Глава 29

Лиза Герман выходит из машины и направляется к нам. Его решительная походка и зоркий взгляд меня сильно настораживают. – Сдай назад, – командую Мише. – Зачем? – Пожалуйста. Отъезжай, – поторапливаю его, потому что Заславский уже близко. – Гера явно что-то хочет сказать, – не понимает Тит причин моей нарастающей паники. А у меня реально сердце заводится. Не знаю, что на уме у Германа, но предчувствие звенит алым сигналом опасности. – Если я для тебя хоть что-то значу, сдавай назад, – требовательно смотрю на Мишу. Он немедленно включает заднюю передачу и давит на газ. Автомобиль едет назад, отдаляясь от Заславского. Тот жестом просит его остановиться. – Валим, валим отсюда, – приговариваю я, весело улыбаясь. Недовольное лицо Германа поднимает настроение. Показываю ему язык на прощанье, когда отъезжаем на безопасное расстояние. – Раз ужин в ресторане сорвался, накормишь меня своей рыбой, – ставит ультиматум Миша за выходку, которой я не могу дать объяснение. – Что? – отрываю взгляд от зеркала заднего вида, в котором виднеется фигура Заславского. Даже издалека сквозь металл до меня долетают его искры. – Я плохо готовлю, знаешь. Не боишься отравиться? – Не испугаешь, – мотает головой Титов. – Зачем с Герой не дала поговорить? – Бесит он меня. И разговоры о нём тоже. Так что, – я клацаю пальцем по дисплею с намерением включить музыку, – не мучай меня. Поехали. Усмехнувшись, Миша везёт меня обратно в общагу. Добираемся быстро, без «хвостов». – Поешь рыбу и уйдёшь, – предупреждаю я, когда он уверенно следует за мной к обшарпанной двери подъезда. – А чай? – Ты же не пьёшь чай, – подлавливаю его. – Эм-м, – смеётся, почесывая затылок. – Ну кофе. – У меня нет кофе, – спешу обломать парня. – Компот? – Так, Титов, – с серьезным видом разворачиваюсь, уткнув палец в его грудь, – не надейся на что-то большее. Свалишь, как только поужинаешь. – Ты капец гостеприимная, – подпрыгивают его брови. – Откуда столько грубости? – Значит, заслужил, – фыркнув, отворачиваюсь и нажимаю на кнопку лифта. Заходим в допотопную тесную кабину. Лифт едет, тарахтит как старый дед, угрожая исчахнуть в любой момент. Я уже привыкла и знаю наизусть гнусные словечки, расписанные на стенах, тут же налепленные высохшие жвачки, потертые грязные кнопки. Усмехаюсь про себя, глядя на брезгливую физиономию мажора. Но молчит, не комментирует. Видимо, под сильным впечатлением. Выходим в коридор, я впереди, Миша идёт сзади, любопытно оглядывая стены общежития, которые не знали ремонта с момента постройки. Думаю, ему лет сто, не меньше. Проходим общую кухню, оттуда воняет чем-то горелым. Вздохнув, сворачиваю на скрипучие деревянные половицы и останавливаюсь возле своей комнаты. – Добро пожаловать в Другую Вселенную, – иронично говорю я, распахнув двери. Он обходится усмешкой и заходит следом в комнату. – Крючки для верхней одежды прямо на двери, – подсказываю парню и вешаю свою куртку. – Практично, – позитивно реагирует он. – Минималистично, просто, без выпендрежа, – хохотнув, дополняю я. Подобрав пакет, иду в угол комнаты, где у нас расположен кухонный стол. Выкладываю продукты, а Миша осматривается в скромных апартаментах. Помимо кухонного уголка пространство четырёх стен, облепленных дешевыми бежевыми обоями, вмещает две кровати, две тумбочки, старенький брюзжащий холодильник и шкаф. Скромно, но зато тараканов нет. – Вдвоём живёте, да? – догадывается Миша, кивая на кровать соседки. – Угу. – Я-асно, – протягивает он, глядя на желтое пятно от потопа на потолке. – Появилось желание переехать ко мне? – шутливо спрашиваю. – Не, давай лучше ты ко мне. – Ни за какие коврижки не променяю любимые хоромы, – обнажаю зубы в улыбке. – Так и будем стоять или помогать будешь? – Буду, – засучивает рукава светлой кофты Миша. – Справишься с минтаем? – предлагаю ему самое сложное. Не люблю разделывать рыбу. – А то. Сообразим, – отвечает с энтузиазмом. Я вручаю ему пакет с рыбой, доску и нож. – Тогда отрежь всё лишнее и распотроши. Смотри не заляпайся, – переживаю за его модный прикид. – Фартук есть? – Нет. – Тогда без него обойдусь. Он стягивает кофту через голову и под звук моих закатывающихся глаз вешает её на стул. Я молча отворачиваюсь, как будто не впечатлил. – Где можно руки помыть? – спрашивает довольным тоном Титов. – В коридоре. Мыло на тумбочке. – Ага. Он