Глава 18.

* Аня *

Когда Руслан скрывается за дверью ванной, я, наконец, выдыхаю и позволяю себе расслабиться. Прислоняюсь спиной к стене, закрываю глаза и просто стою так несколько секунд, восстанавливая дыхание.

Оставшись наедине с собой, я понимаю, как сильно было напряжение между нами, как только остались наедине. Будто недолгое перемирие закончилось, и снова включился режим «держись от меня подальше».

Я открываю глаза и смотрю на себя в зеркало. Красное платье, которое я надела после душа, сидит на мне как-то чужеродно. Слишком яркое, слишком облегающее, слишком... не я.

В который раз мысленно матерю Яну за её любовь к вычурности.

Я провожу рукой по ткани, дёргаю вырез, который, кажется, мне неприлично глубоким. Почему нельзя было взять с собой что-то нормальное? Хотя бы одну футболку, одни шорты? Но нет, у Яны всё либо обтягивающее, либо откровенное, либо сразу и то и другое.

Мне проще в мужском ходить, чем в таком. Это факт. В мешковатых футболках и широких штанах я чувствую себя в своей тарелке. Защищённой. Незаметной.

И пора уже перестать себя обманывать.

Я решительно направляюсь к вещам Руслана. Его сумка стоит у кровати, я замираю на секунду, размышляя, не нарушаю ли я какие-то границы. Но потом думаю: ничего с ним не случится, если одолжу у него шорты и футболку.

Осторожно расстёгиваю молнию. Внутри всё аккуратно сложено – чувствуется военная привычка. Пара футболок, шорты, джинсы, бельё. Я аккуратно, стараясь не нарушить идеальный порядок, достаю первую попавшуюся футболку.

Она серая, мягкая на ощупь, с каким-то неразборчивым принтом. И огромная – мне будет до колена.

Я скидываю ненавистное платье прямо на пол и натягиваю футболку через голову.

И замираю от удовольствия.

Это невероятное ощущение. Ткань пахнет им – мужским запахом, который я уже начала узнавать. Футболка широкая, свободная, она не обтягивает, не давит, не заставляет думать о том, как я выгляжу. Я тону в ней, как в коконе.

Можно даже шорты не надевать. Футболка и так почти до колен.

Я кружусь по комнате, наслаждаясь свободой, подхожу к зеркалу и улыбаюсь своему отражению. Из широкого выреза выглядывает моя ключица с засосом, рукава закрывают локти, подол болтается где-то у колен. Я выгляжу как подросток, который стащил одежду у старшего брата.

И мне это нравится.

Не успеваю я порадоваться своей обновке, как слышу щелчок замка в ванной.

Дверь открывается.

Я замираю с улыбкой на лице, поворачиваю голову – и сердце пропускает удар.

Руслан стоит на пороге.

Мокрый и абсолютно голый.

Вода стекает по его телу – по широким плечам, по мощной груди, по тёмной дорожке волос, которая тянется от пупка вниз и исчезает там, где... Я заставляю себя смотреть выше, но взгляд предательски скользит обратно. Он даже не пытается прикрыться. Стоит и смотрит на меня.

Выглядит он немного зловеще. Будто хищник вышел на охоту. Влажные волосы взлохмачены, на лице ни тени смущения, только тяжёлый взгляд, который впивается в меня, раздевает.

Я чувствую, как под этим взглядом моя новая футболка становится прозрачной.

– П-полотенце надо? – выдавливаю я, отчаянно пытаясь смотреть ему в лицо.

Руслан молчит, а у меня уже подкашиваются ноги.

Он делает шаг ко мне.

Я отступаю.

– Руслан? – мой голос звучит по смешному тонко. И я бы наверно рассмеялась сейчас, если бы не была так испугана.

Ещё шаг. Он приближается медленно, как хищник, который знает: добыче не уйти. Влажные ступни оставляют следы на деревянном полу. Капли воды поблёскивают на коже.

Я пячусь. Спина упирается в дверной косяк.

– Ты чего? – шепчу я.

Он поднимает руку. Тянется ко мне.

И тут меня прорывает.

Я ныряю под его руку и бегу.

Не думаю, не соображаю. Просто ноги сами несут меня прочь от этого взгляда, от этого жара, от него самого. Я знаю, что он ничего плохого мне не сделает. Но остановиться уже не могу.

Влетаю в гостиную, на бегу бросаю через плечо:

– Тебе что, футболки одной жалко?!

Голос срывается на визг.

Слышу тяжёлые шаги за спиной. Руслан догоняет. Я почти чувствую его дыхание на затылке.

– Какая к херам футболка?! – рявкает он. – Стой!

Я прибавляю скорость. Вылетаю на веранду, прямо к стеклянной двери, ведущей на пляж. Солнце слепит глаза, заставляя щуриться. Если выбежать наружу, он не пойдёт за мной – голый же! Ну не пойдёт же? Не посмеет?

Распахиваю дверь и выскакиваю под слепящее солнце.

Песок обжигает босые ноги. Горячий, как сковородка. Каждый шаг отдаётся болью, но я бегу, не чувствуя её. К воде, к спасительной воде.

Сзади слышен приглушённый мат. Руслан выскочил следом.

Обернуться успеваю только раз.

Он выходит из домика, так ничем и не прикрывшись, целеустремлённо прёт за мной как танк. Ему, похоже, всё равно на все правила приличия.

– С ума сошёл! – кричу я, продолжая бежать. – Ты голый!

Вокруг, как назло, ни души. Ни одного человека. Только пальмы, бескрайний песок и бесконечный океан.

Он идёт. Не бежит даже – идёт. Уверенно, неотвратимо. Солнце бликует на мокрой коже, играет на мышцах. Он похож на античного бога, сошедшего с пьедестала. Только очень злого бога.

Я разворачиваюсь и бегу дальше. Ноги увязают в песке, дышать тяжело, лёгкие горят. Футболка развевается за спиной, путается в ногах.

Вот уже вода – сначала прохладная, потом холодная. Контраст с горячим песком такой резкий, что перехватывает дыхание. Я забегаю в океан по колено, по пояс...

Сильные руки обхватывают меня со спины.

Руслан прижимает меня к себе, разворачивает лицом к себе. Вода вокруг нас пенится, волны накатывают, но я чувствую только его руки на моей талии и грудь, которая прижимается к моей сквозь мокрую ткань.

– Что ты делаешь?! – выдыхаю я, пытаясь вырваться. – Совсем сдурел? Люди же увидят!

– Какие люди? – усмехается он.

Вблизи его глаза кажутся ещё темнее, ещё глубже. Зрачки расширены, он сейчас выглядит немного сумасшедшим.

– Тебя хочу, – говорит он просто. Без тени смущения. – И не говори, что не хочешь тоже.

Я замираю.

Потому что он прав. Потому что всё это бегство – не от него. От себя. От того, как сильно я его хочу. От того, что каждое его прикосновение заставляет моё тело трепетать. Я боюсь этого чувства больше, чем урагана.

– Ну? – спрашивает тихо, почти нежно. Ждёт ответа.

– Руслан... – шепчу я.

– Что?

– Мы не можем...

– Можем, – перебивает он. – Всё можем. Разве ты не знаешь, что все запреты только у нас в голове?