7

— И о чем вы хотели со мной поговорить? — спросила я, когда авто Георгия наконец тронулось с места. Молчать было неловко. Я не знала, куда девать руки, а любимые шорты, надетые в дорогу, вдруг показались мне ужасно короткими.

А все из-за того, что Георгий совершенно откровенно пялился на мои ноги. Кстати, вот и правда интересно: он женат?

Словно прочтя мои мысли, Георгий улыбнулся:

— Я хотел напомнить вам, Лида, что мы не знакомы.

— В каком смысле?

— В самом прямом. Через пару дней я приеду повидать племянницу, и вы должны делать вид, будто видите меня в первый раз. Запомните, вы — родственница Павла. Его троюродная сестра.

— Ах, вы про это! — наконец сообразила я. — Само собой! А как мне к вам относиться? Вы должны мне понравиться или наоборот?

Он потер подбородок, а потом одарил меня долгим проникновенным взглядом:

— В этом вопросе вы можете положиться на собственный вкус. Я не собираюсь ни к чему вас принуждать.

— Замечательно! — кажется, я слегка покраснела.

— Вы едете из Новосибирска, — продолжил инструктировать Георгий. — Трое суток и десять часов.

— Кошмар!

— Вот именно, — подтвердил он. — Когда вас встретят, не скачите там, как коза. Вы устали. Ваши попутчики половину дороги храпели и распивали ящик пива.

— Быть такого не может! — возмутилась я.

— Это еще почему?

— Если бы они только попробовали достать алкоголь, я нажаловалась бы начальнику поезда.

Георгий ненадолго «завис», а потом миролюбиво кивнул:

— Ладно, пиво вычеркиваем. Но все равно вам было нелегко. Постоянно рыдал чей-то ребенок, люди хлопали дверями…

— Эх, зря я голову помыла! — невольно воскликнула я. — За трое суток дороги любые волосы превратятся в помазок.

— Думаете? — рука мужчины словно невзначай коснулась моей макушки, а потом скользнула по всей длине распущенных волос, доходивших мне до лопаток.

Я с трудом удержалась от того, чтобы не вздрогнуть. И тут же отодвинулась к окну.

— Сделайте хвостик, — посоветовал Георгий с примесью какого-то разочарования.

— Ладно! — буркнула я. — А что с моей семьей? Что мне о них рассказывать?

Автомобиль замер перед светофором, и директор агентства снова уставился на мои ноги:

— Можете говорить правду: и о бабушке с дедушкой, и о родителях, и о сестре. Если будут какие-то несостыковки, их всегда можно списать на то, что вы с Павлом давно не виделись, подзабыли биографию друг друга. Кстати, у меня для вас кое-что есть, — он показал на большущий рюкзак, лежащий на заднем сидении.

— Что это?

— Ваши подарки. Вы же не можете заявиться к родне без гостинцев.

— А что именно в рюкзаке?

— Много всего. Посмотрите в поезде.

— А когда мы последний раз виделись с Павлом? Ну, согласно вашей легенде.

Георгий несколько секунд что-то прикидывал в уме, а потом беспечно улыбнулся:

— Около восьми лет назад. Именно тогда Павел с семьей последний раз был в Новосибирске. Подробности вашей встречи придумайте сами. Виола была совсем крохой, так что ничего не помнит о той поездке.

— Хорошо!

В его взгляде появилось участливое выражение.

— Волнуетесь?

— Немного.

— Не стоит, — сказал он и снова одарил меня странным долгим взглядом.

Мое сердце глухо забухало, но я постаралась не придавать этому значения.

Наконец Георгий припарковал машину на Привокзальной площади. Несмотря на поздний час, там хватало народу и автомобилей. Люди катали туда-сюда чемоданы, наскоро пихали в себя пирожки и хихикали, сбившись в стайки.

Георгий без всяких просьб с моей стороны взял на себя и сумку, и рюкзак с гостинцами. Я почувствовала признательность: ненавижу таскать тяжести. Мы прошли через контрольно-пропускной пункт, мой багаж тщательно просветила охрана, после чего я и Георгий очутились во дворике перед зданием вокзала.

Я с детства обожаю атмосферу, которая там царит. Всю эту суету, предчувствия встреч и расставаний, аромат креозота. И, конечно, женский голос, сообщающий из колонок что-то вроде: «Поезд «Орск-Адлер» будет прибывать на первый путь. Нумерация с головы состава». Атмосфера вокзала неизменно наполняет меня предчувствием приключений.

Георгий посмотрел на часы:

— До посадки еще полчаса. Хотите кофе?

Он небрежно закатал рукава рубашки, что придало ему сексуальности.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— А давайте! — неожиданно для себя согласилась я.

Мы одарили друг друга понимающей улыбкой кофеманов и неторопливо прошли к маленькому киоску. Пахло от него умопомрачительно: арабикой и орешками. Георгий заказал нам обоим по стакану капучино, а потом вдруг попросил у продавщицы пачку печенья. Такого розового, в виде сердечек. Продавщица из-за этого поглядела на меня с завистью. Наверное, решила, что это он мне решил купить. Ха-ха!

Меня так и подмывало сказать ей: «Нет, дорогая. Это для другой счастливицы. Таких шикарных парней еще щенками разбирают, разве ты не слышала?».

Каково же было мое удивление, когда расплатившись, Георгий сразу вручил печенье мне.

