Глава 21.
Никита Хорольский
Они бесят меня так, что я уже и от дружбы готов отказаться. Нихера не хочу вообще. Два задрота. Ещё и стоят там в обнимку, сюсюкаются. Уродцы… Всё утро мне нервы мотали. В этом доме теперь четыре моих врага. Четыре! И должна приехать пятая! Я свихнусь, нахрен, точно!
– Даров, Ник… Это чё правда? – подплывают ко мне парни, когда подъезжаю к универу и паркуюсь. Они думают, я мысли читать умею или как?
– Чё?
– Что ты Киру кинул… Уже весь универ болтает, – ржёт Вано, пожав мне руку через окно. Я выхожу к ним с Тохой и закуриваю сигарету.
– Не знаю… На паузу просто поставил… – пинаю асфальт, потому что бешусь. На ровном месте просто начинаю раздражаться. Ещё и Кира, блин, языком своим треплет. Я, конечно, знал, что так будет. Потому что когда к твоей персоне проявляют столь пристальное внимание, то и к личной жизни тоже. Если не вдвойне.
– М-м-м… А Лёха где?
– А Лёха теперь в отряде пилоток, хули…
– В смысле?
– В смысле он не со мной ехал. Вёз эту…
– О-о-о понятно, – усмехается Тоха. – Вы ток не раздеритесь…
– Если надо будет… – тушу окурок и смотрю на то, как они заходят вместе в корпус. Всего бомбит просто изнутри. Сладкая парочка, блядь.
– Лан, идём…
На первой паре сижу и залипаю, ощущая, что весь мир настроен против меня. Мама сто лет не звонила… Только пишет сообщения, расспрашивая о том, выбрана ли дата свадьбы и так далее. А я в душе не ебу. Меня никто в такое не посвящает, да я и знать не хочу…
После уже достаю свой полуразъёбанный телефон, блин. Надо купить новый, а у меня руки не доходят. Это она его угандошила. Всё из-за неё…
«Я подумал, что пойду на вечеринку», – отправляю ей сообщение, и мне тут же приходит ответ.
«Да? Я рада. Очень! Там встретимся!».
«Ага, обязательно».
Чувствую себя каким-то идиотом. Её сиськи мне всю ночь, блин, мерещились… И это бесит больше всего. Почему просто не могу вытравить её из своей башки и не думать, а?! Ладно бы там первоклассные дойки третьего размера были… Так нет же… Так и груди-то толком нет. Ну, двойка максимум… Если не единица, нафиг. И чего так в памяти засела?! Эти острые соски, словно пики отпечатались в мозгу и уже все нервы мне вымотали…
«Раз ты сестра Хорольского, значит, твоя мама мутит с его батей, да?»…
«Ну, они вместе. Да. А что?».
«Ничего, просто спросил. Давно?».
«Я не знаю. Я вообще не знаю об их отношениях. Кстати… Об отношениях. Все вокруг болтают, что Хорольский расстался с девушкой».
«М… а ты что думаешь об этом?».
«Ничего. Раздосадована. Мне кажется, он стал ещё злее, чем был».
«Куда уж злее», – пишу ей и скриплю зубами.
«Ну или придурковатее».
«Ахахахаха», – отправляю, а самому хочется заткнуть ей рот, блин. Гадина тупая.
– Слышь, – толкает Лёха в плечо.
– Чё тебе?
– Чё лицо такое кислое?
Сворачиваю экран и смотрю на него волком.
– Лёх… Честно. Я не хочу общаться.
– Бля, братан… Не надо на меня злиться. Я нихера не делал. Женьку и пальцем не трогал и не собираюсь…
– Ты… Блядь, ты всерьёз думаешь, что мне не похуй на это? Мне вообще срать чё у вас с ней. Забирай её к себе домой и живите счастливо, я тебе даже руку пожму за это, не вопрос!
– С-с-сука… Да чё же ты такой тупой, а…
– Сам тупой.
– Харэ, парни, препод ща запалит, – шипит на нас Вано. – Потом побазарите.
Отворачиваемся друг от друга, и мне реально хочется подраться, аж кулаки чешутся. Как до пятницы в таком режиме провести, не знаю. Идти туда – не идти… Как сделать так, чтобы она больше никогда не появлялась в моей жизни? Что сделать? Я даже душу дьяволу готов продать…
Потому что не вывожу уже… Ничего из этого дерьма…
***
Несколько дней проходят в привычном режиме. Лёха всё ещё живёт у нас. Я – не плохой человек. И другом всегда был нормальным. Выгонять точно бы не стал. Но он будто нарочно мне под шкуру лезет. И так, и эдак с ней контачит. Смеются, фильмы смотрят. Пока я от лица лоха Жени переписываюсь с ней и даже заказываю для неё букет цветов с доставкой в пятницу около пяти вечера. Как раз дома будет. Готовиться к свиданке с несуществующим кавалером, блядь.
