Глава 8

Вот уже месяц, как я устроилась на работу. Овчанкин сдержал обещание, и уже через пару дней меня позвали на собеседование. Дородная тетка из отдела кадров сразу предупредила, что работа муторная. Но других желающих на это место не было, так что мне повезло. В основном приходилось отвечать на звонки разъяренных кредиторов, которым фирма должна была денег. А их оказалось не мало. Но сегодня выходной, и мы вместе с Геной и еще парочкой коллег отправились на футбол. «Энергетик» матч проиграл с позорным счетом 7-1. Овчанкин убивался так, будто поставил на них свою любимую иномарку. – Наши хромоножки никогда не выйдут даже в четвертый дивизион, – подвел итог Генка, на что остальные из нашей компании хмуро закивали. – А мне их форма понравилась, – подала голос Любочка из бухгалтерии. Девушка была младше меня на год, дочка нашей кадровички. И я была почти уверена – влюблена в Овчанкина. Но он этого будто и не замечал, за что мне хотелось хорошенько его треснуть. Ведь сам жаловался, что невест у них тут нет. И теперь мы сидели в кафе, которое сегодня было забито битком. Такое чувство, что все село телепортировалось сюда прямо после матча. Крики, музыка в стиле ретро, тошнотворные запахи… все было похоже на какой-то сюр. От громкого завывания Киркорова в колонках кружилась голова. Не дожидаясь, когда нам принесут заказ, я резко вскочила со своего места, чтобы уйти. Но внезапно все стало размытым, в глазах потемнело, в ушах нарастал шум. Меня зашатало, я схватилась за стул железной хваткой, боясь грохнуться прямо здесь, на глазах у всех. Как сквозь вату услышала, что ко мне спешит Генка. Заметила его обеспокоенное лицо, а затем мир погрузился во тьму… Очнулась я на каком-то диванчике в окружении Овчанкина, Любочки и буфетчицы. В теле слабость, мир все еще казался размытым и нечетким. – Ну, ты и напугала нас, Ушакова, – запричитал Генка. – Как себя чувствуешь? Я осторожно села, чувствуя, как в голове начинает проясняться. Приложила дрожащие руки к вискам, закрыв глаза. – Нормально… я пойду, наверное… Попыталась встать, Овчанкин тут же кинулся помогать. Я посмотрела на Любочку. Стоит бледная, будто это не я отрубилась и ей самой нужна помощь. И только буфетчица прищурила глаза, наклонила голову вбок, сканируя своим зорким взглядом мой живот. А потом взглянула мне в глаза, изогнув бровь. И меня словно молнией прошибло. Я начала считать дни. В голове сумбур… нет… не может быть…