Глава 8. Боль…

Я несколько раз быстро моргнула, пытаясь привыкнуть к свету и тут же подняла голову, чтобы посмотреть на человека, который сдернул с меня повязку.

Услышав Его голос, я понадеялась на то, что мне лишь причудилось и я раз за разом мысленно повторяла: «Нет, это не он. Точно не он. Просто голос похожий». Но, нет, моим ожиданиям было не суждено сбыться. Передо мной стоял сущий Дьявол. Винченсо Медичи.

— Давно не виделись, — сказал он сухо. Руки в карманах брюк и рукава на рубашке немного закатаны. Поза вальяжная, но в тот же момент от Медичи исходило нечто дикое. Жуткое и страшное. Нельзя было обманываться его внешним спокойствием.

— Загх… — из-за кляпа все мои слова получались невнятными. Да и навряд я в данное мгновение смогла бы произнести хотя бы что-нибудь разумное.

Я шумно выдохнула и завозилась, начиная лихорадочно дергать за веревку, которой были связаны мои руки. Хотела иметь возможность хотя бы как-нибудь защитить себя, но в тот же момент глубоко внутри сознания понимала, что это бесполезно. Я чувствовала себя кроликом, загнанным в угол и приготовленным на ужин для страшного зверя. Блюдо готово и подано на стол. Приятного аппетита, страшное чудовище.

Все так же возвышаясь надо мной, Медичи подкурил сигарету и некоторое время молча наблюдал за моими попытками вырваться. На лице ноль эмоций и в глазах холод, но от взгляда его будто бы пустых зрачков кожа горела и в голове звенела паника.

— Раздражаешь, Фелиса, — наконец-то он разрушил тишину. Выдохнул дым и потушил окурок о пепельницу.

Я застыла. Сразу мне стало казаться, что Винченсо узнал меня. У него был повод так обращаться с Ромолой. Я ему отказала и ручкой ранила плечо. За такое Медичи мог жестко наказать. Но, если он считал, что я Фелиса, почему приказал привести к себе?

— Было бы у тебя ума побольше, ты держалась бы подальше от меня. Не мельтешила перед глазами и не раздражала, — Винченсо положил ладонь на мою шею. Сжал ее сильно и болезненно. До красных отметин и синяков, которые позже начнут проявляться.

Я шипела из-за невыносимой боли и не могла сделать ни малейшего вдоха. Но это было лишь начало. Уже в следующее мгновение Винченсо с силой потянул меня вверх, заставляя встать на ноги.

— Всегда мерзко смотрелось то, как ты пыталась быть похожей на Нее, — Винченсо вторую ладонь вплел в мои волосы, заставляя запрокинуть голову и посмотреть ему в лицо. Перед глазами уже все плыло и я еле стола на ногах, но из-за тупой боли опять замычала и попыталась дернуться. — Всякий раз, когда ты пыталась изображать Ее, мне хотелось тебя уничтожить, — Медичи притянул меня ближе к себе и сказал голосом, от которого тут же побежал холодок по спине: — Нужно было себя не сдерживать.

Уже в следующее мгновение Винченсо разжал свои руки и я рухнула на пол. Больно ударилась затылком, но это уже мало волновало. Главное, что теперь я могла дышать.

— Охвт… — я пробормотала, сама не понимая, что хотела сказать.

Я завозилась на плитке, пытаясь отползти назад и придумать, как спасти себя от этого чудовища. До этого момента, все мои волосы были растрепаны и немалая их часть спадала на лицо, а старенькое банное полотенце скрывало похудевшее после комы тело. Но, сейчас, полотенце немного сползло и пряди волос слетели вбок.

Я ощущала, как Медичи смотрел на меня и, особенно, его взгляд обжигал обнаженные участки кожи. Все так же пытаясь отползти, я мысленно проклинала его и ощущала, как меня буквально трясло от злости и того, как Винченсо обращался ко мне. Словно я была чем-то мерзким.

Не успела я увеличить расстояние между нами, как этот подонок спокойным шагом подошел ко мне. Сжал пальцы на предплечье и резким толчком заставил лечь на спину. Полотенце было сдернуто до пояса и массивна ладонь легла на грудь, ощутимо сжимая ее. Жесткие прикосновения грубых ладоней о нежную кожу. Вновь сильная боль. Я не выдержала и застонала, а Медичи наклонился и негромко сказал мне на ухо:

— Ненавижу то, что ты похожа на Нее.

Воспользовавшись первым удачным случаем, я занесла коленку и со всей силы ударила Медичи между ног. Вернее, я попыталась это сделать. Винченсо перехватил мою коленку и отодвинул ее в сторону, чуть не выворачивая мне ногу.

— Меня злит то, что ты даже сейчас пытаешься вести себя, как Она, — вновь негромкий голос на ухо, но на этот раз с ощутимой злостью. Кажется, Медичи начал срываться и его самоконтроль треснул. — Но я этим могу воспользоваться.

