человек, но они решили, что это будет делать мертвый Бродир. На всякий случай.

Уговорить Вимарка поставить Эреварду печать оказалось не так уж сложно. Как и большинство злодеев, мужчина оказался на диво трусливым.

Он очень любил причинять боль другим, но при этом крайне ее боялся. Именно поэтому стоило лишь немного ему пригрозить, как он сразу согласился.

Повезло, что Вимарк был довольно высокопоставленной фигурой в ордене. Благодаря этому он знал нужный ритуал.

— Если ты сделаешь что-то не так, — начал Ашер, глядя на сжавшегося Вимарка так, что тот почти посинел от страха, — то я обещаю, что ты проживешь очень долго.

Вимарк едва не расплакался. Ему не требовалось пояснение, что жизнь его при этом будет не только длинной, но и полной боли. Этого он боялся даже больше, чем смерти.

Печать молчания ставилась очень просто. На полу кровью чертился специальный круг, внутрь которого вставал человек. Сразу после этого проводящий ритуал начинал читать заклинание. По мере прочтения магия поднималась из кровавого круга и проходила по телу человека, а затем фокусировалась на языке, запечатывая необходимую тайну.

— Ты как? — спросил Ашер, глядя на Эреварда. Тот выглядел слегка дезориентированным, но живым.

— Нормально, — ответил Эревард. — Сейчас попробуем. Главу ордена зовут… Кха, кха, — закашлялся он немедленно, почти согнувшись пополам. — Работает, — прохрипел глава разведки.

После ритуала они начали проводить допросы. Для этого была выделена специальная комната, в которой имелась потайная ниша. В ней с удобствами разместили Бродира.

Когда в комнату ввели первого предателя, Эревард уже ждал там.

Вошедший мужчина выглядел осунувшимся и грязным. Затравленно оглядевшись, он подошел к столу и сел на стул.

— Зачем я здесь? — спросил он. — Все равно ведь ничего сказать не смогу.

— Не торопись, — хмыкнул Годвин и наклонился вперед. — Для начала скажи, как тебя зовут.

Это сработало!

Им действительно удалось обмануть магию печати.

После допроса Бродир вышел из каморки и без проблем передал стенограмму Ашеру, а тот смог ее прочитать!

Это был полный успех.

Для надежности перед допросом предателям давали зелье правды. Ашер беспокоился, что оно не принесет результатов, но, как оказалось, печать пропускала зелье, если беседу вел носитель такой же печати.

Ашер предположил, что глава ордена подстраховался на случай, если ему понадобится самому допросить кого-то из своих людей с помощью сыворотки правды.

— Он действительно считает, что Даркглумм принадлежит ему? — с сомнением спросила Аня, перечитывая допросный лист управляющего.

— Да, — Ашер кивнул, лениво потягивая ароматный чай. — Он потомок одного из владык. Ты знаешь, что владыками становятся не по наследству. Тьма сама выбирает короля. Им может стать кто угодно, главное, чтобы изначально маг был темным. После того как владыка складывает полномочия, его семья теряет статус королевской. Очевидно, Дюран не был согласен с этим. Он считает, что эти земли принадлежат именно ему.

— И орден пообещал ему это? — скептически спросила Аня. — Он дурак?

— Возможно, — хмыкнул Ашер. — Но да, они пообещали ему, что после моей смерти отдадут замок в его полное владение.

— Замок, не земли и титул? — уточнила Аня.

Ашер кивнул.

— Дюран считает, что замок и земли неотделимы, но это не так, — продолжил он. — Замок — это еще не весь Даркглумм. Но Дюрана такие мелочи не волновали. Он не уточнял, что орденцы имели в виду под своим обещанием, так как полностью был уверен, что они после завершения переворота даруют ему власть над Гиблыми землями.

— Круто он замахнулся, — Аня присвистнула.

— В отличие от многих, да.

— И что обещали другим?

— По-разному, но в основном все сводилось к власти и деньгам. Есть несколько человек, которые пошли на предательство из-за мести. Многие — из-за любви.

Аня непонимающе моргнула. Как можно пойти на предательство из-за…

А-а-а, все понятно.

— Медовые ловушки? — предположила она.

