Глава 23. Большая катастрофа (часть 1)

Руслан

Пара дней прошла спокойно: мы жили со Стасей почти как семейная пара. Пипец, никогда ещё в моей жизни секс не был так близок по форме к "занятиям любовью". Но да, похоже, именно этим мы с моей малявкой и занимались, и ещё год назад я бы не поверил, если бы кто-то сказал, что я стану так тащиться, улетать и трястись от страха потерять то, что было у меня в тот момент. Я буквально боялся дышать на эту девчонку, и в то же время меня разрывало желание заполнить её собой до отказа, завладеть безраздельно, срастись в одно целое - так, чтоб никто не смог оторвать. В воскресенье мы с ней ходили в "Сочи-парк", и с меня, как шелуха, облетели последние лет пятнадцать. Я словно опять стал ребёнком, а моя Стася никогда и не была взрослой. В тот день сбылась моя мечта: мы вместе смеялись, почти не переставая. Даже на самых страшных аттракционах - от нервов. Но больше от радости и лёгкости, что носила нас, будто на крыльях. Возможно, это был самый счастливый день в моей жизни. То внезапное улучшение в состоянии больного перед смертью. Наша раковая опухоль уже созрела и готова была лопнуть, отравив весь организм, но мы не знали об этом и просто наслаждались друг другом, солнцем, ветром, приятным головокружением и ощущением полёта.

В понедельник я забрал её после работы, и мы пошли на опустевший пляж любоваться звёздами. Её идея, моё воплощение. Я купил в баре бутылку красного сухого вина и два пластиковых стаканчика. Мы пили, сидя на тёплых ещё камнях и слушая шум прибоя, как какие-то студенты. Стася положила голову мне на плечо, тихо мурлыкая что-то себе под нос. Я ощущал себя... нет, не счастливым - странное это слово, непонятно что означающее - скорее, полным. Целым. Завершённым. Я сложился, как пазл, и отчаянно желал находиться в этом состоянии вечно.

Но малявка захотела спать, и пришлось идти домой. Разувшись, она сразу юркнула в душ, будто нарочно не закрыв дверь на защёлку. Я колебался не дольше минуты, пока раскладывал вещи по местам. Горячие фантазии, навеянные шумом воды и нежным голоском моей девушки, напевавшей что-то иностранное, толкали меня в спину. Я разделся на ходу и вошёл в ванную уже голым. Стася ахнула, услышав звук открывшейся двери, но когда я отодвинул створку душевой кабины, то её взгляд излучал скорее смущение и любопытство, чем страх. Не давая ей опомниться, я шагнул внутрь, приподнял её за попу и усадил на себя. Стася томно вздохнула и обняла меня руками и ножками.

- Вот видишь, - шепнул я ей хрипло, - прекрасно подходим друг другу... по размеру.

Малявка хихикнула и спрятала личико у меня на плече, уже оттуда пробормотав:

- Кто же знал, что я такая... эластичная.

Я стал двигаться, прижимая её спиной к стенке душа, с наслаждением вдавливаясь в тугую эластичную глубину и хрипя:

- Обожаю твою сладкую киску, так и съел бы её на завтрак... и на обед, и на ужин. Моя нежная девочка...

- Твоя, - выдохнула Стася и охренительно возбуждающе застонала.

Когда она выдавала такие ноты, у меня просто срывало клапан. Я увеличил темп и амплитуду, буквально теряя разум от удовольствия. Секс с ней был как наркотик: уносил в космос и вызывал зависимость. И постоянно хотелось повышать дозу. Но из-за бешеного возбуждения я очень быстро приблизился к разрядке. Снял малявку со своего члена и обильно кончил ей на живот и грудь. Предохраняться резинками с ней категорически не хотелось.

Слегка обмыв Стасю водой от спермы, я завернул её в полотенце и отнёс на кровать. Мы не в первый раз пытались достичь её оргазма, но до сих пор у нас это не получалось. Я пробовал разные позы, разный угол, режим и темп, ласкал её руками по-всякому, но она даже не могла внятно ответить: так хорошо или не очень? А в ту ночь вдруг взяла инициативу в свои руки. Стала направлять мою ладонь и пальцы, забавно-сосредоточенно прислушиваясь к собственным ощущениям. Чтобы не сбивать её с боевого настроя своими насмешливыми улыбками, я принялся ласкать губами небольшую, но очень красивую грудь с аккуратными розовыми сосочками. Ох, эти девочки вызывали у меня ничуть не меньшее, а пожалуй, и большее возбуждение, чем самые внушительные силиконовые сиськи, какие я повидал на своём веку.

Отвлёкшись от груди на секунду, я заметил, что Стася откинулась на спину, запрокинула голову и лишь совсем чуть-чуть придавливает ладошкой мою косматую руку, а её поясница изящно выгнута вверх. С губ моей сладкой девочки срывались тихие нежные стоны, и я принялся собирать их губами, не переставая двигать рукой, как вдруг ощутил средним пальцем, погружённым в горячую влажную глубину, судорожные сокращения. Стася подалась тазом вперёд, насаживаясь на мою руку, и застонала громче. Я тоже нажал сильнее, стараясь доставить ей как можно больше удовольствия, и голосок малявки сорвался на крик:

- О боже!