выходит. Я собираю овощи в миску и тоже выхожу. У раковины образовалась очередь. Девочки, как тараканы, повылазили из углов. Их заинтригованные лица сияют при виде полуголого красавчика. Шушукаются между собой, смущаются. Кто-то умудряется даже завести разговор с Мишей и с покрасневшими щеками ретироваться к себе в комнату. – Взбудоражил девочек, самец, – комментирую я, занимая освободившуюся раковину. – Даже не старался. Просто руки помыл, – широко улыбается он, глядя на себя в забрызганное зеркало. – Минтай ждёт, – намекаю я. – Точно, – кивнув, он уходит в комнату. Оставшись наедине, снисходительно вздыхаю и споласкиваю овощи для салата. Через картонные стены доносится музыка. Открыв двери комнаты, понимаю, что это Миша включил плейлист на телефоне. – Чтоб веселее готовилось, – поясняет он, приплясывая с ножом в руках. Его веселые огоньки в глазах заражают ответной улыбкой. Пока парень разбирается с рыбой, я нарезаю овощи. Работаем слаженно, без суеты. Готовка расслабляет, даже не замечаю, как начинаю двигать бедрами в такт музыке. – Салат готов, – говорю я, похрустывая свежим огурцом. – Дай попробовать, – просит Титов. Я набираю на ложку приправленных овощей и подношу к его рту. – М-м-м, – с закрытыми глазами пережевывает парень. – Вполне сносно. – Пошли жарить рыбу, гурман, – усмехаюсь я. Захватив сковороду и масло, мы идём на кухню. Тут до сих пор витает дымок после неудавшейся готовки. Прямо над старенькой заляпанной плитой вывешено объявление, написанное черным фломастером: «Кто съел мой суп, хоть кастрюлю верни, а! Будь человеком!» Крик души, не меньше. Миша читает и ржёт. А я строго наказываю: – От сковородки не отходить. – Стащат? – Суровые времена, – наигранно вздыхаю. Отсмеявшись, включаем плиту. Сковородка прогревается, и Миша под моим чутким контролем складывает куски рыбы в шипящее масло. – С-с, – обжигается и трясёт ладонью. – Накрой крышкой, – советую я. – Долго жарить? – Минут семь с каждой стороны. – Понял, – засекает время в телефоне Титов. – Ладно, я пойду. – Эй, куда – растерянно машет в воздухе лопаточкой он. – Посуду помою, стол накрою, чайник поставлю, – перечисляю я, отдаляясь от него. – Лиза – долетает постанывание в спину. – Всё в твоих руках! Выпустив смешок, ускоряю шаг до комнаты. Занимаюсь делами до тех пор, пока через приоткрытую дверь не доносятся запах пережаренной рыбы и маты Титова. – Мой минтай – обреченно вздыхаю я и спешу на помощь. Но тут, как оказалось, уже целых две «помощницы» есть. Девчонки, с которыми он заболтался, хихикают, глядя на его попытки отскрести рыбу от сковороды. – Пережарил? Дай сюда, – отбираю лопатку. Он что-то говорит в оправдание, пока я выгружаю на тарелку съедобную часть рыбы и замачиваю сковороду в воде. – Отмывать будешь сам, – предупреждаю я. Не смея перечить, Миша поднимает ладони вверх. – Первый раз готовил, не будь такой строгой, – говорит в оправдание, когда уже возвращаемся в комнату. – Попробуем на вкус твои старания. – Усаживаюсь за стол и вооружаюсь вилкой. Пробую кусочек, потом еще один. – Не ресторан, конечно, но есть можно, – говорю я. – Правда? – приглядывается к блюду Титов. Нанизывает на вилку рыбу, пронюхивает и осторожно пробует. Долго пережевывает и туго сглатывает. – Ешь давай, – с усмешкой смотрю на привереду. – Сам же готовил. – Если честно, я рыбу не люблю, – признаётся он, отодвигая тарелку ко мне. – Я лучше салат поем. – Интересно – подозрительно тяну. – А на ужин напросился, зная, что рыба будет. – Так ведь ужин с тобой, – бросает на меня недвусмысленный взгляд. – Не надейся на что-то большее, – пресекаю его игривые мыслишки. Он сидит напротив, и глаза волей-неволей падают на его голый торс. – Тебе не холодно? – намекаю, чтобы прикрылся и не смущал. – Жарко, – специально передразнивает парень и улыбается. – Тогда приятного аппетита. – Спасибо. Мы молча едим, переглядываемся. И всё было спокойно до тех пор, пока экран Мишиного телефона не загорается входящим сообщением. Вытерев пальцы салфеткой, парень смотрит в телефон и давится. Как будто ему кость минтая поперек горла зашла. – Что такое? – хмурюсь я. – Гера видео отправил, – переводит шокированный взгляд на меня. – Какое еще? – настораживаюсь я, переставая жевать. Сердце замирает в плохом предчувствии. Глаза Титова немедленно темнеют. – Кадры вашей бурной ночи