8 глава

Яр вдруг резко меняется в лице. Его глаза темнеют, челюсть сжимается так сильно, что я вижу, как напряглись мышцы на скулах. В нем закипает что-то горячее, почти яростное, и это пугает меня и одновременно заводит до дрожи. Он хватает со столика стакан с виски и почти силой сует мне в руку.

— Пей, — шипит он низко, голос дрожит от злости и желания. — Раз надо все забыть, то и я тоже буду забывать.

Я делаю глоток, виски обжигает горло, но Яр не дает мне даже откашляться. Он наклоняется так близко, что наши дыхания смешиваются, и целует меня. Жестко. Глубоко. Без единого намека на нежность. Его язык врывается в мой рот, требовательный, голодный, и я просто тону в этом поцелуе, теряя последние остатки контроля.

Внутри меня все взрывается.

Это происходит. Моя самая тайная, самая жаркая фантазия, которую я прятала даже от самой себя по ночам, сбывается прямо сейчас. Я в одной комнате с ними обоими. Стас и Яр. Те самые парни, в которых я влюблена уже несколько лет — безнадежно, отчаянно, по уши. Я люблю их обоих. Люблю так сильно, что иногда это физически больно. Люблю Стаса за его дерзкую улыбку, и Яра — за его сосредоточенность и харизму. И сейчас они оба здесь, оба хотят меня, и это чувство — смесь дикого счастья, страха и всепоглощающей нежности — разрывает меня на части. Я боюсь, что это сон. Боюсь, что сейчас все закончится. Но еще больше боюсь, что если я сейчас остановлюсь, то никогда себе этого не прощу…

Я в прострации. Секунд десять просто смотрю ему в глаза, когда он отрывается на миг. Мои губы дрожат, дыхание сбитое, а в груди такое тепло и такая любовь, что я едва не плачу. Пьяно пытаюсь совладать с эмоциями, но не получается. Сердце колотится так, будто хочет вырваться и остаться у них в руках.

Яр усмехается — медленно, хищно, но в глазах уже плещется настоящее пламя.

— Теперь тебе будет сложно такое забыть, Ань…

Но я не даю ему договорить. Берусь за его плечи — сильные, твердые под тонкой тканью поло — и притягиваю к себе. Целую сама. Откровенно. Жадно. Языком провожу по его нижней губе, потом врываюсь глубже, посасываю, кусаю, стону ему в рот. Я нарочно делаю все максимально горячо, чтобы свести их обоих с ума, чтобы отвлечь от голоса разума, который наверняка уже орет в их головах. Я хочу, чтобы они забыли все. Хочу, чтобы они были только моими. Хоть и только на одну ночь…

— Не думай сегодня ни о чем, — шепчу я, отрываясь на секунду и глядя ему прямо в глаза. В моем голосе отчаянная мольба. — Просто возьми меня. Вы оба. Пожалуйста… Мне это нужно больше, чем воздух…

Я прикусываю его нижнюю губу — сильно, чувственно — и отстраняюсь. Яр едва ли не стонет в ответ, низко, хрипло, и этот звук проходит по мне электрическим разрядом, заставляя тело гореть еще сильнее.

Он тяжело дышит, смотрит на меня так, будто видит впервые.

— Ты точно больше не девушка Сережи? — спрашивает он, и в голосе сквозит последняя, едва заметная попытка удержаться.

Я клянусь, и говорю это абсолютно искренне, от всего сердца:

— Я не девушка Сережи. Клянусь.

Никогда ею не была…

Это правда. Потому что я — Алена. И в этот момент я чувствую себя самой собой, как никогда раньше. Никакой лжи. Только я, только они и эта ночь, которую я ждала целую вечность.

Яр рычит тихо, почти по-животному, и хватает меня за бедра. Сильными руками он поднимает меня и сажает к себе на колени — прямо в кресле рядом с кроватью. Я оказываюсь на нем верхом, платье задрано до талии, чулки натянуты, и я чувствую, как он уже твердый подо мной. Он впивается в мои губы снова, целует жадно, одной рукой держит меня за талию, второй — за затылок, не давая отстраниться ни на сантиметр.

Стас тем временем закуривает сигарету. Я краем глаза вижу, как он выдыхает дым, смотрит на нас и улыбается — медленно, довольной, чуть ревнивой улыбкой.

— Помнишь, как мы к тебе подкатывали еще до того, как появился Серега? — вдруг спрашивает Яр, отрываясь от моих губ и глядя мне в глаза. Его голос низкий, чуть хриплый от желания.

Вопрос застает меня врасплох. Я моргаю, удивленная до глубины души. Они… подкатывали? Ко мне? То есть к Ане, но… Сердце пропускает удар. Если бы я была трезвой, эти слова меня бы сильно задели. Но сейчас я уже ни о чем не думаю. Алкоголь, их руки, их взгляды — все смешалось в одну горячую, сладкую волну. Я только качаю головой и прижимаюсь к Яру ближе, чувствуя, как его член упирается мне прямо между ног, и это ощущение сводит меня с ума.

Стас тут же фыркает, выдыхая дым в сторону.

— Наши подкаты были слабыми по сравнению с Серегиными, — говорит он спокойно, но с легкой горечью. — Мы видели, что между вами чувства, и не стали вмешиваться. Не хотели, чтобы ты выбирала между тремя…

Я бы точно расстроилась, если бы была трезвой. Но сейчас мне просто все равно. Я люблю их обоих. Люблю так сильно, что готова взять все, что они дадут. И я не хочу больше слышать ни о Сереже, ни о прошлом.

— Не говорите больше о Сереже, — шепчу я, голос дрожит от желания и нежности. — Пожалуйста. Просто проведите эту ночь со мной. Оба. Я хочу вас. Хочу вас обоих. Так сильно, что уже не могу…

Я целую Яра снова — глубоко, отчаянно, показывая всем телом, как сильно я их люблю и как сильно хочу. Стас тушит сигарету, подходит ближе и проводит ладонью по моей спине. Его прикосновение горячее, уверенное. Я выгибаюсь между ними, чувствуя, как их тела окружают меня со всех сторон, и понимаю: это только начало.

Моя фантазия сбывается. Полностью. И я готова отдаться им обоим без остатка… Телом, душой и сердцем, которое уже давно принадлежит только им…