Я не поняла, что имел ввиду Виненсо, но ощутила, как он намотал себе на кулак мои волосы и резко дернул, вновь заставляя меня встать на ноги. Я поднялась, но потом упала. Кажется, о плитку разбила коленки до крови и уже не могла нормально стоять. Винченсо это не волновало. Он не относился ко мне, как к человеку и, даже несмотря на мое болезненное шипение, вновь дернул на себя, чтобы я не отставала и шла за ним.

Это был не тот Винченсо Медичи, которого я знала раньше. Скорее он напоминал какую-то бездушную тварь. Хотя, да, он и раньше был не лучше.

Я помню, как ударилась плечом о деревянный подлокотник дивана и моя голова скользнула по кожаной подушке. Стараясь дышать, через нос я приподнялась на локтях и увидела, что Винченсо снял рубашку и швырнул ее на пол.

Я заметила бесноватость в его глазах и то, как ладони постоянно сжимались в кулаки до побелевших костяшек. Словно в голове у Медичи разворачивался целый Ад и он намеревался выплеснуть его на меня.

Он выругался, растрепал волосы и вновь закурил сигарету. Смотрел на мое трепыхающееся тело, но подходить не спешил. Выжидал. Изучал. Думал. Злился. Переживал рвущие терзания внутреннего зверя и, в конце концов, взял нож для писем и одним движением разрезал веревки на моих руках.

— У меня нет желания прикасаться к тебе, — сказал он, вонь будто подчеркивая, что я являлась чем-то мерзким. То, к чему Медичи никогда не прикоснется. — Проваливай, Фелиса, пока я не сорвался. И больше никогда не попадайся мне на глаза.

Я ничего не сказала. Лишь схватила полотенце и рванула прочь. Правда, заблудилась среди множества комнат и коридоров, из-за чего выход смогла найти лишь благодаря тому, что один из охранников Медичи, по приказу Винченсо, словил меня и вывел на улицу. Он же закинул меня в машину и отвез обратно в хостел. Вернее, вышвырнул из автомобиля где-то неподалеку от нужного здания, из-за чего мне пришлось, перебежками передвигаться к хостелу.

* * *

— Что, мать вашу, произошло? — этот вопрос я задавала себе уже в сотый раз за ночь, но толкового ответа найти не смогла. Сплошные ругательства, недоумение и ненависть.

— Медичи подонок, — прошипела я уже под утро. Все это время я лежала на кровати, при этом с головой укутавшись в одеяло.

Сквозь плотный гнев проглядывались мысли о словах Винченсо. Что связывало его и мою сестру? Фелиса пыталась быть похожей на кого-то и Медичи это злило. Но, о ком он говорил? Может, в университете была девушка, с похожей внешностью? Я хотела разузнать об этом побольше. Чувствовала, что это важно, но в тот же момент понимала, что уже так просто вернуться в университет не смогу. Если Медичи меня поймает, мало ли во что это выльется. И так повезло из-за того, что к Фелисе он не захотел прикасаться.

Я думала, что это невозможно, но, нет, я стала ненавидеть Медичи еще больше. Он ранее испортил мне и Фелисе жизнь и сейчас не давал спокойствия. Мысли о нем приносили новую злость и негативные эмоции подходили к своей грани. Мне выть хотелось от того, что я перед Винченсо была беззащитна и на его грубость не могла ответить так, как хотела.

Мысленно пытаясь успокоиться, я ближе к обеду вылезла из-под одеяла и поплелась в аптеку за обезболивающим. Горло болело так, что разговаривать было тяжело и из-за разбитых коленок каждый шаг давался с невыносимым трудом. Да и покраснения стали приобретать синие отметины. Винченсо не жалел сил.

По узким улочкам, в поисках аптеки я вышла к более престижному району и, когда я проходила по набережной, услышала как какая-то девушка воскликнула:

— Дарио, смотри, это же твоя малолетняя подстилка. Можно я с ней развлекусь? Ты не будешь против? — голос этой девушки я расслышала хорошо потому, что он был очень громким и, как по мне, неприятным. А вот голос того, кто ей ответил, я почти не расслышала. Кажется, он сказал «Мне все равно. Делай, что хочешь, но не приводи ее сюда»

Естественно, на эти слова я особого внимания не обратила. Вокруг меня вообще было много разных голосов и все они сплетались в сплошной гомон, но, когда эта девушка оказалась рядом со мной, ее неприятный, поверхностный тон вновь полоснул по ушам, значительно выделяясь.

— Привет, Фелиса. Где ты была? Куда пропадала?

Внешне это была типичная блондинка лет двадцати семи. Разве что весьма миловидной внешности и утонченности. Одетая в недешевую одежду и выше меня минимум на голову, что позволяло незнакомке смотреть на меня сверху вниз.

— А что это у тебя с волосами? — спросила она, после чего дернула за прядь моих волос. Я их не выровняла, поэтому сейчас волосы крутились, что отличало меня Фелисы и явно привлекло внимание девушки. — Завивку сделала? Решила заняться собой? Смотрится так себе. Отвратно.

