Глава 43

Собрав все силы, он приподнял край ящика и, чуть не взвыв от острой боли в ноге, освободил ее. Все его штаны пропитались топливом. Скорее всего, во время удара о землю произошло разрушении топливной бочки, а это грозит пожаром. Значит времени в обрез, чтобы найти Дэна и аварийный выход. Встав на колени, Леон аккуратно начал ползти в сторону кабины, заваленной ящиками.

– Дэн, – крикнул Леон. – Дэн, ты где?

Леон не хотел верить в то, что только ему одному удалось спастись.

– Дэн!

– Я здесь, – услышал он слабый голос где-то совсем близко.

Леон оглянулся. Дэн лежал на животе, закрыв голову руками, целый и невредимый. Два больших ящика сложились над его головой «крышей», которая в любой момент могла рухнуть.

– Лежи, не двигайся, я попробую тебя вытащить.

Крепко схватив за щиколотки Дэна, он одним рывком дернул его на себя. В тот же момент раздался грохот, и «крыша» сложилась над тем местом, где всего несколько секунд назад находилась голова Дэна. Остальные ящики тоже пришли в движение, раздался гул. Слегка качнувшись, вертолет окончательно завалился набок, потащив за собой мужчин. Стена огня вспыхнула в кабине, отрезав надежду выбраться через блистеры или люк для осмотра двигателей.

– Черт! Мы сгорим заживо! – крикнул Леон, понимая, что у них в запасе всего несколько минут. – Спокойствие, только спокойствие, – бормотал он себе под нос, ища путь к спасению, отодвигая ящики от стены. – Дэн! Есть! Нашел! – закричал он и оглянулся на товарища. Тот не подавал признаков жизни. Собрав остатки сил, он вытолкнул Дэна в дыру, образовавшуюся от бокового удара, и вылез сам. Чьи-то крепкие руки подхватили его и потащили от борта. Последнее, что он успел увидеть, горящий вертолет и черные столбы дыма.

***

– Как тебя звать? – услышал Леон сквозь ноющую боль в голове и с трудом приоткрыл глаза. – Молодец, ты сильный!

– Леон… Где я? – спросил он и увидел прямо перед собой склоненное лицо девушки с узкими лучистыми глазами.

– На дальнем пастбище. Тебя брат нашел. Мы видели, как вы падали. Там никто не выжил.

– Дэн…– застонал Леон.

– Кто с тобой был – тоже живой. Лежит. Он без сознания. Плохой совсем.

– Ему надо в больницу. У него живот…– пересохшими губами еле выговорил Леон.

– Я уже лечу его, не беспокойся. Думаю выживет. В нем много яда. Выпей вот, – с этими словами девушка протянула к губам Леона кружку из которой шел пар. – Это поможет твоей голове, у тебя сильный ушиб. Надо много пить и спать.

– Нога…Я совсем не чувствую ее, – встревоженно произнес Леон и сделал несколько глотков из кружки.

– Будешь ходить. Спи.

– Телефон…Связь, – пытался спросить он, но вновь погрузился в сон. Ему снилась Женька в свадебном платье. Она бежала по зеленому лугу, вместо фаты на ее голове был венок из полевых ромашек. Он позвал ее, но она не услышала.

– Женя! Женька! – крикнул он так громко, что проснулся от своего собственного крика.

Лунный свет пробивался в небольшое отверстие в куполообразном потолке. Повсюду были развешаны ковры из войлока с восточным орнаментом. По углам от входа стояла еле различимая в темноте какая-то мебель, сундуки. Судя по всему, это была юрта, обычное жилище чабанов на дальних пастбищах.

Леон попытался встать, но резкая боль в голове, заставила его отказаться от этого. Легкая тень отделилась от противоположной стены. Что-то щелкнуло. В помещении появился слабый свет.

***

Яркий солнечный луч пробежал по лицу и остановился на пушистых длинных ресницах.

Женька поморщилась.

– Соня…Какая же ты Соня, – услышала она голос Стаса.

Она сделала вид, что ничего не слышала и спит. Но ресницы предательски подрагивали.

– Я все вижу. Ты не спишь. Доброе утро, любимая.

– Доброе утро, – сухо ответила Женька и открыла глаза. Прямо перед ней стоял Стас в шелковом халате. В руках он держал поднос с двумя чашками ароматного кофе.

– Я не просто ждал пока ты проснешься. Успел заказать кофе в номер. Это поможет тебе взбодриться.

– Спасибо. Я не пью кофе по утрам.