— Верно. Орден вербовал красивых девушек, которых затем подсылал к нашим магам. Манипуляциями последних вовлекали в заговор. Даже сейчас многие из них верят, что их возлюбленные действовали исключительно по любви. Когда им говоришь, что девушек подослали, они не верят.

— Я так понимаю, эта Лайла, или Лайра, как ее там, была одной из этих… «пчелок»? — поинтересовалась Аня.

— Да, — Ашер кивнул, подтверждая правильность выводов. — Она была у карателей самой выдающейся, поэтому ее отправили сюда. Девушка должна была вовлечь в ловушку меня, чтобы иметь прямой контакт. Они рассчитывали, что близость с этой женщиной заставит меня стать более внушаемым для их манипуляций. Когда появилась ты, ей отдали приказ связать нас неразрывными узами, а затем при первой удобной возможности убить тебя. Для этого ей и передали зелье плодородия, обладающее мощным действием афродизиака.

— Разве она не понимала самоубийственность этой затеи? — спросила Аня, пытаясь не думать о том, какой эффект имело то самое зелье. После этого они с Ашером, конечно, еще несколько раз делили постель, но Аня все еще слегка смущалась этой темы.

— Орденцы умеют добиваться полного подчинения от своих людей, — ответил Ашер. Он не хотел вдаваться в подробности. Это было ни к чему.

— А… — начала Аня неуверенно, но потом решила все-таки спросить: — Твоя кормилица?

Лицо Ашера сразу стало пасмурным. Посидев некоторое время без движения, он тяжело вздохнул и покачал головой.

— Нет, она на них не работала, — сказал он, а Аня вздохнула с облегчением и улыбнулась. — Но это не значит, что она не действовала по их указаниям.

Улыбка сползла с лица Ани.

— Что? — спросила она, нахмурившись. — Не понимаю, как такое возможно?

— Она на самом деле… оказалась просто очень внушаемой, — с огорчением признался Ашер. — Некоторые слуги, которые часто с ней контактировали, были предателями. Они медленно, но верно вкладывали в голову Эйслин определенные вещи, которые она даже сейчас продолжает считать верными.

— Такие, как твоя свадьба с маркизой? — уточнила Аня.

— Верно, — Ашер кивнул. — Они убедили ее, что только через эту свадьбу на земли Даркглумма придет благоденствие. Слово тут, предложение там — и вот Эйслин уже верит, что меня стоит держать подальше от ненужной информации, иначе я сорвусь и отправлю тварей на другие страны.

— И что с ней будет? — спросила Аня осторожно.

— Ничего, — Ашер хмуро посмотрел перед собой. — Я… не могу казнить…

— И не надо! — торопливо заверила его Аня, перебивая. — Может быть, ей стоит отдохнуть? Отправь ее на море или в санаторий!

— Санаторий? — зацепился Ашер за незнакомое слово.

— Ну, место для отдыха со всякими полезными процедурами. Массаж, бассейн, баня и все такое, — пояснила она.

Ашер задумался.

— Кажется, в Осголитоде что-то такое было. Страна у самого моря.

— Вот! — Аня широко улыбнулась. — Я думаю, ей будет полезно подышать свежим морским воздухом. Я слышала, он очень благотворно влияет на организм. А если там еще и база отдыха есть, то вообще красота!

В итоге кормилицу действительно отправили в приморскую страну. Официально — на лечение морским воздухом. Сказать, что Эйслин была сердита, значит ничего не сказать. Она была полностью уверена, что это проделки жены ее сына, но ничего доказать не могла, как и не могла не подчиниться воле своего короля.

Самым неожиданным оказалось, что Эйслин каким-то образом умудрилась в этой стране влюбиться в пожилого капитана корабля. Он оказался очарован суровой женщиной в черном.

Несмотря на благополучное для нее завершение, Эйслин была обижена из-за того, что Ашер пошел на поводу у жены и изгнал ее. Больше в Даркглумм она не возвращалась.

— Предателей нельзя казнить. У них есть семьи, — посоветовала Аня. — Они запомнят и затаят злобу. Если не сейчас, то позже это обязательно выльется в конфликт.

Ашер был с ней согласен.

— Приговор им вынесет магия, — сказал он. И его слова прозвучали окончательно. Аня и не собиралась спорить.

