Глава 14

Последний пирожок съеден, и я украдкой прижимаю ладонь ко рту, подавляя зевок.

Влад увлеченно рассказывает о каком-то новом алгоритме, который он разработал в армии. Мама внимательно слушает, кивая с таким видом, будто понимает каждое его слово. На самом деле, я уверена, она просто рада, что кто-то говорит, а не только я комментирую каждый ее вздох.

После бани и еды я ощущаю приятную тяжесть в животе и блаженно прикрываю глаза.

– Владик, умничка, такой талантливый мальчик, – воркует мама.

За окном темнеет. Мы потягиваем чай из красивых фарфоровых чашек. Тишина нарушается лишь мелодичным звоном ложечек.

И вот, когда я уже почти отключаюсь прямо в кресле, мама произносит фразу, от которой у меня в чайной чашке чуть не случается маленький цунами:

– Знаете что, – начинает она, загадочно прищуриваясь. – У меня тут такая большая кровать… Может, вам вдвоем сегодня на ней и переночевать?

Влад зловеще улыбается, а я давлюсь чаем.

– Мам, ну ты чего? – тянусь к ней через стол и шутливо хлопаю по руке. – У нас же еще конфетно-букетный период. Куда нам торопиться под одно одеяло? Влад еще не все этапы ухаживания прошел. Например, он еще ни разу не выносил мусор из моей квартиры в три часа ночи, когда я забыла это сделать! Это важный этап, между прочим.

Мама поджимает губы, принимая сторону «зятя». А Влад качает головой, как будто я сказала чушь несусветную.

– Ну, как знаете, – бурчит она. – Я просто хотела, как лучше.

– Мы тоже хотим как лучше, – парирую я, широко улыбаясь. – И как лучше – это чтобы ты спокойно спала в своей огромной кровати, а мы с Владом – каждый в своей. Так всем будет комфортнее. А потом, лет через десять, когда у нас будет трое детей и ипотека, ты сможешь с гордостью рассказывать, как пыталась нас спихнуть в одну постель в самом начале наших отношений. Это будет забавная история, поверь!

Мама вздыхает и начинает собирать посуду со стола. Влад издает смешок и складывает руки на груди. Его взгляд говорит о том, что за свои шутки мне придется расплачиваться. Игнорирую его бессловесные угрозы, потому что намерена сегодня ночью выспаться!

Но среди ночи меня будит Влад:

– Таша, вставай, пошли на сеновал.

– Ты с ума сбрендил? – смотрю на наручные часы. – Два ночи.

– Отказалась спать со мной на большой кровати, значит встретишь рассвет в стогу сена.

– Чокнутый! Дай поспать! – поворачиваюсь на другой бок.

Он же шутит? Шутит ведь?

– Подъем, – шлепает меня по заду.

– Прекрати – шиплю. – Маму разбудишь, у нее чуткий сон.

Влад ложится рядом со мной и начинает нагло лапать мое тело. Стискивает грудь и настойчиво лезет под трусики. Я вяло сопротивляюсь, но, когда его пальцы касаются складок, даю слабину.

– Хочешь? – дразнится он, пошлепывая по клитору.

– Ах… Ну что ты… ну зачем ты… ох…

– Хочешь, чтобы я натянул твою дырочку?

– Вла-ад, – хнычу.

– Либо здесь, либо идем во двор.

Ни там, ни там нельзя – опасно! Мама может застукать. И тогда мои слова про совместное одеяло будут выглядеть нелепо.

Слышу шелестящие шаги в коридоре и цыкаю на мальчишку:

– Уходи скорее, мама встала. Давай, беги к себе.

– Завтра будешь должна мне кое-что, – сжимает мою ягодицу. Это он на анал намекает, негодяй? Не будет этого! Не на ту напал.

Шлепаю его по руке и толкаю в грудь. Уходит, наконец.

С облегчением ложусь на подушку, но сон не идет.

Услышав, что мама сходила в туалет и легла обратно в постель, решаю сходить попить водички.

Кажется, что Влад придет за мной и скажет:

– Попалась?

Но в доме тихо.

Возвращаюсь обратно в постель и… ложусь на чье-то твердое тело.

Подавляю вскрик, чтобы не разбудить родительницу. Вот же неугомонный преследователь!

Влад заваливает меня лопатками на матрас, грубо раздвигает ноги и без предисловий натягивает меня … по самые уши!