Глава 51

Задумка была достойна Наполеона нашего Буонапарте, однако стоило смотреть правде в лицо: пока ни бизнесом, ни партнёрством даже не пахло. Наоборот, судя по промелькнувшему на лице Мелихова недовольству при виде моего «самоуправства» в кабинете (а по сути, оставленным на столе бухгалтерским книгам), он до сих пор не до конца осознал: я реально буду заниматься делами имения.

А значит, занимать «барское» место.

— Прежде всего, — начала я, нарочно не садясь, чтобы граф тоже оставался стоять, и никто не занял хозяйское кресло, — расскажите мне, что натолкнуло вас на выводы о воровстве Шульца.

Развернула к Мелихову амбарные книги, и тот воленс-ноленс принялся объяснять.

— Цены, Екатерина. Вы пока далеки от этого, однако я совсем недавно был вынужден заняться бухгалтерией своего имения. И потому имею представление о стоимости зерна, дров, бакалеи и прочего. Более того, здесь, — он безошибочно указал на строчку, — указано, что куплены три мешка муки. Вы видели их в амбаре?

Я помотала головой, чувствуя себя ужасно тупой. Неужели сама не могла сообразить? Вчера же с Агафьей всё осматривала и даже записывала!

— Я уж молчу о суммах, якобы потраченных на ремонт. — Мелихов не сдержал кривую усмешку. — Достаточно бегло взглянуть на усадьбу, чтобы понять: его здесь не делали очень давно.

— Понятно. — Я очень надеялась, что щёки у меня горят не слишком ярко. — А каким-то образом вернуть украденное Шульцем не вышло?

— Я не стал поднимать шум, не до того было. — Мелихов явно хотел свернуть тему. — Просто выгнал его, и всё.

Я кивнула, но прежде чем перейти к следующему обширному вопросу, уточнила:

— Скажите, я правильно поняла, что все наличные средства имения хранятся вот здесь? — и указала на скромно стоявшую в углу тумбу из красного дерева, в которой при осмотре кабинета далеко не с первого раза сумела опознать сейф.

— Правильно, — подтвердил Мелихов. — После свадьбы я отдам вам ключи и покажу, как отпираются замки.

После свадьбы. Ладно.

— А что с брачным договором? — Важная штука, а я со всеми этими трупами и экзорцистами едва о ней не забыла. — Можно будет ознакомиться с ним заранее?

Я умолчала насчёт внесения правок при необходимости, однако Мелихов так скучно произнёс:

— Да, разумеется, — что наверняка понял подтекст. А затем добавил: — Не устаю удивляться вашему складу ума.

«Надеюсь, это комплимент», — усмехнулась я про себя.

Мило взмахнула ресницами:

— Благодарю, — и не давая Мелихову возможности понадеяться, что разговор окончен, спросила: — Кстати, что вы думаете об идее Черногорцева? Если обсуждать её не при нём.

Мелихов немедленно нацепил маску статуи Командора.

— Ровно то же, что говорил ему. Утопический прожект.

— Почему? — Я наконец-то опустилась на один из гостевых стульев и сложила руки на коленях примерной ученицей. — Я правда хотела бы разобраться.

Собеседник неохотно сел на второй стул. Выдержал паузу, собираясь с мыслями, и несколько менторским тоном заговорил.

— Полагаю, нет смысла подробно останавливаться на том моменте, что источник пересох. Но даже если удастся вновь поднять воду с помощью насосов и труб, для получения официального признания оной воды целебной потребуется заключение Медицинской коллегии. Для чего необходимы пациенты, врач, который будет за ними наблюдать и вести записи, а также достаточный запал, чтобы проталкивать наконец написанное прошение по инстанциям в столице.

— Неужели кому-то достанет нахальства тормозить бумагу, написанную от имени графа Мелихова? — Мой голос звучал исключительно деловито. Ещё не хватало, чтобы собеседник услышал в нём подхалимаж или издёвку. — Вы ведь офицер и герой.

— Вы неоправданно высокого мнения о ценности обоих этих пунктов в глазах чиновников, — прохладно заметил Мелихов. — И опять же, это последний этап. Прежде нужна вода и то, чтобы она в самом деле оказалась целебной.

— А вы её пили? — полюбопытствовала я. — Источник ведь не так давно пересох.

— Доводилось. — Мелихов едва заметно поморщился. — Редкая дрянь.

«Потому что газировать надо, — мысленно ответила я. — Газированная минералка вполне себе пьётся».

Вслух же уверенно произнесла:

— Значит, какие-то полезные минералы в ней растворены. — Выдержала короткую паузу и всё тем же тоном поинтересовалась: — Скажите, Георгий, а у кого можно взять консультацию насчёт бурения скважины?

— Какой скважины? — Сквозь мелиховскую маску всё же пробилось раздражение. — Екатерина, выбросьте этот бред из головы!

— Не выброшу! — Забывшись, я по-бойцовски выдвинула челюсть. — Пять лет пролетят, как один миг, и я хотела бы по их итогу остаться хоть с чем-то!

— Например? — Мелихов самым бесячим образом приподнял брови.

— Например, с частью дохода от курорта минеральных вод! — рубанула я. — В развитие которого, естественно, буду вкладывать все свои силы.

Что Мелихов собирался ответить на мою откровенность, к сожалению, осталось невыясненным. В кабинет несмело постучали, и из-за двери послышался голос Тихона:

— Барин! Вы уж простите, но там это… Господин урядник приехали!