От неожиданности я его чуть не выронила:

— Ой, зачем вы…

— Съешьте в поезде, — улыбнулся он. — В поезде почему-то всегда хочется есть.

Мои щеки налились огнем. Хоть мне и не хотелось себе в этом признаваться, мужская забота была очень приятна. А уж забота такого видного мужчины, как Георгий, еще и льстила.

Под цепким взглядом продавщицы я с трудом, но запихала печенье в боковой карман дорожной сумки. Мало ли, вдруг и правда проголодаюсь?

Когда наш кофе был готов, Георгий предложил отправиться в зал ожидания.

— А давайте лучше на перрон? — возразила я. Ночь стояла теплая и ароматная, и мне хотелось подольше побыть на воздухе.

Мы прошли через здание вокзала и вышли к путям. А потом молча пили кофе в полумраке, под стук колес прибывающих в Краснодар поездов.

Мой зоркий глаз отметил, что кольца обручального у Георгия нет, и на душе вдруг совершенно наглым образом потеплело. Я даже разозлилась на себя. Что за глупая радость? У меня и этого красавчика просто быть ничего не может! Во-первых, он мой наниматель. Во-вторых… Черт! Что там во-вторых?

Георгий заметил, что я его рассматриваю и ответил взаимностью. В смысле, тоже стал пялиться. Я стойко терпела такое нахальство целую минуту, после чего нервы у меня все-таки сдали.

— Чего вы на меня так смотрите? — спросила я с раздражением.

Губы его тронула самодовольная улыбка.

— Потому что я люблю смотреть на красивое. А вы, Лида, весьма хороши собой.

У меня даже дыхание перехватило. Он что, со мной заигрывает? Я приготовилась ляпнуть в ответ что-нибудь едкое, но в этот момент меня чуть не сшибли с ног.

— Ай! — взвизгнула я и замахала руками, чтобы не упасть в объятья Георгия, чего мне жутко не хотелось.

Моя дикая акробатика сработала. Каким-то чудом избежать неловкого момента все же удалось.

— Фух! Лидочка, слава богу, я тебя нашла! — раздался сзади знакомый голос.

Я оглянулась, не веря ушам:

— Бабушка?

— Привет еще раз, — бабуля широко улыбнулась и протянула мне знакомый сверток. — Ты курочку забыла.

— Ты как здесь оказалась?

— На такси приехала. Как же еще? — бабуля обернулась к Георгию и строго свела на переносице лихо подведенные брови. — А вам молодой человек, не мешало бы представиться, прежде чем увозить от нас нашу девочку.

В глазах Георгия заплясали смешинки. Он положил руку на грудь и шутливо поклонился:

— Георгий Беркутов. Монстр во плоти и серийный похититель красавиц.

Глаза бабули полезли на лоб:

— Что?

— Он шутит, — поспешила объяснить я, после чего, извинившись перед Георгием, оттащила бабулю в сторону.

— Баб, ты меня позоришь.

— Ничего подобного. Я всего лишь хочу убедиться, что ты нормально села в поезд.

— Георгий Максимович — один из моих нанимателей, а ты устроила ему лекцию о хороших манерах.

— Ничего я не устраивала. Не выдумывай, — бабушка обиженно поджала губы, а потом вдруг смерила моего провожатого долгим оценивающим взглядом. — Кстати, довольно интересный мужчина. Импозантный. И фамилия у него хорошая.

— Ты это сейчас к чему? — насторожилась я.

— Ни к чему. Пойдем, — бабуля решительно потянула меня обратно к Георгию.

— Ну что же, будем знакомы, — сказала она, протягивая тому унизанную перстнями руку. — Я — Валентина Степановна.

— Очень приятно, — ответил Георгий и вместо того, чтобы пожать предложенную ладонь, поднес ее к губам.

Бабушка мгновенно растеклась лужицей.

— Георгий… Жора, позвольте уточнить одну вещь, — начала она вкрадчиво, и мне сразу сделалось нехорошо.

— Конечно! — его губы тронула легкая усмешка. — Я к вашим услугам.

— Скажите честно, вы женаты? — бабуля без всякого стеснения прожгла его взглядом опытного следователя.

Георгия это, впрочем, ни капли не смутило. Он наклонил голову на бок и вздохнул:

— К сожалению, нет.

— А чего так? — и не подумала отстать бабушка.

Мне захотелось схватиться за голову. Но я не могла: руки были заняты злосчастной курицей.

— Я еще не встретил ту самую, — просто ответил Георгий.

— Возможно, вам стоит лучше присмотреться к своему окружению, — хихикнула бабуля и взглядом показала на меня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Какой ужас! От стыда мне захотелось провалиться сквозь землю вместе со всем своим багажом. К тому же Георгий так на меня посмотрел, что и сомнений не осталось: теперь он уверен, что вся наша семейка чокнутая.

— Кстати! — весело воскликнула бабушка. — А Лидочка не рассказывала вам, как в шесть лет пыталась отправиться в кругосветное путешествие? Это такая смешная история!

— Баб, пожалуйста, не надо! — я до боли закусила губу, готовясь к очередному позору. Но в этот момент сама судьба вдруг пришла мне на помощь: перрон огласил протяжный гудок подъезжающего поезда.

— Ну наконец-то! — воскликнула я и одной из первых ринулась на посадку.