– Извини, я не знал, – произнес Стас.

Его расстроенный вид вызвал у Женьки жалость. Она решила сменить гнев на милость.

– Спасибо, что заказал. Сегодня сделаю исключение.

Женька приподнялась на постели, прикрыв обнаженную грудь покрывалом и потянулась рукой за чашкой. Стас с готовностью присел на край кровати и подал миниатюрную чашку с золотыми вензелями.

Кофе был сладкий, насыщенный, с пряными нотками. Женька с удовольствием отпила глоток, потом еще и сразу почувствовала себя бодрее.

– Тебе лучше? – заботливо спросил Стас. – Я переживал. Ты вздрагивала во сне и стонала.

– Скорее всего дело в морепродуктах. Мне еще вчера показался их вкус странным.

– Я тоже ел. Но у меня все нормально.

Женька не удержалась и съязвила:

– Количество спиртного, выпитого тобою вчера – убило все микробы.

– Не ерничай. Я могу и вовсе не пить, если ты перестанешь игнорировать меня.

– Дело не в этом, – ответила Женька. Она не хотела давать никаких ложных надежд. – Я не люблю тебя и это – останется неизменным.

Стас нахмурился. Его лицо стало суровым и непреклонным.

– Чтобы ты там не говорила… Мы – муж и жена. Хочешь ты этого, или не хочешь, но ты – принадлежишь мне. И еще… Мне показалось, что сегодня ночью тебе было хорошо со мной. Твое тело отвечало на мои ласки. Я хочу продолжения.

– Только не это, – категорично проговорила Женька. Ее щеки залились румянцем.

– Я понимаю, что на любые перемены нужно время. Ради нашего счастья я подожду. А сейчас, допивай кофе и одевайся. У меня для тебя сюрприз. Буду ждать внизу.

Женьке очень хотелось признаться Стасу в том, что она любит другого. И не только об этом. Но она смолчала, боясь поставить под удар Леона, зная о нужных связях и возможностях Романовских.

В коридоре хлопнула дверь. Это значит, что Стас покинул номер. Женька быстро сбросила покрывало, опустила ноги на пол, затем накинула легкий халат и направилась в ванную, чтобы принять прохладный душ.

Через двадцать минут она спустилась в холл гостиницы, где ее ожидал Стас в строгом классическом костюме. В его руках был увесистый пакет.

– Отлично выглядишь! У меня самая красивая жена.

Женька не любила, когда о ней говорили в третьем лице.

– Идем, – произнесла она и пошла к выходу.

– Ты даже не спросишь меня о сюрпризе?

– Зачем? Разве от этого что-то изменится?

– Нет. Мы едем на скачки!

– Куда?! – удивленно спросила Женька.

– На ипподром. Будем делать ставки и выигрывать кучу денег.

– Я спокойно отношусь к легким деньгам и совершенно не азартна.

– Ты просто никогда не окуналась в эту атмосферу. А лошади, какие там лошади! – с этими словами Стас распахнул дверцу автомобиля цвета мокрый асфальт. – Взял напрокат. По дороге введу тебя в курс дела. Договорились?

– Странно от тебя слышать это слово.

– Не будь букой! Давай хоть несколько оставшихся дней нашего медового месяца проведем во взаимопонимании и приятных минутах.

Женька молча села в салон. Тончайшая красная кожа сидений идеально сочеталась с отделкой салона из изысканной тонкопористой древесины.

– Как тебе? Последняя модель, для твоего комфорта.

– Спасибо, очень красиво и удобно.

– Я старался. Все к твоим ногам.

– Не стоит. Мои желания весьма скромны.

Стас явно не ожидал такого равнодушия. Лицо его слегка помрачнело.

– Едем? – спросил он, словно хотел услышать ее разрешения.

– Едем.

Женька любовалась открывшимися перед ней видами городской архитектуры и пейзажей. Буйство осенних красок сочеталось с ласковым теплом, врывающимся в открытое окно машины.

– Сегодня я покажу тебе Айос Дометиос. Именно там находится ипподром, где проходят скачки на уровне мировых стандартов.

– Я не понимаю в этом ровным счетом ничего.

– Стоит только один раз попробовать и тебя будет не оторвать.

Они перебросились еще парой фраз, но разговора так и не получилось. Женька в основном отмалчивалась, а Стас устал вытягивать из нее ответы.

Наконец, они подъехали к двухэтажным белоснежным трибунам.

Высокие пальмы, росли вдоль тротуара и были выше фигурной крыши здания с большими окнами в пол и множеством кондиционеров.