— От… пусти, — из-за боли в горле я с трудом произнесла это слово.

Эта девушка была моим шансом. Я могла бы попытаться разузнать кто она такая и почему настолько пренебрежительно относилась к Фелисе. Может, это хоть как-нибудь пролило бы свет на ситуацию. Но, нет, в данный момент я хотела лишь одного — дойти до аптеки и купить обезболивающих, а то, кажется, у меня болела каждая частичка тела. Да и я не любила, когда к моим волосам прикасался кто-то другой. Поэтому то, что эта незнакомка позволяла себе так просто дергать меня за волосы, уже вызвало неприязнь смешанную с раздражением.

— Опустить? — девушка хитро улыбнулась и еще раз дернула за волосы. На этот раз сильнее.

У меня перед глазами все плыло и я плохо соображала, но, кажется, девушка еще что-то говорила. Насмехалась. Издевалась.

Дальнейшие действия у меня в голове промелькнули невнятными картинками. Вот я отталкивала руку девушки и вот она опять запустила ее в мои волосы и с силой дернула за них. Следующим моментом у меня в голове высвечивалось то, что эта блондинка лежала на бетоне, а я сидела сверху и била ее куда получится. Девушка выше меня и сил явно больше, но я выросла в старом районе Бергамо и, когда-то давно, узнав, что Батиста с детства занимался боксом, несколько дней ходила за ним хвостиком. Просила показать пару приемов. Это, кстати, сильно злило Медичи. Он не хотел, чтобы я ходила за его другом. Поэтому, когда я окончательно достала Батисту, он показал мне пару приемов. Но сделал он это тайно, чтобы Винченсо не узнал и вот в тот момент я эти приемы отлично использовала на той девушке.

Кажется, ее подруги пытались меня оттащить. Точно не помню. Следующим моим воспоминанием было то, что я вся растрепанная и с разбитыми костяшками, которыми пару раз ударила о бетон, стояла в аптеке и покупала уже не только обезболивающее, но и антисептик с лейкопластырями.

По возвращению в хостел я поняла, почему все тело болело. У меня поднялась температура. При чем, наверное, довольно сильная. Я упала на кровать и заснула.

* * *

Через день, когда мне слегка полегчало я всерьез задумалась над тем, чтобы вернуться в Дзоньо. Нет, от своего желания отомстить я не отказывалась. Просто, кажется, мне следовало привести мысли в порядок и на время притихнуть. То есть, хотя бы на неделю уехать из этого чертового Милана. Заодно и свое здоровье привести в порядок.

Я купила билет на автобус и поплелась в хостел собирать вещи. Правда, когда я уже складывала остатки своей одежды в сумку, за моей спиной раздался мужской голос:

— Фелиса Гвидиче?

Я обернулась и увидела высокого и довольно массивного мужчину устрашающего вида. Одет он был в деловой костюм черного цвета и, судя по акценту, по национальности являлся немцем. Светлые, коротко стриженные волосы, грубые, но довольно привлекательные черты лица и полная непроницаемость в эмоциях.

— Нет, — я отрицательно покачала головой, с подозрением посматривая на этого немца. Но любопытство все же брало свое. — А вы кто? Я знаю Фелису. Она вышла и вернется только вечером, но я могу сказать ей, что вы приходили и обязательно передам по какому вопросу Фелиса вам была нужна.

— Сеньора Гвидиче, вам запрещено покидать Милан, — мужчина пропустил мимо ушей мои слова и ясно дал понять, что его предыдущий вопрос был лишь формальностью. Он знал, что я Фелиса.

— Почему? — я недоуменно приподняла бровь и бросила беглый взгляд в сторону двери. Эта комната в хостеле была рассчитана на восемь человек, но пока что в ней жила только я и мне было как-то не очень спокойно находиться наедине с этим суровым мужиком. — Кто мне запрещает покидать Милан?

— На эти вопросы я ответить не могу, — немец склонил голову набок. — Но вам лучше не совершать опрометчивых поступков.

— Вы мне угрожаете? — я нахмурилась.

— Нет. Просто даю совет, — мужчина качнул головой. — Вы ведь сегодня купили билет в Дзоньо. Там живет ваша мама и ее сестра. Попытаетесь поехать к ней и будьте уверены, не доедете. Вас вернут.

— Хорошие у вас советы, — я саркастично фыркнула и все же сделала шаг назад.

Именно в этот момент, когда мне ясно давали понять, что из Милана я уехать не смогу, я стала ощущать, что дела мои хуже некуда.

От автора: Я извиняюсь за то, что долго не было продолжения. Но вот я вчера закончила бонус по Ублюдку и теперь возвращаюсь. Теперь буду стараться даже ускориться. Да и хочется делать главы побольше. А то не могу уместить в продолжение все, что нужно.

Спасибо за то, что ждали и поддерживали. Для меня это очень ценно и важно. Простите, что не ответила на все отзывы. Я их неоднократно перечитывала и искренне благодарна за них. В трудные минуты они меня спасли и вдохновили.