Глава 11.

Ресторан, в который их привез Александр, был огромным и… вычурным. Юля даже растерялась, глазея по сторонам. Однако, милая девушка с ресепшен провела их через большой шумный зал в зал поменьше и поуютнее.

Они заняли столик у окна. Рядом сразу возник официант:

– Добрый вечер! – разулыбался он, здороваясь, а затем обратился лично к Александру: – Рады видеть Вас снова! Вам как обычно, или принести меню?

– Как обычно. На двоих.

Официант кивнул, делая пометку в блокноте.

– Напитки? Могу предложить наш фирменный глинтвейн?

– Звучит отлично.

– Отлично! – повторил за ним официант. – Что-нибудь еще?

– Чай с апельсинами. Благодарю.

Юля слушала их разговор вполуха, разглядывая зал и людей вокруг. Мягкий свет, огоньки гирлянд по периметру, ненавязчивый новогодний декор, небольшая, но пушистая елка в центре, негромкие разговоры и смех. Потрясающая теплая атмосфера.

Она невольно улыбнулась и почувствовала на себе пристальный взгляд.

– Красиво тут, – смутилась Юля. – Часто здесь бываете?

– Время от времени, – пожал плечами Александр. – Хозяин ресторана мой старый друг. – А затем неожиданно предложил: – Может уже перейдешь на “ты”? Не такой уж я и старый.

– Вы совсем не старый! – тут же возмутилась Юля. – Ты… Ты не старый, – промямлила она, чувствуя, как жгучий румянец расползается по щекам.

По правде говоря, Юля даже не знала, сколько лет Александру. Может быть около тридцати? Но дело ведь было совсем не в возрасте. И Александр это прекрасно понимал.

– Ваш глинтвейн, – официант появился как нельзя вовремя, опуская на стол два фужера с ручкой, от которых шел умопомрачительный аромат.

Юля тут же пододвинула один из них к себе, обняла ладонями, греясь о горячие бока, а затем сделала глоток терпкого пряного напитка и зажмурилась от удовольствия.

Когда она открыла глаза, то увидела, что Александр наливает себе чай из пузатого прозрачного чайника, наполовину заполненного апельсинами.

– А как же глинтвейн? – удивилась Юля.

– Я за рулем, – напомнил Александр, отпивая чай, и кивнул на второй фужер: – Этот тоже тебе.

Юля ждала, что Александр начнет разговор, спросит о Игоре и его бредовых предположениях, о том, что произошло, но Александр молчал и, похоже, спрашивать даже не собирался.

Когда принесли их заказ – стейк средней прожарки с гарниром из овощей, у Юли в животе одобрительно заурчало. Она и не думала, что так проголодалась.

Все-таки хорошо, что Александр решил заехать поужинать в ресторан, а не поехал сразу домой. Юля не была уверена, что смогла бы приготовить праздничный ужин в таком состоянии. С вероятностью в двести процентов, она бы поступила, как и планировала – зарылась в одеяле, упиваясь жалостью к себе.

Сейчас же это желание стремительно сошло на нет.

Уютная обстановка, приятная компания, согревающая легкость глинтвейна и вкусного ужина – трудно было чувствовать себя несчастной в таких условиях.

Однако крохотный червячок неудовлетворенности все же ворочался где-то в груди, не давая окончательно расслабиться и насладиться моментом.

Ну почему Игорь просто не рассказал ей о том, что встретил другую? Почему вместо того, чтобы признать свои ошибки и извиниться, он обвинил во всех грехах Юлю? И если насчет первого у Юли еще были предположения, ведь именно из-за Игоря она ушла из дома, порвав все связи с родными, он мог банально чувствовать вину, то насчет второго – вариантов не было совсем.

Ну кроме самого очевидного, что Игорь – редкостный говнюк, а Юля – влюбленная дурочка, которая этого не замечала.

– Никто не хочет чувствовать себя подонком. Некоторые до конца будут цепляться за любую возможность обелить себя. Даже самую дикую, – глубокомысленно заметил Александр, и Юля с ужасом поняла, что сказала все это вслух. Похоже, второй стакан глинтвейна притупил ее бдительность. – Гораздо приятнее думать, что он не лицемерное чудовище, которое выгнало девушку ночью на мороз, а жертва, которую обманывали за спиной, пока он самоотверженно работал на два фронта, чтобы никого не обидеть.

– Я сама ушла, – поправила его Юля, не зная, что еще добавить. – Хочешь сказать, он действительно верит в то, что говорит?

Александр пожал плечами и прищурился:

– А тебе правда важно, что он о тебе думает?

– Нет, – тут же, не задумываясь, ответила Юля. – Просто… Это так тупо. Зачем он столько всего наобещал, если не собирался выполнять и половины? – вопрос был, конечно, риторический.

– Вот поэтому я и не завожу отношений, – тихо вздохнул Александр.

– Не веришь в “долго и счастливо”? – грустно усмехнулась Юля, вновь обхватывая ладонями уже остывший фужер с глинтвейном.

– Скорее не люблю обещать то, чего не могу дать.

– Но как же естественная потребность… – Юля хотела сказать “любить и быть любимым”, но Александр перебил её своим ответом:

– Чтобы закрыть своиестественныепотребности, не обязательно впутываться в отношения. Для этого отлично подходят и краткосрочные связи. Так даже честнее – оба партнера заранее знают условия и не ждут друг от друга чего-то сверхъестественного.

– Наверное, – поморщилась Юля.

Конечно, она знала, что многие легко относятся к сексу и не видела в этом ничего ужасного. Но сама она ни за что не смогла бы лечь в постель с незнакомцем. Не потому, что такая вся из себя высокоморальная и правильная, нет. Дело здесь было в элементарном комфорте и доверии партнеру.

В машине, по дороге домой, Юля то и дело поглядывала на руки Александра, крепко сжимающие руль, и алея румянцем продолжала думать о том, что да, она ни за что не связалась бы с незнакомцем ради секса без обязательств, но… если бы это был кто-то, кого она знала? Кто-то, кто привлекал Юлю достаточно сильно. Тот, кому бы она могла довериться, не задумываясь.

Ведь краткосрочные связи случались не только с незнакомцами, верно?