Суд состоялся очень скоро. В присутствии всех жителей замка Ашер озвучил все, что сделали подсудимые. Их семьи, конечно, пытались протестовать, но он показал им результаты допросов, проведенных под зельем правды.

— Решать будет магия! — громко произнес Ашер, когда ему надоело выслушивать очередные крики о том, что все это какая-то чудовищная ошибка. Никого из близких людей предателей не волновали доказательства. Поэтому он решил прекратить балаган.

После его слов в зале возникла тишина, после которой разразилась настоящая буря. Люди понимали, что в отличие от человека магию убедить в чем-либо сложно, поэтому попытались вразумить Ашера, но было поздно.

Свечи на миг погасли, а затем снова вспыхнули. Зал затих. Спустя мгновение по нему пронесся черный вихрь, который опал туманом над шеренгой стоящих на коленях предателей. Те заозирались, затряслись, но вскоре из-за черного дыма их не стало видно. А когда магия растворилась полностью, перед людьми возникла занимательная картина.

Все преступники превратились в детей.

— Что ж, — Ашер кашлянул, глядя на возящихся в кучах одежды карапузов, — вот и ответ магии.

Когда он договорил, первый ребенок заплакал. Это словно разорвало оцепенение, которое овладело людьми. Семьи приговоренных дружно ахнули и кинулись к своим теперь уже маленьким родственникам. Схватив детей на руки, они принялись укачивать заплакавших.

Ашер беспомощно посмотрел на сидящую рядом Аню. Та улыбнулась ему и кивнула.

— Это хороший выход, — заверила она.

Не было сомнений, что с потерей возраста все заключенные лишились и воспоминаний. Ашер уведомил семьи, что за ними все равно всегда будет вестись наблюдение, особенно за теми, кто с легкостью предал Даркглумм. Не все были довольны, и они винили, конечно, Ашера. Не магию. Как они могли винить ее? Но никто и не рассчитывал, что всех людей устроит такое решение.

Когда эпопея с предателями в Даркглумме закончилась, Ашер с Аней обратили взгляд на другие страны. Там темных магов все еще притесняли. И нужно было что-то с этим делать.

— Полагаю, я должен навестить наших дорогих соседей, — зловеще произнес Ашер.

— Мы, — уточнила Аня.

Блэквелл посмотрел на нее недовольно, но по упрямому виду жены сразу понял, что спорить бесполезно. Если он хочет удержать Аню от будущих визитов, придется ее запереть, и то это не гарантировало, что она не сбежит и не увяжется следом. Безопасней просто взять с собой.

Первой страной, которую они решили посетить, была уже знакомая им Фейскойра.

— Э-э-э, — очень легкомысленно произнесла Аня, глядя на полчище (по-другому было не назвать) разных тварей, которые собрались позади их небольшого каравана. — Аргумент?

Ашер тоже кинул взгляд назад. Ни одна из тварей даже не думала сопротивляться. Наоборот, темная магия Ашера была для них столь притягательна, что они охотно следовали за ней куда угодно и выполняли любую его просьбу.

— Можно сказать и так, — согласился он, проследив взглядом за пролетающим мимо голохвостом. Существо было похоже на крысу, только летало и имело довольно внушительный размер. Примерно с корову, без учета размаха крыльев.

— Весомый, — важно кивнула Аня, отворачиваясь. — «Он контролирует их. Он контролирует их», — повторяла она в голове мантру. Помогало плохо.

— Я контролирую их, — словно прочитав, что было у нее на уме, сказал Ашер и подъехал к ней на адском коне ближе.

Аня бросила на мужа короткий взгляд.

— Знаю, — буркнула она и добавила: — Поехали уже.

— Ты все еще можешь остаться, — предложил он.

— Вот еще! — фыркнула Аня и пришпорила своего коня. Тот пугающе всхрапнул и резко сдвинулся с места, заставив ее вцепиться в поводья.

* * *

Король Фейскойры сидел в своем кабинете и работал с документами.

Он волновался.

Было ощущение чего-то надвигающегося.

Ослабив платок на шее, король встал и подошел к окну. Выглянул. Небо было чистым и светлым, ни намека на бурю. Тогда откуда у него такое дурное предчувствие?

В этот момент в дверь резко забарабанили. Сердце короля подпрыгнуло.

«Вот оно!» — подумал он, а потом крикнул: — Войдите!