Мужчина вышел из машины и галантно распахнул дверь автомобиля.

– Прошу, – произнес он и подал руку. Женька вышла из машины. На улице было по-летнему тепло. – Это еще не все, – загадочно произнес Стас и нырнул в салон автомобиля. Через несколько секунд он появился вновь, с довольным выражением лица. В его руках была роскошная женская шляпа с большими полями. – Надень ее. Женщине появиться без этого аксессуара на трибунах – все равно что быть раздетой.

Женька, не раздумывая примерила шляпу и невольно залюбовалась собой в зеркало машины.

– Спасибо. Мне очень нравится. Главное, чтобы ветер не унес.

– Тебе идет. Скачки в четыре. До этого времени нам нужно будет побывать на выездке лошадей перед забегом.

– В смысле?

– В прямом. Нужно выбрать лошадей, на которых будем делать ставки.

– Хорошо. Доверюсь твоим знаниям.

Они прошли внутрь здания, где получили бесплатные программы и отправились прямиком к манежу.

– Ты только посмотри, вон туда! – сказал Стас и жестом указал в сторону гор. – Это и есть отличительная черта Айос Дометиос. Здесь проходит граница с турецкой территорией. Там вдали видны флаги.

– Женька посмотрела в указанном направлении: она увидела не только флаги, но и даже рассмотрела надпись – «Ne mutlu Türküm diyene» (счастлив тот, кто говорит: «Я – турок!»

Манеж представлял собой открытую площадку из сочной зеленой травы с высокой изгородью и многочисленными клумбами из аккуратно подстриженных кустарников и роскошных роз.

– Посмотри, это же арабские скакуны! – произнес Стас с восхищением. Его глаза лихорадочно заблестели.

Женька с интересом посмотрела на мужа, Стас весь преобразился. Его взгляд был прикован к скакунам, щеки слегка порозовели, губы подрагивали. «Красив, ничего не скажешь» – подумала она.

– Выбирай! – Стас повернулся к жене.

– Нет…Да как я могу. Я не умею, – стала отказываться она от предложенного выбора.

– Нет, ты должна! Выбирай любого скакуна, который тебе нравится, можно даже несколько.

Женька растерялась. На ее взгляд – все лошади были прекрасны. Отличались только цветом.

– Не торопись. Смотри внимательно, не упускай детали. Я тут предварительно проштудировал информацию, как тебе вот этот? – Стас показал на гнедого жеребца с плотным крепким телосложением, высокого роста, широкой глубокой грудной клеткой. – Фаворит забегов, – дополнил он.

– Если ты определился, зачем спрашиваешь?

– Хотел помочь в выборе, как новичку.

В Женьке вдруг проснулся дух противоречия. Она выберет другую лошадь и это будет только ее выбор. Ее внимание привлекла белая кобыла с утонченными чертами, легкой и хрупкой формой.

– Вот эту! – твердо произнесла она.

– Сиглави. Поздравляю. Неплохой выбор. Пошли в кассу.

Они вернулись в здание. На первом этаже заполнили специальный бланк и отдали листочек кассиру.

– Ну все! Ставки сделаны, господа! – шутливо произнес Стас и ловко подхватил Женьку под руку. – Идем, любовь моя. Наши места на втором этаже, там более комфортные условия.

Забег начался ровно в четыре. К этому часу были полностью заполнены все трибуны. Гладкие скачки – самый зрелищный забег. Незаметно для себя Женька втянулась в соревнование и всей душой переживала за победу «Белоснежки». Она быстро нарекла выбранную лошадь своей кличкой. Но кобылица на старте сразу отстала. Гнедой жеребец вырвался вперед, оставив позади себя других скакунов с жокеями.

– Ну вот! Я тебе предлагал обратить внимание именно на этого жеребца.

– Я верю в Белоснежку.

– Ты у меня ребенок, надо же так назвать кобылу.

Неожиданно Белоснежка стала нагонять вереницу скакунов и очень быстро вышла вперед. До финиша оставалось метров двести.

– Ну давай, давай лошадка, еще немного – тихо шептала Женька.

И лошадь, словно услышав ее просьбу, нагнала гнедого жеребца и первой достигла финиша.

Женька хотела подпрыгнуть от радости, но вовремя вспомнила инструкции данные Стасом. Во всем должна быть королевская сдержанность.

– И все-таки она пришла первой, – радостно произнесла она и посмотрела на Стаса.

– Кто бы сомневался. Твоей интуиции можно позавидовать!