Только что напряжённое, как струна, тело обмякло, а через минуту девушка повернулась на бок и вжалась в меня, сдавленно бормоча:

- Рус, это... просто... господи... боже мой...

Я обнял её за талию, погладил по голове. Теперь я начал понимать тех мужиков, которые предпочитают девственниц, хотя сам никогда не увлекался этим снобизмом. Подарить своей женщине первый оргазм - это просто невероятно круто...

А во вторник Стася пропала. Утром я уехал по делам, она осталась дома. Сначала прекратила отвечать на сообщения. Помня недавний случай, я решил не нагреваться по этому поводу: мало ли, чем она занята. Может, спит или делает какие-нибудь свои психологические практики... Но время шло, а мои сообщения оставались не доставленными. Я, конечно, набрал. Абонент, конечно, был недоступен. Не в силах справиться с приступом паники, я поехал домой. Проторчал по пути в пробках добрый час и в квартиру ввалился в крайней степени раздражения... но там было пусто. Вещи Стаси на месте, отсутствовало только розовое платье, новые босоножки и рюкзачок. Я размеренно вдохнул и выдохнул десять раз: как пить дать, у неё просто разрядился телефон, или она его уронила, и он пришёл в негодность. Нужно держать себя в руках и не поддаваться панике... Но я и представить не мог, насколько сильно привязался к этой шмокодявке. В какой-то момент волнение достигло такого уровня, что заболело в груди.

Я позвонил психологу - на сегодня не было назначено встречи. Покатался по городу, механически выполняя намеченные действия, а в мозгу пульсировала лишь одна мысль: где, чёрт возьми, её носит? Неужели нельзя решить вопрос со связью так, чтобы я не нервничал? В конце концов, вернулся домой и стал ждать её, как дебил. Прождал до шести, потом наконец сообразил позвонить Кире.

- Да, я знаю, где она, - ядовито-сладким голоском пропела Сальникова. - Жду тебя в сквере Бестужева через два часа.

- А пораньше нельзя?

- Пораньше не смогу приехать. Я сейчас в Дагомысе.

С*ка! - выругался я про себя. Меня уже охватило не тревожное, а прямо-таки похоронное предчувствие. Ничего хорошего я от бывшей невесты не ждал. Но если она сделает что-то плохое Стасе, то, возможно, я изменю своему правилу не бить женщин. Просто представляю какую-нибудь гадость - и кулаки сами собой сжимаются.

Это были самые длинные два часа в моей жизни. Я оказался на месте за двадцать минут до назначенного времени, но и это не принесло покоя - меня буквально трясло. Я не привык быть пешкой в чьей-то игре, это просто выбешивало. Но что делать, куда бежать и кого убивать, не знал. Поэтому ждал и копил злость.

Кира пришла хмурой, как будто расстроенной, и неожиданно начала с извинений:

- Я виновата перед тобой, Рус. То, что я тебе сейчас скажу и... покажу, могло бы не стать для тебя ударом, если бы я повела себя иначе, но... что сделано, того не вернёшь. Позволь мне рассказать тебе небольшую историю...

- К чёрту истории! - гневно выплюнул я. - Где она?

- История будет как раз про неё. Совсем короткая и... глупая. И я выгляжу в ней не менее глупой, чем остальные участники.

- Я не стану ничего слушать, пока не увижу Стасю.

Кира вздохнула:

- Хорошо. Как скажешь. Идём.

Мы двинулись ко входу в стоявший неподалёку отель. Двухзвёздочный. Какой идиотизм! Отель на самом берегу моря, в центре Адлера - и две звезды. Хозяин, видимо, редкостный распи**яй... - такие мысли крутились в моей голове, пока мы заходили в стеклянные двери, общались с администратором - полненькой, флегматичной и нелюбезной девушкой - и поднимались по застеленной древним ковром лестнице. Видимо, так сознание защищалось от того, что ждало меня в конце путешествия.

Пахло канализацией, пылью и ещё чем-то затхлым. Не то чтобы здесь совсем не убирают, но делают это явно редко, неохотно и спустя рукава. В конце коридора находилась дверь с номером 310. Последняя цифра слегка покосилась и навевала мысли о плохом фильме ужасов. Мои ноги будто бы прилипли к полу, моё тело отказывалось входить внутрь. Но Кира открыла дверь ключом, распахнула створку и шагнула в комнату. Там пахло ещё хуже: перегаром, пОтом, сигаретным дымом. Воздух был спёртым, как будто несколько человек интенсивно дышали здесь долгое время и совсем не проветривали. Кира замерла в двух шагах от меня, обернулась и посмотрела вопросительно.

Глупо проявлять слабость в такой момент. Ну что я там могу увидеть? Но казалось, будто мне остался шаг до полного разрушения мира. Я опустил взгляд и увидел на полу Стасины вещи: скомканное розовое платье, один босоножек, смешные трусики с тонким кружевом и детским рисунком. Бантики или вишенки - не видно хорошенько. Злость, горечь, страх вскипели во мне за одну секунду, и я ринулся в номер, отталкивая на ходу Киру, распинывая валяющиеся на полу вещи: мужскую одежду, бутылки из-под шампанского...

На широкой кровати лежала моя девушка - совершенно голая, в объятиях незнакомого мне упоротого г*ндона.