Кира писала, я некоторое время игнорил. Потом ответил, что пытаюсь переварить развод родителей. Что мне сейчас тупо не нужны отношения. Она снова рыдала. Не появлялась и сегодня в том числе. Возможно, придёт в понедельник, не знаю… Вечерами я уезжаю из дома тусить с парнями, а Лёха проводит всё своё свободное время с новой подружкой, будь она не ладна.
Я стараюсь перестать думать об этом. Прихожу очень поздно, чтобы не видеть их. И утром уезжаю раньше всех. В универе ещё как-то удаётся держать себя в руках, потому что они порознь в основном, но у меня ощущение, будто уже начали мутить, просто на глазах не палятся… Не знаю. Или это уже мои больные фантазии… Догадки…
В пятницу с самого утра отец и его новая пассия заявляют, что уедут на свидание. На какую-то, блядь, ферму за городом. Надеюсь, он потеряет её где-нибудь в загоне или в куче навоза. Я буду искренне рад…
Лёха начинает потреблять спиртные напитки сразу как возвращаемся с пар. Между нами снова завязывается неприятный разговор. Палит мой ноут с букетом, ещё и насмехается, гондонище… Не хватало, чтобы понял, что это я, блин, сделал… Потому что как истинный мудак всё ей сразу же расскажет.
– Это чё? Решил вину загладить?
– Не твоего ума дело.
– Не жмись ты… На, выпей… – тянет он мне стакан с бухлом. А мне и так тошно, ещё нажраться щас не хватало, чтобы всех там отпиздить и загреметь за решётку.
– Не хочу.
– Ник… Забей, правда…
– Не могу забить. Заебало всё…
– Тебе расслабиться надо. Вот и всё… И если тебе будет легче, у меня правда ничего с твоей Женькой не было.
– Она не моя, блядь! И похер мне чё у вас было, а чё не было! Хоть ебитесь за пределами дома! Мне насрать! – толкаю ему стакан обратно и обливаю его джинсы. Честно, мне поебать. Если сейчас бычить начнёт, буду драться.
– Воу-воу… Всё. Полегче, друг… Вот хера ли ты сделал, а?! Твою мать… Пятно теперь останется! Сука! – он уходит из комнаты, а я тем временем пыхчу от негодования, когда мимо моей приоткрытой двери проходит довольный хомяк. Буквально бежит вниз на крыльях, потому что в дверной звонок звонят, и только потом до меня доходит, что приехала её заебанная подружка.
– Привееееет!!! Привет, моя! Господи! Малыш! – слышу визги, а потом и…
«Доставка…». Судя по всему, потому что я слышу голос курьера.
– Ох, нифига себе… Твоей маме?
– Не знаю… – прислушиваюсь и угораю, встав возле лестницы.
– Для Евгении Х… Распишитесь…
– Огооооооо, – тут же вылетает изо рта её подружайки. – Дурной тон… Офигеть… Ну и потратился. Кто этот щедрый ухажер?!
– Прекрати, Наташ…
– Блин, я так писать хочу, столько в дороге терпела… Расскажешь потом, ладно? Где тут у вас туалет?!
Морщусь, представляя, как кто-то будет ссать в наш унитаз. И весь покрываюсь иголками, а тем временем она уже поднимается, а я делаю вид, что равнодушно спускаюсь вниз. Наши глаза встречаются. Её голубые, прям как у Лёхи, и мои, пропитанные ненавистью ко всему живому.
– Ты должно быть Ник… – бросает, пока я прохожу мимо, и даже не думаю знакомиться с ней.
– Ссать будешь – смыть не забудь, – отгрызаюсь следом.
– Не волнуйся, я нассу тебе под дверью. Смывать не придётся, – выдаёт она ответно, и я качаю головой пока иду на кухню. Такая же сука, как её подруга. Так и знал, блядь.
Вижу, как хомяк довольно несёт цветы от Жени Т. и ставит их в только что набранную водой вазу. Прям-таки от счастья сияет, как кура-гриль на прилавке.
– Смотри не тресни.
– Да пошёл ты… Сегодня прекрасный день. И даже ты мне его не испортишь, мудила, – выдаёт она, проплывая мимо меня, а потом нюхает букет.
Надо было всё же аммиаком побрызгать… Глядишь, вскинула бы свои четыре лапы кверху ещё перед вечеринкой…